Часть 28

Кейт и Оли продвигались по коридору, каждое движение осторожное, каждый звук — сигнал тревоги. В наушниках почти тишина, только их дыхание и редкие донесения коллег. Внезапно, из-за угла, выскочил человек с оружием. — Оли, за мной! — крикнула Кейт, но было слишком поздно. Выстрел пронзил воздух. Боль ударила по груди Оли, и он рухнул на пол, оружие выскользнуло из рук, она увидела: жилет пробит, кровь быстро пропитывает ткань. Слишком быстро. — Нет! — сердце Кейт подпрыгнуло в груди. Она выхватила пистолет и ответила, её выстрел был точен, но в этот момент земля будто вздрогнула. Взрыв. Второй. Стекла сыпались вокруг, обломки ударяли о стены и пол, ударная волна сбила Кейт с ног. Внутри всё дрожало — страх, адреналин, гнев. Она слышала только гул в ушах и отчётливое дыхание Оли. —Кейт! — раздался голос по рации, словно спасительная нить. — Ты в порядке? Кейт цеплялась за голос друга, пытаясь восстановить контроль. Медленно поднялась, ноги дрожали, но разум работал чётко: Оли ранен, нужно действовать. Она скользнула к нему, оценивая рану: грудь кровоточила, он бледен, но жив. — Держись, Оли, — прошептала она, голос сжат, но твёрдый. — Помощь идёт. Кейт почувствовала адреналин, страх и решимость смешались в одно. Она не могла позволить себе отвлечься. Террорист, которого она только что нейтрализовала, лежал на полу, но она уже не могла думать о нём — жизнь Оли важнее всего,она резко прижала ладони к ране. — Оли! —Просто дыши… Слышишь? Дыши! Оли пытался улыбнуться. — Не думал… что карьера новичка так быстро… взлетит, — выдохнул он хрипло, пытаясь придать голосу лёгкости. — Даже не успел стать… кем-то великим… — Заткнись! — она почти крикнула, наклоняясь ближе. — Ты слышишь? Не вздумай говорить так. Её пальцы скользнули, кровь била под ними теплом и страхом. Она прижала сильнее, пытаясь быть беспощадной к ране, потому что сейчас нельзя иначе. — Кейт… — Оли закрыл глаза на секунду — слишком длинную. Она тряхнула его за плечо. — Не смей. Открывай глаза. Смотри на меня! Он открыл, но взгляд плыл. — Ты же… настоящий сержантский кошмар… — усмехнулся он слабой улыбкой. — Я… я правда старался… — Ты не умрёшь. — Её голос сорвался, стал почти шёпотом. Она наклонилась ближе, лбом почти упираясь в его. — Ты слышишь? Не умирай. Пожалуйста… Просто говори со мной, держи мой голос… Оли попытался вдохнуть глубже, но воздух сорвался на кашель. Кейт почувствовала, как под её ладонью кровь вновь рванула наружу. — Кейт… — Он хотел сказать что-то ещё, но дыхание оборвалось. Тело стало настораживающе тихим. — Нет-нет-нет, Оли! Оли! — она снова тряхнула его. — Дыши! Смотри на меня! Её лицо побледнело, в глазах мелькнула паника — та самая, которая бывает, когда мир начинает рушиться прямо под ладонями. Рывком дотянувшись до рации на плече, она сорвала кнопку, почти выкрикнув: — Эспо! Где вы?! Он истекает кровью! Мне нужна помощь прямо сейчас! Шум, треск эфира, что-то неразборчивое. Кейт сжала рацию сильнее. — Хавьер! Ответь! Она бросила рацию на землю, снова наклонилась над Оли, выгнула ладони, давя на рану всем весом. — Держись… держись, слышишь?.. Её голос уже ломался. — Я не дам тебе уйти. Ты понял? Не сегодня. Не здесь. Кейт почти легла грудью на него, закрывая собой, будто могла своим телом удержать его жизнь внутри. Эспозито и Райан появились через мгновение , двигаясь быстро, но осторожно. За ними следовали два медика с носилками. — Держись, Оли! — крикнул Эспо, оценивая его состояние, — мы тебя вытащим! Кейт, с трясущимися руками, пыталась остановить кровь и дышать ровно, но страх делал это почти невозможным. Она чувствовала каждое биение сердца Оли, слышала каждый его вздох, и это заставляло её руки дрожать ещё сильнее. — Всё будет хорошо, Оли, держись… — шептала она, почти молясь. Медики аккуратно уложили его на носилки. Кейт не отпускала его руку, пока Эспозито и Райан помогали поднять носилки. Как только они вышли Оли сразу загрузили в скорую и раздались сирены увозя его как можно быстрее,красные огни мелькали на её лице. А она так и не смогла сделать ни шага следом. Когда скорая скрылась за поворотом, тишина вдруг ударила по ней сильнее любого взрыва. Она опустила взгляд — и увидела свои руки. Вся кровь. Чужая. Тёплая, липкая. Его кровь. Пальцы задрожали. Мысли исчезли, лишь одно осознание раскололо её изнутри: она могла потерять его. Прямо там, у неё на руках. Воздух внезапно стал слишком плотным. Грудь сжало, как тисками. Она отошла за угол здания и сорвала с головы балаклаву — будто она душила её — и попыталась вдохнуть. Но вдох сорвался. И ещё один. И третий. Паника накатывала не как волна — она поднималась изнутри, застревая в горле. — Дыши… — прошептала она себе, но голос звучал чужим, слабым. Колени подогнулись, и она прислонилась к холодной стене здания, оставляя на белом бетоне кровавые отпечатки. Она посмотрела на них — и стало ещё хуже. Её руки… всё ещё дрожали. Она видела, как под ногтями запеклась кровь. Как ладони всё ещё пропитаны ею. И только теперь, здесь, где никто не кричал и не стрелял, Кейт позволила себе почувствовать то, что удерживала весь этот ад: страх. непредсказуемость. и глухую боль от мысли, что новичок, мальчишка почти… мог умереть на её руках. Она закрыла глаза, пытаясь собрать себя по кускам. Но дыхание всё равно сбивалось — короткое, рваное. Она была твердой. Выдержанной. Но сейчас всё внутри трескалось, ломалось под собственным весом. Только её собственный пульс, бешено колотящийся в ушах, напоминал, что она жива. — Кейт — голос Эспозито был тихим, но настойчивым. Он положил руку ей на плечо и протянул бутылку с водой. — Я… я не могу… — её слова срывались, она захлебывалась. — Дыши, просто дыши, — сказал он. — Смотри на меня. Медленно. Она взяла воду, руки дрожали, но хотя бы немного смогла контролировать дыхание. — Я держала… его… — выдохнула Кейт, глотая слёзы. — Я пыталась… остановить кровь… — Ты молодец, — сказал Эспозито. — Всё, что могла — сделала. Он жив, и это благодаря тебе. Она сделала несколько глубоких вдохов. — Я… никогда не думала, что… — её голос дрожал, но он мягко её перебил. — Сейчас не думай, просто дыши, — сказал он, сжимая плечо. — Мы рядом. Кейт закрыла глаза на мгновение, позволяя хоть чуть-чуть тишины заполнить хаос в её голове, понимая, что даже здесь, среди ужаса, кто-то рядом способен дать опору.