Особенный пони?

Сегодня за окном было необычайно жарко и солнце как можно ярче светило на бедных пони, забывших дома головные уборы. Даже на глухой опушке солнце неумолимо проехало своими лучами листья цветов и растений. В доме Флаттершай безостановочно работал шумный вентилятор, без которого существование стало бы самой настоящей пыткой. – Какая жара… - вздохнула маленькая пони, в очередной раз поливая цветок, вода в котором мгновенно высохла. Лето в этом году выдалось самым настоящим пеклом и многие пегасы с трудом переносили такую смену температур. Проще всего было единорогам, которые в любой момент могли наколдовать себе стакан воды или мороженое и освежиться. Земные же пони воспринимали жару, как своего врага и были полны решимости сражаться с ней за недавние посевы, которые летнее солнце беспощадно сжигало. Но, к сожалению, Флаттершай с самого рождения была одарена крыльями и солнце нисколько не жалело бедную пегаску. Именно в этот момент из ниоткуда, прямо напротив вентилятора, материализовался сам лорд Хаоса - Дискорд. Его появление сопровождали хлопающие крылья расшумевшихся птиц и недовольное ворчание Энжела, вновь потерявшего насиженное местечко в тени. – Флаттершай! Я принес бутерброды с огурцом, горчицу, арахис, пару помидоров и… и чай! Как думаешь, ничего не забыл? Странный набор продуктов нисколько не смутил маленькую пони. Она уже привыкла к эксцентричности ее друга и была даже рада, что он навестил её сегодня. – Дискорд! Как я рада тебя видеть! – О, не сомневаюсь, дорогая, - расплылся в улыбке драконикус, расставляя чай, огурцы и банку с корицей, (которая до этого момента была горчицей) на небольшом чайном столике, - Сегодня не погода, а рай! Давно хотел навестить Саха́ру. Флаттершай посмотрела в окно. За ним действительно пробегало гонимое ветром перекати-поле, а посреди опушки выросла парочка кактусов довольно своеобразной формы, похожей на статую своего автора - Дискорда. – Дискорд, а ты можешь сделать что-то с этой жарой? Моим зверушкам такая температура не в пользу… - пони взглядом окинула свой домишко, в котором маленькие друзья устало обмахивали себя листами бумаги или тетрадками, которые нашли у Флаттершай. Дискорд оглядел всё это дело и через мгновение хитро улыбнулся, будто что-то придумал. – В чем вопрос, дорогая! У меня есть идея получше - сейчас же отправляемся на пляж! – На пляж? - пони явно выглядела взволнованной, - а может, что-нибудь более… безлюдное? – Безлюдный пляж. Почему бы и нет! По ко́ням, дамы! - заметив недовольный взгляд Энжела, тот добавил, - и господа, конечно. Щелчком пальца он и вся живность в доме Флаттершай переместились на необитаемый остров с великолепным пляжом, на котором не было ни единой души. Дискорд тут же деловито принялся искать лучшее место для отдыха и устраивать для маленьких животных огромный тенёк из такого же огромного зонтика, больше похожего на зонтик-декорацию для коктелей. Пегаска сначала с удивлением наблюдала за оживлённым другом, но тут же встрепенулась и принялась помогать ему. Разложив материлизовавшиеся полотенца по горячему песку, чтобы можно было полежать и позагорать, а потом образовав небольшую зону для пикника с соответствующей корзинкой, Флаттершай нежно улыбнулась и произнесла, глядя драконикусу прямо в глаза: – Спасибо, Дискорд. Что бы я без тебя делала. – Ну конечно, милая! Я же бог Хаоса, я обязан творить беспредел. А такой скучный отдых - это настоящее безумие. Нужно исправлять! С этими словами он взлетел вверх и плюхнулся в воду, брызги которой покрыли маленькую пони с головы до копыт. Но она не расстроилась, нет. Она смеялась самым чистым и чудесным смехом, какой слышал Дискорд за последнюю сотню лет. Нет, даже за две, а может и три сотни лет. Вслед за ней засмеялся и сам бог Хаоса, плескаясь в теплой морской