Глава 14

      Хоть мне было невероятно плохо, я решила не жаловаться Киру.       Потому что я сильная, сама справлюсь!       Но ночью я почти не сомкнула глаз. А если и удавалось заснуть, мне снились кошмары. В них Девен меня… ненавидел. Он больше не целовал меня, не обнимал и вообще не хотел, а потом… вдруг превратился в одного из бет шестнадцатой общины. Настоящий гадкий насильник во всей своей красе. Который тянет ко мне эти мерзкие крючковатые руки…       ‒ Нет! ‒ кричу я и просыпаюсь.       Вот тебе и доброе утро…       В школу я поплелась разбитая, как то корыто.       Да что со мной вообще происходит?! И всё из-за какого-то оленя…       А ещё мне было дико интересно, что же всё-таки было в комнате за спиной Девена. Что он там приготовил? И для меня ли?       Нет! Так не пойдёт! Хоть я и собиралась в гараж больше ни ногой, но я сама буду решать, с кем мне общаться, а с кем заканчивать отношения. Так что мнение всего лишь одного копытного не учитывается!       Пусть терпит!       После школы я иду в гараж на чистом упрямстве и злости. Потому что только они помогают заглушить страх и неловкость.       Я хватаюсь за ручку гаражной двери и тяну. А она не тянется.       Что за?..       Злость помножилась на раздражение, и я со всей дури бью кулаком в дверь. Точнее, стучу.       Мне никто не открывает. Никто не отвечает. И не целует…       А последнее-то тут при чём?!       Потому что очень хочется… как и плакать…       А вдруг он просто куда-то уехал?       Да, такое вполне возможно. Но нашёл время! В другое никак нельзя было?       Ну олень! Чтоб тебя! Ты мне за это ещё ответишь!       Я тогда приду завтра. И снесу тебе рога к чертям собачьим!       Надеюсь, что с тобой всё в порядке…              

***

             Но завтра гараж был снова закрыт. И послезавтра, и послепослезавтра…       В итоге с отдыха вернулись Мал с Акеем. Загорелые, счастливые и такие родные!       Соскучилась.       Как и по оленю…       НЕТ! По оленю я не скучаю! Ни капельки!       Разве что только по его поцелуям. Немножко.       ‒ Ванесса, смотри сколько мы тебе всего привезли! ‒ улыбается Мал, залезая в сумку. ‒ И сувениры и украшения! Вот эти браслеты я специально для тебя выбирал! Ээ, Ван?       ‒ А, что? Прости, я задумалась, ‒ виновато смотрю на парня я.       ‒ На тебя это не похоже. Ты обычно очень собранная. Что случилось? ‒ Мал берёт меня за руку и заглядывает в глаза, желая, похоже, увидеть в них все ответы.       ‒ Просто, ну… ‒ я мнусь, потому что правду очень тяжело из себя выдавить. ‒ Короче это всё из-за гаража. Точнее из-за его хозяина.       ‒ А что, с Девеном что-то случилось?       ‒ Я не знаю. Гараж просто всё время закрыт.       ‒ Я сейчас скажу Акею. Пусть позвонит, узнает.       ‒ Только не говори… ‒ тут же паникую я, но Мал меня понимающе останавливает.       ‒ Узнает, на счёт своей машины, ‒ успокаивает он меня, погладив по руке.       Мал идёт к Акею, а я так нервничаю, будто от этого разговора зависела вся моя жизнь.       Проходит всего несколько минут и в дверях моей комнаты появляется Акей.       ‒ Ну, Ван! Не знаю, что ты там натворила, но Девен сказал, тебя с собой к нему не брать ни при каких обстоятельствах.       Сначала пришла боль. Дикая, ослепляющая, мешающая дышать. Но потом меня спасла… ЗЛОСТЬ!       Не хочет меня видать? Ну что ж, ПЕРЕЖИВУ!!!              

