быть ценным.

четыре месяца спустя. границы, однозначно, переступлены, стена между реальной жизнью и договорным, прописанным сценарием — разрушена. прописанные на помятых бумажках, небрежно валяющихся где-то в кабинете мэй лин, слова в контракте мэй лин, безусловно, не теряют свою силу, но принимают более серьезные обороты. и чем дальше идет время — становится понятнее, что оба — влюблены. однажды сайлус врывается к ней в квартиру без приглашения и объяснений поздно ночью, с порога жарко целуя и утаскивая на руках к просторной кровати. у мэй лин в тот момент в голове была паника — она была слишком открытой и домашней в свободной одежде и без капли макияжа, с причудливой гулькой на голове и в тапках-черепахах. показывать себя сайлусу слишком настоящей было дискомфортно и… страшно, но нависшее над ней крепкое тело и желанные прикосновения к коже стирали все мысли. видеть его уже утром в одном полотенце — не было чем-то новым, но есть за одним столом приготовленный им завтрак — определенно странно. голова разрывалась от мыслей как себя вести и о чем говорить, пока сайлус неторопливо ел и смотрел на нее слишком влюбленным взглядом. у самой был такой же и сердце делало кульбиты каждый раз, когда он прикасался и целовал, крутил ее волосы пальцем в дороге куда-то. но и мэй лин не старалась скрывать свои чувства. в какой-то момент у сайлуса на нервах стал дергаться глаз от ее непредсказуемого поведения — она могла игриво пробежать пальцами по его бедрам под столом прямо на собрании или заявиться в его офис после встречи с новыми партнерами - немного пьяная, злая, но с признаниями о желании увидеть его. пьяная мэй лин всегда становилась чуть честнее и с собой, и с ним — сайлус старался всегда цепляться за такие моменты. к его удивлению она стала чаще отвечать на его звонки и сообщения и также часто в ее речах проскальзывал умелый флирт. кажется, сайлус никогда столько не смеялся.  оба были влюблены — оба молчали. не знали, как признаться, как себя вести, как проявить свои чувства нежно без  интимной связи и игривых действий — оба не хотели быть уязвимыми, но оба хотели открыть свое сердце. у сайлуса от этого грудь болезненно сжималась слишком часто — неумение проявлять истинные чувства играло с ним в жестокую шутку. ему столько раз хотелось прижать к себе хрупкое тело и бережно уткнуться носом в шею, вдыхая природный аромат, столько раз хотелось показать мэй лин все свои любимые места и остаться с ней наедине в тишине, сбегая от хаоса работы, столько раз чесались руки со всей нежностью погладить бледную щеку и коснуться губ трепетно. мэй лин сгорала от тех же желаний. часто она думала, как было бы хорошо, если бы сайлус оставался в ее кровати чуть подольше после бурных ночей, если бы чаще держал за руку в людных местах или на партнерских встречах, чаще писал ей, чаще видел ее, чаще нуждался в ней. ей нужно было больше его и меньше себя. хотелось ему отдаться и одновременно полностью забрать его себе. тяжело.  15:48 — люк, киран, в мой кабинет, — голос сайлуса из динамиков звучит резко.  у двух секретарей сразу кровь стынет в жилах. в онихинусе давным давно живет правило — если сайлус вызывает кого-то в свой кабинет без причины, то можно смело после этого выносить из его офиса полуживое тело. люк и киран переглядываются — они точно что-то натворили. атмосфера в офисе была напряженная — даже вдох тяжело было сделать.  сайлус молча сидел за своим столом, неторопливо попивая виски из стакана. взгляд был задумчивый. он легко махнул рукой на два кресла около стола, приглашая двух верных псов присесть — у тех на секунду дрогнули колени. минута шла за минутой. сайлус долго смотрел в окно, постукивая пальцами по столу, прежде чем устало потереть переносицу. близнецы мысленно готовились к самым страшным пыткам где-то в подземном карцере онихинуса. — как заполучить женщину? — сайлус выдает этот вопрос очень нехотя, будто смущенно, но одновременно бесстрастно. что?, — нет, не так. как заполучить властную и волевую женщину, которая ни в чем не нуждается? у кирана от такого вопроса взгляд слегка потерянный, люку — очень сильно хочется истерично рассмеяться. он уже представил как части его тела валяются по уголкам