Часть 1

Она открыла глаза. Перед ней — руки. Свои. В чёрной жидкости, название которой невозможно не угадать. ‎Воздух пропитан маслом настолько, что начинает тошнить, но эта сладость... Вкус тягучей, тёмной жидкости тянет попробовать снова. ‎Облизать пальцы. Засунуть руку обратно в месиво из проводов. Захлебнуть всё, что поместится в ладонь. Наклониться. Оторвать ещё одну конечность. Пить, пить, пить... ‎ ‎Тело подёргивается от удовольствия, улыбка сама расползается по лицу. Она чувствует, как насыщается, мурлычет от удовольствия — и... ‎ ‎Звонок. ‎ ‎Она резко выходит из транса, открывая глаза. Ужас отразился в кругах на оптике, дыхание сбилось. ‎Она чувствует липкость на ладонях, хотя там нет ни капли. Разве что — мелкие потёртости. Они зудят, и Узи почти готова расцарапать белый металл до масла, но её отвлекает чей-то голос: ‎ ‎— Хей, Узи! — Эн подходит плавно, но с привычным энтузиазмом. Когда он оказывается рядом, что-то хрустит. ‎ ‎— Ай, оу... ‎ ‎Узи делает глубокий вдох, встаёт и смахивает все учебники в рюкзак одним движением, пока дрон-разборщик болезненно корчится, держась за колено. ‎ ‎— Тебе определённо нужно на плановый осмотр, — замечает она. ‎ ‎Её взгляд скользит по Эну — от ног до головы, с присущей ей серьёзностью и заботливостью. ‎— Ха-ха... ну, может быть, когда-нибудь?.. — Он глупо улыбается, почесывая затылок. На оптике соскальзывает капля "пота". ‎ ‎— Ну да, — фыркает она, закатывая глаза. — "Когда-нибудь" — отличная дата. Я сама тебя отведу к доктору, если ты всё ещё маленький. ‎ ‎Она подмигивает и выходит из класса, слыша за спиной шуршание шагов. ‎Улыбка появляется сама собой, как только в голове всплывает его смазливое и совершенно глупое лицо. Он что-то бормочет, но тут же меняет тему: ‎ ‎— Я слышал, сегодня будет метеоритный дождь! ‎ ‎— Мгм... ‎ ‎Коридоры словно текут, пока он говорит. Шкафчики расплываются на периферии, а голоса других дронов сливаются в жуткую какофонию — вскрики, шёпот, смех. Оптика дёргается. ‎Только голос Эна звучит чётко. Бодрый, с привычным ему энтузиазмом и радостью. ‎ ‎Эн... ‎Какого вкуса было бы его масло? Вязкое, с горечью, с тёплой пряностью, с мягким, сладким послевкусием... ‎ ‎Узи резко мотает головой. ‎ ‎А хруст его корпуса?.. ‎Ох-х. Его ядро выглядит таким... привлекательным. Мягким... Прямо сейчас оно бьётся за его грудью, отбивая ритм "Тум-тум-тум"... ‎ ‎Стиснутая в кулак ладонь отрезвляет и возвращает её к реальности. ‎Она смотрит на плитку под ногами. Сглатывает подступившую к горлу рвоту и продолжает идти — вяло, но ровно, за Эном. ‎ ‎Она действительно пытается его слушать, но в голове каша. ‎Узи кивает, мычит в ответ — чтобы не огорчать. Он такой вдохновлённый, такой счастливый, когда говорит... идёт рядом, смотрит, просто проводит с ней время. ‎ ‎Стыд за фантазии обжигает, и на оптике пробегают румяные полосы вместе со стекающим "потом". Она быстро смахивает их. ‎ ‎Это должно быть отвратительно. ‎Как она вообще может думать о... ‎ ‎Эн продолжает щебетать. И она хватается за его голос как за спасательный круг. Просто, чтобы удержаться. ‎ ‎… ‎ ‎— Узи? ‎ ‎Она вздрагивает от прикосновения. Фокусируя взгляд, замечает: они уже у их квартиры. ‎ ‎— Всё в порядке? ‎ ‎Похоже, она снова ушла в себя. Внутри прокатывается волна вины — быстрая, резкая, как электрический разряд. ‎ ‎— Да, всё нормально, — отвечает слишком резко. А потом, уже мягче: — Просто задумалась. ‎ ‎Её губ касается лёгкая улыбка. Кончики чуть дрожат, но