Монстр?

      Про этот замок ходит дурная слава по деревне. Темные готические шпили вызывают дрожь в коленях даже у самых отважных, кто решается заглянуть в глухую чащу леса, чтобы посмотреть на дом монстра. Есть присказка про такие места: никто не выбирается отсюда живым. Правдива ли она?       Закатное солнце ложилось на перину осеннего леса. Несколько лучей одеялом легли на черную крышу, погладив витражные окна второго этажа в главном холле замка. Они точно смелее, чем люди, ведь бесстрашно проникли внутрь, чтобы посмотреть, что там творится. Один из смельчаков угодил в маленькую кровавую лужицу.       Днем в замке тихо, только стены и старая древесина иногда сокрушенно вздыхают, а сережки люстр звенят, как в мороз звенят сосульки, потревоженные ветром. Вдруг в этой пронзительной тишине скрипнула половица. Скрип. Еще скрип. Кто-то осторожно шел по полу, стараясь не дышать и не производить звуков. Шаги ускорились, оказавшись в лучах света, указывающих на растекшуюся кровь.       -О нет, - шепнул тонкий девичий голосок.       Невысокая, хрупкая девушка в легкой белой сорочке села рядом с лучом света, который напоследок, отживая свои последние минуты, решил потрогать ее длинные, мягкие волосы. Девушка запустила руки в тень и повернула к свету раненного парня.       -Ах, какой бледный, - взволновано произнесла она. Тут же она прикрыла ладонями рот, поняв свою неосторожность. Она огляделась вокруг – вроде никого.       Девушка проверила пульс парня и отодвинула с его лба кудрявые волосы, чтобы проверить температуру. Тревога исказила ее утонченные черты лица. Она вновь повертела головой, осматривая просторный холл и убедившись, что никого нет, попыталась привести в сознание лежащего парня.       -Ей, - шептала она. – Проснись.       Парень резко вздрогнул и отпрянул в сторону.       -Тшш, - подлетела к нему девушка, прикладывая палец к губам и хватая его за плечи. – Будь тише, чтобы не разбудить его.       Она безмолвно указала глазами наверх, предупреждая о последствиях необдуманных действий.       -Надо уходить, - прошептала она, побуждая парня встать.       Парень будто отходил от кошмарного сна, реальность казалась ему ненастоящей, он непонимающими глазами смотрел на витражные окна, на старые картины, на тяжелые гардины, на золотые подсвечники и вытекающие из них свечи. Только девушка, что вела его под руку, казалась реальной, объемной и живой. Сорочка на тонких лямках пропускала к телу свет, становясь совсем прозрачной, создавая эффект невесомости. И шла девушка босиком, словно ангел спустившийся с небес. Парень чувствовал сильнейшую усталость, притягивающую его к земле, заливающую его ноги свинцом, но смотря на девушку и ощущая ее прикосновения, он смог воспылать духом и настойчиво продолжать идти к свободе от кошмара прожитой ночи.       Вдвоем они спустились по массивной лестнице, ведущей к парадному выходу. От каждого следующего шага замирало сердце. От сквозняка с противным, протяжным скрипом приоткрылась дальняя дверь на первом этаже, отчего парень запаниковал и постарался ускориться, пусть и чувствовал, что девушка пытается его остановить. Наконец они добрались до выхода. Девушка оставила парня стоять, а сама принялась толкать двухметровую дверь. Она поддалась и впустила свежий воздух внутрь замка.       Когда они спустились по готической парадной лестнице, вид которой навевал мысли о заброшенности, обветшалости и средневековой старине, парень схватил девушку за руку, сильно сжал и побежал вперед, а главное – подальше от этого жуткого места.       -Нет, подожди, - с мольбой отозвалась девушка. – Отпусти меня, я не могу уйти.       -Не бойся, мы успеем убежать, пока он не заметил, – ответил парень, успокаивая. – Вон там за забором лес, а через пару километров деревня, мы успеем. Мы спасемся.       Парень тащил девушку за собой, она упиралась, как могла, беспокойно озираясь на замок.       -Отпусти меня, я правда не могу пойти с тобой, - молила она.       -Я знаю, тебе страшно, но поверь мне, я помогу.       Когда они подбежали к забору, девушка смогла высвободиться из хватки. Теперь уже она взяла его руку в свои ладони и посмотрела большими, голубыми глазами ему прямо в душу.       -Беги быстрее, - сказала она. – Ты должен бежать, иначе можешь умереть. Здесь тебе оставаться опасно. А главное, прошу, запомни это – не возвращайся.       Девушка отпустила руку парня и побежала обратно к замку, ступая по траве, а потом и по холодному камню так, будто парила в миллиметрах над их поверхностью.       Парень смотрел, как удаляется от него прозрачный силуэт девушки и сокрушался, что не может ей помочь.       Девушка же зашла в замок, все также осторожно, все также оглядываясь, сжимая край своей сорочки и прикусывая губу каждый раз, когда наступала на половицу постарше и поговорливее. Она поднялась на второй этаж, зашла в небольшой холл, выходящий окнами к лесу. Около забора все еще стоял тот парень и по-особенному смотрел на замок.       -Дурак! Я же вижу эти решительные глаза. Думает вернуться. Опять?       Темное пространство позади нее оглохло от шелеста тысяч крыльев летучих мышей. Облако, что темнее самой ночи сначала сконцентрировалось в плотный комок, а затем приблизилось к девушке.       -Я же им всегда говорю - не возвращайтесь, здесь опасно. А они все норовят залезть в этот капкан. В чем же дело?       Пальцы с когтями, перепачканными в крови, принялись убирать светлые волосы с ее шеи.       -Дело в тебе, дорогая, - проговорил бархатный мягкий голос. Он говорил негромко, но стены дрожали от его силы, впитывая каждое слово.       -Во мне? – удивленно спросила девушка.       Наконец фигура парня сдвинулась с места и через некоторое время исчезла, затерявшись в сумеречном лесу. Солнце ушло за горизонт, для замка наступало самое приятное время.       -Из-за тебя они возвращаются. Чтобы спасти прекрасную принцессу от лап жуткого монстра, - сказал голос, постепенно оборачиваясь черноволосым мужчиной. Он положил голову в сгиб тонкой, испускающей сияние шеи и обнял девушку, прижимая ладони к ее животу.       -Жуткого монстра? – вновь переспросила девушка. – Ну да, когда двери открывает Штейн я тоже бывает пугаюсь, эти его штыри в голове иногда гноятся, но он все равно не жуткий. Напротив, довольно милый.       Девушка развернулась, чтобы посмотреть на глаза, что каждый день заставляют ее сердце биться чаще. Один – внимательный черный. Другой – замутненный белый с маленьким зрачком. Пленяющая дуальность. Своей изящной рукой она убирает нависшую на глаза челку, чтобы лучше рассмотреть эти зеркала души.       -Это ты милая, любовь моя, - сказал парень с трепетом.       Он взял ладонь возлюбленной, чтобы прикоснуться к ней своими пусть и холодными, но пылкими губами. На фоне ее крохотной ручки, его ладони выглядят чудовищно огромными. Эта разница заставляет его некогда омертвевшее сердце вновь чувствовать себя живым.       -Ох, Чанни, - выдохнула девушка, ощущая волну нежности, стремящуюся с нетерпением наружу. – Я думала, ты будешь долго спать после охоты. Я старалась не шуметь, поэтому и свет не включала.       -Я всегда слышу каждый твой шаг, - томно произнес Чан, продолжая целовать мягкую кожу девичьей ладони.       -Прости, что разбудила. Я хотела побыстрее вывести этого парня из замка, чтобы он к врачу сходил. Какой-то он бледный, тебе не показалось?       -Ты такая добрая, чагия, - сказал Чан, поцеловав девушку в лоб. Он продолжал покрывать ее лицо поцелуями, а паузы заполнял словами и вибрациями голоса, вызывающими мурашки.       - Я всегда восхищаюсь твоим большим сердцем, твоей чистотой, твоим светом. И ты меня не разбудила, я сам хотел проснуться пораньше, чтобы послушать, как ты мягко ступаешь по полу.       Девушка вновь немного отстранилась, чувствуя потребность рассмотреть возлюбленного, ведь за сегодня она видит его впервые. Рот и подбородок Чана были запачканы кровью.       -Ты уже поел? – спросила она, с заботой посмотрев на него.       От сквозняка вновь открылась дверь и внутрь комнаты залетел прохладный воздух, пахнущий ночью и сыростью замка. Это дуновение дало девушке почувствовать, что ткань ее белой сорочки намокла, пропитавшись кровью, что была на руках парня. Девушка улыбнулась, тыкнула пальцем в кровавое пятно, а затем, хлопая длинными ресницами, с детской невинностью протянула испачканный палец Чану. Взгляд разных глаз приобрел единый хищный оттенок, а на губах появилась хитрая, предвкушающая улыбка. Вампир поцеловал подушечку пальца, а затем длинным языком стер с нее кровь, после продолжив облизывать тонкий пальчик возлюбленной.       -Жаль, что из парня вылилось на пол, - с досадой произнесла девушка. – Не гигиенично с него пить. ***       Когда Чан отправлялся на охоту, Лин всегда скучала. Не могла спокойно сидеть, читать, гулять. Все бродила по замку, с надеждой смотря в окно. Пожалуй, только одно могло ее отвлечь – уход за маленьким садиком перед домом. Он стихийно вырос однажды в том месте, в котором, казалось бы, не может вырасти больше ничего. Чан часто приносил отсюда для Лин маленькие букетики, чтобы положить ей за ухо, приколоть заколкой, подвязать лентой к ее волосам. А пару лет назад девушка решила сделать этот участок своим место покоя, ведь в этих цветах она видела его любовь.       Вот и в этот день девушка решила провести время в саду. Взяла лейку, поставила ее рядом с собой, а потом села в траву, вооружившись маленькой тяпкой. Травинки щекотали ее кожу, отчего она смеялась искрящимся смехом.       -Ей, - вдруг послышалось откуда-то справа, в том месте, где забор давно наклонился к земле.       Лин поднялась, ожидая увидеть любимого, но встретилась взглядом с черными глазами.       Она же говорила ему не возвращаться.       -Я вытащу тебя отсюда, - сказал он, походя ближе. – Я видел, как этот… монстр улетел из дома. Путь свободен.       Тут же кудрявый схватил ее за руку, прямо как в тот раз, до боли сжав. Лин сразу поняла, что снова на запястье останется красный след, который превратится в синяк, что изуродует ее чистую кожу. Чану это не понравится.       Парень потащил Лин к забору.       -Нет, - закричала девушка. – Отпусти! Тебе нужно уйти!       -Я знаю, это страшно, - говорил парень. Цветы, которые Лин любовно поливала, ломались под ботинком парня, а травинки нечаянно резали босые ноги девушки. – Но с моей помощью ты сможешь спастись.       Лин пыталась вырваться из цепкой хватки, но парень лишь сильнее сжимал ее запястье. От боли потекли слезы.       -Отпусти меня, прошу! Отпусти! Ты не понимаешь! – кричала девушка, надрывая горло.       -Я тебя спасу, чего бы мне это не стоило. Этот монстр поплатиться за то, что с тобой сделал.       Парень подтащил Лин к ограде. Сам перелез без труда и потянул девушку следом, а она, оступившись, потеряла равновесие и упала прямо на ржавую балку, торчащую из земли. Острый край балки вонзился в нежное предплечье девы, а когда похититель решил помочь, потянув на себя сильнее, балка пробурила глубокую рану в руке девушки. Лин взвыла от боли, из раны хлынула кровь.       -Ничего страшного, - проговорил парень, успокаивая больше себя, потому что Лин не слушала, продолжая молить отпустить ее.       Рассветающее небо, почуяв неладное, потухло. Над замком быстро сгущались мрачные тучи, вдалеке вспыхнула молния.       -Чаааан, - закричала Лин. – Чанниии!       -Вообще-то меня зовут…       Парень не успел договорить, в него влетел рой летучих мышей, сбив его с ног. Лин полетела следом, больно ударившись о землю. Парень отлетел в сторону, ударившись о дерево. В его глазах плясали яркие звезды, мешающие разглядеть своего противника. А тот в виде летучих мышей уже подлетел сделать пару новых ударов. Когти царапали похитителя, мощные тела рукокрылых врезались в парня на полной скорости, вырывая из него стоны и воздух. Когда атака закончилась, парень рухнул на колени, пытаясь прийти в себя. Уже через мгновение он оказался в ловушке разъяренных глаз, пронзающих его насквозь своим ядом.       -Я тебя убью, - закричал Чан в ярости.       Он схватил парня за грудки и поднял вверх, как безвольную куклу с мягкими конечностями. Желание переломить пополам наглого вора росло с каждой секундой. Парень же окончательно пришел в сознание и резким движением вырвался из рук вампира.       Ему удалось встать. Жгучая решительность, несмотря на предательски ватные ноги, держала его спину выпрямленной до самого конца.       -Чудовище, - сквозь зубы прошипел парень. – Это тебя нужно уничтожить.       