Глава 13.2. А может побудем счастливыми?

Я проснулась намного позже обычного. Поняла это по тому, что солнце уже взошло довольно высоко и светило мне прямо в глаза. Я попыталась встать, но не вышло. Со спины за плечи меня удерживала чья-то рука. Чья-то... - Сегодня не сбежишь, - прозвучал знакомый баритон прямо над ухом. Я тут же развернулась, чтобы, ну знаете, сразу прояснить все лицом к лицу. - Бейбарсов, убери руки. Мне нужно идти, - сказала я решительно. - Куда? - вскинул он одну бровь. - Какая разница куда? Нужно, и все тут! - Я уже узнал, у тебя сегодня нет пар, Таня. Так что срочных дел у тебя нет. Спешить некуда. - Ты что, Пинайтапочкин, совсем оборзел?! А ну отпусти! - начала закипать я. - Отпущу, когда поговорим, - сказал он твёрдо. - О чем? - О том, что произошло. А точнее, почему это произошло. В этот раз алкоголя не было, так что прошлая отмазка отпадает. - На том темномагическом чердаке был застоявшийся воздух. Видимо, меня и повело... - Застоявшийся воздух? Надо же, неизвестный науке афродизиак, - усмехнулся Глеб - Таня, я серьёзно. Мы уже не можем это игнорировать. - Что "это"? - Нас тянет друг к другу с непреодолимой силой. - Я уже сказала вчера, - отозвалась я помрачнев. - Мы не можем. И без разницы почему произошло то, что произошло. - Да, да, Софья и Влад. Но... Они не встречаются. - Ты сам говорил, что это ненадолго. - Пускай. Разве мы не можем побыть счастливыми хотя бы ненадолго? Никто и не узнает. А когда... Когда они.. Когда все случится, мы прекратим,- его голос звучал ровно, но слова источали что-то на грани с отчаянием. Это ввело меня в некоторое замешательство. - Глеб... - Ладно, - выдохнул он и отпустил меня. - Ладно, я понял. - Глеб, потом будет только хуже, -я медленно провела большим пальцем по его лицу от скулы до подбородка. А он все такой же привлекательный, правда теперь по-другому. Глеб больше не готический загадочный красавчик, мечта девочек-подростков, а взрослый состоявшийся мужчина, твёрдо стоящий на ногах. Ну, не считая вчерашнего вечера, когда его знатно пошатнуло, потому что детишки за час выдали программу максимум по уничтожению родительских нервных клеток. Когда я уже собралась убрать руку, Глеб её легко перехватил и на пару секунд нежно прижался губами к запястью. По телу разлилось приятное тепло. - Думаешь, оно того не стоит? - спросил он. - Думаю, что мы взрослые люди и должны принимать взрослые ответственные решения,- вздохнула я, аккуратно высвобождая свою руку. - У меня всегда были проблемы со взрослыми ответственными решениями... Я чуть улыбнулась краешками губ, но не нашла, что ему ответить. А потому принялась натягивать, разбросанную то тут, то там одежду. - Что ж, - продолжил Глеб, - Эти две ночи были прекрасны, на самом деле я и за это должен быть благодарен Судьбе. Никогда бы не подумал, что такое может произойти. Я нахмурилась. Эти его слова... "Благодарен Судьбе". Не может же быть такого, что Глеб до сих пор влюблен в меня? Я допускаю симпатию, замешанную на чувстве ностальгии, но не любовь. Нет, слишком много времени прошло. Нельзя пронести чувства спустя десятилетия, даже ни разу за все это время не увидевшись. - Мне тоже понравилось, Бейбарсов, - чуть помедлив, сказала я, но поспешила разбавить сентиментальность момента. - Не настолько, чтобы благодарности небесам воздавать, но все же. Ещё пару минут мы провели в задумчивом молчании. Не знаю, какие мысли сейчас вертелись в его голове, а я все же пыталась хотя бы для себя ответить на вопрос. Почему это произошло? Он прав, это уже не сиюминутная слабость, не наваждение, но что? Не могла же я втрескаться в некромага? Да и я не из тех женщин, которые прыгают в постель к... Едва знакомому человеку? За двадцать лет разлуки мы все же  должны были стать друг другу незнакомцами. Но у меня такое ощущение, будто мы общаемся уже целую вечность. Да и за последние несколько лет я впервые чувствовала, что моя жизнь - жизнь, а не бесконечно повторяющийся размытый сон. Весьма неплохой, но все же не до конца реальный. Ничего не понимаю. - Мне пора, Глеб,- проговорила я, отчаявшись разобраться в себе в ближайшее время. - Хорошо, - спокойным тоном сказал он. Я и не заметила, когда он успел одеться. Вечный чёрный костюм-тройка сидел на нем как влитой. На выходе, я уже хотела открыть дверь, но Глеб опередил меня. - Пытаюсь быть джентельменом до самого конца, - усмехнулся он на мой удивлённый взгляд. - Второй раз за два дня! - раздалось вдруг возмущенно из-за двери. Я тут же узнала этот голос. Софья! Жгучая паника тут же ударила в голову.  Времени прятаться уже не было, а потому я инстинктивно глубоко вдохнула и застыла. О, Древнир, что я ей скажу? - Вчера в кабинете академика, и снова чуть меня дверью не... Мама? А ты что здесь делаешь в такую рань? - практически в ту же секунду оказалась она в дверном проёме. - А ты? - не нашла я ничего лучше, чем ответить вопросом на вопрос. - Черепа ходила забирать. Надо бы Жанне вернуть, это ценные покойнички. И вот, иду и опять мне чуть в нос не прилетело. - А ты не пробовала ходить по другой стороне коридора, чтобы двери тебя не сшибали? - задал резонный вопрос Глеб. Надо же, а он спокоен, как слон. Как будто нас только что не застукали в одной спальне. - По правилам нужно ходить по правой стороне, Глеб Эльвирович, чтобы не создавать затруднений встречным пешеходам, - тут же нашлась она. - Здесь-то ты решила правила соблюдать, - так чисто по-матерински немного поворчала я. - Так что ты здесь всё-таки делаешь, мам? - За сумкой зашла. Забыла на днях её в галерее,- снова как нельзя кстати вспомнила я про сумку. - А, ну да. И где же она? - задала логичный вопрос Софа, осмотрев меня с ног до головы. - Оказалось, что у Глеба её нет. Наверное, ещё где-то потеряла, - пожала плечами я. Так ну, звучит довольно убедительно. Успокоила я сама себя. - Понятно, - протянула она, переводя взгляд с меня на Глеба. Ну нет же, это Софья, она не могла ни о чем догадаться! Она же ещё такой ребёнок... -Кстати, я придумала наказание для упыренка за самоуправство, - к моему облегчению перевела разговор на другую тему она. - Сегодня он три пары подряд будет гарпиям когти пилить, хмырям зубы чистить и уворачиваться от струй огня. Надеюсь Тангро как и все драконы недолюбливает некромагов. - объявила она, и я улыбнулась. Неужели Ванькина уловка сработала, и дочка все же явится к нему на пары по ветеринарной магии. Я боялась, что она забросит занятия до приезда Тарараха. - Какая радостная новость, - сказала я. - Не думала, что тебе так нравятся чужие страдания, мам, - ехидно ответила она. - Ах да и ещё, хорошо, что вы здесь, Глеб  Эльвирович. Вот. И она протянула ему сложенный пополам лист бумаги.  