Часть 1

Опять кошмар. То, к чему Асаба должен был давно привыкнуть, то, что преследовало его почти каждую ночь. Выровнять дыхание не получалось, немеющие пальцы покалывали, а перед глазами проносились моменты сна. Ему всегда снилось одно и то же. Возможно, это были вещие сны, а может — предостерегающие. Он старался об этом не думать. Лишь надеялся, что друзья сдержат свое обещание и не позволят кошмару стать реальностью. Не думать не получалось. Легкие жгло от нехватки воздуха, а грохот за окном казался продолжением сна. Внутренности сжимало от движений, но Харумаса все равно встал, стараясь избавиться от наваждения. На улице ничего не было. Лишь вдалеке на стройке медленно двигался кран. Просто кран. Но мысли в голове не затихали. Холодная вода тоже не помогла успокоить колотящееся сердце. Что-то не так. Страх обернуться заполнял сознание. Он пытался убедить себя, что уже проснулся, но отблеск в зеркале заставил напрячься всем телом и резко развернуться, не слушая гул в голове. Ничего. Просто показалось. Ему надо было подышать свежим воздухом. Пирс был лучшим местом, там у него всегда получалось успокоиться. Асаба не привык идти так быстро. Легкие горели, а сердце стучало где-то в горле. На негнущихся ногах было больно идти. Каждый шаг отдавал гулом во все тело. Мысли становились громче. Они кричали: «беги», «смирись» и «умри» — одновременно, создавая звон в ушах. Сердце пропустило удар и все внутри Харумасы сжалось. Он замедлил шаг, держась за грудь. Нет. Не пирс. Ноги сами пошли в другую сторону. Умирать не хотелось. И можно было догадаться, куда он придет. За стеклом двери видеопроката было темно. Асаба осторожно оперся о стенку рукой, чтобы не упасть. Сердце продолжало сжиматься и сбиваться с ритма, а воздух выбивало из легких. Почему он пришел именно сюда? Перед глазами встала картина из кошмара. Нет. Он не должен подвергать их опасности. Пальцы задрожали, и Харумаса отдернул руку от стены. Воображение играло против, хотя рука не покрывалась эфирными кристаллами и не изменялась. Но мысли в голове твердили, что это только пока. Что надо бежать. А ноги, как назло, не слушались. Прокси дали обещание. Они убьют его, если кошмар станет реальностью. Но так не хотелось, чтобы им когда-нибудь пришлось выполнять свое слово. Харумаса хорошо помнил испуганный голос Белль тогда, в каверне. Сердце кольнуло так больно, что Асаба не удержал равновесие и привалился к стене. Если и умирать, то не тут. Не чтобы утром они нашли его тело у дверей. Это не их проблема. Гул, казалось, вышел за пределы его головы и заполнил пространство вокруг, лишая его возможности услышать опасность. Все внутри болело, стоять становилось с каждой секундой все труднее. Асаба медленно сполз по стенке, когда услышал лязг. Он взял оружие? Или это опять шутки воспаленного приступом сознания? Вдохнуть не получалось. Нет, ему надо уйти. Зачем вообще он пришел сюда? Горло горело. Лучше бы свалился с пирса. Казалось, голова сейчас лопнет. Он сжал волосы пальцами, не замечая отсутствие перчаток. Хотелось кричать. — Харумаса! — голос Белль казался наваждением, пока его плеча не коснулась чужая теплая ладонь. Свет из видеопроката упал на плитку. Он поднял глаза и встретился с испуганной девушкой взглядом. — Ха-ха… Привет, Директор, — говорить получалось с трудом, привычный тон то и дело срывался, — А я тут прогуляться решил… Да только сердце что-то прихватило, — Он видел, что Белль ему не поверила. — Харумаса, может мы вызовем врача? — Вайз появился в дверях. Его голос тоже был взволнованный. Похоже, на лице Асабы было написано больше. Он попытался отвернуться и спрятать глаза. — Не волнуйтесь так, я в полном порядке! Все-таки, на работу только утром, — смех вышел жалким. Ничего не было в порядке. И все трое это понимали. Молчание затягивалось. Харумаса понимал, что ему надо встать и уйти. Но двинуться было страшно. А сердце продолжало колотиться. Он с ужасом подумал, что Прокси это слышат. Надо было что-то сказать. А лучше попрощаться и наконец уйти, не взваливать на них собственные страхи. Звон в ушах не стихал и попытка выцепить мысль из потока отдавала тупой болью в затылок. Когда он только успел удариться? — Ты пришел посмотреть фильм? — Белль снова заставила Асабу вынырнуть из мыслей. В ее взгляде читалась тревога и желание помочь. И ему захотелось принять эту помощь. — Да… Вспомнил один фильм… Не смог дождаться утра, — это было очевидное вранье. Но девушка улыбнулась и поднялась с корточек. А Вайз протянул руку и помог Харумасе встать, сразу прижимая его к себе. Асаба старался не думать, насколько жалко сейчас выглядел, но идти самому было и правда трудно. Стоило двери видеопроката закрыться, как дышать стало легче. Тут ничего не менялось, и это успокаивало, расслабляло уже ноющие от напряжения мышцы, возвращало сердцу привычный ритм. — Так что ты хочешь посмотреть? — Белль улыбалась. От этой улыбки гул в голове медленно затихал. Асаба ткнул на первую попавшуюся кассету, не собираясь заморачиваться, а девушка на это тихо засмеялась, — Романтическая комедия? Не знала, что тебе нравится такое. — Директор, Директор, ну как же так? Я думал вы все о своих посетителях знаете, — в этот раз собственный смех показался Харумасе более живым. Он неосознанно прижался плотнее к Вайзу, что лишь качал головой, смотря на веселье сестры. — Чур у меня смотрим! А то серость и жесткость твоей комнаты испортит весь фильм, — Белль развернулась на пятках и подбежала к лестнице, оборачиваясь там, чтобы показать брату язык. А он в ответ лишь тихо усмехнулся. — Не шуми так сильно, подумают еще, что мы открыты. Стоять за прилавком будешь ты, — Вайз внезапно показал кончик языка сестре, возвращая легкую колкость. И они вместе рассмеялись, поднимаясь к комнатам. Харумаса молчал. Он просто наблюдал за ними. Старался навсегда оставить в памяти этот теплый момент, когда они рядом с ним просто брат и сестра. Когда никаких ужасов внешнего мира не существует. Когда он еще жив и может ощущать тепло. Диван в комнате Белль был таким мягким, как Асаба запомнил с их первого просмотра кино. В этот раз они немного тесно сидели втроем. Прокси переговаривались между собой, обсуждали фильм, дразнили друг друга. Этот шум был приятнее звона в голове. Харумаса не заметил, как постепенно уснул, приваливаясь к плечу кого-то из сиблингов. Лишь почувствовал, как его обнимают. Он проспал до утра. Без кошмаров.