***

      Странные дела происходят в мире Твоём.       Люди стали просыпаться. Не в плане «утром на работу», а внезапно осознав себя частью всего живого, сущего. Одновременно ты - душа, сотворённая по образу и подобию Его, и - весь мир, каждое дыхание которого отражается в твоём сердце.       Это осознание приходит как вспышка, щелчок пальцев. Не было его, и ты жил вполне себе доволен, здоров и благополучен. А после «щелчка» понимаешь, что не жил. Не жил. И было оно - не Жизнь, а не нужное, вещное, картонное, эскиз. Ты был, и , вроде как, не был; а возник , родился только сейчас, здесь, в этом моменте. И тебе не хочется куда-то бежать, рассказывать, доказывать, как это здорово быть, и что всем нужно вот так же проснуться, ощутить, понять. Не нужно бежать. Это лишнее, наносное, из прошлой жизни. И ты уже лишний в той жизни. Потому что ты другой. * * *       Был человек, и в какую-то секунду, мгновение понимает, что он - часть Мира, и Мир - часть него. И это неразрывно. И мир сложен, прекрасен, целен.       И ты в нём есть не только  речь, смысл, сущностное стремление к справедливости, но и Тварь Его. Тварь на четырёх ногах или двух крылах. И это тоже часть замысла Его. Важная, нужная часть. Такая же как роса на траве, закат, гладкость шести или тонкий хруст прошлогодней листвы под твоим копытом. Ты - олень: тот, что в лесу, с рогами, хватает губами мох со стволов деревьев. И ты великолепен. Совершенен. И мир, твой олений мир, тоже. И вы оба, человек и олень, - единое Его творение.       Это второй «щелчок пальцев», изменивший всё. Здесь и сейчас ставший не катастрофой, но благословением: вот  - я о двух ногах, и я - олень. И это хо-ро-шо. Правильно. И я - частица Мира, и весь мир: звенящий в овражке ручей, ветер в кронах далёких сосен, обнажившийся корень старой вербы, - он во мне. И единственно верно так чувствовать, так жить. * * *       Мы с ним дружили давно. Всегда. Сколько себя помню. Он - лесная крыса, нутрия. И он всё ещё мой друг.       Многие им нас, изменившихся, потерялись в звере, их человеческое сознание дремлет где-то там, глубоко внутри. И они живут его инстинктами, повадками. А можно иначе. Если суметь помочь.       Мы с другом подвязались как-то разнорабочими к киношникам. Здесь, в Закарпатье, съёмочные группы - частые гости. Клоун был в труппе: нос красный, кепка белая, смешной вроде, а глаза грустные. Отошёл он за нами в лесок по землянику, да и придремал малость. А проснулся мишкой. Колоритный такой медведь вышел, лохматый. Друг ему: «Мишаня, очнись!», а тот лежит на пузе, морду лобастую меж передних лап спрятал, нос прикрыл, плечами поводит и ворчит, мол: «Отстаньте, спать мешаете». Мы ему: «Мишаня! Мишаня!» - не реагирует. Уйдёт же так, мишкой,  в лес. Благо, тут наши безопасники подошли, да как гаркнут: «Олег, кепку твою утащили!» Медведь голову поднял, осоловело в сторону глянул. «Да не туда смотри! Левее!» И как-то встряхнулся зверь: только что был медведь медведем, и, раз, - взгляд уже человечий, вдумчивый. Только что шкура мохнатая. Поднялся, потянулся, пару шагов сделал, и перетёк в человечий вид. Только плечи расправились, и потерянность ушла. Обрёл себя. «Спасибо, ребята!» - и пошагал обратно к съёмочной группе. * * *       Подавил олень полвыводка нутрят. Мимо шагал и не счёл нужным переступить. Друг - к Олегу. Ну тому, что медведь у нас теперь, Хозяин леса. Он мудр. Весь лес по обе стороны шоссе - его вотчина. Друг оставшихся деток из глинистой жижи спасает, не до разговоров ему.       Олег - оленю: «Зачем? Видел же!» Тот носом повёл, шаг назад отступил, смотрит, только не слышит за шумом смысла. «Ты же когда ребятёнка народить решил, слово разве кто против сказал? Защитить дитя - правильно. Других деток так зачем?» - как-будто прислушался к чему рогатый. Оленуха на него с опушки поглядывает, ждёт. Вскинулся, как понял чего, глянул на крысиное семейство, да и склонил голову покаянно: «Прости...» Подруга его, как перемену почуяла, подошла, боднула слегка в с плечо, - и под защиту деревьев.       «Я восемь лет её человеком добивался! А она только сейчас ответила. Спасибо вам!» - обратно в шкуру перетёк и вихрем за подругой.