Глеб развернул его. Я конечно же заглянула, чтобы узнать, что там такое, и увидела рисунок большого трехэтажного дома. - Владик вчера накалякал, пока я ему раны залечивала. Это особняк из его видения. Может вам так проще будет найти. - Почему он мне сам не отдал? - Да он вообще его выкинуть хотел! Хорошо, что я вовремя забрала. - Зачем выкидывать? - нахмурился Глеб. - Он отнекивается, но по-моему просто стесняется, что рисовать умеет. В прошлый раз разозлился, когда узнал, что я его рисунки с эльвириной избушкой видела. Сказал их сжечь. - Лучше бы чего другого постеснялся, - неопределённо проговорил Глеб и, сложив лист вчетверо, сунул его в нагрудный карман пиджака. - Хорошо, мне это пригодиться. Вот как, Влад у нас тоже, оказывается, художник. Вспомнились накрытые тканями холсты в кабинете Глеба. Любопытно все же, что он сейчас рисует. Может получится как-то невзначай его расспросить. - Когда вы полетите за диадемой? – спросила Софья. - Сегодня. А то боюсь, если потяну, вас и смертельная клятва не сдержит, - пробурчал он. - Ну, удачи вам. Правда. Там скорее всего будет опасно, - выдала Софа. - С чего ты взяла? – поинтересовалась я, чувствуя пробуждающуюся тревогу. - Думаю, велика вероятность, что это особняк какого-то вампирского клана. На севере Лысой горы их много живет. Да и любят кровопийцы как раз такие роскошные жилища в старинном стиле. Глеб поймал мой вопросительный взгляд. - Софья права. Но мне там особо ничего не грозит- по-моему как-то слишком беспечно ответил Бейбарсов. Удручающая новость. Тут же вспомнились мне все неприятные встречи с представителями вампирского рода. Мой первый в жизни полет на Лысую гору в вампирню «Мадам вамп», где меня чуть не убили, Скуратофф с костью Каина и его банда, которые пытались захватить Тибидохс, Франциск и Вацлав, охотящиеся за беглым Бейбарсовым, ну и конечно годы общения с моим «любимым» дядюшкой Германом. Вампиром он правда так и не стал, но вроде как до сих пор заправлял в Трансильвании. Новости о семействе Дурневых я узнавала только от Пипенции, с которой мы пересекались от силы раз в год или в два. - Ладно, еще раз удачи, а я побежала, сегодня куча неотложных дел, - вдруг заторопилась Софья, и, не дождавшись ответа, быстро умелась дальше по коридору. Словно ее здесь и не было. А я застыла в дверном проеме, уходить теперь совсем не хотелось. - Когда вылетаешь? – спросила я, чтобы… Не знаю. Похоже, чтобы время потянуть. Куда же делась вся моя решительность убраться от Глеба куда подальше? - Минут через 10, - огорошил меня Бейбарсов. – Только ступу найду. Жанна вроде, говорила, что Влад ее забраковал и закинул обратно на чердак магпункта. И чем она ему не угодила? - Как через 10? И не подготовишься? Сам же подтвердил, что там опасно! - Беспокоишься за меня? - улыбнулся он. - Ну конечно! То есть… Нельзя же так, ничего не продумав толком, - замялась я, поняв, что на эмоциях взболтнула лишнего. - Тань, - мягко начал он. – Если ты не забыла, я победил Тантала, уж с кучкой вампиров как-нибудь справлюсь. Тем более, я постараюсь оставаться незамеченным и не нарываться на драку. Беру курс на взрослые ответственные решения. Я окинула его полным скепсиса взглядом, но поняла, что спорить с упертым некромагом смысла нет. - Глеб, прошу, будь осторожен, - и я, не удержавшись, погладила его по плечу. Беспокойство тугим узлом завязалось где-то в районе солнечного сплетения и никак не хотело отпускать. - Я постараюсь, -кивнул он, но не то чтобы особо меня успокоил. Что ж, говорить больше было не о чем, поэтому я, нехотя попрощавшись, все же вышла из его комнаты и направилась в Зал Двух Стихий. Завтрак был в самом разгаре: за столами сидели толпы галдящих учеников, и не менее громких преподавателей. Главными заводилами за преподвательским столом предсказуемо были Гробыня и Ягун. Они громко переговаривались, пытаясь докричаться друг до друга, потому что сидели на разных краях стола. Почему нельзя было сесть ближе, видимо так и останется загадкой. И, я догадываюсь, напор нового педагогического состава был столь силен, что Поклеп и Соловей предпочли устроиться с краю, чтобы ретироваться сразу после поспешной трапезы. Проходя по Залу, я заметила, что Лексы нет на привычном месте, а Дэн сидит мрачный и хмурый. Неужели они с Лазаревой сильно рассорились? Нужно будет Гробыню расспросить, чем вчера дело кончилось. - О, Танька! – обрадовался Ягун, когда я уселась за стол. – Зацени идею. Новогодняя встреча выпускников! - Чего? – удивилась я. - Мы же уже лет десять не собирались! – продолжал вдохновленно Ягун. – Тут оказалось, что преподы скорее всего еще на неделю задержатся. Мы как раз тут до Нового года куковать будем. А перед отъездом соберемся уже полным составом! Гульнем как следует! - Как это задержатся? Откуда знаешь? - Сарданапал сегодня письмо Поклепу прислал. Говорит, что там дела совсем плохо идут, - отозвалась Гробыня. -Похититель никаких следов не оставил, поэтому расследование точно затянется. - Но зачем им там все преподаватели? Тем более