Сшитые в одно

Холод пронизывал до костей, дрожь била крупной рябью по телу, но лишь в одном месте, чуть сбоку от живота, пылало адским огнем, словно напоминая о тех двадцати годах, что стали личной преисподней. Обхватив себя руками, он ощущал приближение конца. Вот только не боль разрывала его на части, не она терзала изнутри. Лишь одно чувство – горькое осознание, что он снова подвел её. Но, к счастью для Элли, на этот раз – в последний. Она металась вокруг, отчаянно пытаясь осмотреть рану. Руки её дрожали, голос предательски срывался, несмотря на все усилия. Найдя обрывок тряпки, она скомкала ее и прижала к кровоточащей ране. Джоэл скорчился, в ушах зазвенело, и торопливый, испуганный голос Элли тонул в этом звоне. Собрав последние крупицы сил, он резко схватил её за шиворот. — Уходи, — прохрипел он, с трудом сдерживая новую волну боли. Элли замотала головой, встревоженно глядя на него, сжав кулачки до побелевших костяшек. Схватив крепче, Джоэл дёрнул ее к себе, выкрикивая прямо в лицо: «Уходи! Иди на север, к Томми». А затем, собрав волю в кулак, оттолкнул ее назад с такой силой, словно выталкивал не от себя, а из себя.  Оказавшись на полу, она замерла, оцепенев, уставившись на самого близкого человека, что призывал оставить его умирать. Подступающая волна слёз душила, но девочка поднялась. Подобрала с пола дублёнку и бережно укрыла ею Джоэла. Стоя над ним, она вглядывалась в его лицо, ища ответ в глубине его глаз: «Почему?» Он смотрел в ответ, почти не моргая, словно пытался запечатлеть её образ в памяти, сохранить эти последние мгновения, пока она ещё была рядом.  Резко сорвавшись с места, она быстрыми шагами поднялась по ступенькам наверх. Найдя какую-то комнату, Элли заперлась. Тяжело дыша, она всё ещё старалась не давать волю слезам. Но стоило только взглянуть на руки, на въевшуюся кровь Джоэла, как хрупкая плотина дала трещину. Судьба вновь занесла косу над самым дорогим, единственным человеком. Время словно застыло, парализовав ее страхом. Не страх одиночества, уже знакомый и почти привычный, сковал ее, а ужас потери – потери его. Неужели он и вправду думает, что она просто возьмет винтовку и оставит его умирать в холоде и одиночестве? Осознание накатывало, как ледяная лавина, погребая под собой волю. "- Уходи!" – этот крик эхом отдавался в голове. Она резко обернулась, судорожно выдыхая, и облачко пара растаяло в воздухе. Сердце бешено заколотилось, словно готовясь в последний раз отсчитать время. Мысль о том, что она может его потерять, пронзила ее, как разряд тока. Ворвавшись в следующую комнату, она с яростью принялась рыскать по ящикам, вышвыривая содержимое на пол. Вот еще один. Не поддавшись с первого раза, девочка дёрнула ручку с отчаянной силой. Казалось, от этих поисков чего-то зависела её жизнь. Так и было. И вот, наконец найдя что-то на подобие чем можно было зашить рану, Элли понеслась вниз.  Услышав её топот, Джоэл приоткрыл глаза. Где-то глубоко под сердцем заскрипела надежда. Он всё ещё надеялся и ненавидел за это себя. Жизнь давным-давно лишила его права надеяться, а уж тем более любить. В тот вечер, перед тем как они должны были отправиться из Джексона, он собирался оставить её, вверяя заботам Томми, и почти сделал это. Но, хлопнув дверью, оставляя Элли одну в слезах, Джоэл уже начал сомневаться в правильности своего решения. Сердце протестовало, этот спор находился на грани разума и чувства. Неволить её своей болью, которую она заполняла с первого дня появления в его жизни, было бы чудовищно эгоистично. Но отказаться от неё всё равно, что лишить себя смысла существовать. И снова эта грань между тяжёлым, но единственно правильным и безрассудным. Выбор был сделан. Итог? Никто не получил того, чего так ждал.  Продолжая трястись, Джоэл прикрыл глаза, с каждым вздохом его душило нестерпимое сожаление. Осмелившись позволить себе остаться рядом с близким человеком, обернулось чертовой иронией. Не так, а значит иначе, но она всё равно его потеряет. "Уж лучше бы она осталась с Томми." пронеслось в спутанных мыслях мужчины. За его эгоизм придётся расплачиваться этой несчастной девочке, что снова должна будет переживать утрату, может не такую значимую, а может и не утрату вовсе..  Подлетев к нему и усевшись рядом, девочка озарила всё вокруг широкой улыбкой. Джоэл медленно повернул голову в ответ, и в этот миг его сердце, словно хрупкое стекло, разлетелось на тысячи осколков. Встретившись взглядом с Элли, он впервые по-настоящему увидел её. В глубине её глаз плескалась несокрушимая надежда и нежность, всеобъемлющая и пронзительная, достигающая самых дальних уголков его измученной души. Замирая, боясь моргнуть и разрушить это видение, он неотрывно смотрел на неё, отказываясь верить в реальность происходящего. Это было не прощание, нет, это было признание. Элли взяла его руку, переплетая их пальцы, и в этой улыбке, в этом прикосновении заключалось всё. Вся её безграничная, всепоглощающая привязанность к нему. И с каждой секундой она говорила всё больше и больше. То, как её тронула удавшаяся попытка рассмешить его очередной глупой шуткой, то, как он учил её стрелять из винтовки, и смеялся, когда у неё это не получилось. Или то, как он всегда, куда бы они ни шли, держал её за спиной, стремясь защитить от всего, что таило угрозу. Ночи, когда она не давала ему спать, задавая причудливые вопросы, а он сварливо отмахивался от неё. И то, как всегда смотрел на неё, думая, что она она этого не замечает. Элли крепче сжала его ладони, впиваясь взглядом в лицо Джоэла. На нем, словно рассвет после долгой ночи, проступало облегчение. Каменная стена, воздвигнутая вокруг сердца, рухнула под напором любви, которая теперь открыто сияла в его глазах, обращенных к ней. Джоэл осознал это еще тогда, за дверью, слушая, как Элли отказывается прощаться. Предательская слеза скатилась по щеке – одна лишь мысль о расставании повергала его в леденящий ужас. И вот сейчас, здесь, этот страх навсегда отступил, уступив место ясности. Точки расставлены. Джоэл сдался на милость чувств, признав, что никогда не сможет, не захочет ее отпустить. Их связь – нить, крепче которой нет ничего в этом умирающем мире, нить, способная выдержать даже дыхание смерти.