Работа.

Запах пота, бензина и машинного масла - тяжёлый, липкий, вечный. Он въелся в мою одежду, в кожу, в волосы. Иногда кажется, что даже мысли пахнут так же - густо, горько, с металлической нотой. Этот запах не смывается водой и не выветривается ночью. Он остаётся со мной. Даже когда я лежу на узкой кровати в комнате,уткнувшись лицом в подушку, мне чудится, что под хлопком простыни прячется тот же самый гараж. Каждый день одинаковый. Скрип ворот, когда я поднимаю их ранним утром. Гараж встречает меня сыростью и полумраком. Гул инструментов, визг металла о металл, сухой щелчок гаечного ключа. Бетонный пол в следах шин - как шрамы, оставленные чужими дорогами. В углу - старый обогреватель, который больше шумит, чем греет. На стенах - крючки с тряпками, полки с банками и бутылками, каждая подписана моим аккуратным, почти школьным почерком. Здесь всегда холодно, даже летом. Сквозняк пробирается под воротами и гуляет между машинами, шевеля висящую лампу. Свет от неё падает пятнами, выхватывая из темноты то блеск хрома, то пыль в воздухе. Работать с автомобилями - дело не из лёгких. Пальцы постоянно в мелких порезах, ногти никогда не бывают чистыми, а спина к вечеру будто налита свинцом. Но выбора у меня нет. Выбор - это роскошь. То, что не позволено всем людям. Мне девятнадцать. Школа осталась позади, как закрытая дверь, ключ от которой потерян. Иногда я вспоминаю класс - шумный, яркий, с запахом мела и дешёвых духов. Там всё казалось временным, будто впереди обязательно что-то будет. А дальше… пусто. Будто все дороги заранее перекрыли, а указатели сняли. Никто меня не ждал. Никто не звал. Эта работа - единственное, что у меня есть. Единственное место, где не задавали лишних вопросов и просто сказали: «Приходи завтра». Я пришла. И осталась. Иногда я думаю: мне было бы легче, если бы рядом был напарник. Кто-то живой. Настоящий. С кем можно переброситься парой слов, выдохнуть после тяжёлого дня, разделить тишину. Кто бы смеялся над глупыми шутками, ругался на сложный двигатель, ворчал из-за кофе без сахара. Но я не могу касаться людей. Прикосновение - как огонь. Кожа будто вспыхивает, будто горит изнутри, до самой кости. Сначала тепло, потом боль — резкая, колющая, будто в меня вонзаются тысячи тонких игл. После остаются красные пятна, чаще всего волдыри. Аллергия? Болезнь? Проклятие? Я не знаю. Врачи разводили руками, выписывали мази и таблетки. Ничего не помогало. Мама всегда говорила одно и то же: «Это что-то вроде аллергии… на людей». И мне приходилось верить. В тот день я почти закончила с очередной машиной - старым седаном с поцарапанным крылом - когда услышала мягкий звук каблуков по бетону. Не частый звук для этого места. Я вытерла руки тряпкой от масла и подняла голову. В дверном проёме стояла девушка. - Здравствуйте, вы чините машины? - её голос был ровным, уверенным, но при этом… каким-то мягким. Он будто не вписывался в этот холодный, пахнущий бензином воздух. Она стояла, слегка опираясь на дверной косяк, будто не боялась испачкаться. На вид - лет двадцать пять, может чуть старше. Волосы - светлые, как только выросшая пшеница, свободно ложились волнами на плечи и ловили тусклый свет лампы. Фигура - стройная, аккуратная. На ней была юбка-карандаш с изящным разрезом на правой ноге, облегающий чёрный топ подчёркивал тонкую талию, а на ногах - туфли, которые вряд ли встретишь в этом районе. Дорогие. Стильные. Такие носят женщины, привыкшие к вниманию. На запястье - тонкие часы. Маникюр безупречный. Лёгкий аромат её духов - что-то цветочное, свежее - на мгновение перебил запах масла. Я поймала себя на том, что смотрю на неё чуть дольше, чем прилично. - Здравствуйте, да. Чем могу вам помочь? - спросила я, стараясь скрыть лёгкое волнение, не отводя взгляд. - Мне нужно сделать химчистку салона и заменить колёса. Сколько времени это займет? - спокойный голос раздался небольшим эхом в здании. Я выглянула наружу. И замерла. Перед воротами стояла чёрная, как отполированная ночь, машина - редкая, почти нереальная в этом месте. Bugatti La Voiture Noire. Гладкие линии, идеальный блеск, диски, которые сами по себе стоили больше моего годового заработка. Она казалась чем-то из другого мира - мира, где нет трещин на бетоне и облупившейся краски на стенах. - Думаю, примерно два часа, - наконец ответила я.