Глава 15. Сенсор

Следующим утром, ровно в восемь, Гэнки заявился к Фуджину. Забрав парня, он направился с ним на тренировочную площадку. Там их уже ждал мужчина средних лет, где-то под тридцать. Фуджин сразу заметил на его спине герб клана Яманака. «Ну, конечно, — подумал он. — В Конохе именно они лучшие сенсоры». Гэнки подошёл к мужчине и с улыбкой произнёс: — Йоу! — воскликнул он. — Это тот ребёнок, о котором я говорил. Фуджин, познакомься, это Шин. Он был моим одноклассником и сейчас специальный джоунин. Он даст тебе пару советов, как стать сенсором. Иногда он бывает немного ворчливым, но не волнуйся, на самом деле он очень добрый. Фуджин вежливо кивнул: — Доброе утро, сенсей Шин. Он заметил, что Шин, который и до этого выглядел не особо довольным представлением Гэнки, после приветствия стал ещё мрачнее. — Чёрт возьми, Гэнки! — рявкнул Шин. — Мало того, что ты представил меня как последнего неудачника, так ещё и пытаешься втянуть в эту сенсейскую историю?! Затем он строго посмотрел на Фуджина и отрезал: — Малыш, никогда не называй меня сенсеем. Фуджин в очередной раз подумал: «Почему все вокруг такие странные?». А Гэнки с усмешкой спросил: — Да что ж ты такой хмурый с самого утра? Фуджин изобразил лёгкую нервозность и спросил: — Так как же мне вас называть? Шин на секунду задумался, а затем расплылся в улыбке, от которой его глаза заблестели. — Зови меня Шин аники, — произнёс он. Выглядело это, честно говоря, жутковато. Выражение лица Фуджина мгновенно опустело, и он чуть не ляпнул: «Почему бы мне не назвать тебя старикашкой?». Гэнки тут же схватился за голову. — Перестань пугать ребёнка! — воскликнул он. — Пусть зовёт тебя сенсеем! Шин разочарованно вздохнул. — Ладно, забудь, — пробормотал он. — Хорошо, малыш, для начала давай посмотрим, есть ли у тебя талант к сенсорике. Если нет, то я не буду тратить на тебя время, да и тебе не стоит этим заниматься. Шин начал с краткого объяснения о том, что делают сенсоры и как они это делают. Затем он попросил Фуджина сесть в позу лотоса и подробно рассказал, как почувствовать своё поле чакры. Фуджину понадобилось почти полчаса, чтобы наконец-то ощутить его. Инструкции Шина оказались на удивление понятными и полезными. Затем Шин протестировал поле чакры Фуджина. — 7,3 метра, неплохо, — прокомментировал он. — У среднего ниндзя поле чакры составляет от 4 до 5 метров. В моём клане Яманака мы обучаем нашу молодёжь становиться сенсорами, если их поле чакры превышает 7 метров, в то время как для других шиноби Конохи минимальное требование составляет 5,9 метра. Однако это всего лишь самый минимум. У многих в клане Яманака поле чакры превышало 10 метров ещё до начала тренировок. У меня самого был радиус 10,6 метра. Так что, хотя ты и можешь стать сенсором, тебе придётся много и усердно работать. Ты уверен, что хочешь этим заниматься? Фуджин молниеносно переварил всю информацию и коротко кивнул. — Хорошо, — сказал Шин. — Я буду тебя направлять. Но процесс обучения на сенсора довольно сложен. Нам понадобятся специальные условия для тренировок. Я отведу тебя туда, где обучают сенсоров Конохи. Ты будешь приходить туда каждый день в 10:30 утра, начиная с завтрашнего дня. Гэнки кивнул своему бывшему однокласснику, а затем посмотрел на Фуджина. — Лорд Хокаге подготовит твои печати к завтрашнему дню, — сообщил он. — Явись к нему в кабинет завтра в 6 вечера. Фуджин кивнул. — Спасибо, сенсей, — ответил он. Затем он сопроводил Шина до тренировочного центра. Он находился немного в стороне от жилых районов, посреди одного из многочисленных мини-лесов Конохи. Фуджин запомнил местоположение и попрощался. На следующий день Фуджин прибыл в тренировочный центр в 10:28 утра. Шин уже был там. Войдя, Фуджин увидел, что в центре