***

             Я вгрызлась в учёбу с таким остервенением, что с лёту сдала все экзамены на отлично. Учителя были приятно удивлены моим напором, но знали бы они, сколько боли я пыталась заглушить таким способом…       Вот так, почти незаметно для меня прошёл целый учебный год. Ещё совсем немножко и мне стукнет семнадцать. Возраст, который я так долго ждала. Созревание, о котором я молилась в объятиях Девена. А сейчас… как будто всё потеряло смысл…              

***

             День рождения выпал на вторник. Отмечали вечером в семейном кругу. Очень уютно и тепло, но… чего-то всё равно не хватало.       Чего я ждала? Не знаю.       Но в любом случае ничего особенного не произошло.       С Киром мы договорились отметить мой день рождения на выходных. Обычно это всегда весело и ярко, почему же теперь у меня нет этого приятного предвкушения?       Может, у меня нарушение каких-нибудь гормонов? Или развивается депрессия?       Да, я не бета, но и мой вид от подобного не застрахован. В редких случаях.       А ещё мне до безумия захотелось в гараж!       Это точно болезнь…              

***

             Каникулы. Восемь утра. Многие в это время ещё сладенько спят, а я…       Я практически бегу к одному злосчастному гаражу. Нет мне покоя ни днём, ни ночью. Надо уже выловить этот подходящий момент и поговорить с Девеном.       Да, надо. Вот только совершенно не знаю о чём. Да и больше хочется не говорить, а целовать. Вот же чёртов плотский голод!       Я вижу вдалеке гараж и… он открыт!       Ворота были распахнуты полностью, потому что в него заезжала машина. Мне кажется, я ещё никогда в жизни так не бегала. Страх подгонял меня, ведь если ворота сейчас закроются, Девен опять может меня не впустить. А я этого допустить не могу!       Когда мои ноги донесли меня до цели, в ушах так пульсировала кровь, что, казалось, меня слышно на всю округу.       Затормозив у распахнутых ворот, я осторожно заглянула внутрь. До боли знакомый силуэт я узнала сразу. Девен сидел на корточках ко мне спиной и возился в ящике для инструментов. Дико захотелось дотронуться. Запустить пальцы в каштановую копну волос, а затем впиться в губы…       Я делаю шаг, затем другой. Всё максимально беззвучно, насколько позволяет физика, но альфа вдруг замер. Замерла и я.       Это всё бешено-колотящееся сердце! Это оно меня выдало!       Или нет?       Девен ведёт носом, а затем резко оборачивается.       Восторг на его лице мгновенно сменяется яростью. А ещё глаза. Их словно переключили. Вот только что это был красивый цвет дорогого коньяка, а потом раз и просто звенящая тьма.       ‒ Нет… Ну нет… ‒ шепчет Девен, словно в бреду.       Он медленно поднимается на ноги и смотрит на меня так, как будто я только что совершила преступление.       ‒ Этого не может быть! ‒ рычит он, со всей силы пиная ящик. Инструменты разлетаются в стороны, жалобно звякая о пол. ‒ Ты какого хуя припёрлась сюда?!       ‒ Ворота были открыты, ‒ словно невпопад отвечаю я. Отвечаю вмиг охрипшим голосом.       От его резкой вспышки ярости меня просто парализовало.       Что происходит?       ‒ Потому что я ждал НЕ ТЕБЯ!!! ‒ ревёт он. Ревёт так, будто он загнанный в угол зверь.       Девен хватается за голову и крепко жмурится.       ‒ Убирайся! ‒ выдыхает он, словно обессилев. ‒ Иди и мучай других альф! Начинай свой ёбаный список! Сравнивай, измеряй, делай вычисления… Не знаю, что ещё там тебе надо.       ‒ Девен, мне… мне семнадцать, ‒ выдаю я как-то слишком жалобно. И тупо.       Мозг просто искрит и выдаёт Error…       Ну реально, для чего я вообще это сказала? Почему терплю его крики? Да на меня родители никогда не кричат!       ‒ А ты думаешь, я не понял? ‒ с горькой усмешкой ответил он. ‒ Да ты воняешь на весь гараж! Такого отвратительного запаха я ещё не чувствовал никогда в жизни!       Каждое его слово словно забивало гвоздь в крышку моего гроба. Пробивая насквозь сердце.       ‒ Так что вали отсюда, и не забудь подготовить разноцветные ручки, ‒ его лицо искажается почти в болезненной гримасе. ‒ Чтоб блядский список был ярче…              

