Шесть якорей

***

Лия шла по коридорам Хогвартса. Каждый шаг отдавался в висках ровным, мертвенным стуком. Беллатриса здесь. В замке. И она напала на Амбридж. Мысли Лии лихорадочно работали: это была ловушка? Провокация?Дверь в кабинет Дамблдора была приоткрыта. Войдя внутрь, Лия застала мрачную сцену. Дамблдор стоял у камина, его лицо было непривычно суровым. Снейп, бледнее обычного, молчал у стены, скрестив руки. На стуле, вся в слезах и дрожа, сидела Долорес Амбридж. Ее розовое платье было порвано, волосы растрепаны, а на щеке алела тонкая, кровоточащая царапина. — Мисс Уолтер, — голос Дамблдора отдался эхом по кабинету. — Произошел... инцидент. Амбридж рыдала еще громче. —Она... она напала на меня! В моем же кабинете! С криком «Где она?!» Эта сумасшедшая! Она хотела меня убить! — Профессор Амбридж отделалась испугом и неглубокими ранами, — холодно констатировал Снейп. — Лестрейндж скрылась до того, как подоспела помощь. Лия медленно подошла ближе. Ее красные глаза были прикованы к царапине на щеке Амбридж. Это был не просто порез. Он был сделан особым образом — зигзагообразный, похожий на змею. Послание. Для нее. — Что она хотела? — спросила Лия, обращаясь к Дамблдору, но глядя на Амбридж. — Она повторяла одно и то же, — всхлипывая, прошептала Амбридж. — «Скажи ей, что я жду. Скажи наследнице, что игра в прятки окончена. Пусть придет ко мне, или я начну резать ее новых друзей. Но пока начну с этого розового поросенка. А потом перейду на более родное» Воздух в кабинете стал ледяным. Угроза была предельно ясна и адресна. Беллатриса, ведомая своей извращенной логикой, решила предупредить Лию, напав на самого ненавистного ей человека в замке. И теперь она угрожала всем остальным. — Она не ушла из Хогвартса, — без тени сомнения заявила Лия. — Она где-то здесь. В Запретной секции библиотеки, в астрономической башне... где угодно. Она знает, что я не оставлю это без ответа. — Это именно то, чего она добивается, — сказал Снейп. — Она хочет выманить вас на дуэль. Один на один. — И я не собираюсь ее разочаровывать, — Лия повернулась к выходу. — Мисс Уолтер! — Дамблдор впервые повысил голос. — Это безрассудство. Беллатриса Лестрейндж — одна из самых опасных и безжалостных волшебниц нашего времени. Вы не готовы. — Я готова, профессор, — ответила Лия, останавливаясь у двери. Ее спина была прямая, поза — уверенная. — Я была готова к этому с того дня, как пришла сюда. Но сейчас я защищаю не себя, а тех кто за короткое время стал мне дорог. Она бросает вызов не мне лично. Она бросает вызов наследнице Слизерина. И если я сейчас отступлю, она будет считать себя вправе убить любого в этих стенах. Я не позволю этому случиться. Она вышла из кабинета, оставив за спиной тяжелое молчание. Ее решение было принято.