было много комнат. Центр был практически пуст, там почти никого не было. Однако Фуджин заметил, что довольно много комнат были заняты. — Эти комнаты изолируют всё, что находится снаружи, — объяснил Шин. — А ещё в них есть печати, которые могут устранить все звуки и запахи в комнате. Так что тебе придётся полностью полагаться на свою способность чувствовать. Фуджин внимательно слушал объяснения Шина. «Понятно, — подумал он. — Похоже, именно здесь тренируется большинство сенсоров Конохи. Наверное, другие стажёры занимают остальные комнаты. Я не помню точно, но, кажется, в Конохе также был центр, который помогал контролировать всю границу деревни, чтобы высматривать злоумышленников. Вроде бы это показывали только в Шиппудене, а не в первой части. Интересно, этот центр тоже здесь или где-то в другом месте?» Шин провёл Фуджина в одну из комнат. В комнате было очень темно. Все стены были выкрашены в чёрный цвет. Комната была довольно большой. — Тебе наденут повязку на глаза, — начал объяснять Шин, — и после того, как печати будут активированы, все звуки и запахи в комнате исчезнут. Затем в комнате будет размещено несколько предметов. В эти предметы запечатано небольшое количество чакры таким образом, чтобы её могли обнаружить сенсоры. Твоя задача — обнаружить эти предметы. Мы начнём с размещения предмета на расстоянии 3 метров от тебя, а затем увеличим расстояние до 5 метров, а потом до 7 метров. Как только ты справишься с этим, я научу тебя, как увеличивать размер твоего поля чакры. Фуджин всё понял и поблагодарил Шина. Он начал тренировку. Тренировка продолжалась до 12:30, но он так и не добился никакого успеха. Шин закончил тренировку. Он сказал, что они будут ежедневно тренироваться здесь по 2 часа, а также дал ему несколько советов, чтобы помочь добиться прогресса. Он также подбодрил Фуджина, сказав, что такие вещи не осваиваются за один день, и не стоит расстраиваться. Шин протянул Фуджину небольшой кубический предмет. — Это один из предметов, которые я просил тебя почувствовать, — сказал он. — Можешь взять его, чтобы попрактиковаться дома. Конечно, ты не сможешь заблокировать своё обоняние и слух, но это не должно сильно мешать, так как ты не специализируешься ни на одном из них. Просто попробуй попрактиковаться с повязкой на глазах. Можешь попросить кого-нибудь положить куб где-нибудь после того, как ты наденешь повязку и сядешь в позу лотоса. Так ты не будешь знать заранее, где именно он находится. Но не тренируйся слишком долго. Фуджин всё понял и кивнул. Он поблагодарил Шина и отправился домой. С окончанием академии у него появилось 7 дополнительных часов, которые он мог использовать для тренировок. Тренировки в центре, дорога туда и обратно и обед занимали чуть меньше 3 часов. Фуджин временно выделил все оставшиеся 4 часа на тренировку по ощущению чакры. В кабинете Хокаге Хирузен смотрел на сделанные на заказ печати, лежащие на его столе. Он тихо вздохнул. «Преимущество Конохи в фуиндзюцу быстро исчезает, — подумал он. — С уничтожением клана Узумаки и кончиной Мито наш прогресс в фуиндзюцу практически остановился. Кушина и Минато только начали добиваться прогресса, но они умерли слишком молодыми. Теперь потребовалось почти 2 дня, чтобы сделать такую простую печать на заказ для Фуджина. Просьба всё ещё довольно удивительна. Гэнки говорил, что мальчик прилежен, но просить такие печати в таком юном возрасте — большая редкость. Обычно этим занимаются только гении из кланов. Да и то они в большинстве случаев начинают позже. Я помню, как он сначала взглянул на Гэнки, прежде чем попросить награду. Думаю, это Гэнки подсказал ему эту идею. Наверное, мне стоит поговорить с ним, когда он придёт ко мне через несколько часов». В 6 вечера Фуджин