зоны N109, но вопрос — как камень с плеч. оба понимают о ком идет речь. — босс, ни у одного человека не может быть всего. вселенная всегда стремится к балансу, — люк пожимает плечами. у сайлуса взгляд недовольно — вопросительный. баланс вселенной? что, блять? — босс, вам может лишь казаться, что госпожа мэй лин имеет все. в нашей сфере деятельности очень сложно отыскать женщину, на подобной должности — тем более. уверен, госпожа мэй шла к своему статусу не один год. даже учитывая подписанный вами контракт — нужно иметь огромную внутреннюю силу, чтобы выносить подобный хаотичный порядок жизни, — у сайлуса взгляд становится заинтересованным. киран всегда был слишком проницательным. — у госпожи тяжелый и властный характер. «любой властной, вольной и своенравной женщине приходится быть властной, вольной и своенравной женщиной», — люк цитирует недавно прочитанную книгу. сайлус все также вопросительно приподнимает бровь, но в этот раз слова секретаря не кажутся бредовыми. — госпожа достаточно строптивая, но она остается девушкой. в каждой девушке, вне зависимости от характера и статуса, есть желание быть хрупкой и защищенной. вероятно, она сильно устает, раз может не отвечать вам на выходных. и быть более слабой и менее контролирующей она тоже не может себе позволить — не позволяет работа и место проживания. подумайте о том, что нематериальное вы можете дать ей, — киран опускает взгляд. не дай бог ляпнул что-то не то. — для начала попробуйте пригласить ее не свидание. подумайте в какое место можно ее отвести, чтобы она расслабилась. поухаживайте за ней, накормите, не давайте заниматься работой, пока вы рядом с ней. попробуйте взять  под контроль то, что обычно контролирует она — так вы снимете груз ответственности с ее плеч на какое-то время. чем более внимательным вы будете, тем быстрее оттает ее сердце, — люк наконец-то выдал что-то адекватное. сайлус оценивающе дергает бровью.  сайлус спрашивал совет в надежде облегчить мысли, но в итоге их стало куда больше, чем раньше. пригласить на свидание? куда? какие места нравятся мэй лин? где она сможет отдохнуть, набрать в сил и забыть о непрекращающемся шуме? чего она хочет? купить ей украшения, отвезти в самый роскошный бутик, устроить какое-нибудь светское мероприятие? нет, нет, нет. все не то. абсолютно ничего не подходит. все поверхностное, не глубокое, снова рутинное — это все было частью их жизни, частью жизни мэй лин. у сайлуса голова кругом. приходит осознание — за два с половиной года их тесной связи он не знает о ней практически ничего. все только по работе, все по мелочам и обрывками из их разговоров после собраний, пока она неторопливо курила перед отбытием домой. даже за четыре месяца их более тесной связи он узнавал все только по ее реакциям или из собственных наблюдений, но эта связь чаще всего похотливая и телесная, а не романтичная и духовная. сайлус в своих размышления терзается долго — до самого вечера. переживает все эмоции моментом — злость, разочарование, желание кого-нибудь убить и опустить руки. и так по бесконечному кругу, пока он с тяжелым вздохом не принимает решение. «собирайся. я буду через полтора часа» — отправляет сообщение. в офисе гаснет свет. час спустя. у мэй лин был лишь один вопрос — какого черта ее дергают в выходной день в одиннадцать часов вечера? она привыкла, что сайлус мог заявиться на порог ее квартиры в любое время дня и ночи, по-хозяйски орудуя в ее доме. но он никогда до этого не просил ее выходить лично  и куда-то собираться. неожиданная рабочая встреча в такое время? или случилось что-то серьезное, не имеющее отлагательства? мэй лин с тяжелым вздохом встает с кровати, ставя кружку с какао на прикроватный столик. устала.  