кто-то вроде Тарараха? - А мне почем знать, Гроттерша? У этих из Магщества мозг иногда разжижается до состояния киселя, - отмахнулась Гробыня. Я хотела сказать Ягуну, что идея с встречей не так уж и плоха. Но мой ответ его уже не особо то и интересовал, потому что он воодушевленно рассказывал Кузе Тузикову, как спланирует постановку столов, и с каким алкоголем лучше будет заказать фонтаны на Лысой горе. Поклеп с большим неудовольствием поглядывал на наше сборище, но пока что против ничего не говорил. - Гроб, - вспомнила я, что еще хотела узнать. – Так что вчера было с Лексой и Дэном? Они не помирились? Ее лицо посерьёзнело. - Да как сказать, Танька. Они вроде и поговорили, но так друг друга и не услышали. Разлад у них. И даже не кричали, замкнулся каждый в себе, один другого не замечает. - Надеюсь это временный кризис, - с сочувствием проговорила я. Парочка Лексы и Дениса всегда была образцовой. Было видно, что они без ума друг от друга. - Помирятся, - уверенно заявила Склепова. – Я даже в нас с Гуней не была так уверена, как в этих двух. А кстати, про моего славного муженька. Он совсем заработался. Поэтому Алиску не с кем оставить, Лана ее привезет сегодня. Придется Лису, наверное, с собой на пары таскать. Лана – самая старшая из Гробкиных дочерей. Только в том году закончила Тибидохс, а в магспирантуру идти наотрез отказалась. Заявила, что видит себя известным дизайнером. Правда пока не знает дизайнером чего конкретно. В общем сейчас ее жизнь была окутана загадкой. Она работала то тут, то там, то на Лысой горе, то в Питере, то вообще в каком-нибудь Екатеринбурге, и никто пока не мог понять, чем же она всё-таки занимается. - Зато Лиса на Тибидохс посмотрит, ей уже в следующем году поступать, - сказала я. - А где Ломайтележечкин? – вдруг ни с того ни с сего, решила узнать про Глеба Склепова. - По делам полетел, - не стала я пока что особо распространяться о диадеме. Слухи по Тибидохсу разлетаются со скоростью света, а никому лучше не знать, что главный подозреваемый полетел за еще одной частью искомых артефактов. А ведь и правда, что если он так только усилит подозрения? Не зря же Жанна попросила его не покидать остров. Беспокойство, ненадолго оставившее меня, снова начало собираться в узел. - Ммм, а ты, конечно, в курсе, - протянула Гробыня ехидно. -Танька, а Танька, - сказала она уже шепотом, поближе ко мне придвинувшись, и мне это очень не понравилось. -Колись, что у вас с некромагом в галерее было? - Да так, - промямлила я, застигнутая врасплох. - Я же буду тебя доставать, пока не сознаешься. Говори, вы целовались? Ох, Гроб, и это тоже… Я неуверенно глянула на Аньку и похоже молчала дольше, чем должна была. Потому что вскоре её лицо вытянулось и по взгляду разноцветных глаз я поняла - до нее дошло, что поцелуями дело не ограничилось. - Да ты шутишь! С Бейбарсовым?! – от шока моя подруга забыла проконтролировать количество децибелов. На громкий возглас обернулись не только бывшие одногруппники, но и кажется часть близ сидящих студентов. - Что там у Таньки с Бейбарсовым? –тут же включилась почему-то Шито-Крыто. - Ничего, - на этот раз ни секунды не медля, пошла в отрицалово я и придумала надеюсь достаточно убедительную отмазку. – Это она про Софью и младшего Бейбарсова. Про Влада. Общаются они, вот Анька и удивилась. - Нда? Так это итак понятно было, - с подозрением сказала Ритка. Вот же ж, чего прицепилась? Не помнит, что сотворили с любопытной Варварой? - А до меня иногда долго доходит, - пришла мне на выручку Гробыня. И под ее уверенным взглядом Шито-Крыто отступила. - Расскажешь потом все в мельчайших подробностях, - снова зашептала мне на ухо Склепова. – Или не в мельчайших, а? - Склеп! – почувствовала я, что начинаю краснеть как рак, потому что мозг начал активно воспроизводить в голове откровенные эпизоды из прошлой и позапрошлой ночей. Не будет ей никаких подробностей! Я поспешила доесть свой завтрак, чтобы побыстрее убраться отсюда и избежать смущающих расспросов. Выйдя из Зала Двух Стихий, я просто пошла вперед по коридору. Глеб не выходил из головы, мне становилось все тревожнее. Нет, я понимаю, что Бейбарсов умеет себя защитить, но вдруг что-то пойдет не по плану, вдруг ему нужна будет помощь, а рядом никого не окажется. И я уже представляла себе ужасающие картины, где толпа вампирюк накидывается на некромага и выпивает всю его кровь. А потом они берут его в рабство и используют как бесконечный пакетик сока, потому что некромагия постоянно восполняет Глебу запасы крови засчет регенерации. Брр. А к Лигулу! Татьяна Гроттер я или кто в самом деле? Неужели буду отсиживаться тут и ждать у моря погоды? Нет! И я решилась. Полечу на Лысую гору и просто понаблюдаю издалека. Не буду лезть, а если увижу, что он в опасности, приду на выручку. С таким боевым настроем я оделась потеплее, взяла контрабас и отправилась на крышу Большой Башни. Перед отлетом я бросила привычный теплый взгляд на стрелку, выцарапанную хулиганом Леопольдом Гроттером и, произнеся «Торопыгус угорелус», сорвалась с места, покидая родной остров. Полет выдался освежающим. Я чувствовала, что встречный морозный бриз хорошо проветрил мне голову и отбросил часть тревог и забот куда-то в глубины подсознания. И это хорошо - сейчас нужно сосредоточиться на деле. Я предусмотрительно облетела Лысую гору, чтобы приземлиться на севере, поближе к пункту назначения. Вскоре я была на опушке посреди небольшого хвойного леска. Я произнесла телепортирующее заклинание и перенесла контрабас на чердак Гробкиного дома. Постоянно так делала, когда прилетала сюда по делам. Пройдя немного вверх и периодически отбиваясь от надоедливых хмырей, я вышла наконец на какую-то из улиц. «Кровавая, 45а». Прочитала я небольшую вывеску на одном из домов и окончательно удостоверилась, что попала, куда надо. Старинные большие и не очень дома проплывали