прибыл в кабинет Хокаге и, постучав, вошёл. Он с уважением поклонился. — Добрый вечер, лорд Хокаге, — произнёс он. Хирузен был впечатлён. «Ну, по крайней мере, манеры у него хорошие», — подумал он. — Подними голову, — сказал он. — Вот печати, которые ты просил. Эта печать — особая печать, разработанная нашей деревней. Она сочетает в себе особенности нескольких основных печатей, чтобы создать идеальный инструмент для тренировки тел наших шиноби. Ты можешь свободно регулировать силу давления, которое печать оказывает на твоё тело. Давление оказывается на всё тело. Фуджин кивнул. — Спасибо, лорд Хокаге, — ответил он. Затем он посмотрел на печать, лежащую перед ним. Печать была выгравирована на квадратном листе бумаги. «Всего одна печать, — подумал он. — Я думал, что будет четыре или больше печатей, которые нужно наносить на разные части тела, например, на конечности. Наверное, эта печать намного более продвинутая. Эх, тогда я не смогу её проанализировать. И всё же, лучше, что я должен наложить эту печать на себя сам, и никому другому не нужно делать печать на моём теле. Так меньше шансов, что кто-то создаст проблемы. Тем не менее, я не должен много знать о фуиндзюцу». Он посмотрел на Хокаге и спросил: — Лорд Хокаге, как мне использовать эту печать? — Просто помести печать на свою грудь, — ответил Хирузен. — Она должна прилипнуть к твоему телу. Печать многоразовая, так что ты можешь снять её и снова наложить, если захочешь. Но никогда не отдавай эту печать кому-либо ещё. — Да, лорд Хокаге, — ответил Фуджин. — Но как мне увеличить или уменьшить давление, создаваемое печатью? И какое максимальное давление может оказывать печать? Хирузен усмехнулся любопытству юнца. — Просто сфокусируй свою чакру на печати, — ответил он. — Это похоже на то, как ты фокусируешь чакру на листе во время упражнения на концентрацию листа. Затем ты можешь решить, увеличить или уменьшить давление, и это будет сделано автоматически. Что касается максимального давления, то оно может быть очень большим. Это эквивалентно ношению жилета весом 100 кг, грузов по 50 кг на каждой ноге и грузов по 25 кг на каждой руке. Фуджин был шокирован этими цифрами. Он чуть не выругался: «Ублюдок, разве ты не должен был сказать это в первую очередь?!» Однако он сдержал свои эмоции. Чтобы продолжить свою игру, он сглотнул и изобразил на лице немного страха. Хирузен посмотрел на выражение лица Фуджина и внутренне ухмыльнулся. «Ну, это гарантирует, что он всегда будет использовать эту печать очень осторожно и не навредит себе ею», — подумал он. После этого Хирузен немного поговорил с Фуджином. Он попытался понять, что заставило Фуджина потребовать эти печати. Он также спросил о его повседневной жизни, удобна ли его квартира, правильно ли он питается. Он также заставил Фуджина попробовать контролировать давление в его присутствии. Он также дал несколько советов и рассказал о мерах предосторожности. Например, он сказал, что во время сна Фуджин должен всегда деактивировать печать. Он также предостерёг Фуджина от использования печати во время спарринга или боя. — Если ты привыкнешь к ней, — сказал он, — то тебе будет трудно правильно контролировать свои движения, когда ты деактивируешь печать. В конце он похвалил Фуджина за его успехи на экзаменах и отпустил его. Уходя, Фуджин подумал: «250 кг, ничего себе. Интересно, использует ли кто-нибудь всё это на самом деле? Интересно, сколько веса носил Ли? Число никогда не упоминалось в сериале». Выходя из кабинета Хокаге, Фуджин уже активировал печать. Перед Хирузеном он держал давление очень низким. Однако, выйдя из здания Хокаге, он увеличил давление. Он увеличил его до уровня, при котором оно оказывало приличную нагрузку на его тело, но при этом он всё ещё