Часть 2

Глава 2: Осколки памяти Он не ответил сразу. Только смотрел на меня, будто боялся, что если скажет хоть слово — я исчезну. Вокруг нас сад затаил дыхание. Даже вода в фонтане, казалось, застыла в воздухе, позволяя этому моменту длиться вечность. — Миран, — наконец выдохнул он, почти беззвучно. — Я Миран. Имя отозвалось во мне странной дрожью. Миран... Миран... Как будто ключ повернулся в замке где-то глубоко внутри меня. Я невольно шагнула ближе, вглядываясь в его черты, отчаянно пытаясь вытащить из забытых глубин хоть крошку воспоминаний. И тогда оно пришло — короткой вспышкой. Руки, обнимающие меня в темноте. Шёпот на ухо. Тепло его тела рядом. И потом — страх. Крик. Слёзы, рвущие душу на части. Я отшатнулась, задыхаясь. Миран тут же отпустил мои руки, будто боялся причинить мне боль. На его лице появилось выражение, от которого хотелось плакать — отчаяние, покорность и тихая, безумная любовь. — Я не хочу тебя пугать, — прошептал он. — Я... просто хочу, чтобы ты знала. Ты была моим светом, моей жизнью. Без тебя я ничто. Сердце бешено колотилось в груди. Я чувствовала, что он говорит правду. Чувствовала боль, которая ещё не имела для меня объяснения, но была реальна, как воздух вокруг. — Почему?.. Почему я не помню?.. — спросила я, больше себя, чем его. Миран сжал кулаки, опустил голову, будто борясь с чем-то внутри себя. Его голос стал низким, с хрипотцой: — Они стерли твою память, чтобы ты не страдала. Чтобы ты забыла всё зло... и меня вместе с ним. Мои пальцы невольно дрожали. Что за зло? Что я могла видеть, что стоило таких страшных жертв? — А ты? — прошептала я. — Кто ты теперь? Он поднял на меня глаза. Тёмные, бездонные, наполненные такой тоской, что я невольно сделала шаг к нему. — Я — демон, — сказал он горько. — Тот, кто не заслужил ни прощения, ни любви. — Но... — я запнулась. — Я чувствую... что ты мне дорог. Он медленно протянул руку, осторожно, как будто я могла исчезнуть при малейшем движении. Я позволила ему взять мою ладонь. Его пальцы были горячими, почти обжигающими, но в этом прикосновении была странная нежность, от которой хотелось плакать. — Я не прошу ничего, — шептал Миран, закрывая глаза. — Только... позволь мне быть рядом. Хоть мгновение. Хоть на расстоянии дыхания. В груди снова закололо. И где-то глубоко внутри себя я знала — я уже позволила. Давным-давно.