Часть 1

Для всех она была Дельфини Роули. Спокойная, вежливая, собранная — такая, какой полагается быть целительнице в "Святом Мунго". На бейджике значилось: "Д. Роули, Отдел зелий". Никто не задавал лишних вопросов. Тедди Люпин заметил её сразу. Сначала — зелье. Потом — голос. Потом — глаза. В них не было ни тьмы, ни света. Только сдержанность и одиночество. Он начал приносить ей кофе. Делать неловкие попытки шутить. Её улыбка была редкой, но настоящей Они начали встречаться незаметно. Сначала кофе. Потом вечерняя прогулка. Она приглашала его к себе. Он приносил ей книги и кофе, она читала ему стихи. Однажды он заснул у неё на диване после ночного дежурства — и не ушёл. Они были вместе, когда она сказала: — Моё настоящее имя — Дельфини Риддл. Я дочь… Волдеморта. И Беллатрисы Лестрейндж. Он посмотрел на неё. В её глазах было ожидание — отвращения, страха, конца. — Это неважно, — сказал он тихо. Она моргнула. — Как это неважно? Моя мать убила твою мать. — Ты — не она. Ты никого не убивала. Ты лечишь людей, Дельфини. Мне не нужно твоё наследие. Мне нужна ты. Она заплакала впервые с одиннадцати лет. Когда он всё-таки привёл её к Андромеде, то представил, как и хотел: — Бабушка, это Дельфини Роули. Мы вместе. Андромеда кивнула, вежливо, сдержанно. За обедом расспрашивала её о Мунго, о травах, о пациентке с редкой магической аллергией. Но взгляд её скользил — на профиль, на поворот головы, на тень в голосе. Тедди видел: она чувствует, но не верит себе. — Интересная девушка, — сказала Андромеда потом внуку. — Ты уверен, что знаешь, кто она? Он улыбнулся. — Знаю. Лучше, чем кто бы то ни было Он знал: когда-нибудь Андромеда догадается. Может быть, узнает. Может быть — поймёт. Но прежде всего — Дельфини была тем, кем выбрала быть. И он любил её за это.