мимо меня, но нужный особняк все никак не находился. Я уже начинала петлять заворачивая, то в один, то в другой переулок. При этом старалась быть как можно более незаметной, но на контрасте с бледными, едва ли не синюшными прохожими, раскрасневшиеся на морозе щеки с головой выдавали мое теплокровное происхождение. При свете дня да посреди улицы, кровопийцы однако нападать не спешили. Все-таки кое-какие законы действуют и на Лысой горе. Проходив так еще минут пятнадцать, я уже подумала, что заблудилась и вообще зря это все затеяла, но вдруг прямо перед моим носом вырос высокий каменный забор из темно-бордового кирпича. За ним показались верхний этаж и крыша большого дома с двумя башнями. Точь в точь как на рисунке Влада. Нашла! Возликовала я, но ненадолго, потому что заметила, как на меня сурово и с подозрением косятся два вышибалы у главных ворот. Сразу стало понятно, что стоять на месте нельзя. И я поспешила в противоположную сторону, заприметив неподалеку небольшой закоулок. Там и продумаю, как дальше действовать. Кто-то, конечно, скажет, что соваться в подворотни в таких местах, куда опаснее, чем оставаться на виду. Но я… я не найду, чем им возразить, и все равно сделаю так, как подсказывает моя интуиция. Оказавшись за серой видавшей виды стеной, я встала так, чтобы выглянуть и узнать перестали ли пялиться в мою сторону бугаи охранники. И кто там живет такой важный, что охрану аж к воротам выставили? Но не успела я перевести дух, как внезапно кто-то схватил меня за руку. Затянул глубже в подворотню и прижал спиной к стене. Почувствовала, как некто крупнее и сильнее практически навис надо мной, но в темноте лица было не разобрать. Я не растерялась - буквально в тот же самый миг вскинула руку с перстнем и приставила его прямо ко лбу нападавшего. - Еще хоть одно движение, и я тебе голову искрисом прострелю! – прошипела я угрожающе предупреждение. На пару секунд негодяй застыл, а потом внезапно тихо засмеялся. - Знаешь, а мне нравится, когда ты такая…Такая опасная, - прозвучал из темноты вкрадчивый голос. Я пригляделась. Глаза уже начали привыкать к темноте и я разобрала знакомый силуэт. - Бейбарсов? Это ты? – прошептала я и даже ощупала его лицо, чтобы убедиться. - Я,я. Таня, что ты здесь забыла? – немного недовольно спросил Глеб, пытаясь увернуться от моей ладони. - Прилетела помочь. - Разве я говорил, что мне нужна помощь? - А разве ты вообще хоть кого-нибудь когда-нибудь просил о помощи, даже когда в ней нуждался? - Здесь опасно, - сразу же перевёл тему он. - А я, по-твоему, кто, первокурсница? Знаю, как от вампиров защищаться! - Таня, я не пущу тебя туда, - снисходительно, как ребенку сказал он мне. Вот же сволочь! Всерьез меня не воспринимает. - Бейбарсов, если продолжишь говорить со мной в таком тоне, клянусь, я тебе голову откушу! Пойду с тобой и точка, - была горда я, тем, что нашла, как ему ответить. И я мысленно поблагодарила Софью за тот багаж анатомически подробных угроз, которыми она обычно осыпает своих обидчиков. Я правда позаимствовала самую безобидную из них. Глеб помолчал, потом тяжело вздохнул, и в этом вздохе чувствовалось поражение. - Но только ни шагу от меня, хорошо? - Хорошо, - с готовностью кивнула я. – Какой план? - Я тут нашел дыру в заборе… - Дыру в заборе? – меня пробрал смешок. - А что такого? - Ну не знаю, я ждала чего-то более…эффектного, - пояснила я. - Можем пройтись по эффектам, но меня тогда Магщество в два счета загребет. Так что лучше по-тихому пролезем. Там нет охранников, я проверял. Потом проберемся на первый этаж в окно. Дальше по ситуации. - Звучит сомнительно, - протянула я. - В таком случае ты можешь остаться здесь и подождать, пока я сам не исполню этот сомнительный план, - попытался он еще раз. - Ну уж нет, некромаг, давай показывай свой забор, - решительно заявила я. - Боже, если с тобой что-то случится, Софья точно меня убьет, - меланхолично изрек Глеб, и взяв меня за руку, потянул еще глубже в темноту. Оказалось, что с той стороны есть узкий незаметный снаружи проход, который выводил прямо к боковой части подворья. Пройдя пару метров вдоль высокой кирпичной стены, мы оказались как раз у полуразрушенной части забора. Она была наспех перегорожена крупными досками. А нам повезло, видимо дыра здесь появилась недавно. Вряд ли кто-то достаточно состоятельный стал бы терпеть такую пробоину на границе своих владений. Глеб явно нехотя отпустил мою руку, щелкнул пальцами и доски исчезли. - Я пойду первым, если все чисто, пойдешь за мной. - Угу, - уже не стала поднимать шум из-за его приказного тона я. И Бейбарсов, без видимых усилий согнувшись практически пополам, шагнул внутрь подворья. Секунд через десять я услышала стук с той стороны забора, и поняла, что это знак. Путь свободен. В своем пальто я не смогла также грациозно наклониться из-за толщины ткани, а потому пришлось проползти внутрь на четвереньках. Хорошо, что везде лежал снег, и я совсем не запачкалась. Когда я оказалась на той стороне, услышала сверху тихий смешок. - Чего ты насмехаешься, некромаг? – недовольно пробурчала я, поднимаясь на ноги и отряхивая с колен прилипший снег. - Это была не насмешка, а умиление, - ответил он мне. - Нашел время умиляться. В какое окно полезем? – поспешила перевести разговор в другое русло я. - В то, - кивнул Глеб на большое окно с резными красивыми рамами прямо напротив нас. Перед ним все было засажено высоким кустарником, так что и спрятаться в случае чего будет удобно. Но мы успели сделать только пару шагов. Как из-за углов здания нас в миг окружили штук шесть охранников. И у каждого из них в руках был…пистолет. Обычный лопухоидный пистолет. Как странно. На Лысой горе с собой носят амулеты и перстни, а не огнестрел из кино про бандитов. Глеб мгновенно сориентировался, закрыл меня и встал на изготовку, уже материализовав трость. - Не волнуйся, Тань. Все