мог выдерживать её. Он добежал до своего дома. «Наконец-то, даже этот простой бег стал испытанием! — подумал он. — Хотя мне, вероятно, придётся немного снизить давление, чтобы иметь возможность выполнить план тренировок, который предоставил Гэнки. Думаю, мне придётся поэкспериментировать в течение нескольких дней, чтобы правильно подобрать давление. Я также могу отслеживать свой прогресс, так как буду знать процент от максимального давления, оказываемого печатью». Он также подумал о том, что сказал ему Хирузен, и сосредоточился на двух моментах. «Он специально сказал не использовать печать во время сна и боя, — размышлял Фуджин.— Думаю, не следовать первому — не вариант. Что касается второго, я могу понять его точку зрения и опасения. Если я сделаю это, то попытка сражаться без этого давления вызовет множество проблем. Конечно, их можно исправить с помощью некоторой работы, но если это произойдёт в середине боя, то это будет смертельно опасно. Однако у Кагуи было измерение с высокой гравитацией. Так что мне следует попробовать научиться сражаться под высоким давлением. Но сейчас в этом нет необходимости. Может быть, позже я смогу построить гравитационную камеру и тренироваться там. Это может быть более эффективно. И всё же, я должен признать, что эта печать очень хороша. Она оказывает давление на всё моё тело. Давление на мои ноги больше, чем на руки. Даже моя спина чувствует напряжение. Думаю, печать сделана таким образом, что каждая мышца как следует прорабатывается. Что приведёт к правильному развитию всего тела. Не будет случаев, когда одни мышцы развиты больше, а другие — меньше. Думаю, Хирузен опустил подробности, не ожидая, что я их пойму. Этот метод намного превосходит веса, которые использовал Ли. Думаю, мне действительно нужно быть благодарным Гэнки. Хотя это заставляет меня задуматься, почему эти ребята не дали печать каждому шиноби Конохи. Неужели её так сложно изготовить?» Закончив свои размышления, Фуджин начал медитировать. Следующие несколько дней Фуджин посвятил экспериментам с печатью, пытаясь понять, какое давление она может оказывать. К тому же, ему исполнилось семь лет. Четыре дня ушло на то, чтобы определить, какую нагрузку он способен выдерживать, продолжая тренировки. Это оказалось чуть больше двух процентов от максимальной мощности печати. «Ого, это очень мало! — подумал Фуджин. — Впрочем, мне всего семь лет. Зато теперь моё телосложение должно развиваться быстрее». Тренировки сенсорного восприятия продолжались. Фуджину потребовалось восемь дней, чтобы наконец научиться ощущать предметы, расположенные вокруг. Яманака Шин был слегка разочарован таким прогрессом. Он вздохнул и подумал: «Восемь дней... Неплохо, конечно, но и не блестяще. Скорее всего, он не станет выдающимся сенсором. Хотя, если постарается, может достичь неплохого уровня. Конечно, это лучше, чем у большинства сенсоров Конохи, но до сенсоров из моего клана ему далеко. Мы в среднем справляемся за семь дней, а самые талантливые — ещё быстрее. Что ж, в Конохе действительно острый дефицит сенсоров. Из-за кланов Хьюга, Абурамэ и Инузука деревня не уделяла особого внимания их подготовке. Большинство сенсоров Конохи — выходцы из моего клана. Ещё один сенсор, пусть даже средний, будет очень полезен». После этого Шин отодвинул предметы от Фуджина на четыре-пять метров. Поскольку основы остались прежними, а предметы всё ещё находились в поле чакры Фуджина, он смог почувствовать их очень быстро — меньше чем за полчаса. Шин был удивлён такой скоростью. Он отодвинул предметы на семь метров, и всё повторилось. «Вот это неожиданно, — подумал Шин. — Обычно Яманака чувствует предметы на седьмой день, но после перемещения требуется дополнительное время. Большинство справляется