воде, вновь и вновь окатывая водой то Флаттершай, то ее пушистых друзей. Вскоре пришло время перекуса. Для Дискорда высушить себя было проще простого, так что он ступил на полотенце полностью сухим и уже ухватил своими когтистыми лапами очередной бутерброд. В третьей, внезапно выросшей лапе у него звенел чай, а вернее стекло, в котором плавал этот напиток. Приподнеся стакан к губам, лорд Хаоса с наслаждением выпил стекло и выкинул застывшее во времени содержимое напитка назад. После небольшого взрыва позади Дискорд принялся за горчицу. Взяв свежевыпеченный хлеб, он намазал его на кусок твердой горчицы и тут же надкусил. Как бы аппетитно он не ел, сколько бы не предлагал сей “деликатес” своей подруге - никак не мог уговорить ее это попробовать. А Флаттершай тем временем безмятежно наслаждалась остывшим чаем. “Холодный чай прекрасен в жаркую погоду” думала пегаска, неспешно потягивая из чашки. – Какой чудесный день. Солнце так приятно светит, а волны такие мягкие… Морской бриз так освежает… - тут Шай будто вспомнила что-то очень важное и посмотрела на друга немного встревоженным взглядом. – Что случилось, Флаттершай? Чай получился слишком горьким? Извини, во всем виновата корица… ах да, куда я её положил… – Нет, всё хорошо, Дискорд. Просто я вспомнила об одном очень важном деле. – Насколько важном? – Очень-очень. Дискорд, ты не будешь против, если наше завтрашее чаепитие отменится? У меня завтра очень важная встреча и я обязана на ней быть. Дискорд нахмурился. “Что за внезапная встреча? И с кем? Почему такая важная?” Бог Хаоса скрестил руки на груди и с любопытством посмотрел на подругу: – Неужели эта встреча важнее нашего чаепития? – Да. Дискорд упал. – То есть нет… Дискорд очухался и встал. – Я не уверена… но мне от нее никак не отвертеться… – Так ты хочешь на эту встречу или нет? - не выдержал драконикус, вскинув в бессилии свои разные лапы вверх. – Нет! Драконикус засиял. – То есть да! Очень хочу… Дискорд в немом шоке. – Это будет очень важный для меня пони. Я думаю, ты понимаешь, что я имею ввиду. Некоторое время Дискорд молчал, но позже произнес, глядя Флатти прямо в глаза: – Важный, как ты для меня? Флаттершай улыбнулась. – Да, как я для тебя, - она рада, что Дискорд всё понял правильно. Но это было не так. Дискорд вообще ничего не понял. Вернее понял, но совершенно не так. Растерянный, даже изумлённый драконикус, безмолвно осознавая слова подруги, не мог отвести от неё взгляда. “Неужели у Флаттершай кто-то есть? Кто-то, кто дорожит ею больше чем я? Но кто это? Неужели… нет-нет, не может быть. Нет никого, кто мог бы быть лучше меня. Ведь я её самый лучший, самый близкий её друг, так кто же этот… особенный пони?” “Он точно понял всё правильно? Может, сказать ему? Нет, не стоит… помнишь, что было с Три Хаггер? Не стоит этому повторяться… Дискорд хороший, чудесный, но иногда…” - Флаттершай испытывала явно смущение под гнётом этих желтоватых глаз с кроваво-красными зрачками причудливого размера. – И тебя не будет в Понивиле? - Решил спросить Дискорд. – Да, я буду в Клаудсдейле. – Твой особенный пони - пегас? – Мой кто? - удивилась Флатти. Ей показалось, она плохо расслышала. – Так пегас? Ха-ха, я учту это, Флаттершай! А на сегодня, думаю, отдыха достаточно. - неожиданно серьезно сказал драконикус, поднимаясь в воздух и одной рукой собрав и плед, и корзинку, и зонтик в огромный мешок, в который на удивление, поместились и животные, брошенные туда же. Через мгновение Флаттершай и Дискорд уже были в доме на опушке, где до сих пор господствовало горячее солнце. Перевернув мешок, драконикус высыпал из него всю живность, которая тут же попряталась в тенёк или побежала в разные стороны. На удивление, вся пляжная принадлежность осталась в пресловутом мешке, который тем временем уже исчез в руках бога