будет хорошо, - ободряюще прошептал он. - Стоять на месте! Вы кто такие? – сказал самый здоровый из них, лысый завсегдатай спортзалов. Наверное, он предводитель этой угрюмой компашки. - Мы пришли с визитом к вашему главному, - совершенно ровным тоном сказал Глеб. - С визитом приходят через центральный ход, а не пробираются через пробоины как крысы, - противно усмехнулся здоровяк. – Мы пристрелим вас, если не скажете правду. - На кой вам пистолеты на Лысой горе? – зачем-то решил прямо сейчас полюбопытствовать Глеб. - Политика компании, - пробасил ему в ответ громила и приложил палец куда-то к виску. Присмотревшись, я с удивлением обнаружила, что у него из-за уха торчит спиралевидный провод. Это что наушник-гарнитура? - Да, понял, - коротко отозвался он, видимо тому, кто его вызывал. - Повернитесь туда, - и он указал пальцем в сторону окна, в которое мы так оптимистично планировали влезть. Глеб не послушал и продолжил держать в поле зрения шестерых охранников. - Таня, посмотри, что там. Я растерянно обернулась, обводя глазами окно и стену. В какой-то момент мой взгляд зацепился за черное отблёскивающее стеклышко, скрытое под оконным козырьком. Такое же я видела в подъезде своего дома в Москве. - Это камеры? – в очередной раз удивилась я. - Что ж, давно я здесь не был. За столько лет, видимо технологии добрались и до Лысой горы. - хмыкнул Глеб. - Ничего подобного, - ответила я оторопело. Здоровяк ещё раз приложил палец к гарнитуре, что-то промычал, а потом снова обратился к нам. - Вас ожидает хозяйка. Пойдете за мной, но только без фокусов! Особенно ты, некромаг. И он опустил пистолет, а остальные и вовсе убрали свое оружие в кобуру. - Так ты все-таки знаешь, кто я такой? - Хозяйка узнала тебя даже со спины. Что за загадочная хозяйка? И откуда она знает Глеба, да еще и со спины? На душе стало как-то неприятно, эта дамочка уже мне не нравится. Стоп, погодите, что за неприятное скребущее чувство? Я что, ревную? И мы направились вслед за здоровяком. Обошли здание и зашли в дом со стороны заднего двора. Внутри убранство особняка совершенно не соответствовало его наружности. Ремонт выглядел дорогим, но до ужаса современным. Стены, пол и потолки были отделаны в стиле лофт преимущественно в светлых тонах с редкими темными акцентами. По коридорам из комнаты в комнату сновали люди в белых махровых халатах и таких же белых тапочках. Они совершенно точно были вампирами, но с такими блаженными лицами, что, казалось, они не представляют никакой опасности. - Сюрреализм какой-то, - пробормотал Глеб себе под нос, оглядываясь с таким же интересом, как и я. Вскоре мы поднялись на третий этаж. Его дизайн кардинально отличался от нижних этажей. Было похоже, что здесь оставили оригинальный ремонт старинного особняка. Витые золотистые канделябры и люстры отсвечивали на фоне бордовых обоев с растительными узорами, переходящими в темный местами потертый паркет. Охранник остановился у высокой деревянной двустворчатой двери. - Хозяйка сегодня в хорошем настроении, - пробасил он. – Но нарываться все равно не советую. На этом он открыл перед нами двери и отступил вбок, пропуская внутрь. Мы с Глебом напоследок переглянулись и шагнули в неизвестность. *** Перед нами предстал большой зал с камином и длинным столом с изогнутыми резными ножкакми. По стенам висели натюрморты в массивных позолоченных рамах, а на высоких окнах в пол висели тяжелые опять-таки бордовые шторы. Было похоже, что раньше здесь могли проводить балы. Теперь же, судя по всему, это была столовая, совмещенная с гостиной. Но меня поразил не размер комнаты и даже не ее богатое убранство, а те, кто за столом восседал. - Да быть того не может, - прошептал Глеб с нервным смешком. - Пипенция? Генка?! – громко воскликнула я. - Вообще-то, Гроттерша, я бы попросила – Пенелопа Германовна и Геннадий Александрович. Пипенции и Генки остались в тибидохских коридорах. Здесь мы все серьезные люди, - то ли в шутку, то ли всерьез сказал Пенелопа Германовна. Голос ее правда был весьма радушным. Кажется, она нам даже рада. - Тогда Татьяна Леопольдовна и Глеб Викторович, раз пошла такая пьянка, - с шутливым вызовом ответила я, все ещё пребывая в шоке. И мне сразу стало смехотворно от того, что я приревновала Бейбарсова к этой самой таинственной хозяйке. К Пипенции! Нет, ну это надо же, какая комедия! - Ага, щас прям, бегу и падаю, Гроттерша. Ну чего вы встали, как вкопанные. Садитесь, сейчас как раз обед подадут. Мы с Глебом послушно прошли к столу и сели друг напротив друга в паре мест от Пипы и Генки. - Рад вас видеть, ребят, давно не виделись, - наконец подал голос и Геннадий Александрович. - И я рада, Ген. Так, понимаю, вышла странная ситуация, - решила я сразу же объясниться. - Ты это про то, что вы влезли через забор на частную территорию как парочка дворовых хулиганов? – колко уточнила Пипа, но тут же продолжила. – Об этом после обеда. Как говорит моя любимая мамулечка, за едой нельзя обсуждать ничего экстраординарного, чтобы не случилось несварения. А ты чего молчишь, некромаг, язык проглотил? - Боюсь, если я открою рот, несварения не избежать, - хмыкнул он, с интересом осматривая висящие на стенах картины. - Хоть что-то не меняется. Бейбарсов - все такой же беспардонный хам. - Ага, - даже не подумала заступаться за Глеба я. - Что это за место? И почему кровопийцы внизу выглядят как сектанты просвещённого ордена? – все же полюбопытствовал Бейбарсов. - У нас элитное СПА для высокопоставленных вампиров. Они тут отдыхают телом и душой, отваливая нехилые деньжата. Поразительно, стоит старую хибару назвать «тайным элитным клубом», и богачи стройным рядком идут и выкладывают пачки зеленых мозолей. Домик правда все же пришлось подремонтировать, осовременить. Техники для охраны подвезти, а то эти ведьмаки -шарлатаны за защитные чары дерут дырки от бублика просто несусветные. К