-

Вот и прошла 30-я церемония музыкальной премии «Золотого граммофона». Рад был видеть всех коллег и провести мероприятие в паре со своим давним другом – Николаем Басковым, пускавшего колкости в мой адрес. Все равно дорожу им. Конечно, я был бы ни я, если бы не сделал ему подарок по такому поводу. По завершению концерта, направился к нему в гримерку за дверью которой играла его «Зараза». Коля напевал строчки в игривой манере. Не знаю почему, но у меня в голове возникла картина, что он там голый в шапочке для душа и намывает мочалкой спину. Постучав пару раз в дверь, припустил металлическую ручку и вошел в комнату. - Айй! – воскликнул он, прикрывая обнаженную грудь слегка помятой белой сорочкой. Почти угадал… - Что я там не видел?! - закатил я глаза. – Успокойся. - Филипп! Стучаться надо! – накинул Басков впопыхах на плечи свой черный пиджак. - Так я стучал! У тебя музыка громко играет! – сказал я, заметив подарочные пакеты на столике. – Ой, а кто подарил? – проявив любопытство, взялся за тканевую ручку красного цвета.  - Не трогай мои подарки, - процедил он. – Кто захотел, тот и подарил! – подмигнул он. - Да я и не хотел смотреть что там. У меня у самого там пакетов на два багажника. Вот зашел к тебе чтобы подарить свой!  Сказал так специально, хотя еще не видел объем цветов и подарков.  - Поставь там же, - попросил он, глядя в зеркало и поправляя уложенную прическу (может все-таки парик?!). - Ладно, - пожал плечами я, и, развернувшись, оставил его одного. - Филипп! – позвал Николя, вынырнув из гримерки спустя несколько секунд. – Не хочешь шампанского?  - Да меня ждут. Спасибо. В другой раз давай… - Ладно, - постукивая пальцами об дверь, ответил Николя. – Давай, отдыхай. - Ага, ты тоже.  - Ты домой? - Куда еще?! Мы отлично провели концерт, - только и сказал я, надевая на лицо очки, так как на выходе все же еще стояли представители СМИ. - Да. Мы – молодцы! - Коль, ну, на связи, - махнул я рукой и в сопровождении своего охранника направился к служебному выходу.   Спал как убитый. Хорошо, что поставил телефон на «авиарежим», иначе бы сообщения нарушили крепкий и сладкий сон.    «Почему серебряный граммофон?» - первое, что увидел я, разлепив веки. Сообщение направлено в 01:20. В 01:31 уже второе: «Очень милая и дорогая штучка! Я пробил…». Около двух часов ночи Коля написал, что на 60-летие подарит мне старенький патефон с розовым пледом. - Очень смешно, Коленька! – пробубнил я вполголоса. Не став ничего отвечать, встал с постели и направился в душ. Завтракая, услышал, как звонит мой новый массивный, но красивый айфон. Взглянув на экран, тут же ответил. - Доброе утро, Сережа! Лазарев был единственным человеком, за успех которого в последнее время я был очень рад. Его новое шоу до сих пор держит меня под впечатлением. - Привет, дорогой! Что у вас там опять с Колей случилось? - А что-то должно было произойти? - Он мне звонил ночью, похоже немного счастливый и пьяный. Пожаловался, что ты ему подарил серебряный граммофон.  - Ты шутишь? – выключив звук телевизора, вполне серьезно спросил я. - Нет! Он на тебя обиделся. - А на что обижаться?! Это же просто знак внимания с моей стороны.  - Ой, а то ты Колю не знаешь?! Его отношение к тебе словно «американские горки». - Вот-вот! Вчера он по полной отыгрался… - М-да, Коля еще та штучка… - Он, наверно, еще спит я сам спрошу обиделся или нет. Сереж, я с неким юмором ему подарил. Он сам сказал, что я – золотой призер, а он – серебряный. Там граммофон небольшой, считай, как сувенир на память. - Понял. - Он написал ночью, что подарит мне патефон. - Патефон? – удивился Сергей.  - Да, типа намек на возраст. - Не подарит он. Больше его слушай. Услышав, что мне звонят, попросил Лазарева подождать, но увидев имя абонента, сказал, что перезвоню. - Коленька! Слушаю тебя внимательно! – вложив всю накопленную к нему нежность, ответил я. - Филипп! Ты прости, что ночью написал. Шампанское хорошо лилось… - Ага, все нормально! - Спасибо за подарок. Я его поставлю рядом с золотыми… - Тебе спасибо за белые розы. Мне передали. - Знаешь, я вообще хотел ради прикола подарить тебе игрушечный.  - О, я бы своей котэ его оставил! У Шанель бы был свой первый граммофон. Почему-то мы оба одновременно засмеялись. Вспомнив про его предложение выпить шампанского, задал вопрос: - Может выберемся в первый день ноября куда-нибудь и выпьем за нас хорошее шампанское? - Да можно. Я не возражаю. - Если у меня планы поменяются – скажу. Давай в ресторане «Bolshoi». ЦУМ уже украсили. - Видел. Новый год в октябре… - И не говори.   Попрощавшись с Николя, я снова представил его в прозрачной шапочке для душа, но уже поющего в мой подаренный граммофон песню «Фантазёр».