Находка

Леви стоял слегка покачиваясь, оперевшись на деревянные костыли. Свежий, морской бриз едва взъерошил его тёмные волосы, а капли солёной воды намочили старую одежду. Ему, действительно, было лучше. Рядом с Микасой он чувствовал себя живым и нужным, чего никогда ранее не испытывал ни с кем. Она тоже нужна была ему, но не для помощи. Где-то в глубине души теплилась надежда на то, что однажды он попросит у неё руки и сердца. Быть может они смогут зажить, как нормальные люди, а не старые сослуживцы, которые нуждаются в поддержке друг друга. И хоть Микаса каждую ночь шептала ему одни и те же слова, в которых вкладывала всю свою теплоту и любовь, он всё равно чувствовал некую жалость к своему искалеченному телу. Он никогда не будет прежним. Что может быть хуже, когда повлиять на это ты никак не можешь? Леви занимался. Много ходил, разрабатывал сустав вплоть до того, что без обезболивающего остаток дня прожить было невозможно. Он стремился к переменам, но похоже одного желания было мало. Тело совершенно отказывалось слушаться и подчиняться его воле. Судьба была других планов на его счёт. И сейчас, стоя у самого обрыва, он хотел лишь одного: избавить Микасу от страданий, забрав вместе с собой всю её боль и скорбь, которую она испытывала к Эрену. Каждую ночь она шептала во сне его имя, умоляя вернуться, а открыв глаза клялась в любви другому. В чём же правда? Сердце Леви разрывалось на части от боли. Он не способен ничего с этим сделать. Она сама себя обманывает, запуталась и не способна посмотреть правде в глаза. Задумавшись, он даже не заметил, как Микаса подошла сзади и её тонкие руки обхватили его хрупкое тело, прижимая всё сильнее к себе. — Почему ты здесь? — её нежный голос развеял шум волн и ветра. Леви не хотел отвечать на этот вопрос и мог прямо сейчас найти любое оправдание на этот счёт, но почему-то не хотел. Он был готов упасть в пропасть в любую секунду, прямо за ней. — Мне больно наблюдать за тем, как ты изводишь себя, Микаса. Я думал, что смогу вытащить тебя из этой пропасти, но похоже я падаю к тебе, вместо того чтобы твёрдо стоять на месте.  Микаса крепче обняла его и сделала шаг назад, принуждая его отступить тоже. Страх потерять его был сильнее всего. Она больше никого не хочет терять. — Я не понимаю о чём ты… — начала она, но его низкий голос перебил её. — О том, что ты не можешь принять смерть Эрена и жить дальше. Тебе нужен он, а не я. Ты зовёшь его каждую ночь. Он нужен тебе. — Неправда! — она развернула его к себе лицом, чтобы взглянуть в глубокие тёмно-синие глаза, в которых читалось столько боли, которую она причинила ему, — Леви, послушай меня, мне нужен только ты. Моё сердце принадлежит только тебе и это истина. — Ты лжёшь не только мне, но и себе. Перестань… — она заставила его замолчать, накрыв губами его губы. — Я не договорила. Прошу, выслушай меня, — он едва заметно кивнул, давая понять, что готов выслушать её. — Я всё ещё не могу принять тот факт, что Эрена больше нет. Это я его убила! Я! — Микса кричала, размахивала руками и явно эмоции давно захлестнули её. С сильным грохотом на землю упали деревянные палки, что служили верной опорой. Леви обхватил руками её тело и притянул к себе ближе, едва удерживаясь на неустойчивых ногах. — Прости, что каждую ночь тебе приходится утешать меня и слышать, что я бормочу во сне. Но мои сердце и душа всецело принадлежат только тебе, — от обилия чувств по её щекам потекли слёзы, полностью подтверждающие то, что она говорит чистую правду. Она всегда так реагировала, когда что-то вырывалось из самых потайных уголков её израненного сердца. Он хотел что-то сказать, но слова будто повисли в воздухе и ему хватило сил лишь сильнее притянуть её к себе. Без единого слова он дал ей понять, что будет рядом всегда, и он безмерно любит её. Они были созданы друг для друга. Он сломленный и будто отрешённый от всего мира. И она… не сумевшая разобраться в собственных чувствах, винила себя в смерти родного человека. Но как бы там ни было — друг с другом им было хорошо. Микаса потихоньку приходила в себя, хоть и по ночам могла что-то бормотать во сне. В такие минуты Леви прижимал её к себе и тихо говорил что-то приятное, успокаивая её.

