Часть 1

      Холодный, серый дождь монотонно барабанил по окнам офиса, превращая его в подобие унылой тюрьмы. Нанами ощущал этот ритм, будто он колотил прямо в его череп, усиливая тупую, ноющую боль за висками. Он снова, в который раз, провожал этот день за столом, заваленным бумагами и отчётами, которые требовали его внимания, его времени, его жизни. Забыть о том, что такое настоящий отдых, о мягкой подушке под щекой, о тишине, в которой можно просто выспаться — стало обыденностью. Он уже и не помнил, когда последний раз видел солнце, а не тусклый свет люминесцентных ламп, мерцающих над ним.       Работа поглотила его целиком, оставив лишь выжатый лимон вместо человека.       Мучительная, пульсирующая головная боль, вызванная хроническим недостатком кислорода и отсутствием нормального питания, не говоря уже о полноценном сне, стала его постоянным спутником. В ноздрях стоял затхлый запах офиса, смесь пыли, кофе и чего-то невыразимо унылого, что въелось в стены и мебель, как грибок.       Нанами тяжело поднялся из-за стола, и кресло жалобно скрипнуло под его весом. Он медленно подошёл к кулеру и налил стакан ледяной воды. Вытащив из кармана блистер с обезболивающим, он проглотил пару таблеток, надеясь, что они хоть немного облегчат его страдания. Ему нужно было продержаться, доделать отчёты, чтобы завтра всё снова повторилось.       — Нанами, — раздался за спиной знакомый женский голос. Кенто не пошевелил и пальцем. Затуманенный мозг с трудом фильтровал звуки, пропуская лишь самые настойчивые. — Эй, Нана-а-ами-и-и-и…       Он слегка вздрогнул и медленно повернулся на голос.       — Привет, Киоко… — пробормотал он устало. — Уже поздно, тебе пора домой.       — Это же касается и тебя, — обеспокоенно ответила Киоко. Девушка с короткими, аккуратно подстриженными чёрными волосами внимательно смотрела на Нанами, застёгивая пуговицы такого же чёрного пиджака. — Когда ты последний раз по-настоящему отдыхал? Ты выглядишь… измученным, — добавила она. — Хреново, если говорить прямо.       Вопрос повис в воздухе. Нанами на мгновение замер, пытаясь отыскать ответ в глубинах своей памяти. В голове пронеслись обрывки отчётов, сроки, звонки начальника, лица коллег, ожидающих его помощи. Отдых?       Тут и раздумывать не нужно. Если бы его спросили, когда именно он последний раз полноценно отдыхал, он бы просто не вспомнил. Дни сливались в один бесконечный рабочий марафон, где сон был роскошью, а еда — лишь средством поддержания сил.       — У меня ещё полно работы, — сухо ответил он, стараясь скрыть раздражение, которое, как он знал, было несправедливо по отношению к Киоко. Он отвернулся, крепко сжимая стакан в руке, и направился обратно к своему столу, к горе бумаг, которую к утру надо было разгрести.       Киоко не отступила. Её настойчивость одновременно раздражала и восхищала Нанами. Она последовала за ним и, как только Кенто сел в скрипучее кресло, ощутил её руки на плечах. Нежные, но крепкие, она массировала сквозь ткань рубашки, разминая затёкшие мышцы.       — Возьми отпуск, — прошептала Киоко.       От этих прикосновений он невольно прикрыл глаза, голова сама собой откинулась назад, упираясь в её живот. Тепло, исходящее от неё, было таким успокаивающим, таким домашним, что на мгновение он поддался искушению забыть обо всем.       — Тебе нужен отдых, Нанами. Не позволяй начальству крутить собой, как только вздумается. Здесь у нас, знаешь ли, не рабы на галерах. Полно людей, которые спокойно могли бы взять твои обязанности на себя.       Нанами знал, что она права. Каждым сантиметром кожи чувствовал эту правоту. Но внутри что-то упрямо сопротивлялось, твердило о долге, об ответственности, о нехватке времени. Он не мог просто взять и уйти.       — Спасибо за заботу, — проговорил он, ощущая вину за то, что не может принять её предложение. Он слабо похлопал её по тыльной стороне ладони, выражая свою признательность, но тут же выпрямился, боясь, что она увидит в его глазах слабость. Вновь уставился в холодный, бездушный монитор, пролистывая таблицу к началу. — Возвращайся домой, Киоко. Кенджи, наверное, тебя уже заждался. Передавай привет. И да… с грядущей годовщиной вас. Надеюсь, у меня получится приехать, поздравить.       На самом деле, он сомневался, что сможет вырваться. Но произнёс эти слова автоматически, чтобы хоть как-то загладить свою вину.       Киоко обречённо вздохнула. Она убрала руки с его плеч, оставляя Нанами ощущение безмерной пустоты. Молча вышла из офиса, тихо прикрыв за собой дверь. Щелчок выключателя, и коридор погрузился во тьму.       Он неисправим… ***       Настоящая трагедия, это когда любимый хлеб пропадает с полок магазина.       Нанами это было до боли знакомо, но, такова жизнь. Старое уходит, новое приходит, и только одно остаётся неизменным — ты как был рабом системы, так им и останешься.       Снова этот магазин, этот шумный пешеходный переход, заполненный людьми, спешащими куда-то с хмурыми лицами и раздражёнными взглядами. Нанами тоже хотел бы поторопиться домой, упасть в мягкую кровать и забыть обо всём, но ноги словно налились свинцом, отказываясь нести его дальше.       Пройдя ещё пару переулков, когда он был так близок к цели, на его пути оказались…       Яблоки?..       Куча разбросанных яблок, которые пыталась собрать молодая девушка, устало вытирая лоб тыльной стороной руки и бурча что-то себе под нос.       Люди равнодушно проходили мимо, но, Нанами был единственным кто остановился и наклонился за одним из фруктов и поднёс их ей.       — Ой, прошу прощения, — произнесла незнакомка повернувшись к Кенто. — Пакет порвался, и все яблоки, чёрт побери, рассыпались по тротуару.       Ярко-зелёные глаза, круглое лицо с лёгким румянцем на щеках, и длинные волнистые волосы, от которых приятно пахло чем-то сладким.       — Я помогу, — ответил Нанами, потянувшись за следующим яблоком.       — Спасибо! — Незнакомка устало улыбнулась.       Белая блузка на спине уже промокла от пота, а длинная чёрная юбка испачкалась из-за того, что она постоянно волоклась по земле, пока её хозяйка собирала фрукты.       С помощью Нанами, «авария» была быстро устранена, и они встали выпрямив спины. Девушка первая протянула руку и представилась:       — Талисса… Талисса Дэйвис.       Нанами в ответ пожал ей руку и кое-как выдавил улыбку.       — Нанами… Кенто.       Наверное, было неприлично стоять и смотреть так пристально на девушку, которую встретил всего минут пять назад, но, то ли усталость, то ли искренний интерес, толкал его к этому. То ли… дежавю?       — Простите, Нанами, не знаю как вас отблагодарить…       — Ничего, не стоит, — ответил он, улыбнувшись Талиссе.       — Позвольте хотя бы пригласить вас на чашечку чая… Или кофе, смотря что вы любите.       Обычно Нанами быстро отказывался, ссылаясь на свой строгий график и отсутствие времени, но сейчас, ему просто хотелось провести ещё хотя бы минутку в компании Талиссы.       — Не откажусь, — усмехнувшись, ответил Кенто на её предложение.       — Чудесно, — воскликнула она, подняв пакет с брусчатки и огляделась по сторонам. — Только вот… Мне, для начала, хотелось бы принять душ и переодеться во что-нибудь чистое, если вы не против. Или можем…       — Ничего страшного, мы можем встретиться вечером. Если у вас нет никаких планов.       — Да, конечно. Тогда можем встретиться в «Старбаксе», или… Кафе «де Кри»?       — Если вы не против, я бы пригласил вас в «Нарисаву». Это ресторан в центре Сибуи. Я могу заехать за вами в семь. Вы далеко живёте отсюда?       Талисса смущённо отвела взгляд и кивнула в сторону двадцатиэтажного дома напротив.       — Тут рядышком. А вы?       Нанами удивлённо посмотрел на дом, а после — на новую знакомую, что завороженно ждала его ответа.       — Я живу в том же доме, — тихо ответил Кенто.       — Второй…       — Второй ентран…       Проговорили они почти одновременно, и встретившись удивлёнными взглядами, они тихо посмеялись.       — Седьмой этаж, — с предвкушением продолжила Талисса.       Нанами расплылся в широкой улыбке.       — Шестой…       Верил ли кто-нибудь из них до этой встречи в судьбу? Может быть, но чтобы эта злодейка сыграла так оперативно… Это определённо шокировало.       Нанами и Талисса стояли друг напротив друга и улыбались словно маленькие дети. Только спустя какое-то время к Кенто пришло осознание, что наверное, стоило бы предложить помощь с пакетом, в котором лежали фрукты, — недавно валяющиеся по всему тротуару.       — Ну, раз нам по пути, то позвольте предложить донести ваш пакет.       Талисса растерянно посмотрела на мешок, но Нанами, не дождавшись ответа, взял его, не принимая и намёка на протест.       Он проводил соседку до дома, а сам ушёл в свою квартиру. ***       Ровно в семь вечера, как и было условлено, раздался звонок. Талисса торопливо вдела в ухо вторую серьгу и, на ходу натягивая чёрные туфли, крикнула:       — Минутку!       Щёлкнув замком, она выскользнула из квартиры, сталкиваясь с Нанами, который ждал её с небольшим, но трогательным букетом роз. Талисса смущённо приняла скромно протянутые цветы.       — Я должен был узнать какие цветы вам нравятся, и нет ли аллергии… Но у нас ведь нет номеров друг друга.       — Они прекрасны, и нет… У меня нет аллергии, всё хорошо.       — Вы… вы великолепно выглядите.       Талисса хмыкнула и опустила взгляд, чувствуя, как краска заливает щёки.       — Спасибо… Ты тоже… И можно просто на «ты»?       — Конечно. ***       Спокойная джазовая музыка, вкусная еда, дорогое вино и приятная компания. Эти двое общались так, словно знали друг друга целую вечность.       — Как-то нечестно у нас всё выходит, — посмеялась Талисса, откинув тёмные пряди назад. — Благодарность планировалась от меня, но…       — Не стоит об этом думать, — ответил Нанами слегка пьяным голосом. — И да… Если я вдруг буду слишком навязчивым, то не стесняйся, — говори.       — Была у меня мысль, что ты какой-нибудь серийный маньяк. — Они оба рассмеялись. — Теперь я знаю, что мой инстинкт самосохранения находится на нулевом пороге, когда я вижу красивого мужчину.       От этих слов у Нанами вскружило голову похлеще алкоголя. Дыхание спёрло, а на лице застыла гримаса, напоминающая восхищение и удивление одновременно. Он быстро успокоился и почти равнодушно ответил:       — Сочту это за комплимент.       Уголки его губ дрогнули в подобии улыбки. Кенто это делал так редко, словно каждое проявление подобной эмоции было событием, достойным, — как минимум, — красной отметки в календаре.       Пока Талисса говорила, Нанами, словно завороженный, тонул в каждой её черте. Он жадно впитывал в разум её образ, боясь упустить хоть малейшую деталь: крохотную родинку, притаившуюся под правым глазом, едва заметный шрам на подбородке и острый, чуть вздернутый носик.       — Нанами? — в её голосе звучала искренняя тревога. — Всё в порядке?       — Что? — он вздрогнул, вынырнув из глубокого омута собственных мыслей. — Да… Прости, я немного отвлёкся. Ты что-то говорила?       — Я спросила о твоей работе. — И вновь эта улыбка, от которой сердце Кенто болезненно сжималось.       — А, она ужасно скучная, если честно. Обычная офисная рутина.       — Будь я маньяком, то, наверное, сказала бы то же самое, — засмеялась она, и смех её эхом отозвался в душе Нанами, одновременно согревая и раня его.       — Всё ещё думаешь, что я сойду за одного из них? — Талисса в ответ лишь элегантно пожала плечами, сделав глоток вина из бокала. — Если есть интерес, как-нибудь устрою тебе экскурсию по самым скучным закоулкам офиса. Только потом не проси, чтобы я скорее тебя увёл оттуда.       Они вновь посмеялись, держа зрительный контакт.       — И сколько ты уже там работаешь?       — Четыре года.       Давно…       Нанами протянул свой бокал Талиссе, и она с удовольствием исполнила его безмолвную просьбу, усладив слух хрустальным перезвоном.       — А ты?.. Кем ты работаешь?       — Скромный администратор в кинотеатре.       Остаток вечера пролетел очень легко и весело, щедро сдобренного изрядной дозой алкоголя. Градус хорошего настроения уверенно полз вверх.       После ресторана Кенто галантно проводил Талиссу до дверей её квартиры. На её кокетливое предложение заглянуть на чашечку кофе он, к величайшему сожалению, отказался. Внутри него боролись романтик и благоразумный стратег. Он отчаянно боялся, что после такого количества красного полусухого даже самый невинный намёк на близость мог привести к необратимым последствиям.       — Ты совсем бесстрашная, — сказал Нанами, чуть улыбнувшись. — Вдруг я и правда маньяк.       — Тогда, мистер маньяк, возвращайтесь домой и позвоните позже. Пригласите меня на свидание, — ответила Талисса с лёгкой заминкой.       Пригласить на свидание? Она это серьёзно?..       — Хорошо, я позвоню.       Нанами надеялся обнять её или хотя бы поцеловать руку на прощание, но сдерживался, не зная, уместно ли это вообще. Но Талисса была не из робких. Она приподнялась на носочки, держа туфли в левой руке, схватила Нанами за предплечье и поцеловала в щёку. Этот поцелуй для него был словно удар по голове. Кенто почувствовал, что опьянение разом прошло.       — Доброй ночи, Нанами, — сказала Талисса, отстранившись и направляясь к двери. — Буду ждать звонка. ***       — Прости, Талисса, сегодня задержусь на работе. Много дел накопилось, поэтому, может быть, ужин перенесем на другой день? — сказал Нанами, прижимая телефон к уху и стуча пальцами по клавиатуре.       В офисе постепенно гас свет, но Кенто продолжал работать, стараясь уложиться в срок.       — Ты не обижаешься? — спросил он. — Хорошо, спасибо за понимание. До встречи.       Нанами положил трубку, устало потер глаза и обернулся.       — У тебя появилась девушка? — спросила Киоко, появившись в дверях.       — Нехорошо подслушивать чужие разговоры, — ответил Нанами, не отрываясь от работы. — А ты что здесь делаешь?       — Забыла кое-что и вернулась. — Она запнулась, не зная, в каком направлении продолжать разговор. — Значит, Талисса? Расскажешь о ней?       — Ты весьма любопытна, когда дело доходит до дел сердечных, — ответил Кенто, повернувшись на коллегу.       — Я твоя подруга, мне можно.       — Это просто новая знакомая, — произнёс он, усмехнувшись, словно злорадствуя над её промахом. — Соседка с седьмого этажа.       — А я-то уже обрадовалась… ***       — Что это? — резко спросил начальник, когда Нанами положил заявление на стол.       — Заявление на увольнение, — твердо ответил Кенто.       Уходя, он даже не обернулся посмотреть на шипящего от злости начальника, к тому же, его уже сегодня ждали в магическом колледже, а значит, задерживаться не стоило. Но сможет ли он рассказать Талиссе о новой работе, и о том, что их окружает? О проклятой энергии, душах, магах, чёрт возьми, и прочих вещах, которые известны лишь немногим? Если раньше она шутила о том, что Кенто маньяк, то сейчас будет думать, что он полный идиот и больной на голову псих.       Нет, лучше ограничить общение.       Придумаю что-нибудь… ***       Прошло несколько лет. Талисса и Нанами виделись до обидного редко, но Кенто этого и добивался. Короткие, почти случайные встречи, обмен дежурными фразами: «Привет, как дела?» и всё. За последний год и того меньше — Нанами решил посвятить себя полностью обучению детей в магическом колледже.       Но Талисса не отпускала. Её улыбка на фотографиях в телефоне преследовала его, вызывая воспоминания о смехе, которого так не хватало. Нанами перелистывал её страницы в социальных сетях, с грустью просматривая её новые фото и рекламные посты с работы. Она изменилась, но это лишь незначительно увеличило тоску.       Номер её телефона Нанами всё так же держал в контактах, но звонков избегал, словно кот воды. Каждый раз, когда он решался набрать, то одёргивал себя и убирал телефон в сторону. «Не сейчас», — говорил он себе, но легче не становилось.       В тот день, когда Нанами всё же решился приехать в квартиру, ливень стоял стеной. Иджичи подвёз его до дома, и уже через каких-то полчаса Кенто стоял напротив многоэтажки. Руки вновь потянулись к телефону, чтобы набрать Талиссу, но…       А вдруг она теперь не одна? Или вовсе переехала?       Эта мысль почему-то больно кольнула его сердце, заставив Нанами сделать резкий и короткий вдох.       — Спасибо, Иджичи, — всё, что смог произнести Нанами, прежде чем выйти из машины, прикрываясь книгами, завёрнутыми в пакет, и быстрым шагом направиться внутрь дома.       