на восьмой день, а некоторые — только на девятый. Похоже, у него больше таланта, чем я думал». Фуджин же размышлял: «Да, на первичное обнаружение ушло много времени, но увеличить дальность оказалось несложно. Принципы те же, и объект всё ещё в моём поле чакры. Думаю, следующая тренировка будет направлена на расширение моего поля чакры». Он слегка вздохнул: «Надеюсь, она не будет такой же скучной, как эта». — Неплохо, — сказал Шин, когда тренировка подошла к концу. — Ты продвигаешься быстрее, чем я ожидал. Следующие четыре дня продолжай практиковаться дома. Нужно, чтобы ты привык чувствовать чакру в своём поле. Я уйду на миссию, так что мы не увидимся. Как только я вернусь, мы начнём тренироваться, чтобы увеличить радиус твоего поля чакры. Фуджин поблагодарил его и ушёл. Следующие пару месяцев прошли в том же духе. Тренировка по расширению поля чакры включала в себя ещё более долгие часы медитации. Фуджину нужно было сосредоточиться на одной точке и попытаться увеличить дальность в этом направлении. «Это займёт уйму времени! — подумал Фуджин. — Наверное, во время каникул стоит поработать над тем, чтобы тренироваться с открытыми глазами, а не с повязкой. Тогда я смогу тренироваться и на уроках. Иначе после начала занятий в академии продолжить эту тренировку будет невозможно». Во время каникул он продолжал физические тренировки, которые благодаря печати давали отличные результаты. Он также много тренировался в дзюцу замены. Его целью было сократить время, необходимое для его выполнения, а также уменьшить количество печатей рук с пяти до нуля. Хотя в сокращении количества печатей прогресса не было, он научился выполнять технику гораздо быстрее — меньше чем за секунду, хотя точное время определить не мог, так как не было инструментов для измерения. Что касается дзюцу клонирования, он смог создать три клона, что, если он правильно помнил, было требованием для выпускного экзамена на генина. Дзюцу трансформации тоже продвигалось хорошо: никто не замечал подвоха, когда он бродил по улицам, превратившись в других людей. Но он ещё не проверял его на ком-то, кто его знал. В контроле чакры он достиг такого уровня, что мог свободно бегать по воде. Поэтому он сократил время, уделяемое этой тренировке, и практиковался только два раза в неделю вместо ежедневных занятий. У него были идеи, как ещё улучшить контроль чакры, но он решил отложить их на потом, чтобы сосредоточиться на ниндзюцу. Тренировка преобразования природы ветра отошла на второй план, так как Фуджин чувствовал, что достаточно поработал над ней. «Способность разрезать камень, наверное, равносильна способности разрезать водопад, — думал он. — Даже на металле я могу оставлять небольшие царапины». Что касается тренировки земли, он купил больше глины для лепки, а также принёс домой небольшой камень высотой в фут, который пытался раскрошить, когда ему надоедала тренировка сенсора. Что касается тренировки сенсора, то после того, как Шин научил Фуджина увеличивать радиус его поля чакры, их встречи сократились до двух раз в неделю. Когда каникулы закончились, Фуджин смог мгновенно ощущать чакру, если кто-то входил в его поле чакры, — конечно, если этот человек не скрывал свою чакру. Однако для этого ему нужно было сконцентрироваться. Если он не фокусировался, то не мог никого почувствовать. Зато он заметил, что может пассивно ощущать чакру в радиусе 0,6 метра вокруг себя. Шин сказал, что это умение развивается у каждого сенсора со временем. И это очень важно, так как не требует внимания, и сенсор может одновременно выполнять другие задачи. Радиус его поля чакры увеличился более чем в четыре раза по сравнению с первоначальным размером — до чуть более 30 метров. Шин был весьма впечатлён темпами его