***

             Не помню, как ноги довели меня до дома. Не помню, как раздевалась. Не помню, как наливала ванну до самых краёв. Не помню, как погрузилась в неё с головой.       Осознала лишь тогда, когда уже нечем было дышать.       Я выныриваю и резко хватаю ртом воздух. Нет, так не пойдёт!       Этот олень не единственный альфа на всём белом свете!       Действительно, пришло время взять разноцветные ручки и блокнот. Я ведь столько об этом думала, ждала семнадцати, и вот! Пора действовать!       От брата я знаю, что есть специальные тусовки, где альфы и омеги собираются, чтоб высвободить свои феромоны и утолить голод плоти. Другими словами ‒ оргии. По-моему, отличный вариант для приобретения сексуального опыта. Можно и повыбирать, и посравнивать, и всё без обязательств. Ну идеально же!       Я беру телефон и ищу в интернете адреса клубов. Вообще такие мероприятия обычно закрытого формата, но мне всё равно. Я попаду туда, чего бы мне это ни стоило!       Я крашусь очень ярко, надеваю топ и юбку. На ноги ‒ кеды. Волосы ‒ в два хвоста.       Щёлкаю себя в зеркале и отправляю Киру:       «Выхожу на охоту! Оргия, жди меня!»       Телефон в карман, все предостерегающие эмоции ‒ в дальний угол.       Родители в своей комнате, пробраться мимо них не составляет особого труда.       На улице глубокий вечер, а страха нет. Его затмевает дикая злость, клокочущая в венах с самого утра. Она же придаёт решимости.       Кому нужна эта невинность? Если даже оленю плевать, то мне тем более. Хранить её для кого-то ещё нет смысла. Пора нарабатывать опыт. Ведь если не ты, то тебя…       Я еду на такси до одного из клубов. Честно говоря, особо не выбирала, просто ткнула наугад. Какая разница где.       Такси останавливается, и я спешу к дверям клуба. Тяну ручку ‒ закрыто.       Блин! Что же делать? Может, постучать?       Но только я набралась смелости, чтоб занести кулак, как вдруг дверь резко распахивается. Из клуба выскакивает злющий альфа, а за ним вдогонку несётся причитающая омега, на ходу роющаяся в сумке.       ‒ Да оставь ты меня в покое! Хватит уже меня преследовать! ‒ орёт он. ‒ Мы просто пару раз трахнулись! Это всё! Какие дети?!       Омега что-то отвечает писклявым голосом, но я не вслушиваюсь, потому что быстро ныряю внутрь, пока дверь не закрылась.       Краем глаза замечаю, что на полу валяется какая-то глянцевая бумажка. Пропуск. Поднимаю её, и в это же мгновение появляется мужчина.       Охранник.       Он смотрит на меня, на бумажку в моих руках и произносит:       ‒ Проходи, сейчас уже всё начнётся.       Я практически на ватных ногах захожу в просторный зал. Приглушённый свет, столики, красиво убранные выпивкой, десертами и фруктами, а также… люди. Все достаточно прилично одетые. Потом я замечаю множество диванчиков, кресел различной формы…       Так, Ванесса, не теряемся! Высматриваем самых красивых альф!       Я пробегаюсь глазами по гостям этого торжественного мероприятия. Симпатичных альф оказалось немало. По крайней мере на первый взгляд.       Вдруг заиграла плавная ненавязчивая мелодия. Люди оживились, стали при разговоре более интимно дотрагиваться друг до друга, но это всё. Никто не спешил сорвать с себя одежду или повалить своего собеседника на диван.       Спустя пару минут многие начали дышать чаще. Взгляд их становился словно пьяным. Но упорно ничего не происходило.       Да когда уже?       