Часть 9

      Глава 9: Когда гром стихает              Шло время. Семестр закончился, всё постепенно вернулось на круги своя. Старый преподаватель вернулся к своим обязанностям, без лишних церемоний снова взяв на себя всю преподавательскую нагрузку. Ксения же, освободившись от временной должности, вернулась к своему привычному образу жизни. Ну, почти. Ведь теперь в её жизни практически без перерывов присутствовал один человек — Воробей. Кирилл. Тот самый, что вот уже полгода официально является её молодым человеком.       За эти месяцы они действительно сблизились, узнали друг друга не только с приятной стороны, но и со всеми заморочками, привычками и тараканами. И несмотря на все острые углы, прикипели. Несколько раз дело едва не дошло до расставания — эмоциональные всплески, ссоры на ровном месте, непонимание, упрёки. Но каждый раз, в самый ответственный момент, кто-то из них находил в себе силы остановиться. Сделать шаг назад, чтобы потом снова шагнуть вперёд. Иногда — с обидой на губах, иногда — с дрожью в голосе, но с пониманием, что отпускать друг друга они всё равно не хотят.       Особенно ярко подобные моменты начали проявляться после того, как они решили съехаться. Это произошло на четвёртом месяце отношений. Решение было спонтанным, непродуманным, но в тот вечер, в той атмосфере, оно казалось самым весёлым и правильным из всех возможных. Не сказать, что с этого момента они зажили идеально. Быт — штука непростая, и адаптация к совместной жизни прошла не без шероховатостей. Посуду мыть не хотелось обоим, у кого-то из них всегда было «ещё пять минут», а кто-то забывал купить хлеб, даже если обещал. Но, несмотря на это, в удивительно многих аспектах они действительно оказались похожи. Взгляды на жизнь, отношение к мелочам, даже чувство юмора — всё это помогало им балансировать между привычками и уступками.       Что касается университета — там, по сути, тоже ничего не изменилось. Они не собирались выставлять свои отношения напоказ. Ни к чему это было. Счастье, как известно, любит тишину, и они эту тишину берегли. Единственное, что стало проще — теперь Кирилл больше не был студентом Ксюши. Формально — уже нет. А значит, им было гораздо легче пересекаться в стенах университета, общаться, не вызывая лишних вопросов или подозрений. Никто и не подумает, что у «бывшей преподши», как за глаза называли Ксению некоторые студенты, есть роман с бывшим студентом.       ***       Привычная, размеренная, во многом даже чересчур стабильная жизнь Алисы изменилась почти мгновенно с появлением в ней Вадима. Всё, что раньше поддавалось чёткому расписанию и логике, оказалось сметено на пути урагана по имени "он". Утренние сборы больше не были спокойными — теперь их то прерывали внезапные звонки, то вспоминания о вчерашних спорах или смехе, то просто его голос, прозвучавший в голове слишком отчётливо. Вместо порядка — хаос. Вместо тишины — постоянное движение.       Вадим был неуправляем. Безбашенный, импульсивный, он не вписывался в мир Алисы, выстроенный по правилам. Но именно в этом и была его сила. Он не просто нарушал её распорядок — он переворачивал его с ног на голову, и, как ни странно, делал это так, что Алиса начинала скучать по этому хаосу, едва он исчезал. Вместе с беспорядком в её жизнь вошли яркие эмоции, всплески адреналина, спонтанные прогулки, ночные переписки, резкие шутки и нежданные откровения. То, чего в её мире раньше просто не существовало. Он буквально раскрасил её серые, почти стерильные будни, заставив их пульсировать жизнью.       Но при этом... Они не были парой. Ни по словам, ни по фактам. Никто из них не называл другого «своим». Не договаривались, не обсуждали, не строили планов. Хотя со стороны это выглядело совсем иначе. Люди, видевшие их вместе, переглядывались с тем самым выражением, когда всё и так ясно. Их перепалки, взгляды, лёгкие прикосновения — всё это говорило за них громче любых слов.       Для Алисы это был чистейший аттракцион эмоциональных горок. Один день — лёгкость и смех до слёз, на следующий — бурная ссора на пустом месте. Они спорили, бросались словами, игнорировали друг друга — но потом снова возвращались в общий ритм, как будто ничего не было. Не сказать, что ей импонировал этот ритм, но ей нравилось ощущение этого хаоса и нахождение этого человека…       Она часто задавалась вопросом: «А что это вообще между нами?» — но ответа не находила. Да и не стремилась, если быть честной. Потому что в этих странных, неконкретных, будто бы незавершённых отношениях она чувствовала себя живой.       ***       — Слышишь, а у тебя расписание замен на следующую неделю? — громко, нарочито небрежно бросила Ксюша, перекидываясь с подругой через стенку кафедры. Вопрос был больше для вида — она и так знала, где та бумажка, но тишина в преподавательской уже начинала давить. Хотелось хоть какого-то движения, живого голоса, чтобы разбавить сонную атмосферу пятничного полдня.       — На столе, возле компа, — лениво отозвалась Алиса. — Ты опять с Кириллом сегодня домой? — тут же добавила, уже с интересом в голосе.       — Ага. Ему сегодня повезло — пар не было, так целый день дома сидел. — Ксюша шумно рылась в стопке бумаг, и вдруг радостно пискнула, как будто действительно нашла что-то ценное. — О, нашла!       — Поздравляю, — усмехнулась Алиса, возвращаясь в их часть комнаты с кружкой горячего чая. — Засранец, стопудово до обеда спал.       — Ну да, ага, но тут же нужно учесть, что последнее время он до посинения сидел по ночам. Так что не гони на него. — Ксюша фыркнула, но в голосе её звучала привычная нежность.       — М-м-м, как ты его защищаешь... Прям не узнать тебя, серьёзно. Раньше ты была строгая и собранная, а теперь... розовый сахарный флер, — хихикнула Алиса.       — Сама ты флер. Иди работай, — отмахнулась Ксюша, но тоже улыбнулась.       — Просто завидую, наверное, — неожиданно тихо сказала Алиса, но быстро перевела тему: — А ты замены на следующую четверг-среду глянь. Там сдвиги по времени.       Прежде чем Ксюша успела ответить, в дверь просунулась знакомая взлохмаченная макушка:       — Труженицам нашей шараги привет! — бодро заявил Кирилл, заглядывая внутрь.       — Ой цыц, сам, наверное, валялся весь день, а теперь пришёл тут язвить! — фыркнула Ксюша.       — Ага, конечно. Вообще-то я с одиннадцати в разъездах.       — Ну и где ты шатался? — подколола Алиса, крутя в пальцах ручку.       Кирилл на секунду замешкался, а потом спокойно сказал:       — Вадима провожал. Он в Россию неожиданно махнул. Внезапно так, буквально вчера-сегодня решил.       Тишина опустилась резко, как будто кто-то хлопнул дверью, а за спиной одной девушки будто разбилось стекло, громко гремя по ушам.       — Уехал? — тихо переспросила Алиса, не поднимая глаз.       — Ага. Захотел путешествовать. Почему бы и нет, — ответил Кирилл так спокойно, будто речь шла о ком-то малознакомом.       Услышав это, девушка поникла. Эта фраза острым лезвием ударила по сердцу, но она быстро постаралась взять себя в руки. Ей не хотелось показывать слабость, да и портить вечер паре своей «заинтересованностью» Вадимом не хотелось...       Ксюша, наблюдая за ней, едва заметно сжала губы. Она видела этот взгляд Алисы, видела, как быстро та спряталась за маской. И всё бы ничего, если бы она не представляла, сколько в этой маске боли.       А Кирилл… Кирилл просто смотрел в окно. И молчал. Хотя знал правду. Всю.       ***       Дом встретил их теплотой, уютом лёгким беспорядком — плед сброшен с дивана, на столе пустая кружка, и разбросанные вещи на стуле от утренних сборов Ксюши.       Кирилл первым сбросил рюкзак, разулся и, не включая свет, прошёл на кухню — ставить чайник.       — Чаю? Или ты по-серьёзному хочешь приготовить ужин? — раздался его голос из-за стены, ленивый, домашний.       — Только если ты рискнёшь снова резать лук, — засмеялась Ксюша, включив свет в комнате и начала переодеваться в домашние вещи. — Я до сих пор помню твой героизм.       — Я просто чувствительный, ясно? —крикнул он с другого конца квартиры — Или давай твои фирменные пельмени? У нас же ещё остались?       — Пельмени? Быстро и без нервов. — Она плюхнулась на диван, вытянув ноги. — Я сегодня максимум — это кликнуть «плей» на сериале. Всё. Мозг официально в спячке.       — Одобряю. — согласился парень, заходя в комнату.       Скоро кухня наполнилась паром, а комната — светом от телевизора и запахом вкусной еды. Они сидели рядышком, ногами под пледом, лениво переговариваясь, периодически споря, кто забыл эпизод сюжета. Ни слова о дне, ни упоминания чужой боли — только их двоих, их вечер, и мир, который они сами себе построили. Маленький, но целый.