сайлус появляется в ее дверях ровно через полтора часа. мэй лин специально не открывает ему дверь сразу — рассматривает себя в зеркале. объемный серый свитер крупной вязки «косичкой» со спущенными плечами и большими рукавами, под ним — черное миди -платье с пышноватым низом, на ногах — гетры из толстой пряжи и чёрные ботинки на платформе — мэй лин старалась одеться в своей стиле, но не слишком официально. на это не было ни желания, ни времени. сайлус стучит в дверь чуть настойчивее — девушка берет свой сумку, вновь тяжело вздыхает и открывает дверь. удивляется. сайлус одет непривычно…  уютно. чёрные брюки, белая рубашка, сверху — темно-коричневый кардиган из кашемира на больших пуговицах. никакого яркого, делового образа, насыщенных цветов и украшений — стильно, но свободно и по-домашнему. пепельные волосы тоже уложены неожиданно — длинная челка спадала на глаза, а не была поднята вверх. мэй лин молча стоит с изумлением в глазах минуту-две, пристально рассматривая каждую деталь. а после ей кажется, что сайлуса подменили и это вообще не он, что это какая -то шутка и над ней просто издеваются — он передает ей в руки спрятанный до этого за его спиной букет пастельно-розовых цветов.  — что это? — глупый вопрос. мэй лин потерянно принимает небольшой букет в аккуратной, достаточно милой упаковке. в нос бьет аромат свежих роз. — ты никогда до этого не видела цветы? — сайлус хоть и выглядел необычно, но вот манера общения никуда не делась. он тихо усмехается, наблюдая за ее реакцией из-под светлой челки. мэй лин закатывает глаза. — по какому поводу? что вообще происходит, сайлус? — вопросов становится больше. вряд ли бы он стал одеваться так на важную встречу и покупать ей цветы перед выездом. интуиция мэй лин кричит ей о неладном. — дай свою сумку, — ее вопросы сайлус нагло игнорирует и также нагло забирает сумку с ее плеча. открывает, рассматривает - пистолет, еще один пистолет, но поменьше, два запасных магазина, таблетки снотворного, складной нож, документы с визитками, косметика и куча всего другого. сумка помещается в двух его руках, но ощущение, будто это чёрная дыра — женские сумочки действительно на удивление вместительные. сайлус приподнимает бровь, осматривая весь багаж — мэй лин, вероятно, собиралась на работу, раз взяла с собой половину средств для самообороны. он закрывает сумку, кладет ее на столик, берет  мэй лин за руку и тащит за собой, — сегодня тебе это не понадобится.  — что? эй! — мэй лин растерянно оглядывает на оставленную сумку. сайлус тянет ее за собой за руку, захлопывая дверь и спускаясь к лифту. мэй лин негодующе вырывается в попытке вернуться в квартиру, но крепкая рука сжимается на талии, — если ты не объяснишь, что происходит, клянусь, я завтра же подорву онихинус к чертям. — успокойся, котенок, — сайлус тихо смеется, притягивая ее ближе. заглядывает в глаза собственными хитрыми, слегка сощуренными, улыбаясь, — мы едем на свидание. у мэй лин в голове — пустота и тихий писк, оповещающий о разорванной связи с реальностью. полчаса спустя. в салоне гробовая тишина — ее разряжает только тихо играющая музыка. мэй лин сидит на переднем сидении с цветами в руках, смотрит в окно и задается одним и тем же вопросом — что, блять, сейчас было? за два с половиной года она уже и не вспомнит сколько раз спрашивала себя об этом, а причина бесконечного потока непонимания сидит рядом — спокойно, с открытым окном и развивающимися от ветра волосами. легкая улыбка играет на его лице. по всей видимости, у сайлуса при себе тоже не было совершенно ничего — мэй лин заметила абсолютно пустой салон, не считая аккуратно сложенного пледа на заднем сидении. зачем он? сайлус спит в машине? вряд ли. тогда зачем он ему здесь? они и правда едут на свидание? что за бред?  совсем недавно их отношения перешли на новый уровень, но это нельзя было назвать отношениями. мэй лин даже думать о таком не смела. они ограничивались заигрываниями, все также продолжающейся игрой на публику и частым сексом — больше ничего не было. по крайней мере, мэй лин пыталась не замечать все остальное, чтобы зря не терзать свое сердце. — куда мы едем? — единственное, что она спрашивает, наблюдая за сменяющимся пейзажем. они явно покидали и зону н109, и линкон в целом, оставляя мерцающие огни города позади. становилось немного тревожно, не говоря уже о неловкости. сайлус же не везет ее в лес, чтобы убить?  