У лифта он заметил невысокую фигуру в жёлтой куртке, но разглядеть, кто это, было тяжело из-за натянутого на голову капюшона. Нанами очень хотел, чтобы это была она, но какова вероятность того, что…       — Нанами? — тихий женский голос вывел его из нескончаемых мыслей. Подняв голову, он увидел блеск яблочно-зелёных глаз и широкую улыбку, по которой так сильно скучал каждый раз, когда они прощались.       — Здравствуй, Талисса, — ответил он, улыбнувшись соседке.       — Рада тебя видеть.       С чуть заметной грустью в глазах она смотрела на него, но совсем не знала, о чём спросить, что рассказать… Какая разница, ведь завтра он снова пропадёт не на один месяц.       — Взаимно.       Двери лифта раскрылись, выпуская влюбленную пару, держащуюся за руки. Кенто проводил их взглядом и, прежде чем войти внутрь лифта самому, он пропустил Талиссу вперёд. Дверь закрылась, оставив их в тесном, хорошо освещённом пространстве. Тишину нарушал только гул механизма и шуршание обуви по грязному полу.       — Как ты? — первым спросил он.       — Я? Всё нормально… Нормально… Ты лучше скажи…       Не успела Талисса договорить, как в глазах всё поплыло, и она чуть было не упала назад, но Нанами быстро схватил её за руку.       — Эй, ты чего? — он испуганно смотрел на соседку, аккуратно придерживая её за спину.       — Ничего, всё хорошо. Просто… Голова закружилась. На погоду, наверное.       А на самой лица не было, побелела как покойник и часто задышала. Дэйвис нажала кнопку экстренной остановки, и как только лифт открылся, она пулей выскочила наружу. Нанами пошёл за ней.       — Точно всё хорошо? — переспросил он, схватив её за руку.       — Да, прости, что напугала. Просто… Просто боязнь замкнутых пространств. Прости.       Не замечал этого раньше…       Талисса отдышалась, после чего Нанами предложил проводить её до квартиры. Один лестничный пролет вверх — пустяк, не требующий усилий.       На приглашение Дэйвис зайти в гости, Кенто вновь ответил вежливым отказом, ссылаясь на усталость и бесценный сон перед работой. Так, казалось, обыденность снова взяла свое.       Но не для Нанами.       Для него эта встреча пробудила что-то живое, мягкое и тёплое внутри. Слова, которые он годами таил в себе, — обрели вес и остроту.       Даже чуть тёплый душ не мог привести его мысли в порядок. Капли воды беспорядочно стекали по телу, вместе с тем хаотично разбрасывая и мысли по голове. Было сложно выбирать между работой и хрупкой возможностью быть с кем-то вместе. Он видел взаимность в её глазах, но всё, чем он жил в настоящее время, безжалостно отсекало всякое стремление к близости. Тем более с кем-то, кто даже не имел представления о его работе. К тому же, узнай она правду, то как бы отреагировала?       Оставим всё как есть. Когда-нибудь я брошу работу в магическом колледже и смогу жить как обычный человек… Но не сейчас… ***       Стоило бы провести выходной как все нормальные люди, а не хвататься за подработку и нестись сломя голову по первому зову от начальства. В кинотеатре, где работала Дэйвис, заболела сменщица, поэтому она с радостью взяла смену ради дополнительной монетки в зарплату.       Работа администратора была не такой уж и сложной, хотя минусы всё же имелись. Особенно, когда дело доходило до странных, необъяснимых ситуаций…       Кровь на сиденьях, визг девушки, что обслуживала зал во время просмотра «Человек-червяк 3», изуродованные тела трёх школьников. Всё это выбило из колеи Талиссу. Все, кто работал в эту злополучную смену, сидели у зала, закидывая в себя одно успокоительное за другим.       — Вы же понимаете, что это что-то ненормальное? — сказала Дэйвис.       — Интересно, какой будет патологоанатомический диагноз… — дрожащим голосом произнесла начальница, всё ещё находясь в шоке.       — Даже знать не хочу, — ответила Талисса.       В половину одиннадцатого тела забрали в морг, а на место происшествия уже прибыли первые «следователи». Тяжёлые шаги эхом отдавались в пустоте, но работники даже голову не подняли, уставившись в испачканный кровью кафель. Казалось, взгляни на прибывших, и их вырвет прямо на них.       — Талисса? — послышался голос Нанами. Дэйвис с трудом подняла взгляд, вытирая слёзы с лица.       — Нанами? Что ты тут делаешь?       Чёрт! Она ведь рассказывала, что работает в кинотеатре…       Кенто приехал не один, в паре с каким-то юношей лет пятнадцати-семнадцати. Сложно было сказать точно. Талисса скептически посмотрела на них обоих, и Нанами присел перед ней на одно колено.       — Я здесь по работе, — ответил он.       — Ты ведь работаешь в колледже…       Кенто тяжело вздохнул, опустил голову и взял её за руку.       — Кинотеатр закрывают для расследования. Езжай домой, после работы мы с тобой поговорим.       Это было последнее, что он сказал перед тем, как уйти на место преступления вместе с парнишкой. ***       — Ты шутишь?       Именно такой реакции и ожидал Нанами, когда готовился рассказать Талиссе правду. Правду об этом мире, его работе и о том, что скрывал от неё все эти годы.       Они сидели в парке под крышей беседки, скрываясь от ливня, которого по прогнозу не должно было быть. Идеальное место, где им никто не помешает. Кенто нервничал. Оно и понятно, ведь кто знал, — вдруг Дэйвис подумала бы о том, что он поехавший на всю голову мужик с весьма странной фантазией.       — Я не хотел тебя посвящать во всё это. Хотел уберечь, но…       — И эту рану тебе оставил один из… Бабаек? — Она кивнула на его бок.       — Бабаек? — усмехнувшись, переспросил он.       — Я буду их звать именно так.       — Да, это был проклятый дух.       — Господи, что за безумие?       