Nokhame-X4. Эпизод.

— Тебе никогда не казалось это странным? — шипящий, почти переходящий на писк голос потрескивал из радиоприёмника, болтавшегося где-то на поясе. — Что… - фраза прервалась, чтобы Та, на чьём поясе болтался приёмник, сделала взмах. Голова ближайшего к Ней ржавого, примитивного андроида, в ту же секунду отделилась от тела и улетела в кучу остального роботизированного хлама, коим было заполнено целое поле вокруг. —… ты имеешь ввиду? — наконец, Она закончила фразу и опускаясь на колени, воткнула меч в груду металлолома под ней. — Ну смотри… - голос из приёмника продолжал трещать — Ты — почти двухметровая стальная махина, венец технологического прогресса... — Позволь тебя прервать. — Она устроилась на земле поудобнее, опираясь на меч и всматриваясь вдаль — Венец технологического прогресса — это сейчас и каждый мусорщик, и дворник, да даже уборщик собачьего дерьма в парках. — А ещё это и каждый военный, учитель, финансовый консультант и прочие важные профессии! — злобно отозвался радиоприёмник — И вообще, не перебивай. Так вот, венец технологического прогресса, созданный, чтобы те немногочисленные оставшиеся мешки с мясом лишний раз не поднимали свои дряблые корпуса… Несмотря на то, что всё поле вокруг — это ржавое нечто, хаотично собранное из остатков разваливающейся техники, вдали Она кое-что всё-таки разглядела. Ещё несколько «ржавоботов» каким-то образом прорывались сквозь кучу всякого мусора, как мертвецы из могилы. И идут в сторону Неё. — … сейчас махает металлической зубочисткой посреди мусорного поля? — Эта «зубочистка» - сплав, способный прорезать любой материал на Земле. — Она нехотя поднимается на ноги, вырывая меч из земли. — Да я вообще не к этому веду! — вновь трещал голос из коробки — Ты вообще дашь мне договорить? Дело не в материале, а в том, что у тебя вообще есть меч! — Я тебя не понимаю. — Она медленно двигается в сторону ржавоботов, держа оружие наготове. — Чтоб тебя… - радиоприёмник сделал паузу — Технологии войны всегда шли только вперед. Сначала все махали друг другом перед собой оружием ближнего боя, с редкими луками. Затем, пошёл огнестрел, пусть и слабый. Потом военная техника наряду с пехотой. Потом только дроны и ракеты разного калибра. Затем вообще войны велись только на уровне ПО — мол у кого хакеры круче и кто быстрее чужую технику взломает. Улавливаешь? — Не совсем. Я не радиоприёмник. - казалось бы, подкол, был сказан абсолютно безэмоционально. Как только боты приблизились, ещё несколько взмахов, наряду со звуками скрежещущего друг об друга металла — и вновь тишина. Головы врагов опали на землю, а следом и их тела. Она снова согнула колени, опираясь на меч. Заряд. Ей не хватало заряда. Несмотря на то, что кромсать устаревшие машины не составляло никакого труда, эта монотонность медленно, но верно вытягивала энергию. И терпение. — Да всё очень просто! — приёмник продолжил объяснять, игнорируя шутку, но его громкое верещание, заставляющее корпус вибрировать, говорило о том, что шутку он всё же понял — В какой момент мы свернули в обратную сторону? Почему вновь производят всякие заточки, зубочистки, бластеры? Почему опять есть эти дуэли и почему опять пехота ходит друг на друга? — История циклична. — холодно отозвалась Она. — А? — недоуменно вопросил приёмник. — История циклична. Ты сам только что озвучил проблему. Войны уходили всё дальше и дальше от прямых столкновений. Даже хакеры, взламывающие технику в какой-то момент уперлись в потолок — выходит, что из дальнобойного оружия и поражающих всё живое ракет и орбитальных бластеров ушёл весь толк. Нечем было воевать, если обе стороны могут взломать друг друга на расстоянии и таким образом, объявить ничью. — Она вела свою речь несколько высокомерным тоном, но старалась не выражать своё раздражение. — А ядерки? — А что ядерки? Ну ударили они уже пару раз, сначала в 1945-ом, а затем в... — Затем, помню, ну и чего? Люди же тупые! Поубивали бы наконец друг-друга! Она осматривалась вокруг, стараясь не выпадать из разговора. Лишних эмоций не было, но голос извне не давал Ей отключиться. — Все, да не все. — Она начала чувствовать, как труднее становится поднять руку. — Кто-то догадался, что ядерное оружие лучше слить на разработку энергии. — И по твоей логике, чтоб дальше воевать, люди вернулись к старым обычаям в новой обертке? — послышалось что-то вроде фырчанья — Так и происходило всю историю. Проанализируй, у тебя на руках все данные. Может, вычислительной мощности не хватит, но даже человек с IQ меньше ста увидит закономерности. Она едва не свалилась на землю, пока договаривала последнюю фразу. Пора. Несколько ритмичных нажатий в ту область, где у человека было бы солнечное сплетение и продолговатый цилиндр был извлечен из корпуса. Его ядовито-зеленый свет угас, оставляя только бесполезный кусок металла. Она выбросила его в сторону и нащупала рядом с приемником новый цилиндр. Ещё живой. Ещё зелёный. И теплый. Теперь, Она могла бы бежать по свалке легкой трусцой. Даже приёмник больше не бесил. — Продолжай движение на север. — голос из приёмника звучал встревоженно — Это был последний? — Да. Но выбраться со свалки хватит. — Она вставила новый цилиндр на место выброшенного и тут же побежала, с мечом наперевес. Энергия разлилась по телу. Конечности потеряли свой вес. Она вновь стала легкой. Почти невесомой. — Ты так говорила два урановых стержня назад. — Да, но на этот раз я уверена. — Ты по профессии историк, а не физик-ядерщик! — приёмник от столь громкого недовольства начал болтаться на поясе ещё интенсивнее — А ты по профессии ведущий подкаста. Как видишь, мы оба хорошо справляемся. Я учу тебя истории, а ты болтаешь без умолку. — в её голосе даже послышался легкий смешок. — Представь, что мы на твоей студии и прекрати сотрясать свой корпус. — Да вот только мы вместо своих обязанностей сейчас вообще не тем занимаемся! — приёмник перекрутился вокруг веревки, что держала его на поясе и тем самым прилип к Её корпусу более плотно — Ты косплеишь Райдена, пытаясь найти тех, кто тебя, скажем так, поматросил и бросил, а я пытаюсь быть твоим навигатором в обмен на то, что ты пристроишь меня куда-нибудь. @#%& выходит! — перед последним словом послышался звонкий писк — У тебя цензурный пресет стоит? — Что @#%&? — переспросил приёмник с таким же высоким писком. — Нецензурщину запикивает. После этой фразы из приёмника не слышалось ничего, кроме писка ближайшие несколько минут. Она не пыталась заткнуть подкастера, только радовалась, что такой высокочастотный звук отпугивает ржавых недоделок и можно не тратить лишнюю энергию на бой. В конце концов, только чужой голос может вывести из этой дыры, а дальше — кто знает? Когда-нибудь, эта свалка закончится. И Она надеется, что тогда, клинок познает кровь, а не ржавчину.