в таком случае ее даже искать не будут. — я же сказал, мы едем на свидание. дай свой телефон, — протягивает руку. у мэй лин в груди все леденеет. она его не боялась, знала, что сможет защитить себя или выиграть время для побега, но все это наводило дикий ужас. она нехотя протягивает свой телефон, наблюдая, как сайлус прячет его в нагрудный карман рубашки под кардиганом, перед этим выключая, — он побудет у меня, пока не вернемся обратно. не хотелось бы, чтобы ты думала о работе, пока находишься со мной. мэй лин крепче сжимает цветы в руках , цепочкой в мыслях выстраивая различные планы побега. может ударить его букетом и отнять управление машиной? или подождать до пункта назначения, найти там какое-нибудь подобие оружия, отнять ключи и уехать? мэй лин давным давно стояла на одном уровне по силе с мужчинами — этого требовала работа, но сайлус — совершенно другой случай. его сила не шла в сравнение с теми, с кем мэй лин имела дело ежедневно. на совместных тренировках она никогда не могла победить его, как бы не изощрялась, о кровати и говорить не стоит — у мэй лин от его чудовищной мощи иногда остаются синяки и ноги дрожат. если она сейчас убежит — он догонит, попытается драться — пострадает, попытается действовать неожиданно — у сайлуса хорошая реакция. очередная красная строка в мозгах — что делать? пока мэй лин размышляет о способе сбежать, сайлус — ведет машину весь на нервах. его лицо расслабленное и спокойное, взгляд чистый и свежий, на губах - все та же легкая улыбка, а внутри — полный раздрай. прятаться под маской самоуверенности хорошо, но что делать с тремором внутри? он практически готов рвать на себе волосы от неловкости и непонимания дальнейших действий. вроде все нормально, первое впечатление должно быть хорошим — он даже специально оделся менее стильно, чтобы не выглядеть слишком официальным. а в голове все равно миллион сомнений. понравится ли мэй лин место, в которое они приедут? точно ли она отдохнет там и сможет оторваться от преступного мира, тесно их связывающего? сможет ли чувствовать себя комфортно в такой обстановке наедине с ним? он, кажется, впервые в своей жизни боится. боится и от того злится — неизвестные чувства и размышления вызывают дикий дискомфорт. машина останавливается спустя полтора часа в небольшой горной местности рядом с дорогой, но недалеко от крутого обрыва. сайлус осматривается из салона — везде тихо, только шелест деревьев от ночного легкого ветра слышен вокруг. вокруг них — ничего и никого, кроме леса и мелких бугров, впереди — виднеются ярко сияющие огни ночного линкона. отсюда город выглядит не таким большим.  сайлус выключает(??) машину, выходит первым и забирает с собой не только ключи, но и плед с заднего сидения. мэй лин в легкой панике прикусывает нижнюю губу. — мы в лесу. вокруг ни единой живой души. оружие он специально оставил дома. он точно убьет меня здесь, чтобы забрать права на оникс. даже плед взял, чтобы мой труп туда закатать, — мэй лин глубоко вдыхает, пытаясь думать рационально. ужасная ситуация. она кладет цветы на водительское сидение и, пока сайлус копается в багажнике, рыскает по салону. открывает бардачок в попытке найти пистолет или хоть что-то, роется в бортике между сидениями, обыскивает кресла с ног до головы, — блять, он же всегда оставляет оружие по всей машине. куда все делось?! — чем ты занимаешься? — сайлус вопросительно поднимает бровь, застыв в открытой двери пассажирского сидения мэй лин, наблюдая, как она трогает обшивку кресла, — выходи.  — я спрошу напрямую. под свиданием ты подразумевал мое убийство? ты же понимаешь, что я буду сопротивляться? — мэй лин беспокойно вылезает из машины, смотря прямо в темно-красные глаза с боевым настроем. сайлус замечает ее напруженные скулы, а вот мэй лин не сразу замечает пакеты в его руках. — если бы я хотел убить тебя, я бы сделал это в любое другое время и в абсолютно любом месте. не обязательно вывозить тебя из города, котенок, — сайлус самодовольно усмехается, ткнув девушку в лоб двумя пальцами. он оставляет пакеты на капоте, а сам — забирается на крышу, расстилая на ней плед с довольным выражением лица. и смех, и грех — мэй лин думала, что он действительно решил убить ее здесь? от этой глупости сайлусу и правда хочется смеяться. он спокойно спускается вниз, закончив с пледом, берет пакеты в одну руку, другую - протягивает мэй лин, — хватайся. в этот момент мэй лин и правда была растеряна больше, чем каждый раз до этого. если он привез не убивать ее, то, получается, это