Талисса закрыла лицо руками, а Нанами нежно приобнял её за плечи. Ему было жаль, что всё дерьмо, от которого он старательно оберегал Дэйвис, обрушилось на неё так внезапно. Но, хотя бы теперь, между ними стало меньше секретов. И расстояния тоже. Только вот, о своих чувствах он так и не решился рассказать.       Ещё долгое время они сидели там и говорили о его «работе», а после Нанами проводил её до дома. ***       Лето пролетело незаметно, как и большая часть осени. Талисса и Нанами часто пересекались: в магазине, на площадке, у лифта. Они даже ходили на свидания, которые чаще всего устраивал Кенто. Каждая встреча заканчивалась поцелуем в щёку, и этого было достаточно. Нанами считал это высшей наградой.       Он делился с Талиссой своими рабочими делами. Она верила, что Нанами сильный маг, но всё равно волновалась за него. Молчала, когда дело доходило до опасных миссий, на которые он отправлялся, предварительно простившись с ней, а ночью лила слёзы в подушку, боясь, что никогда не сможет увидеться с ним вновь.       Однако он всегда возвращался, и Талисса встречала его с радостными объятиями, слезами и поцелуями. В такие моменты она забывала о субординации, ведь главное — он вернулся. ***       Как только на Токио опускаются сумерки, город переворачивается с ног на голову. Шум и суета дня уступают место ночной жизни, освещённой миллионами огней. Город начинает светиться изнутри.       Метро погружается в тишину. Уставшие пассажиры возвращаются домой: кто-то дремлет, кто-то смотрит в телефон, а кто-то улыбается от сообщения. Покачивание вагонов, звонки на станциях, ритмичный поток входящих и выходящих пассажиров — этот ритуал отлажен до автоматизма. Лишь изредка тишину нарушает смех пары или крик ребёнка, сидящего рядом с мамой.       На улицах же жизнь закипает с новой силой. Неоновые огни Сибуи, Синдзюку и Гиндзы загораются, отражаясь в стеклянных фасадах небоскрёбов. Улицы сверкают от света фонарей и витрин. Открываются изакая-бары и рестораны рамэна, наполняя воздух ароматами свежего бульона и жареного мяса.       В жилых районах картина обстоит иначе. Высокие здания сменяются частными домами. Окна загораются одно за другим, а за ними — уютная семейная жизнь: накрытые к ужину столы, запахи супа мисо и рыбы.       Но не все спешат домой. Для некоторых вечер только начинается. Пары гуляют в парках, другие же отправляются в шумные бары Симо-Китадзавы, клубы Роппонги или уютные изакая-переулки Голден Гай.       В последнюю неделю октября Нанами решил посвятить всё время работе с учениками. Слишком много всего произошло, поэтому он чувствовал надобность в ненавистной переработке.       Поэтому сегодня Талисса не ждала его…       Дэйвис не ждала гостей, поэтому после тяжёлого рабочего дня ушла в ванную. Она набрала горячей воды, добавила пену и только успела залезть в неё, как внезапно раздался звонок в дверь.       — Чёрт! — выругалась она, вытерлась, накинула халат и вышла из ванной, оставляя за собой мокрые следы. — Минуту!       Надев тапочки, она открыла дверь и замерла.       — Привет, — сказал Нанами с усталой улыбкой. — Прости, что без приглашения, просто хотел увидеться.       — Почему ты… — но не успела договорить, как поняла, что не особо прилично держать гостя в дверях, поэтому пригласительным жестом она указала в квартиру. — Я думала, ты сегодня на работе останешься.       Нанами вошёл внутрь и огляделся по сторонам. Уютная квартирка с большой гостиной и несколькими комнатами по правую руку. Из ванной донёсся приятный запах лаванды и чего-то сладкого… Чего-то, что он чувствовал в их первую встречу.       Ваниль? Нет. Что-то ещё…       — Я решил, что сегодня можно дать себе выходной.       — Ого, это… Это неожиданно, — Талисса улыбнулась, растерянно глядя на мага. — Эм… Я могу приготовить ужин.       — Не стоит, я закажу доставку, ты, я вижу, немного занята. Могу зайти завтра.       — Я настаиваю, — ответила она, притворно нахмурив брови, сильнее укутавшись в голубой махровый халат.       Нанами недолго посопротивлялся, но всё же Талисса была настойчивее. Она зашла в комнату и переоделась. Вернувшись на кухню, она быстро нарезала салат, пожарила стейк, а он открыл бутылку красного вина и наполнил два бокала. Запах домашней еды разбудил в Кенто аппетит, а то, что её приготовила Дэйвис, — приятно грело сердце.       Нанами зашёл в ванную, чтобы помыть руки, и любопытство взяло верх. В процессе он оглядывался по сторонам в поисках бутылька с приятным сладковатым запахом, который не выходил у него из головы. Вскоре одна из приоткрытых банок привлекла его внимание. Взяв её в руку, он поднёс к носу и понюхал. Оно! «С ароматом карамельного поп-корна» — прочитал он на этикетке.       Так вот что это было.       Поставив на место баночку, он вышел.       — Прости, что из-за меня тебе пришлось прервать свои процедуры, — он кивнул в сторону ванной.       — Ой, ничего страшного, я сделаю это чуть позже, — ответила Дэйвис, смущённо посмеявшись.       Сам не зная почему, но в голову Нанами лезла картина, как Талисса аккуратно снимает одежду и ложится в тёплую ванную, проводит мокрыми ладонями по плечам, шее…       — Чёрт! Остановись!.. — пробубнил он под нос, поднимая ладонь к глазам.       — А? Ты что-то сказал? — спросила Дэйвис, повернувшись в его сторону. — Прости, я не расслышала.       — Нет, просто… Не бери в голову.       Они сели за небольшой стол, поужинали. Нанами рассказал о работе в колледже, а Дэйвис внимательно слушала, подперев ладонями голову.       