этому моменту двери в зал открылись и прислуга в платьях и чепчиках, словно сошедшая со страниц романов 19 века, начала заносить просто какое-то необъятное количество блюд. Только мясных я насчитала штук пять. - Получилась просто ужасающая эклектика, - проговорил Глеб и похоже собирался добавить что-то еще, но замолчал, наткнувшись на мой недовольный взгляд. Мы вообще-то накосячили - в чужой дом влезли. На минуточку в чужой дом с кучей охраны, а он тут сидит и без зазрения совести хозяйское чувство стиля критикует. К счастью, Пипа отвлекалась, раздавая указания прислуге, и не услышала комментарий Бейбарсова. - Думала вы в Москве живете, - поспешила взять на себя инициативу в разговоре я. - Живем, - кивнул Генка. – Временно переехали сюда, пока Пипочка-солнышко бизнес налаживает. - Эти бестолочи умеют что-то делать только под моим чутким надзором, - наигранно устало вздохнула она. – Представьте себе, когда папочка передавал мне этот особнячок, думала, что за месяц здесь все уже будет работать как швейцарские часы. Но мы застряли тут с начала осени. Сил уже никаких нет, - продолжала жаловаться Пипа, откусывая внушительный кусок индюшачьего окорока. Чтобы не показаться некультурной, нас все-таки пригласили отобедать, я тоже наложила себе в тарелку какой-то овощной салат. Некромаг же понемногу отхлебывал из фужера темно-красное вино. Надеюсь, это и правда вино, учитывая специфику заведения. А вообще Глебу подошло бы быть вампиром, главным кровопийцей. Про себя подумала я, но поспешила отвернуться, потому что поняла, что как-то уж слишком засмотрелась на некромага. - Что, Танька, - обратилась ко мне Пипа. – Спустя столько лет решила все-таки сменить растянутую желтую майку на отглаженный пиджак и рубашечку? - Что значит сменить? – возмутилась я. – Мы с Ванькой уже 9 лет как расстались, а с Глебом мы… Мы… Я посмотрела на Бейбарсова, в его зрачках плясали черти. Глебу явно было забавно наблюдать за моим замешательством. - Мы не вместе, – уверенно сказала я, уже скорее назло некромагу. - Понятно, понятно. Хотя даже слегка чокнутый Бейбарсов был бы лучше твоего Мистера Брауна. Вот блин, и зачем она это сказала. Глеб от такого неожиданного факта из моей личной жизни даже вином поперхнулся. - Какой еще Мистер Браун? – четко проговаривая каждое слово спросил Глеб. Я не могла разобрать он просто удивлен или разозлен и удивлен? - Склепова назвала его самым скучным человеком на планете, - продолжила распространяться Пипа. Так они с Гробыней оказывается мою личную жизнь обсуждают. Впрочем, меня это не особо злило, потому что мы с Анькой тоже перемывали кости всем кому не лень. – Представь, некромаг, этот зануда коллекционировал стрелки наручных часов. - Генри просто был спокойным и собранным. Да и мало ли у кого какое хобби, - решила вступиться я. Вообще мы с ним познакомились на работе. Генри Браун был менеджером команды невидимок. Организовывал им мероприятия по части маркетинга: фотосессии, встречи с фанатами и всякое такое. Мы провстречались с ним два года, но в итоге как-то не сложилось. Я его даже с Софой познакомила, но быстро поняла, что Генри ей совсем не нравится. Хоть она и старалась делать вид, что с ним поладила. - Этот вон тоже сидит спокойный и собранный, только Мистер Браун вряд ли бы с тобой в сорок лет через заборы лазал, - задумчиво промолвила Пипа. Что правда, то правда. Генри избегал всего, что могло подпасть под категории «неразумно» и «невзросло». Я еще раз глянула на Глеба и не выдержала. - Да не смотри ты на меня так, Бейбарсов! Я 9 лет назад рассталась с Валялкиным. Были у меня отношения. Я же не монашка в конце-то концов! - Таня, я же не осуждаю. Да и права на это не имею, - внезапно мягко проговорил он и чуть улыбнулся. – Просто не ожидал. И мне интересно, вот и все. Еще минут пять мы просидели в молчании. Пипа и Генка, который, кстати так и остался худым как щепка, с увлечением уплетали остатки обеда. А я время от времени бросала взгляды на Глеба, стараясь это делать как можно незаметнее. «Я же не осуждаю»… Крутилось то и дело в голове. - А еще я курю, - неожиданно для самой себя выдала я, но тихо, так чтобы мог услышать только Глеб. - Знаю, - огорошил меня Бейбарсов с какой-то счастливой улыбкой на лице. - Так, ну все, сегодня у нас разгрузочный день – обед без десерта, поэтому закругляемся и пойдем обсуждать преступление и неминуемое наказание, - объявила Пипа неожиданно проворно вставая из-за стола. – Геночка, пупсичек, а ты, пожалуйста, позови Аврору минут через пять в мой кабинет. - Как скажешь, солнышко, - пролепетал Генка и вышел. - Кто такая Аврора? – шепотом спросил у меня Глеб, пока мы шли за Пипой. - Их дочка. Ей лет 8, если я не ошибаюсь, - ответила я, попутно пытаясь сообразить, что нас ждет в кабинете «хозяйки». Я уже, конечно, не боялась физической расправы, но ума не могла приложить, что Пипенция имела в виду под «наказанием». Вскоре мы уже восседали на мягких замшевых креслах с высокими как на королевском троне спинками. Вампирский шик, ни дать ни взять. - Я начну, - не стал затягивать Глеб. – В этом доме хранится кое-что важное. Артефакт. И нам очень хотелось бы на него взглянуть. - Да, от прошлого хозяина здесь много барахла осталось, - подтвердила Пипа. - Особенно в подвалах. Преставился дед с полгода назад, а наследников нет, все в фонд В.А.М.П.И.