действительно самое настоящее свидание? но почему он решил устроить его? она недоверчиво берет его да руку и заползает следом на крышу, сев на мягкий плед. только сейчас обращает на вид впереди, пока сайлус устраивается рядом и достает из пакетов приготовленные закуски и бутылку вина на двоих — ночное глубокое небо, усыпанное звездами, а чуть дальше — их город. огни не бьют по глазам. не застилают свечение звёзд — здесь видно каждую. над их головами десятки созвездий. мэй лин рассматривает их с упоением. лёгкий ветер колышет ее волосы, приятно бежит по оголенным наполовину ногам и обволакивает тело. тишина накрывает уши. спокойно. тихо. тепло. будто мир вокруг на секунду остановился. мэй лин тихо и глубоко вдыхает ночной воздух, краем глаза замечая направленный на нее взгляд.  — больше не кажется, что я собираюсь тебя убить? — сайлус улыбается еле заметно, но смотрит взглядом глубоким, пытаясь залезть в душу. мэй лин молчит. опускает взгляд на плед, на котором уже давно разложена еда от сладкого до соленого и вино разлито по бокалам. кровь приливает к лицу — она смущенно отворачивается, чувствуя, как горят щеки. на ее бледной коже это, должно быть, сильно заметно. — специально привез вино, зная, что я от него сильно пьянею? — усмехается, когда смущение отпускает ее, но его сменяет неловкость. мэй лин давно не была на свиданиях. ее последние отношения закончились шесть- семь лет назад — она сама точно не помнит. после расставания она ударилась в работу над организацией, усердно трудилась: не покладая рук работала и над головой, и над телом, чтобы быть лучшей. про любовь и связь с людьми она забыла, засунула желания поглубже в сердце и запечатала, поставив на первое место преступную карьеру. а потом появился он — и привычный бесчувственный мир пошатнулся.  — да? нет? кто знает? — сайлус тихо смеется и пожимает плечами, протягивая девушке бокал с бордовой жидкостью. мэй лин охотно принимает. тихие разговоры украшают такую же тихую ночь. сайлус задает много вопросов о любимых вещах, о любимой еде, о любимых увлечениях, о которых не знает — старается узнать как можно больше из незамысловатого диалога, в перерывах спокойно попивая вино и откусывая протянутый мэй лин виноград с грозди. узнает, что мэй лин невероятно влюблена в туман, упаковками может есть кукурузу и китайские булочки с шоколадной начинкой, и часто ходит в караоке. она в ответ расспрашивает об этом же — узнает, что сайлус, оказывается, время от времени занимается  боксом, на дух не переносит сыр с плесенью и до ужаса боится картину моно лизы. мэй лин на это громко смеется, представляя грозного босса онихинуса, дрожащего в музее рядом с этим несчастным портретом. сайлус почти обиженно хмурится, но сразу оттаивает — ее смех ласкает сердце. в какой-то момент разговоры утихают, еда заканчивается, в бутылке остается совсем немного вина — они лежат на крыше, молча уставившись на созвездия. иногда мэй лин  указывает на определённые звездные скопления и тихо дает объяснение к каждому, вскоре вновь умолкая. у сайлуса в груди — облегчение, у мэй лин — все то же смущение. оба слишком неловкие, обоим слишком непривычна подобная обстановка — слишком близко, слишком романтично, слишком наедине. неумелые, забытые чувства рвутся наружу. сайлус аккуратно касается ее волос. заправляет выбившуюся прядь за ухо, трепетно пальцами ведет по виску, обводит большим пальцем раковину уха — мэй лин прикрывает немного тяжеловатые от вина веки. приятно. когда сайлус касается ее так невесомо, будто боится разбить хрупкое ограненное стекло — ей до жути приятно. глупое сердце к нему тянется.  — я хочу разорвать контракт, — низкий голос звучит в тишине негромко, но уверенно. сайлус не отрывает от девушки взгляд, а она наконец -то снова смотрит на него с непониманием. — у нас остается еще полгода. больше не видишь выгоды в сотрудничестве? — неожиданно чувствуется укол в сердце. мэй лин садится, поправляя свое платье и кардиган, чувствуя дикий привкус досады. так он устроил все это в качестве прощального «подарка»? — не торопись с выводами, — тяжело. ему невероятно тяжело. в голове необъятное количество слов, но рот отказывается их произносить. чувство уязвимость бьет по подсознанию, требует остановиться, ничего не говорить, прекратить сейчас же. оставить все, как есть. но сайлус устал от вечной тяжести в груди. от извечной ревности, от чужих взглядов на нее и от ее отсутствия в его руках. он впервые почувствовал свое сердце. разве можно сейчас отступить? — я хочу разорвать контракт, а не наше сотрудничество. я не хочу, чтобы нас связывали только слова на бумаге. — хааа… ничего не понимаю, — мэй лин напряженно потирает глаза руками. от нечетких объяснений становится только хуже, не говоря о том, что под действием вина и без того тяжело думать. мэй лин недовольно кривит губы, посмотрев на тоже севшего сайлуса, — разорвать договор, но продолжить работать вместе? каким образом?  — отношения. я хочу предложить вступить в отношения, — сайлус на нее не смотрит. решился. сердце не бьется в ожидании ответа. все внутри дрожит. отвратительные ощущения. он никогда не чувствовал себя настолько отвратительно и никогда не думал о том, что его авторитету могут отказать. но мэй лин ведь может, знает, что девушка церемониться не будет — полоснет, как лезвием по шее, без капли сожаления. кажется, он действительно начинает бояться, пока слуха не касается еле слышный смешок.  — отношения? — мэй лин смотрит на него радостно-удивленно, но одновременно недоверчиво. на губах - напряженная улыбка, взгляд - озорно сияет. она еле сдерживает смех, который в конце концов вырывается с такой силой, что ей приходится вытереть одинокие прозрачные капли с уголков глаз. облегчение, — я могу всем рассказать, что лидер онихинуса оказался самым настоящим придурком? — так ты согласна? — сайлус усмехается на ее глупый вопрос, но в его глазах читается неуверенность. боязно слышать ответ, спрятанный за смехом. мэй лин утихает, смотрит ему прямо в глаза своими темно-красными. ее взгляд задумчивый, но почему-то слишком радостный. так сильно развеселило его предложение? ее молчание затягивается — терпение сайлуса кончается. еще немного — он взорвется от нервозности, незаметно охватившей все тело. мэй лин это замечает, рассматривая каждую мелкую деталь в его выражении лица — сайлус был нечеловечески красив в любом настроении. ей нравилось, как красные радужки в зависимости от настроя становились то светлее, то темнее, отражая мысли и намерения. и если бы год назад ей сказали, что взгляд этих хищных глаз будет настолько боязливым и нерешительным — она бы не поверила. мэй лин опускает взгляд, медленно, немного неуверенно накрывает его лежащую на пледе руку своими тонкими пальцами — на лице появляется снова счастливая, но до ужаса смущенная улыбка. — если бы я хотела отказать, я бы сделала это сразу. думаю, сейчас ответ вполне понятен? — она не успевает поднять смущенный взгляд, как чувствует мягкие, но резкие губы на своих. сайлус сжимает ее лицо руками, притягивает ближе к себе, целует страстно, властно и глубоко. хочет нежнее, но не умеет. он привык действовать резко и грубо, доминировать и брать под контроль. мэй лин протестующе мычит, с борьбой разрывая поцелуй, — кто же так целует после подобного предложения?  с ее губ срывается недовольное фырканье. она возвращает сайлуса на его место, аккуратно приподнимается на крыше машины и неловко садится на чужие крепкие ноги, держась за широкие плечи. поза для них достаточно привычная — они не раз отдавались страсти именно так, лицом к лицу. но сейчас атмосфера была совершенно иная — неуверенная, смущенная, слишком романтичная, будто они — два неумелых влюбленных подростка.  — иногда ты касаешься меня так нежно, словно боишься, что я исчезну с твоим прикосновением, — тонкие пальцы накрывают ладонь сайлуса, поднимая ближе к лицу. мэй лин касается его рукой своей щеки, нежно к ней прижимается, прикрыв глаза. чувства накрывают с головой. нежность и ласка, подавляемые долгое время, рвутся наружу. мэй лин практически дрожит, судорожно вдыхает воздух в легкие, ощущая шершавые пальцы на своей коже, — попробуй поцеловать меня также трепетно, как по утрам касаешься моего лица, думая, что я сквозь сон этого не почувствую, — голос понижается до шепота. она отнимает его руку от своей щеки и ведёт назад, заставляя запутаться в волосах, бережно их