***

В гостиной Слизерина ее ждала вся шестерка. Новости уже успели дойти до них. Лица у всех были напряженными. — Ты не пойдешь одна, — заявил Драко, едва она переступила порог. В его глазах горел тот же огонь, что и в ее. — Нет, — твердо ответила Лия. — Это мой бой. Она вызвала меня. Беллатриса не станет драться с вами. Она либо убьет вас на месте, чтобы добраться до меня, либо использует против меня. Я не позволю ни тому, ни другому случиться. — Но это ловушка! — воскликнула Гермиона. — Она не станет честно сражаться! — Я знаю, — Лия достала Астрариум. Прибор замерцал тусклым светом. — Именно поэтому вы все будете участвовать. Но не так, как вы думаете. Она поставила Астрариум на стол и жестом призвала всех приблизиться. — Беллатриса хочет дуэли? Что ж, она ее получит. Но правила установлю я. — Ее пальцы скользнули по холодному металлу артефакта. — Она думает, что мы будем сражаться магией. Заклинаниями, проклятиями. Но ее величайшая слабость — ее разум. Ее безумие. Я собираюсь обратиться к нему. Она объяснила им свой план. Это был самый опасный план из всех, что они когда-либо обсуждали. Он не предполагал прямого столкновения. Лия собиралась использовать Астрариум, чтобы войти в сознание Беллатрисы. Не физически, а ментально. Проникнуть в ее кошмары, в ее больные фантазии и сразить ее там, на ее же территории. — Это безумие, Лия! — прошептала Пэнси, в ужасе глядя на нее. — Если ты застрянешь там... если ее безумие поглотит тебя... — Оно не поглотит, — голос Лии был спокоен. — Потому что я не пойду туда одна. Вы все... вы будете моими якорями. Вы будете держаться за меня, пока я буду внутри. Ваши мысли, ваши эмоции, ваша вера в меня... это не даст мне потеряться. Вы будете моим щитом. Они переглянулись. Риск был чудовищным. Они собирались связать свои сознания с сознанием Лии и бросить вызов самому хаосу, которым была одержима Беллатриса Лестрейндж. — Я в деле, — первым сказал Драко. Один за другим они соглашались. Гарри, Пэнси, Тео, Рон, Гермиона. Их воля сплелась в единый стальной канат.

***

Полночь. Астрономическая башня. Они снова стояли на месте своего величайшего успеха. На этот раз не для того, чтобы черпать силу у звезд, а для того, чтобы бросить вызов тьме в самом ее логове — в сознании другого человека. Лия сидела в центре круга, который образовали ее друзья. Астрариум парил перед ней, его сферы вращались с нарастающей скоростью, отливая зловещим багровым светом. Каждый из шестерых положил руку на плечо Лии или на Астрариум, замыкая круг. — Помните, — тихо сказала Лия, закрывая глаза. — Держитесь за мысль обо мне. За память обо мне. Не отпускайте. Она погрузилась в себя. Астрариум стал ее проводником. Она не искала нить Беллатрисы в мире. Она искала саму Беллатрису. Ее сознание. Ее безумие. И она нашла его. Это был не поток мыслей, а ураган из образов, звуков и эмоций. Крики, смех, боль, обожание и ненависть, все смешалось в один оглушительный вихрь. Лию отбросило, как щепку. Она почувствовала, как ее собственное «я» начало расползаться по швам под натиском этого хаоса. Но затем она почувствовала их. Шесть точек света в кромешной тьме. Шесть якорей. Гермиона💭:Мы с тобой, Лия. Рон💭:Не вздумай сдаваться. Тео💭:Покажи этой сумасшедшей, кто здесь главный. Пэнси💭:Ты сильнее. Гарри💭:Ты не одна. Драко💭:Возвращайся к нам. Они были с ней. Их воля стала ее щитом. Она собралась с силами и шагнула в самый центр урагана. Она очутилась в мире, созданном безумием Беллатрисы. Это была смешанная реальность — бальный зал поместья Малфоев, залитый кровью и уставленный скелетами в мантиях Пожирателей. В центре, на троне из костей, сидела сама Беллатриса. Но это была не та Беллатриса, что существовала в реальном мире. Это была ее богиня-повелительница, искаженная и возвеличенная ее больным разумом. Ее глаза пылали, как угли, а из рук струилась черная магия. «Ты пришла! — ее голос гремел. – Пришла отдать дань уважения своей повелительнице!» «Я пришла положить конец этому цирку, Беллатриса, — ответила Лия, и ее голос, усиленный волей семерых, звучал ровно и громко. — Ты служила призраку. Я — плоть от его плоти. Ты — всего лишь тень. И пора тебе исчезнуть». Беллатриса взревела от ярости и метнула в нее сгусток чистой ненависти. Лия не стала уворачиваться. Она встретила атаку лицом к лицу, но не магией, а памятью. Она показала Беллатрисе ее самое унизительное воспоминание — момент, когда с ней, молодой и надменной аристократкой, говорил как с прислугой юный Том Реддл. Она показала ей страх, который та всегда прятала за фанатизмом.Беллатриса отшатнулась, ее лик исказила гримаса боли. «Ложь!Он был Богом!» «Он был мальчиком, который боялся смерти, — парировала Лия, наступая. — А ты — запуганной девочкой, которая так и не нашла в себе сил стать кем-то большим, кроме как чьим-то орудием». Она обрушила на Беллатрису множество образов — все ее преступления, всю боль, которую она причинила, но не с осуждением, а с холодным, безжалостным анализом. Она показывала ей пустоту за ее поступками, бессмысленность ее жестокости. Беллатриса билась в истерике, ее иллюзорная реальность трещала по швам. Ее богиня-повелительница таяла на глазах, обнажая жалкую, испуганную старую женщину. «Нет! Я сильна! Я доказала это! Я убивала! Мучила!» «И что это тебе дало?» — последний удар Лии был самым точным. — Где он теперь, твой повелитель? Он пытается вернуться, цепляясь за осколки своей души. И все только для того, чтобы найти меня – свою дочь, но я то понимаю, что нужна ему только, чтобы он меня использовал, ведь у меня больше силы, чем у него. А ты? Ты всего лишь призрак, бегущий за другим призраком. Твое существование не имеет смысла». Словно зеркало, мир Беллатрисы разлетелся на осколки. Раздался последний, пронзительный вопль — вопль не ярости, а полного, абсолютного отчаяния и осознания своей никчемности. А затем наступила тишина. Лия стояла в пустоте. Перед ней, на коленях, сидела призрачная фигура Беллатрисы Лестрейндж. Ее безумие не исчезло, но оно было сломлено. Раздавлено холодной правдой, которую Лия вбила в ее сознание. «Кончено, Беллатриса, — сказала Лия. — Ты проиграла. Ты больше не опасна. Ты... ничто». Она развернулась и пошла прочь, навстречу шести маякам, что звали ее домой.