Темы менялись так же быстро, как и бежало время. Когда Нанами посмотрел на часы, то понял, что больше задерживаться нельзя. И не потому, что ему хотелось скорее вернуться домой, нет, просто он не мог так вторгаться в чужое пространство без предупреждения и отнимать драгоценные часы, которые Талисса могла провести с пользой для себя.       Дэйвис встала из-за стола, подошла к комоду, выдвинула ящик и взяла таблетки из аптечки. Нанами проследил за каждым её движением. Что-то тут было не так. Талисса выпила пару зелёных таблеток, вцепилась пальцами в холодное дерево и тяжело задышала.       — Всё хорошо? — поинтересовался Нанами. Он нахмурил брови, но Талисса тут же повернулась к нему и мягко улыбнулась.       — Да, не переживай! Такое иногда случается.       — Уже полночь, — произнёс он, вставая из-за стола. — Тебе пора отдыхать.       То, что хотела сказать Дэвис, застряло у неё в горле, а её молчание дало понять Кенто, что его решение уйти вполне правильно. Но это оказалось лишь субъективным мнением.       Из-за страха показаться легкомысленной, Талисса лишь смотрела, как Нанами проходит из гостиной в коридор и берёт лопатку для обуви.       — Спасибо большое за ужин, я…       — Нанами… — тихо произнесла Дэвис, сделав пару шагов вперёд. Она смущённо опустила взгляд и нервно сжала края домашнего розового платья. — Я…       Он застыл.       — Что-то случилось? — спросил Нанами, насторожившись.       — Ты бы… Если бы… Если ты не против… — она боролась с собой как могла. Сердце бешено колотилось, а кровь в висках пульсировала так, что казалось, голова вот-вот лопнет. — Если ты не против, то я бы хотела… Чёрт! — Талисса закусила губу и отвернулась. — Я хотела бы предложить тебе остаться…       Лицо Нанами расслабилось, а на щеках появился предательский румянец. Стоило бы согласиться и подойти ближе, но он замер как сурикат, забыв даже как моргать. Прекрасно понимал, чем обычное предложение может закончиться, и мысленно ругал себя, что не может придумать оправдания, чтобы вернуться к себе домой. Да и не хотел он вовсе. Рано или поздно это должно было случиться, они оба знали, к чему ведут их отношения, просто… Нанами представлял это всё немного иначе. И не так быстро. Он боялся, что если всё будет развиваться так стремительно, то однажды Дэвис может показаться, что отношения станут скучными. Хотя куда уже тянуть?..       — Прости, если я тороплюсь, просто…       — Нет, — перебил он, качнув головой. — Я… Я не против.       Талисса глубоко вздохнула и широко раскрыла глаза. Он останется… Пока она собиралась с мыслями, чтобы повернуться и встретиться взглядом с Кенто, он сам подошёл к ней и положил ладони на предплечья.       — Не переживай, — тихо произнёс он.       Облегчённо закрыв глаза, она улыбнулась, а после повернулась к Нанами.       — Тогда мне стоит приготовить тебе комнату. Если нужен душ, ты знаешь, где он.       Нет! У него не было пошлых мыслей и тому подобного, но на поцелуй перед сном он всё же надеялся. Если история повернулась иначе, значит, стоило бы продумать дальнейшие действия наперёд, чтобы всё сложилось идеально. Да, Кенто просчитывал ходы заранее, даже в таких житейских мелочах, но так было важно для него. Так было проще.       Талисса положила ладонь на его руку, которая лежала на её предплечье, и немного отстранилась.       — Ты хотела принять ванную, — ответил он, смущённо опуская взгляд.       — Ну… мы ведь не можем пойти туда вместе.       Какое-то время они оба молчали, не зная, как ответить или хотя бы отреагировать на слова Дэйвис. Скажешь: «Почему бы и нет?» — слишком странно и легкомысленно, или: «Естественно, не можем» — грубо. К тому же, любой фразой можно обидеть, а грамотно подобрать слова в такой ситуации никто не мог.       — Значит, как мужчина, я тебе уступлю, — произнёс Нанами.       — Тебя не переспоришь.       Пока Талисса была в душе, Нанами сходил до своей квартиры за чистой одеждой, а после решил осмотреться в гостиной Дэйвис. На стене висело множество фотографий в рамках, только вот в основном это были снимки с друзьями, с одногруппниками, а в углу, на полке комода, стояли снимки с семьёй.       Похожа на отца!       Послышался звук открывающейся двери.       Вышла…       Талисса зашла в гостиную, промакивая полотенцем сырые волосы. Следующим ушёл Нанами, а Дэйвис тем временем взяла чистое постельное бельё и зашла в комнату, где, как предполагалось, будет спать Кенто.       Задачка — раз плюнуть, и только она застелила, как в дверном проёме появился Нанами. Синие спальные штаны и… Больше ничего?       Талисса стыдливо отвела взгляд и указала на постель.       — Вот… Доброй ночи, Нанами.       Только она хотела проскользнуть между ним и косяком, как Кенто нежно коснулся пальцами её правой руки.       — Не останешься?       Чёрт! Придурок! Идиот! Нахрена я это предлагаю?       — Если ты хочешь… — тихо ответила Талисса. — Я никуда не уйду.       В душе Нанами будто жизнь расцвела. Словно ранняя весна вдруг сменилась серединой лета, и всё, что он смог ответить, было:       — Хочу!       Сердце бешено клокотало, но Дэйвис, дотянувшись до выключателя в гостиной, погасила свет и повернулась к Нанами.       Он был таким красивым… Таким счастливым и смущённым одновременно… Нежным и горячим, от чего Талисса думала, что если прикоснется, то получит ожог или попросту расплавится. А ещё этот его пристальный взгляд, от которого хотелось и плакать, и смеяться одновременно.       Почему столько эмоций и всё сейчас? У меня голова кругом…       — Позволишь? — произнёс Кенто, подцепив край шёлкового халата, натянутого на майку и шорты.       