***

Очередная прогулка вдоль моря закончилась бы как обычно, но не в этот раз. Леви медленно шёл, пытаясь не запутаться в водорослях, что принесли сильные волны на берег. Костыли то и дело противно цеплялись за них, из-за чего он тихо ругался себе под нос. Погода стояла ясная и солнечная. Только редкие порывы ветра, что будто доносился с самого океана, мог ненадолго охладить от сущего пекла. Делая очередной шаг до его слуха донёсся жалобный и протяжный стон. Кажется….кто-то мяукнул. Леви тут же обернулся, пытаясь осмотреться и найти источник звука, и нашёл. В тени небольшого деревца сидел маленький, истощённый котёнок. Казалось, он из последних сил издал этот жалобный голос, чтобы его только заметили. Он то ли жмурился от яркого солнечного света, то ли засыпал буквально находу. Леви тут же побрёл к нему и осторожно опустился на одно колено. Котёнок вновь жалобно мяукнул и своим маленьким носиком коснулся до руки Леви. Без лишних раздумий он аккуратно поднял котёнка и тот вцепившись своими лапками покрепче, с широкими глазами наблюдал за действиями своего спасителя. — И откуда ты такой взялся только? — тихо сказал Леви и ненароком задумался о том, как Микаса отреагирует на появление нового жильца дома. Он ведь совершенно не знал, как она относится к животным. Они никогда не говорили об этом, да и поводов для подобного как-то не было. Микаса никогда и не упоминала о том, что нуждается в общении с животными, хотя она вообще мало что просила у него. Почти всегда в своих собственных мыслях или рядом с ним, но всё с той же скромностью в глазах и действиях. — Надеюсь ты порадуешь самую прекрасную в мире девушку, — вновь сказал он котёнку, опустив на него взгляд. Котёнок был необычайно красив и мил. Ярко-зелёные глазки будто блестели на солнце, беленькие носочки на лапках и светлая грудка так дополняли тёмную шёрстку пушистика. Подходя всё ближе к дому, Леви увидел знакомый силуэт. Микаса уже сидела на качели, выглядывая его. Она любила качаться на качелях в гордом одиночестве, погрузившись в свои мысли, но как только глаза находили его, то вся меланхолия тут же испарялась, а на душе появлялись радость и трепет. Она бежала к нему навстречу и нередко это заканчивалось жаркими поцелуями в мягкой, горячей траве у дома. Как и всегда, Микаса сидела на качелях, медленно покачиваясь из стороны в сторону. Заметив на горизонте Леви, она тут же подскочила и понеслась со всех ног к нему. Только подбежав к нему ближе, она заметила маленького котёнка, что прижимался к его телу всё сильнее. Она с самого детства любила животных. Столько времени прошло уже с того самого момента, как она была ребёнком и часто проводила время с животными, понемногу познавая этот мир. То что Леви любил животных — сомнений не было. Она ещё в разведке замечала с какой теплотой он гладил своего коня и как заботился о нём в бою. Он всегда думал о благополучии не только своих людей, но и животных, что помогали сражаться с титанами и всегда были рядом. Микаса медленно потянулась к маленькому зверьку и почувствовав, как он задрожал отпрянула руку назад. — Где ты его нашёл? — спросила она всё ещё продолжая рассматривать измученного и испуганного котёнка. — Сидел у небольшого деревца. Леви взял котёнка в руки и медленно протянул его Микасе. — Давай оставим его, — вдруг выпалила Микаса, как только котёнок вцепился своими маленькими лапками в её платье. — Я рад, что тебе он понравился, — с некой радостью в голосе сказал Леви и они неспешной походкой пошли в дом. Войдя в дом, Микаса буквально понеслась на кухню в поисках молока, ведь неизвестно сколько котёнок пробыл на улице без еды и воды. Пока Микаса орудовала на кухне, Леви понёс маленькую находку в ванную. На его удивление котёнок даже не упирался и не плакал, когда тёплая вода коснулась его тела. Он мирно стоял, пока Леви вымывал грязь, забившуюся в маленькие лапки. Закончив всё на кухне, Микаса поспешила помочь Леви. Она уже догадалась, что Леви не успокоится, пока не вымоет котёнка до чиста. Жизнь с ним под одной крышей научила её многому. И хоть он был к ней весьма добр для его скверного характера, она всё равно иногда испытывала некий дискомфорт, который касался уборки. Бывали случаи, что ей приходилось убираться два раза в день, лишь бы Леви не бубнил себе под нос бог весть что. И сейчас она не могла налюбоваться подобным зрелищем, как Леви бережно моет столь хрупкое создание и на его лице нет былого раздражения, а лишь лёгкое беспокойство и смятение. — Давай помогу. Он обернулся. Не ожидал увидеть её. — Всё в порядке. Она стойко выдержала мыло и тёплую воду. Я поражён, — его голос был мягким и спокойным. — Это девочка? — удивлённо спросила Микаса, прям как маленький ребёнок. Котёнок творил чудеса. Похоже, он смог её отвлечь от бесконечной меланхолии и показать свет к жизни. Он кивнул и тут же потянулся за полотенцем. Микаса помогла закутать маленькое созданьице в мягкое полотенце и с интересом наблюдала, как большие зелёные глаза изучают новый дом. Они сидели на небольшом диване, поглядывая то друг на друга, то на маленького дрожащего котёнка, в глазах которого был немой вопрос: «а что будет дальше?» — Как назовём её? — вдруг спросил Леви, всматриваясь в пушистое чудо. — Пускай будет Диной, — рука Микасы легонько коснулась плеча Леви, и он поднял свой взгляд на неё. Девушка совсем выглядела иначе. Будто в неё вдохнули жизнь. Одно радовало — ещё не всё потеряно. — Красивое имя, — ответил он и коснулся своим лбом её лба. — Я люблю тебя, Леви, — шёпотом сказала она и поцеловала его в губы. Их горячий поцелуй прервало внезапное мяуканье, которое возникло между ними. Леви неохотно отстранился и Микаса недовольно посмотрела в сторону котёнка. — Похоже теперь у меня есть соперница, — шутливо сказала она и вновь посмотрела на Леви. Леви всегда сдерживал все свои эмоции, но сейчас сказанное Микасой не смог пропустить мимо ушей и искренне засмеялся. Микаса наслаждалась этой минутой и была рада, что их теперь трое.