Р. и перешло. Глеб выпрямился в кресле. - То есть я правильно понимаю, что гора возможно бесценных артефактов без надзора валяется в запыленном подвале? - Бесценных вещиц не бывает, Бейбарсов, - парировала Пипа. – И нужная вам сколько-то да стоит. - Понял, уважаю деловой подход, - ухмыльнулся Глеб. – Сколько? - Стоимость не всегда измеряется в деньгах, некромаг. Депутатский опыт папули, научил меня, что кое-что вполне себе покупается за связи. Глеб нахмурился. Он, явно, как и я, перестал понимать, к чему клонит деловая женщина Пенелопа Германовна. Но тут раздался стук в дверь. - Да, заходи, курочка моя, - прощебетала Пипенция. В комнату зашла недовольная худая девчушка с длинными светлыми волосами и глазами, чуть на выкате. На удивление она была даже симпатичной – похожа на вечно изумленного ангелочка. Я ни разу и не видела Аврору, только слышала рассказы про нее от Пипы, да от Гробыни. - Мам, говори уже, чего тебе, - совсем не по-ангельски заговорила она с матерью. Ух, узнаю эти требовательные интонации, прямо на тридцать лет назад меня забросило. - Малышка, сделай мамочке одолжение, покажи нашим гостям, как чудесно ты поёшь. Мы с Глебом переглянулись. Я прямо так и читала в его взгляде: «Что тут происходит к Лигуловой матери?» Ответить было нечего, а потому я просто продолжила наблюдать, и уже через минуту поняла, что имелось в виду под наказанием. Аврора прокашлялась и затянула какую-то невероятно грустную песню про несчастную любовь. И все бы ничего, но звук был такой, что хотелось затолкать в уши тонну ваты, только чтобы этого не слышать. Ее голос скакал от очень низкого до высокого почти что ультразвука. До этого момента я даже не знала, что человеческий организм вообще на такое способен. Однако лицо Авроры в процессе приобрело невероятно одухотворенное выражение. - Dolor hic tibi proderit olim, - загадочно проронил дед где-то на середине музыкальной композиции. Я еще раз взглянула на Глеба. Он прикрыл рот ладонью, брови его взлетели вверх, а глаза округлились едва ли не до размера десертных блюдец. Не пойму он в ужасе или едва сдерживает смех? Догадываюсь, что, вылетая в старинный вампирский особняк, он готовился к чему угодно – к дракам, темной магии, тяжелым переговорам, но явно не к такому. Наконец, минуты через полторы, акустическая пытка закончилась. Аврора снова приняла скучающий вид и недовольно спросила у Пипы: - Ну все? Мне нужно идти, мааам. - Да, конечно, курочка, беги. Я тебя больше не задерживаю. - Ну как? Пробирает, правда? – с восторгом во взгляде спросила Пипенция, когда ее дочь скрылась за дверью. - До костей, - подтвердил Глеб. – Но я все еще не понимаю… - Сейчас поймешь. Когда Склепова месяца три назад сообщила мне убойную новость о том, что Глеб Бейбарсов вернулся. Я любопытства ради навела пару справок. Оказывается ты, некромаг, у нас нехило поднялся. Ты теперь человек искусства. Вращаешься в высоких культурных кругах. - Что-то мне это не нравится… - протянул он, как будто догадываясь, к чему клонит Пенелопа. - Так вот, такой птице, как ты не составит никакого труда найти для нас с Авророчкой какую-нибудь парную роль в театре или кино. С музыкальными вставками, разумеется. Я последнее время с этим бездушным бизнесом совсем замоталась, хочется хотя бы разок вернуться под блеск софитов. В молодости я ведь играла в театре… Такое действительно было. Тут же вспомнила я, что тетя Нинель как-то выбила дочуре роль 15-ой жабы из свиты дюймовочки. - Эм, - явно не знал Глеб, с чего начать свой отказ. - А прежде, чем ты что-то скажешь, Бейбарсов. Вот что еще. Весть о том, что тебя и твоего сына подозревают в краже очередной некромагической дряни уже разнеслась по всем городам и селам. Как думаешь, что предпримет Магщество, если ненароком узнает, что ты ошиваешься тут и ищешь какой-то загадочный артефакт? - Пипенция! – возмутилась я. – Ты что его шантажируешь?! - Ну не тебя же, Гроттерша. Угомонись. Не вклинивайся в переговорный процесс, - отмахнулась она от меня, как от назойливой мухи. Глеб полным страдания взглядом посмотрел на Пипу, но понял, что она будет неумолима. - Ладно, - сквозь зубы проговорил он. – Я что-нибудь подыщу. Разрази Громус? - Ну разумеется, - кивнула невероятно довольная состоявшейся сделкой шантажистка. - И представь себе этот план родился в моей голове, едва я углядела вас двоих через камеры. Правильно папуля говорил, что я у него гений, не меньше! Глеб произнёс, а скорее пробурчал смертельную клятву. Затем Пенелопа Германовна внимательно выслушала описание артефакта и вышла за дверь, чтобы отдать распоряжение о его поиске. Бейбарсов сидел, закинув ногу на ногу и пустым взглядом смотрел в потолок. - Это будет конец. Моя карьера окончена, - меланхолично проговорил он. – После такой рекомендации ни один человек, хоть как-нибудь связанный с искусством, не будет воспринимать меня в серьез. Мне, однако, ситуация казалось презабавной, а потому я наконец впервые за последние два дня смогла позволить себе в голос засмеяться. - А вам и впрямь нравятся чужие страдания, Татьяна Леопольдовна, - ехидно отреагировал Глеб, впрочем совершенно не обидевшись. Через пару секунд и он, не сдержавшись, засмеялся над глупостью и абсурдностью происходящего. В этот момент у меня что-то екнуло. Взглянув на Бейбарсова, я ощутила такой прилив нежности и тепла, какого не чувствовала уже очень давно, а может и вообще никогда. Будто все мое нутро сфокусировалось на нем, на таком живом, таком уютном, но волнующем. Что-то повернулось во мне прямо здесь и сейчас. Повернулось окончательно. - Так откуда ты узнал, что я курю? – все же спросила я, чтобы прийти в себя от нового непонятного ощущения. - В той многострадальной белой сумке была пачка сигарет. Она, кстати, у меня. Верну, когда прилетим обратно в Тибидохс. - И что думаешь? – почему-то несмело спросила я. - Я был приятно заинтригован, - сказал он чуднУю вещь. – Хочу посмотреть, как ты куришь. Думаю, это зрелище из завораживающих. - Звучит странно, Бейбарсов, - призналась я. – Если не сказать извращенно. - Ты всегда старалась скрывать свою тьму, Таня. Но никто не способен быть белым от макушки до кончиков ногтей. Это даже ненормально, мертвенно. Белое на черном, черное на белом – вот она жизнь во всей своей красе. - А ты философ, -хмыкнула я чуть насмешливо, все же задумавшись над его словами. - Да нет, я просто пафосный. Мысль-то