И вот я услышала первый протяжный стон. Омежий. Девушка рухнула на колени и стала тереться о пах альфы, бормоча что-то бессвязное. Тот в свою очередь довольно улыбнулся и расстегнул ширинку. Такого остервенелого минета я даже вообразить себе не могла.       Стоны омег стали раздаваться со всех сторон, а также победные смешки альф. И только тут до меня дошло.       Феромоны! Они соревновались кто кого нагнёт, выпуская феромоны! И омеги с треском проигрывали.       Ну что ж, я тоже в деле! Да, сейчас я не могу ещё уловить феромоны альф, как и усилить свой собственный, но мы об этом никому не скажем.       Я подхожу к небольшой группке парней, которые предпочитали сначала понаблюдать, и потихоньку беру за руку одного. Альфа с каштановыми волосами смотрит на меня с интересом. Я маню его в дальний укромный уголок, и он тут же следует за мной.       Довольно ухмыляясь, он притягивает меня к себе и целует. Наверно, это было бы вполне неплохо, если бы мне не было с чем сравнить. Ни единой мурашки возбуждения не возникло в моём теле. Такое разочарование…       Похоже, надо попробовать кого-то ещё.       ‒ Ох, извини, но мне срочно нужно в туалет, ‒ выдыхаю я, быстро отстраняясь от парня. Он смотрит на меня удивлённо, но ничего не говорит.       Я бреду на другой конец зала и вдруг замечаю альфу, который казался достаточно худым, на фоне остальных. Он сидел на диванчике и рукой подгонял омегу, который делал ему минет. Долго не думая, я подсаживаюсь к нему и целую.       Альфа довольно рыкнул и больно схватил меня за волосы. Он вжимал мою голову к своим губам, едва не насилуя мой рот своим языком. Всего через несколько секунд у меня начал подкатывать рвотный рефлекс. Первый позыв я сумела сдержать, правда звук всё равно вышел многоговорящий. Альфа удивлённо на меня уставился, быстро отстранившись. Я не стала объясняться, просто скользнула дальше по залу ища другого кандидата.       В самом тёмном углу я вдруг увидела, как альфа трахает… альфу. Я просто застыла, с интересом наблюдая. Нижний альфа оказался симпатичным, с большими карими глазами. Не удержавшись, я подхожу к их парочке и наклоняюсь над этим парнем. Наши лица друг для друга перевёрнуты, но так тоже интересно. Улыбнувшись ему, я прижимаюсь губами к его пухленьким губам.       Он не отворачивается, не сопротивляется, а просто лежит и стонет. С ним у меня вышли какие-то суперцеломудренные, но при этом достаточно нежные поцелуи. И это было больше забавно, словно по-дружески, но никак не возбуждающе.       Даже немного жаль.       Я вздыхаю и иду в туалет освежиться. Если бы я реально вела список, то все эти имена (которых я не знаю) можно было бы смело вычеркнуть. Просто ни о чём.       В коридоре я натыкаюсь на альфу. В этот раз это девушка. А вот это я ещё не пробовала.       Альфа смотрит на меня и ухмыляется. Она не спеша прижимает меня к стене, отправляя свои руки на исследование моей груди. Честно говоря… противно. Но я даю ей ещё один шанс.       Девушка целует меня, вжимая свой эрегированный член мне в живот.       Ну не нравится, совсем не нравится! Что ж за проклятье такое?!       Девену стоило лишь дотронуться… а тут!       Не могу больше. В желудке словно узел образовался.       Я собираюсь легонько оттолкнуть альфу, как вдруг…       ‒ Аа! ‒ вырывается у меня болезненный вскрик, и я резко отпихиваю от себя девушку.       Она непонимающе смотрит на меня, а я в шоке трогаю укус на шее.       Нет, это последняя капля! Отвратительно, просто отвратительно!       ‒ Извини, ‒ выпаливаю я и кидаюсь обратно в зал.       