- Вы можете пока посидеть в кофейне неподалёку или прогуляться. - Хорошо. Пожалуйста, позвоните по этому номеру, когда закончите, - девушка протянула мне визитку. На ней было два номера - личный и рабочий. Второй принадлежал компании, которая занималась дизайном интерьеров и графическим оформлением. Логотип был строгий, минималистичный. Чёрный фон, тонкие золотые линии. - Меня зовут Робин Морти. Это моя компания. Если вдруг понадобится помощь с ремонтом или оформлением - звоните, не стесняйтесь, - добавила она с лёгкой улыбкой. В этой девушке восхищало всё: не только внешность - утончённая, стильная - но и тот факт, что у неё есть собственный бизнес. Самостоятельная. Уверенная. Она выглядела так, будто точно знает, куда идёт. - Конечно, как только закончу - сразу вам наберу, - сказала я, сглотнув и потянулась за визиткой. Но в последний момент замерла. «Мне нельзя прикасаться». Мысли вспыхнули быстрее, чем я успела осознать движение. Я резко убрала руку в карман. - Можете оставить её здесь, пожалуйста, - я указала на небольшой металлический столик у инструмента. Робин на секунду замялась. Её взгляд стал внимательнее, будто она что-то заметила. Но она ничего не сказала - аккуратно положила визитку на стол. Её плечи чуть заметно напряглись, когда она развернулась, чтобы уйти, но внешне она оставалась спокойной и собранной. Я проводила её взглядом. Когда её шаги стихли, я подошла к машине. Работа с таким автомобилем требовала предельной аккуратности. Я надела перчатки - плотные, защитные. Сначала - потолок. Нанесла специальную пену, мягкими круговыми движениями распределила её по ткани. Подождала, пока она впитает загрязнения, затем аккуратно убрала остатки и прошлась моющим пылесосом. Салон постепенно светлел, будто возвращая себе первоначальный блеск. Кожа сидений была мягкой, почти бархатной. Я обрабатывала её специальным составом, чтобы не оставить ни пятна, ни разводов. Панель приборов отражала свет, как зеркало. Даже руль казался произведением искусства. Снаружи машина выглядела идеально, но я всё равно прошлась по корпусу пеной, затем тщательно смыла её и отполировала поверхность. Вода стекала чёрными струями, оставляя после себя блеск, в котором отражались стены гаража. Когда я меняла колёса, металл тихо звенел под инструментом. Каждое движение было выверено, точное. Я работала быстро, но без спешки. Как будто боялась не повредить машину - а разрушить этот странный момент, когда мой мир соприкоснулся с её. Прошло ровно два часа. Я набрала номер с визитки, стараясь не думать о том, как звучит мой голос. Через пятнадцать минут Робин уже стояла возле своей машины. Её глаза блеснули, когда она увидела результат. - Боже! У тебя просто золотые руки! Прости, как тебя зовут? - Простите, что сразу не представилась… Меня зовут Нэнси. Нэнси Киппер, - быстро проговорила я, чувствуя, как щёки предательски теплеют. - Нэнси, у тебя действительно золотые руки. Теперь я буду твоей постоянной клиенткой, - сказала она с широкой улыбкой. От её слов внутри стало странно тепло. Не больно. Просто тепло. - Спасибо вам, но в этом нет ничего особенного… - тихо ответила я. Робин задержала на мне взгляд чуть дольше, чем нужно. В нём было что-то - интерес? Любопытство? Или мне просто показалось? - Что ж, мне пора. Спасибо тебе ещё раз. Она села в машину. Двигатель мягко заурчал. Перед тем как уехать, она помахала мне рукой. Я стояла, глядя ей вслед, пока чёрный силуэт не исчез за поворотом. Гараж снова погрузился в привычную тишину. Запах масла вернулся, как будто никуда и не уходил. Но в воздухе всё ещё витал лёгкий, почти неуловимый аромат её духов. И впервые за долгое время мне показалось, что этот день был не таким, как остальные. ______________________________________________________ _Bugatti La Voiture Noire¹- выпущен в марте 2019 года. цена: 18,7 млн $. ( 1,47 млрд руб.)