Эн, кажется, этого не замечает. Он улыбается в ответ — искренне, и ей становится легче. ‎С облегчением она достаёт карту и открывает дверь. ‎ ‎С тех пор как они съехались (а это была ещё та задачка — убедить родителей в том, что дрон-разборщик не собирается сожрать её сразу, как появится шанс), квартира стала похожа на художественный взрыв. ‎Повсюду: чертежи, рисунки, фигурки аниме, которые удалось найти на мёртвой планете, и... одежда. Много одежды. На диване, под столом, где попало. ‎ ‎А ещё — запах. ‎ ‎Раньше здесь пахло сыростью и пылью. Сейчас... Узи почти не чувствует запаха, он стал частью её. ‎Но друзья говорили, что пахнет "ими". Как будто их ароматы слились во что-то общее. В нечто целое. ‎ ‎"Фу, как слащаво, Узи Дверченко," — фыркнула она, проходя вглубь квартиры и кидая рюкзак на стул у рабочего места. ‎ ‎На кухне гремит посуда. Узи выглядывает — Эн с важным видом раскладывает закуски. ‎Пару оборотов шестерёнок — и она вспоминает, что они собирались сегодня посмотреть аниме, которое она скачала на пиратском сайте. ‎ ‎Она плюхается на диван, подхватывает ноутбук и забрасывает ноги на столик. ‎Медленно щёлкает мышкой, просматривая папки — пока взгляд не находит нужное. ‎В тот же момент место рядом с ней прогибается под тяжестью дрона, который только что заботливо приготовил им масла. ‎ ‎— Спасибо, Эн, — улыбается она, ловя мимолётный поцелуй на губах. ‎ ‎— Приятного, — отвечает он и кладёт голову ей на плечо. ‎ ‎Её экран заливает краска. ‎— Перестань быть... таким, — бормочет она, стараясь открыть файл, но вздрагивает от лёгкого прикосновения к шее. ‎ ‎— Прости-прости, больше не буду! — смеётся он, пока она пихает его в лицо. Не смотря на выходку, Узи всё таки позволяет обнять себя. Спустя пару шлепков по его оптике. ‎ ‎Она выдыхает. Вся напряжённость уходит, словно вода сквозь пальцы. ‎Ей хорошо, и..правильно. ‎ ‎"Думаю, я могу отвлечься на несколько часов..." ‎ ‎ ‎Утро. ‎ ‎Оптика выходит из "спящего режима", превращаясь в жёлто-фиолетовое цифровое сияние. ‎Узи смотрит в потолок. На её груди — тяжёлый, но уютный вес Эна. ‎ ‎Это не утяжеляет, наоборот. ‎ ‎Она проводит пальцами по его белым с серебром волосам, выдыхает. ‎Сегодня выходной. Без планов. Вроде Эн что-то говорил о метеоритном дожде? ‎Звучит красиво. Особенно потому, что она его ещё никогда не видела. ‎ ‎В животе расходится лёгкая вибрация. ‎Может, от голода. А может — просто от счастья. ‎ ‎Кстати, о голоде... ‎ ‎Мысли о недавнем припадке всплывают сами собой. ‎Она буквально высушила рабочего пару дней назад. Она не должна хотеть есть. ‎ ‎Особенно....Эна. ‎ ‎Взгляд с потолка скользит на дрона. Такой тихий. Доверчивый. Нежный. Её Эн. ‎ ‎Пальцы невольно сжимают прядь волос. Во рту собирается слюна. Узи сглатывает, чувствуя отвращение — и стыд. ‎Он мог бы быть идеальным завтраком. ‎ ‎Она должна чувствовать отвращение... но вместо этого ощущает тепло внизу живота. ‎Это не то невинное возбуждение от идеи смотреть на падающие "звёзды". И даже не то, которое приходит, когда они занимаются любовью. ‎ ‎Это новое. Нечто тревожное, но тянущее. ‎ ‎Она краснеет сильнее, замечая, как он её обнимает. ‎Вспоминает, как эти же руки касались её тела, бёдер, спины... ‎Как они выглядели, будучи связанными у изголовья кровати. ‎ ‎Узи прикусывает губу и слегка извивается под ним, вызывая его сонное ворчание. ‎Находит это милым, глубоко дышит и отгоняет испорченные мысли от процессора. ‎Закрывает глаза и наслаждается моментом, мечтая уснуть снова. ‎