Атмосфера в помещении за эти несколько минут неожиданно поменялась. Нет, то что многие уже были раздеты и вовсю занимались сексом, меня совершенно не смущало, а вот воцарившее напряжение ‒ очень.       Я бегло осматриваюсь и достаточно быстро замечаю пятерых альф, которых до этого я тут не видела. А я смотрела внимательно.       Они, похабно хохоча, толпились возле той самой парочки альф, где у нижнего парня были очень красивые глаза. Мне это дико не понравилось.       ‒ Любишь крепкий член в жопу? Так мы можем два добавить, ‒ протянул лысый альфа, пихая парня, который был сверху, отойти.       Тот, явно не зная, что делать, застыл.       ‒ Свали, говорю. А то и тебя сейчас выебем.       Сказать, что я разозлилась, ничего не сказать. Они меня просто выбесили! Какого чёрта тут вообще творится? Это же, вроде, безопасная зона! Откуда тогда тут эта гопота? Гомоболы хреновы!       Я срываюсь с места и бегу к охране.       ‒ Вы видели, что там творится? ‒ с ходу начинаю я.       Мужчина на меня смотрит и, поджимая губы, кивает.       ‒ Ну так разберитесь! Это клуб или подворотня? ‒ резонно замечаю я.       ‒ Не могу, ‒ охранник тяжело вздыхает, а затем всё же поясняет, ‒ это сын хозяина клуба. Со своими дружками.       ‒ И что? Раз сынок, то, значит, ему всё можно?       Мужчина ничего не отвечает, и меня это так бесит!       Я просто разворачиваюсь и иду обратно. Альфу, который был сверху, держат трое, а вот нижнего…       ‒ Пожалуйста, не надо! ‒ хрипит он, прижатый к диванчику за шею.       ‒ Подстилке слова не давали! ‒ хохочет лысый и плюёт в красивое перепуганное лицо. ‒ Одно слово, что альфа!       ‒ А ну отошли от него! ‒ рычу я, едва не пылая от ярости.       Альфы поворачивают на меня свои тупые головы и часто моргают.       ‒ Он мой! Я разрешила ему поиграться только с одним! Так что валите, пока я папе не позвонила!       Лысый отодвинул свой обрубок от дырочки парня и давай блеять, как какой-то козёл:       ‒ Папе? Ты… а он… что?       ‒ Мой папа созвонился с хозяином этого клуба и уверял меня, что мы сможем тут поиграть в полной безопасности. Он заплатил кучу денег! И что я вижу? Моего малыша обижают! Больше ноги моей тут не будет! Так и скажу папуле, ‒ я надула губки, и быстро подошла к нижнему альфе. ‒ Вставай, милый. Придётся тебя сегодня дома собственноручно осчастливить. Думаю, твоя попка уже успела соскучиться по моему страпону.       Альфы в глубоком шоке просто пропускают нас с парнем на выход.       ‒ И этого отпустите. Моему малышу он понравился. Думаю, заберём с собой, ‒ легко раздаю указания я, а у самой сердце едва наружу не выпрыгивает.       Мы проходим мимо охранника, и он смотрит на меня с отвисшей челюстью. Я жестом показываю ему «молчать», и он действительно ничего не говорит, одобрительно кивнув.       На улице парни спешат к припаркованной возле клуба машине.       ‒ Спасибо тебе, ‒ выдыхает «мой малыш» и прижимается к моим губам в нежном, благодарном поцелуе.       ‒ Тебя подвезти? ‒ спрашивает второй, садясь за руль.       ‒ Не, я на такси, ‒ улыбаюсь я и машу им вслед рукой.       Что ж, список свой не пополнила, но одну крепкую попку спасла. Тоже неплохо.       Я улыбаюсь и лезу за телефоном в карман, как вдруг…       ‒ Вон эта сука пиздлявая! Лови её! ‒ верещит лысый, выскакивая на крыльцо клуба.       И стая его цепных псов кидается за мной со всех ног.       Мамочки… а кто теперь спасёт мою крепкую попку?       Сама, Ванесса, сама! Беги!       Беги со всех ног!