***

Лия очнулась на холодном камне Астрономической башни. Она была истощена до предела, ее тело дрожало от перенапряжения. Но она была жива. Шесть пар рук поддерживали ее. Шесть пар глаз смотрели на нее с облегчением и трепетом. — Она... — начала Лия, но голос ее сорвался. — Она в лазарете, — тихо сказал Снейп, появившись из тени. Они даже не заметили, когда он пришел. — В состоянии полного ступора. Мадам Помфри говорит, что ее разум... разорван изнутри. Она не представляет угрозы. Они помогли Лие подняться. Она стояла, опираясь на Драко, и смотрела на восходящее солнце. Она победила. Но победа не принесла радости. Лишь тяжелое, горькое осознание цены, которую приходится платить за выживание. — Теперь ты по-настоящему свободна, — сказала Гермиона. — Грей бежал, Беллатриса сломлена. Ты можешь начать жизнь с чистого листа. Как Лилианна Эванс. Лия покачала головой. Она посмотрела на своих друзей — гриффиндорцев и слизеринцев, стоящих плечом к плечу. — Нет, — прошептала она. — Свобода — это не новое имя. Свобода — это не отсутствие врагов. — Она выпрямилась, с трудом, но уже без посторонней помощи. — Свобода — это право быть собой. Со всем своим прошлым. Со всеми своими шрамами. И я... я еще не знаю, кто я. Но я знаю, что я не Лилианна Эванс. И я не дочь Волан-де-Морта. Я — Лия. И этого пока достаточно. Она сделала шаг вперед, к выходу с башни. Война с Тьмой была далека от завершения. Где-то там, в тени, ждал ее отец. Где-то зрел новый заговор Министерства. Но сейчас, в лучах утреннего солнца, это не имело значения. У нее был замок. У нее были друзья. И у нее, впервые в жизни, было будущее, которое она могла выбирать сама. И это был самый большой выигрыш из всех возможных. Продолжение следует