Парень вытащил нож из чехла на лодыжке и побежал в бой. Чан оттолкнул его рукой, парень пролетел сотню метров и упал в траву. Через секунду над ним нависла темная туча, превратившаяся в озлобленного вампира с острыми клыками. Он вцепился когтями в плоть своей жертвы и был готов растерзать ее на части.       -Чанни, - закричала девушка. Ее звонкий голос прорезал воздух, вмиг достигнув чуткого уха вампира.       Он резко повернул голову в негодовании, но смягчился, когда увидел, что его возлюбленная бежит к нему босая по колючей траве. Она никогда не надевает обувь, чтобы не стучать каблуками по паркету. Чтобы не будить его.       -Любимая, - вопросительно произнес Чан, ослабляя хватку на горле парня.       -Не нужно, - кричала девушка. – Не убивай его!       Чан отшвырнул бессознательное тело подальше.       -Но как я могу просто отпустить человека, который хотел лишить меня самого дорого в этом мире? – спросил он. Его глубокий голос срывался в хрипоту, напоминая голос из преисподней. – Он должен заплатить за то, что сделал!       Вопреки своим словами и желанию нанести бесконечный вред обидчику, он словно загипнотизированный прильнул к своей возлюбленной, упав перед ней на колени.       -Как я могу его простить, когда он так испугал тебя, любовь моя? Когда он так ранил тебя?       Глубокая продольная рана сильно кровоточила. Края раны напоминали бахрому на лепестках багровых гвоздик. Чан с обожанием, но и с непереносимой болью смотрел на свою возлюбленную, не в силах противиться ее прикосновениям, что удерживали его рядом.       Девушка посмотрела на рану и попыталась оправдать похитителя:       -Это я сама поранилась об забор. Помнишь, когда из деревни приходили в прошлый раз, они поломали ограду. Там, со стороны сада. Мы такие ленивые, что до сих пор не починили.       Глаза Чана наполнились влагой. Одна слезинка выпрыгнула из мутного глаза и покатилась по бледной коже. Девушка поторопилась поймать ее и скорее стереть. Она посмотрела на раненную руку и протянула ее Чану.       -Хочешь?       Как всегда невинно, будто предлагает поделиться конфетой или игрушкой. Как всегда мило и наивно. Чан улыбнулся. Она всегда помогает ему забыть обо всем.       -Дорогая, мы же не будет заниматься этим на людях, - томно произнес он, облизываясь. – Это непристойно.       -Ну пожалуйста, - произнесла девушка. – Я не хочу, чтобы такая рана пропадала зря.       -Как скажешь, любимая, - сказал Чан. Он прикоснулся губами к руке возлюбленной, затем прошелся по коже языком, захватив пару капель крови, растягивая удовольствие, пока его нервы окончательно не сдали и он не обхватил губами рану в ее самом глубоком месте.       -Приятного аппетита, любимый, - произнесла Лин, усаживаясь на колени перед Чаном, чтобы положить голову ему на плечо.       Проснувшийся в кустах парень решил, что теперь девушку точно не спасти. ***       -Чанни, что там? – спросила Лин.       Ее голос заходился встревоженными нотками. Чану хотелось бы ее успокоить, но в этот раз будет сложно.       -Любимая, оставайся в доме, я сам разберусь.       Посреди их любимой темной ночи, посреди ее власти и мрака, в окна вдруг заполз непрошенный свет, будто на небосводе зажглось второе солнце. Его блики играли на стенах, создавая ощущение, что дом горит изнутри. Со стороны парадного входа и сада, слышались неразборчивые звуки, невнятная какофония, режущая слух. Треск, лязг металла, свист и вроде бы человеческие крики.       -Чанни? – с надеждой спросила Лин у тьмы, но ей никто не ответил. На улице же звуков стало больше, они стали громче. – Чанни!       Лин подлетела к окну. За ним она увидела толпу людей с факелами. Их гневные лица искажались от пламени огня, становясь еще ужаснее. Это не люди, это марионетки в уродливых масках. Они переговаривались между собой лаем, как собаки, зараженные бешенством. Они стояли или немного двигались, осторожничая, но будто кривляясь, издевательски шутя. Сердце девушки задергалась в грудной клетке. Недобрый знак.       -Чанни! – крикнула она, когда увидела, что ее возлюбленный оказался в самом центре этого ужасного представления. Одна из масок с улыбкой достала из мешка большую цепь и принялась крутить ее, как трюкач. Один выпад, один удар. Рев Чана разнесся по округе.       -Серебро, - прошептала Лин.       Она молнией слетела с лестницы и уже начала толкать массивную дверь, когда ее схватили сзади сильные руки.       -О, пташка, куда собралась? – одной из масок удалось проникнуть в дом. –Я помогу тебе выпорхнуть из этой клетки.       Чужие липкие руки зажали ее в тиски и потащили на улицу.       -Ты должна увидеть, как мы убиваем твоего мучителя, - произнес знакомый голос.       Лин узнала эти кудрявые волосы, пусть больше ничего не говорило о том, что это тот парень, что еле сбежал отсюда в прошлый раз.       -Нет! – взмолилась девушка. – Неееет!       Ее вывели на дорогу перед лестницей главного входа и посадили на колени, насильно удерживая в таком положении.       Чана заковали в серебряную цепь, изо рта у него текла черная кровь. Цепь жгла его и эта боль ощущалась так, будто вся атмосфера сгустилась над ним, давила снаружи, разрывала изнутри, перемешивая все его органы в одну кашу. Лин сама чувствовала все это. Ее крик могли услышать во всех концах сумеречного леса. Чан же пытался сдерживаться, чтобы не пугать свою любимую, пусть и знал, что это бесполезно. Толпа ликовала, продолжая извиваться в уродливых танцах, брызжа слюной от удовольствия.       -Давайте вобьем ему кол в сердце! – завопил тот самый парень, которому дважды удавалось выйти из замка живым. – Чудовище должно умереть!       Толпа зашлась смехом и оргазмическими возгласами.       Лишь двое влюбленных слышали тишину и смотрели друг на друга не отрываясь. Если они перестанут смотреть друг на друга - мир рухнет.       Лин понимала, что надо сделать. Она просто должна. С мольбой она посмотрела на любимого и одними губами произнесла:       -Милый, пожалуйста, закрой глаза.       Чан не мог не повиноваться. Его сердце больно сжалось, потому что он знает, как Лин будет страдать. Слезы сами потекли из глаз.       Его веки тронул обжигающий свет, что способен ослепить даже закрытые глаза. Его кожу тронул огонь, что рождается в недрах солнца. Его волосы развивались на ветру, что сносит крыши у домов. Вспышка прошла быстро, за ней наступила оглушительная тишина. На ресницы Чана приземлились первые хлопья пепла. Серебряная цепь, что сковывала его и забирала силы, беззвучно свалилась на землю.       До его слуха дошел звук, который он любит больше всего – почти неуловимый звук ее шагов. Мягкая поступь. Сначала пальчики, потом пяточка. Мягкие ножки сменяли друг друга, двигаясь к нему. Волшебная музыка.       Его подбородка нежно коснулась теплая кожа родных ладоней.       -Чанни, можешь открыть глаза, все закончилось, - прошептала девушка.       Она не могла сказать громче, ее горло стискивали рыдания. Когда Чан открыл глаза, девушка упала в его объятья, сотрясаясь от горьких слез, что томились в сердцах обоих.       -Прости меня, - шептала она, крепче сжимая любимого в своих объятьях. – Прости меня, любимый! Тебя считают монстром из-за меня.       Чан гладил возлюбленную по голове, стараясь как можно ближе прижать ее хрупкое тело к себе, ближе прижать раненную душу девушки к своей, чтобы забрать ее боль. Он посмотрел на пустоту вокруг них. Поле, еще пару минут назад проседающее под тяжестью людских ног, опустело. От всех, кто пришел сюда сегодня в желании навредить двум влюбленным, остался лишь пепел, что тихо оседал на замерзающую траву, укутывая ее перед заморозками. В следующем году здесь вырастут цветы, из которых Чан будет делать маленькие букетики, чтобы подколоть растрепавшиеся волосы своей самой главной ценности в этом мире.       -Ты не виновата, моя любовь, - сказал он, поцеловав девушку в макушку. – Я и есть монстр.       Девушка отстранилась от объятий. Ее заплаканное и недовольно насупившееся лицо развеселило Чана. Ах, эти обиженные губки…       -Я ведь тоже! – сказала она, капризничая и слегка ударив кулачком парня в грудь.       -Ты тоже? – с нежностью переспросил Чан, поймав кулачок в свою ладонь и поцеловав нежную кожу.       -Конечно! – гордо сказала девушка.       -Если ты так хочешь, то будем монстрами вдвоем, - согласился Чан, притягивая любимую к себе, чтобы скрепить эту клятву долгим поцелуем.