прогресса. Он также научил Фуджина измерять количество чакры у ниндзя в его поле чакры. Шин объяснил, как это используется для определения уровня угрозы. Но он также предупредил, что не стоит полностью полагаться на это, так как количество чакры можно скрыть. Он продемонстрировал Фуджину, как можно уменьшить свою чакру, которую чувствуют другие, или даже полностью скрыть её, чтобы казаться обычным человеком. Шин научил тому же и Фуджина. Фуджин добился некоторого успеха в полном сокрытии своей чакры, хотя это ещё не было идеально. Однако попытка уменьшить её и создать видимость более низкого уровня чакры была очень трудной, так как его чакра сильно колебалась. С другой стороны, Фуджин мог чувствовать чакру, не ограничивая ни одно из своих чувств, не используя печать руки и даже передвигаясь. Однако без печати руки радиус поля чакры уменьшался до 25 метров, а при движении — всего до 17 метров. Это показывало, что ему ещё предстоит много работы. — Ты добился серьёзного прогресса, — сказал Шин в последний день каникул. — В будущем ты сможешь легко стать хорошим сенсором, если ещё немного потренируешься. Так что продолжай работать над этим. У нас больше не будет тренировок, но не стесняйся обращаться ко мне, если тебе нужно что-то прояснить. Фуджин поблагодарил его за всю помощь, оказанную ему за последние два месяца, и попрощался. Он также вернул предметы с чакрой, которые он брал взаймы. Фуджин был ему очень благодарен. Хотя способности Фуджина как сенсора всё ещё были очень слабыми, за последние два месяца Шин вбил в него все основы сенсорного дела. Теперь ему нужно было лишь приложить больше усилий, чтобы стать хорошим сенсором. Наконец-то начался новый год в академии. Гэнки снова был их классным руководителем. Фуджин догадался, что он будет их классным руководителем, пока они не станут генинами. Новый год начался с очередной лекции по промыванию мозгов. Фуджин, не желая терять времени даром, применил искусство, которым он овладел в своей прошлой жизни и усовершенствовал в этой, — искусство притворяться внимательным на лекции. Он переключил своё внимание на своё поле чакры. Его план состоял в том, чтобы сосредоточиться на увеличении радиуса своего поля чакры. Но, почувствовав других, он решил сначала сравнить уровни чакры каждого. Заметив уровень чакры каждого, он пришёл к выводу: «Ого, мои запасы чакры действительно очень хороши! Усилия, предпринятые за последние полтора года, действительно принесли очень хорошие плоды. Приятно наконец-то увидеть результаты своих усилий». Что касается других, Фуджин отметил, что в среднем уровень чакры у учеников из числа гражданских и учеников из кланов Нара, Яманака, Като, Хатакэ, Сарутоби и Курама ниже, чем у других. Для сравнения, ученики из кланов Хьюга, Акимичи, Инузука, Абурамэ и Учиха имеют немного больше чакры. В целом, чакра Учихи Йории является шестой по величине в классе, а Хьюга Хока занимает седьмое место. Хотя это было то, чего он ожидал, тот, у кого была пятая по величине чакра, удивил его. «Вот это неожиданно, — подумал он. — Пятый по величине уровень чакры у Шимуры Нобу. Похоже, у Данзо действительно есть продуманная система тренировок для детей из его клана». Что касается тех, кто был на вершине, то здесь не было никаких сюрпризов. «Эх, эти Сенджу действительно благословлены большими запасами чакры, — подумал Фуджин. — Даже у тех двоих, кто не так талантлив, запасы чакры почти на 50% больше, чем у Йории. А запасы чакры Тэру более чем в два раза больше, чем у Йории. Они даже больше, чем у меня! В любом случае, уровень чакры у всех такой, как и ожидалось. Только Нобу был исключением. Это значит, что они ещё не начали никаких тренировок по увеличению своих запасов. Впрочем, это логично, ведь