Хаоса. Он был на удивление молчалив и будто не знал, что говорить. Его взгляд был каким-то расстеряным и в то же время ужасно раздраженным. Флаттершай заметила это и положила копытце на плечо другу: – Дискорд, я сильно расстроила тебя? – Что ты, нет конечно. У тебя может быть много друзей, в этом нет ничего плохого. Дискорд старался как можно тщательней скрыть своё раздражение, больше похожее на обычную ревность. Всё таки этот урок уже был им пройден и повторять свои ошибки (хоть и было в стиле бога Хаоса), он сейчас не хотел. Но Флаттершай на то и Флаттершай, что сразу раскусила игру Дискорда. Положив второе копытцо на другое плечо драконикуса, она посмотрела ему прямо в глаза: – Я же вижу, что ты что-то мне не договариваешь. Давай обговорим это и… - но не успела пегаска закончить, как Дискорд выскользнул из ее копыт и, хохоча, ответил ей: – Дорогая Флаттершай, ты слишком много думаешь! Желаю удачи на завтрашней встрече, дорогуша! После этого он испарился, даже не ступая через открытый портал. Напоследок для маленькой пони с неба упал большой фургончик с мороженым, на который тут же накинулись все зверьки от мала до велика. Флаттершай улыбнулась. Как это мило, что Дискорд заботится о ней даже когда в плохом настроении. Хотя избегать разговоров ему ещё нужно учиться... “Он уже лучше разбирается в дружбе” ••• “Я совершенно не разбираюсь в дружбе.” Именно эта мысль беспрерывно звенела в голове бедного драконикуса, вернувшегося в свой хаотичный и постоянно изменяющийся дом, не давая ему думать ни о чём другом. Хотя… думал он не только о своем невежестве в делах дружбы. Он думал и о Флаттершай. О том, какой он для нее друг, если не доверяет ей и не ценит ее личного пространства, как она его учила. “Как тут давать личное пространство, когда она… она…” Когда что? - Дискорд поднялся с потрепанной тахты, которая служила ему великолепным местом отдыха, - Действительно… а что она сделала? Ведь ничего же? Совсем ничего. Это я всё надумал, на самом деле это какой нибудь старый друг, ничего более… Со стороны заговорил другой голос, очень похожий на свой собственный. Дискорд-психолог в белом халате и с блокнотом в руках говорил, причудливо наклоняя голову: – А что же ты себе там надумал? – Да ничего особенного… – Ты просто не хочешь мне рассказывать, - черт, Дискорд-психолог слишком хорошо его знает. Может быть, потому что он - его клон? Вполне может быть. – Как я расскажу то, чего не знаю? - раздражённо ответил Дискорд своему “коллеге” и вновь лег на тахту. Психолог невероятно раздражал своими вопросами, которые ведут Дискорда не к тем мыслям. Вспомнился взгляд подруги, которым она часто глядела на него. Этот взгляд… Дискорд не мог понять, что за чувство в последнее время проносилось у него перед глазами, ухало в груди каждый раз, когда она смотрела на него этим взором. – Помнится, Твайлайт говорила, что проявления дружбы могут быть разными, - продолжал настаивать на разговоре Психолог. – Потому что и дружба может быть совсем разной. Вот у нас с Флаттершай особенная дружба. – Поэтому и проявления у нас особые. – Всё верно. У меня – са́мого особенного существа во вселенной и у Флаттершай - самой особенной пони – не может быть не-особенной дружбы! Ты прав, мсье Психолог! Вот я и познал это странное чувство! Браво! Благодарю! Знаешь, я назначу тебе премию, - на фоне заиграли аплодисменты и свистки, а где-то даже хлопнула чья-то хлопушка. Дискорд же самозабвенно пожимал руку психологу, да так сильно, что то буквально ударялся об землю, а потом вновь отлетал вверх. – Б-благодарю, конечно, но мы с вами даже на вопрос не ответили! И... и у меня ещё вопрос! Может, в этом чувстве таится что-то другое? Что-то более… - начал было психолог, но в ответ на это в него полетела тяжеленная толстая, образовавшаяся из ниоткуда книга.