сжимая. касается лбом его лба, горячо выдыхая на пухловатые губы. бёдра соскальзывают чуть ниже — она прижимается к сайлусу ближе, крепче, обнимая рукой за шею, второй — медленно скользя по открытым участкам его шеи, — так, словно боишься, что я растворюсь прямо в твоих руках. у сайлуса в голове — пустота, а сердце заходится в неистовом ритме. еще немного - остановится. мэй лин тихим шепотом его очаровывает — он смотрит на нее завороженным взглядом, скользит по прикрытым глазам и пухлым губам, останавливая взгляд на их ладонях на ее щеке. мэй лин жмется к нему плотнее, обжигает дыханием с лёгкой отдушкой вина, ведет пальцами по его шее — сайлус теряет спокойствие и ровное дыхание. кажется, от охвативших чувств задыхается. пил не много, но связь с реальностью рвется. хочется прижать ее к себе сильнее и всецело обхватить руками. хочется целовать каждый сантиметр кожи, оставлять свои следы, впитывая еле слышные стоны. хочется всю ее себе под кожу или залезть под ее — неясно, но желание дикое. невероятная. невозможная. мэй лин касается его губ настолько нежно, что сайлусу приходится вдохнуть настолько глубоко — будто он сейчас потеряет сознание. в голове стучит собственный пульс. трепет охватывает тело. сайлус нежно сжимает пальцы в темных волосах, другой рукой обнимает за талию, прижимая чуть ближе к себе — целует с упоением ласково, сминая лепестки губ без привычной жестокости. тает. растекается в тонких руках, когда она целует чуть увереннее и глубже, но непрекращающе хрупко. становится по-хорошему плохо. он переворачивает их, подминает под себя тонкое тело, разрывая поцелуй. мягкими поцелуями спускается к подбородку, еле ощутимо касаясь линии челюсти. мэй лин улыбается по- счастливому пьяно — то ли от него, то ли он алкоголя. у обоих бабочки в животах, звезды перед глазами и болезненно сжимающееся сердце. мэй лин скользит по плечам сайлуса, словно легкое прикосновение крыльев, спускается низ по его спине, касается боков — еле слышно стонет, когда он оттягивает ворот платья и кусает за изгиб шеи. — шшш…,— успокаивающе шипит, накрыв губы сайлуса рукой.  она тихо смеется, взгляд — настолько лучезарный, что можно ослепнуть. мэй лин целует его в нос и заглядывает в темные красные глаза с расширенными от водоворота чувств зрачками, — я не занимаюсь сексом на первом свидании. — испытываешь мое терпение? — сайлус дышит тяжело, глубоко, медленно ведя рукой по ее боку, другой упираясь в крышу машины около ее головы. не первый раз так близко, но будто впервые. мэй лин тихо смеется на его вопрос, обнимая за шею. — учу тебя любить меня, — улыбка все также сияет на губах. слишком широко и слишком светло. так, как когда-то улыбалась поставщику из россии. сайлус вспоминает этот день и сердце у него одновременно тяжелеет и восторгается - она улыбается ему. так красиво. так ослепляюще, что у него снова заходится сердцебиение. он опускается ниже — практически ложится рядом с ней, притянув к себе за талию — оставляет поцелуи по всему лицу. — обратись ко мне, — не требует, а шепотом молит. ласкает кожу пальцами, целует веки и лоб, прижимаясь к нему своим. вдыхает ее аромат, а она — оставляет лёгкий поцелуй на подбородке, руку приложив к чужому сердцу. — сайлус?— просьба странная, но выполняет. мэй лин жмется к нему плотнее, ложится головой на мягкий плед, открыв веки. рассматривает, упивается, наслаждается красотой перед ее глазами.  — не по имени. обратись ко мне так, как зовешь меня при других, — сайлус смотрит на нее также тяжело и восхищенно, как дышит. — дорогой?… — и целует также нежно, как до этого, но более настойчиво, услышав неуверенное обращение. улыбается в поцелуй, чувствуя, как чужиеродные губы целуют в ответ дрожаще. дорогой. дорогой. дорогой. как же хочется быть для нее ценным.  они возвращаются домой спустя несколько часов. мэй лин сонно держит в руках прелестный букет цветов, сайлус — держит ее сонную в своих. на пороге квартиры отдает обратно выключенный телефон, привычно, но бережно целует тонкую ладонь и собирается уходить, но оказывается за захлопнутыми дверями, а после — в чужой кровати. мэй лин на первом свидании сексом не занимается, но до умопомрачения целует и засыпает на крепком плече.