им всего семь лет. В любом случае, если он не сосредоточится на увеличении своего уровня чакры, я смогу увеличить свои запасы чакры, чтобы они стали больше, чем у Тэру». Затем он попытался измерить уровень чакры Гэнки. Измерив его, он подумал: «Понятно, его запасы чакры и запасы Шина очень похожи. Думаю, нет большой разницы между элитным чунином и специальным джоунином. Просто у специального джоунина есть навык, который находится на уровне джоунина, в то время как остальные его навыки находятся только на уровне элитного чунина. Для Шина это его способности как сенсора. Должен признать, что быть сенсором очень удобно. Если только те, кого чувствуют, не являются сенсорами, то есть мало шансов, что кто-то поймёт, что его чувствуют. Хотя, я полагаю, все ниндзя уровня Каге должны были освоить это в определённой степени. Ну что ж, я не планирую охотиться на каких-либо Каге. Ладно, хватит с меня этого урока. Мне следует проверить тех, кто из других классов, особенно тех, кто станет генином в этом году. Хотя радиус моего поля чакры в 25 метров довольно незначителен на открытом пространстве, в компактном здании он охватывает очень много». С этими мыслями он начал сосредотачиваться на чакре за пределами своей классной комнаты. Сначала он осмотрел классную комнату, в которую, как он видел, забежал Дайсуке. Заметив уровень чакры учеников там, он понял, что он был очень низким! Затем он сосредоточился на комнате, где, как он знал, проходят занятия для старших групп. Он измерил их чакру. Он заметил, что у некоторых уровень чакры был очень жалким. Он догадался, что большинство из них не станут генинами. Однако в среднем их уровень чакры был всего на 20% выше, чем у Тэру. Хотя у некоторых уровень чакры был намного выше. Фуджин догадался, что эти дети тоже были из клана Сенджу. «Понятно, — подумал Фуджин. — Полагаю, к концу этого учебного года мои запасы чакры должны стать достаточно большими и могут считаться уровнем генина. И я тоже знаю все три основных дзюцу. Так что с точки зрения чакры и ниндзюцу я должен достичь уровня генина за год. Даже тайдзюцу должно достичь этой стадии менее чем за два года. Но этого будет недостаточно, чтобы на самом деле сдать выпускной экзамен. Выпускной экзамен включает в себя гораздо больше, чем просто тайдзюцу и ниндзюцу. Есть обучение скрытному передвижению, разбивке лагеря, выведению цели из строя, освобождению себя, если тебя схватили, использованию аптечки, даже охоте, разделке и приготовлению дикого животного и многому другому, чему будут учить в академии. Без всех этих знаний и тренировок стать ниндзя может быть равносильно самоубийству. Не говоря уже о том, что на самом деле пытаться закончить обучение так рано было бы глупо. Итачи был другим случаем. Он — сын главы клана Учиха. Я же всего лишь сирота. Это привлекло бы много нежелательного внимания. Кроме того, просто с точки зрения ниндзюцу мне ещё очень многому нужно научиться. Мне всё ещё нужно выучить ещё несколько основных дзюцу, таких как Мерцание тела, не говоря уже о том, что мне всё ещё нужно выучить дзюцу стихии ветра и земли. Кроме того, я почти полностью пуст, когда дело доходит до гендзюцу, и мне нужно многому научиться в кендзюцу. Так что нет смысла заканчивать обучение, пока я не получил всё, что мог, от академии. Если я когда-нибудь дойду до того, что не смогу добиться большого прогресса из-за того, что нахожусь в академии, то я подумаю о том, чтобы закончить обучение раньше». Обдумав всё это, Фуджин наконец сосредоточился на увеличении радиуса своего поля чакры. Оставшаяся часть лекции прошла в том же скучном ключе. Однако в конце лекции Гэнки сказал то, что взволновало некоторых из его учеников. — В этом году мы начнём изучать ниндзюцу, — объявил он.