В ответ она лишь кивнула, боясь произнести элементарное «да», чтобы не выдать дрожь в голосе. Проследила за его движением рук, которые аккуратно, медленно скользили по её плечам, снимая халат.       — Прости, я, кажется, заставил тебя понервничать.       Заметил по дрожащим рукам?       — Нет, всё хорошо, — ответила Талисса, чувствуя, как по коже пробегает волна мурашек.       Она нежно улыбнулась, и Кенто, взяв Дэйвис за руку, проводил её к кровати.       Нанами, если бы это было возможно, подарил бы ей весь мир, весь воздух. Отдал бы всего себя до последней клеточки, лишь бы эта улыбка никогда не спадала с её лица. Прижал бы её к своей груди и никогда не отпускал. Любил бы, целовал губы и руки и шептал о том, как им повезло быть вместе.       Они легли в нескольких сантиметрах друг от друга, повернувшись лицами и чувствуя тёплое, прерывистое дыхание. Нанами протянул руку и коснулся разгорячёнными пальцами кожи на её шее. Он нервничал. Точно так же, как нервничала и Талисса.       — Нанами… — прошептала она.       Он лишь улыбнулся и провёл большим пальцем по её щеке.       — Да… — тихо произнёс он.       — Поцелуй меня.       Он безоговорочно выполнил её просьбу. Мягкие и сладкие. Нанами наслаждался нежностью её алых губ и не спеша целовал их, стараясь запомнить этот момент, этот вкус, это тепло. Страсть разрасталась с неимоверной скоростью, и обоим уже было понятно, что невинным поцелуем тут не обойтись.       Нанами приподнялся и навис над Талиссой, а она, в свою очередь, обхватила его талию ногами. Он жадно сжал бёдра Дэйвис, а она запустила тонкие пальцы в его светлые, влажные волосы. Для Нанами стало всё понятно, его планы на развитие отношений были никчёмны по сравнению с планами Талиссы. Он играл по её правилам, не иначе.       Но его это более чем просто устраивало…       — Нанами, — прошептала она, и в ту же секунду Кенто остановился.       Тяжёлое дыхание и опьянённые взгляды были устремлены друг на друга.       — Хочешь остановиться? — тихо спросил он.       — Нет!       Больше слов не понадобилось — их согласие было очевидным. Ночная одежда и нижнее бельё полетели в сторону, и вскоре тяжёлые вздохи смешались с влажными звуками ударяющихся друг о друга тел. Его касания были настоящей магией — то невероятно нежными, почти робкими, то внезапно властными и требовательными, сводящими с ума. Он словно читал ее тайные желания, угадывая каждую смутную мысль. Каким заботливым он был после секса — это было даже сложно представить. Кенто помог Дэйвис привести себя в порядок, и после уложил её у себя на груди, ласково поглаживая голову любимой, пока не услышал тихое сопение.       Сегодня он заснул счастливым. Сегодня понял, чего хочет на самом деле. Сегодня он почувствовал не просто страсть, а тепло, растопившее бесконечный лед в его душе. Сегодня он, Кенто Нанами, наконец-то позволил себе быть любимым. И последний день октября, твердо решил он, глядя в потолок, станет его последним днем на этой проклятой работе. Теперь у него был веский повод жить. *** 31 октября       Утром Нанами приготовил завтрак. Весь день они провели в постели, занимаясь любовью, наслаждаясь едой и фильмами. Это был идеальный выходной, который они планировали растянуть.       Так оно и должно было стать.       Телефон Нанами молчал весь день. Кенто собирался его отключить, чтобы никто не смог их потревожить. Но он этого не сделал.       19:12       На экране появилось имя «Мэй». Обычно она не звонила просто так, и это был плохой знак.       Нанами ответил на звонок, виновато глядя на Талиссу.       — Слушаю, — сказал он.       Рядом сидела Дэйвис, нервно сжимая края домашнего платья. «Возможно, всё не так уж плохо», — пыталась она себя успокоить.       — Где? — спросил Кенто. — Выезжаю.       Он положил трубку.       Кенто рассказал всё Дэйвис. Нанами обещал, что это будет его последняя миссия. После неё он уйдёт. Завершит работу в магическом колледже и вернётся к ней. Живым и без единой царапины. Сразу после возвращения он купит букет цветов, снимет дом за городом, выбросит телефон и проведёт с ней неделю вдали от всех забот.       Талисса верила каждому его слову. В конце концов, он ведь всегда возвращался. Значит, и в этот раз всё будет хорошо.       Всё будет хорошо…       Несомненно… Будет… ***       23:14       Тяжёлые шаги эхом раздавались в полуразрушенном метро. Боль почти не ощущалась, но Нанами понимал, что ситуация дерьмовая с какой стороны ни глянь. Шансы на выживание были ничтожны. Его тошнило от запаха собственной крови и обгорелой кожи, но он держался. Обещал вернуться. Знал: Талиссе неважно, как он выглядит, ведь она любит его.       «Это последняя миссия», — проносилось в голове.       Он мечтал обнять её. Она, конечно, заплачет, увидев его состояние, но успокоится, услышав: «Я с тобой навсегда».       «Чем она занята сейчас? Готовит поздний ужин, наверное… А что я? Я вернусь. Может, завтра. Мэй сообщит ей, что я в больнице. Живой. Она снова заплачет, а я посмеюсь. Ведь вернулся. Чего плакать. Всё хорошо».       Если бы он не встретил Махито, то, возможно, смог бы вернуться? Нанами понимал: нет. Спасая свою жизнь, он бы не спустился ниже, не пошел бы дальше. Но выбор был очевиден. Обратного пути нет. Всё, о чём он мечтал, осталось несбыточным.       Он уже был мёртв.       Мёртв с того момента, как загорелась его кожа. Никогда не вернётся. Сейчас, сражаясь с Махито, он лишь оттягивает неизбежное.       Он мёртв.       Нанами представлял свою жизнь: на пляже у моря, с книгами, с ней. С Талиссой. Он так устал. Безумно, до чертиков, просто выдохся.       «Неужели я больше никогда её не увижу? Что с ней будет, когда она узнает? Это конец? Да, конец… Прощай, любовь… Увидимся в следующей жизни…       Итадори? И он тут…»       А дальше — только тьма. ***       Дэйвис просидела до глубокой ночи, с замиранием сердца ожидая появления Нанами на пороге её квартиры. И вот раздаётся долгожданный звонок, от которого она подскакивает с дивана и мчится в коридор.       С широкой улыбкой на лице Дэйвис распахивает дверь, но её радость мгновенно сменяется тревогой. На пороге стоят двое: девушка лет тридцати со светлыми волосами и юноша, который приходил с Кенто в кино на миссию. Это был Итадори Юджи. В руках у Юджи была тёмная коробка.       — Талисса Дэйвис? — спросила светловолосая девушка. — Я Мэй, а это Итадори Юджи.       Лица их были мрачнее тучи, но Талисса не стала паниковать, не узнав причину их визита. Она жестом пригласила их войти, но Мэй лишь покачала головой.       — Нанами дал мне ваш адрес, — начала Мэй, стараясь скрыть истинные эмоции за маской безразличия. — Он сказал передать вам кое-какие вещи, если… — она запнулась, не в силах продолжить. — Если он погибнет.       Мир рухнул в душе Талиссы. Она не могла поверить. «Может, я неправильно что-то поняла? Может, это ошибка? Он ведь не мог умереть. Нет». Дрожащими руками она взяла коробку от Итадори и открыла её. Внутри лежали ботинки Нанами, покрытые засохшей кровью.       — Это всё, что мы можем вам отдать, ведь… — продолжила Мэй, но не успела она закончить фразу, как Талисса рухнула на пол. Из коробки выпали ботинки и разлетелись по коридору. Юджи и Мэй бросились к ней, одновременно вызывая скорую помощь. Но было уже поздно.       Талисса знала о своём диагнозе — рак головного мозга, последняя стадия. Она отказалась от химиотерапии, решив дожить оставшиеся дни без борьбы. Организм не выдержал всплеска подступивших эмоций на фоне новостей, режущих по живому.       Несколько месяцев она провела в коме, после чего её близкие приняли тяжёлое решение — отпустить её. Они позволили ей уйти в мир, где её больше не мучили боль и страдания. Она наконец обрела покой. ***       Тихий шум прибоя и теплый, ярко-розовый закат намекал на то, что пора было домой. Но Нанами не торопился. С улыбкой на лице, вальяжно развалившись в шезлонге, он перелистывал одну страницу за другой. История была слишком интересной, чтобы бросать её на середине главы.       Лёгкий ветер раздувал светлые волосы, а он то и дело смахивал пряди с глаз, чтобы те не мешали чтению, но всё было тщетно. Ветер усиливался, и Нанами всё же решил неспеша побрести к дому.       Встав на ноги, он лениво потянулся и, загнув уголок страницы, захлопнул книгу.       На улицах Токио было спокойно. Жизнь шла своим чередом, и никто никуда не торопился. Впереди два выходных, а потом снова работа. Любимая работа, в самом престижном колледже города с прекрасными детьми, которым он преподавал физику. Профессор Кенто Нанами. Почётное звание, которое он достиг к своим двадцати девяти годам. Он всегда говорил: «И за что всевышний наградил меня таким счастьем? Неужели в прошлой жизни я сделал что-то хорошее?». Но он быстро отходил от мысли о прошлых жизнях, так как ценил то, что имеет сейчас. К тому же реинкарнацию считал полной чушью.       Он шёл улыбаясь и наблюдая за прохожими, пока не пнул что-то похожее на…       Яблоки?       Нанами присел, взяв красный, налитый соком плод, рассматривая его в руках, словно это было что-то… Знакомое? Дежавю?       Нет, в дежавю он тоже верил не особо.       Посмотрев вперёд, он увидел шагающую в его сторону незнакомку: длинные каштановые волосы, зелёные, словно изумруды, глаза. Она широко улыбалась и была, кажется, немного смущена. Кенто, словно завороженный, встал, не отрывая от неё взгляда. Черты лица ему кого-то напоминали. Это было даже странно — пялиться на ту, кого видишь впервые. Наверное впервые.       — Прошу прощения, господин… — она протянула руку, ожидая, что Кенто представится, но он молча разглядывал её. Неловкая пауза затягивалась, и вскоре он понял, что требуется от него в данный момент.       — Прошу прощения, просто… Просто вы мне напоминаете кого-то, понять не могу кого.       Они усмехнулись нелепой глупости, ведь девушка была уверена, — ровно, как и он, — что видит его впервые.       — Поверьте, если бы мы виделись с вами ранее, я бы точно запомнила. — Она протянула руку. — Талисса Дэйвис. Можно просто Тали.       — Нанами Кенто, — представился он, взяв её мягкую руку в свою тёплую ладонь. — Рад знакомству.       В этот миг мир словно снова расцвёл для них обоих. Нанами проводил Талиссу до квартиры. Они обменялись номерами телефонов, сходили на одно свидание, на второе, третье. Через несколько месяцев они решили купить общий дом, сыграли скромную свадьбу в окружении родных и близких. Их первенцем был мальчик по имени Юта. Шумный, беспокойный и такой любимый всеми. Второй, Сигэру, — копия Талиссы, как внешне, так и характером. А вот третья, девочка Аюми, — пошла вся в папу.       В мире, где нет болезней, нет боли, ненависти и зла, они вновь нашли друг друга. Нашли работу, друзей, прожили жизнь без слёз, горя и страданий. За всё то, что они пережили в прошлой жизни, Талисса и Нанами заслуженно получили второй шанс, который посчитали просто случайным подарком судьбы. Но кто знал, через что этим двоим пришлось пройти, прежде чем получить такую награду.       Хорошему человеку — несправедливо жестокий конец. Хорошему человеку — лучшее начало…