простая как пять копеек, - пожал плечами некромаг. В этот момент в комнату вернулась Пипа, держа в руках сверток из старой обветшалой ткани. Она протянула его Глебу. Развернув старое тряпье, Бейбарсов взял в руки простенькую белую диадему. Так на вид и не скажешь, что она сделана из костей. - Это она, - сказал он. – Что ж, наложу скрывающие чары. - Ага, только не в моем доме. Я, итак, тут с вами засиделась, работать пора. Выметайтесь давайте отсюда, - скомандовала Пипа. - Ты что отдаешь ее? – изумился Глеб. - На кой черт мне сдалась эта безвкусица, Бейбарсов? Тем более вещица явно в новом преступлении замешана. А бизнес молодой, мне плохая репутация не нужна. Так что сделай одолжение, вынеси ее из моего дома. Глеб спорить, конечно же, не стал. И уже через пару минут мы все-таки тепло попрощались с четой Бульоновых. Точнее попрощалась я, пока Глеб стоял в сторонке, увлеченно рассматривая новое приобретение. Как будто ребенку купили новую игрушку. С умилением подумалось мне. Напоследок я позвала Пипу и Генку на предстоящую встречу выпускников, которую я уверена практически на сто процентов, Ягун точно организует. Если потомок древней богини чем-то загорелся, то его уже ничто не остановит. - Таня, - вдруг подал голос Глеб, когда мы уже шли вниз по улице. – Может погуляем? - Где? Зачем? –спросила в замешательстве. - Да просто по улицам походим, погода сегодня приятная. - Давай походим, - вдруг согласилась я, невольно вспомнив про наше несостоявшееся свидание на Лысой горе. Нда уж, спустя два десятилетия самое время наверстать. И мы пошли. Петляли по улицам, стараясь правда особо не отсвечивать, потому что, как и сказала Пипенция, новость о новом статусе некромага как подозреваемого, разлетелась быстро. И все вдруг вспомнили, кто такой Глеб Бейбарсов, похититель Зеркала Тантала. И никто не знает, что он уже совсем не тот. Мы шли и шли. Постепенно разговорились, о веселом, о грустном, обо всем. Я даже успела в шутку примерить на него диадему, припомнив тот разговор в ресторане, когда он изъявил готовность носить ее по коридорам Тибидохса. Время потекло сквозь пальцы. Не успели мы опомниться, как солнце уже двинулось к закату. - Пора обратно? – вздохнув, сказал он. - Пора. Глеб, слушай, - начала я несмело. До сих пор не верилось, что я решилась, что скажу ему. Это нечто зрело во мне постепенно, похоже с самого утра, а может с ночи в галерее, но вот я всё-таки решила, всё-таки я не могу отпустить его просто так. - Глеб, я тут подумала. Может оно все же стоит того… - Таня, - он подошел совсем вплотную и наклонился очень близко к моему лицу. – Я тебя правильно понял? - Побудем счастливыми, пока это не будет мешать жизни наших детей, - прошептала я и уже в следующую секунду почувствовала, как его губы мягко накрыли мои. Но в этом поцелуе не было той сжигающей страсти, как в прошлые ночи. Он был нежным, трепетным, согревающим. - Едва ли я был, счастливее, чем сейчас, Таня, - прошептал он мне в губы. - Кажется, я тоже, - проговорила я в ответ и снова поцеловала его. Вскоре мы волевым усилием все же смогли оторваться друг от друга. И правда было уже пора улетать. Мы стартовали с той поляны, на которую я приземлилась. Полет выдался легким. Я чувствовала себя живее, радостнее, моложе. Мы с Глебом словно снова стали шестнадцатилетними подростками. Летели на перегонки, подшучивали друг над другом, соревновались в фигурах высшего пилотажа. Конечно же, на этот раз я его обошла по всем фронтам. Бейбарсов все-таки столько лет не летал, а я как ни крути профессиональная спортсменка. В какой-то момент я даже решила немного ему поддаться для приличия и поддержания хрупкой мужской самооценки. В общем вернулись в Тибидохс мы в прекрасном настроении. Но вдруг в одном из коридоров из-за угла вынырнула знакомая фигура. - Ну вот и нашлись голубки, - едва ли не прокричала эта сумасшедшая на весь коридор. - Гроб! Ты чего орешь? Откуда ты вообще здесь взялась? – тут же подскочила я к ней. - Где были? – с елейной улыбочкой спросила она. - На Лысой горе, - буркнул Глеб, точно не обрадованный, что нашу идиллию прервали. - О, нашли чистенький мотель? – беспардонно выдала Анька. Я чуть за голову не схватилась. - Ты рассказала Склеповой? - удивлённо спросил некромаг. - Ничего я не говорила. Она так догадалась, - вздохнула я. - Нда, у Таньки все на лбу было написано, - скрестила руки на груди Гробыня. - Ань, только я прошу, - чуть ли не взмолила я. - Никто не должен узнать! Особенно дети, особенно Софья с Владом! Пообещай, что никому не скажешь! - Рано или поздно они все равно узнают, - пожала плечами она. - По вашим раскрасневшимся лицам видно, что акция явно была продлена на неопределённый срок. - Не узнают. Все закончится, когда Софья с Владом начнут встречаться, понятно? - Тупее плана я в жизни не слышала,- искренне изумилась Гробыня. - На кой черт вам расходиться, когда они сойдутся? - А как это будет выглядеть? У них все явно серьёзно, мы не можем все испортить. - А у вас значит несерьезно? - Склепова, хватит портить нам вечер, - прервал её Глеб. - Сказано же, держи язык за зубами. С остальным мы сами разберемся. - Нда? – скептически промолвила она. – Что-то не верится. Хотя мученичество,конечно, дело добровольное. - И кстати, некромаг, - уже почти скрывшись на другом конце коридора окликнула Склепова. - Там твой сынок в очередную историю влип. - Что на этот раз? – устало спросил Глеб. - Драка или что-то вроде того, - коротко ответила она и удалилась восвояси. - Пойдешь разбираться? – спросила я. - Нет, к черту все, - сначала не совсем уверенно протянул он, но потом сказал твердо. – Не пойду. Он и сам справится. А мы, кстати, так и не решили. - Что не решили? - не поняла я. - Сегодня к тебе или ко мне? – хищно ухмыльнулся он. Мои губы сами собой растянулись в ответную улыбку. Пора бы некромагу побыть и на моей территории.