Глава 1. Когда выбора нет

      Прошел всего час от начала рабочей смены, а уже хотелось застрелиться. Не в переносном смысле — буквально. Посетителей почти не было, что давало возможность бездельничать, считая мух на липкой ленте под потолком и ковыряя грязь под ногтями. Наблюдая, как пылинки кружатся в лучах закатного солнца, Цвия устало прикрыла глаза, прислонилась затылком к прохладной стене в безуспешной попытке немного приглушить ноющую головную боль. Пятая смена за неделю в этой богом забытой круглосуточной забегаловке давалась непросто, но деваться было некуда. Это место — лучшее, на что она могла рассчитывать. И на самом деле, должна была быть благодарна, что имела хотя бы это.       — Эй, крошка! Тащи сюда свою аппетитную задницу и принеси мне ещё пива!       От резкого противного голоса Цвия вздрогнула, перевела взгляд в сторону столиков, изо всех стараясь скрыть отвращение на лице. Вот он, клиент мечты — вонючий завсегдатай в засаленной футболке, с пузом на полстола и бородой, заляпанной сырным соусом. Очередной вечер в аду.       «Это просто работа. Давай, девочка, обслужи ублюдка — может, сегодня повезёт, и он сдохнет от инфаркта».       Она молча поставила перед ним очередную пинту дешёвого пойла и в ту же секунду получила смачный шлепок по ягодице.       — Вместо чаевых, — хохотнул мужлан, очевидно довольный собой.       Цвию передёрнуло. Руки рефлекторно сжались в кулаки. Очень хотелось врезать ему по жирной харе, да так, чтоб больше никогда не полез. Но… Девушка знала: не сегодня, не сейчас. В её жизни хватает проблем и без потасовок на рабочем месте. Особенно не хотелось иметь дел с их боссом — тот ещё старый козёл.       «Один. Два. Три…»       Закрыв глаза, брюнетка медленно считала до десяти, чтобы не взорваться.       — Полегче, приятель, — за спиной раздался хрипловатый женский голос. — В моём заведении лапы распускать нельзя, иначе вылетишь отсюда, как сопля в платочек.       Арнгуд. Администратор этого кафе и непосредственная начальница Цвии, появилась внезапно, и уже нависла над грузным мужчиной. Рыжая фурия, с которой лучше было не спорить. Прямолинейная, хамоватая, она терпеть не могла таких типов и, возможно, была единственной причиной, по которой официантки задерживались здесь дольше, чем на пару смен.       — А я что? Она сама… — начал было мужик, давясь картошкой.       — Закрой своё хлебало, — отрезала Арнгуд, но продолжать не стала. Бросила взгляд на Цвию — на побелевшее лицо, сжатые губы, сутулые плечи. И всё поняла. Подошла ближе и мягко коснулась её левого плеча. Сочувствие в этом жесте было почти материнским.       — Не трать энергию на этого хряка. С таким образом жизни он больше пары лет не протянет.       Даже от такого лёгкого касания брюнетка едва заметно вздрогнула. Арнгуд мгновенно убрала руку, взгляд единственного здорового глаза стал внимательнее, тяжелее. Нахмурившись, она кивком указала на заднюю дверь.       — На перекур.       Предстоящий разговор не предвещал ничего хорошего, но всё же, сглотнув комок в горле, Цвия молча поплелась за ней. Задние двери выходили в небольшой тупиковый переулок, забитый переполненными мусорными баками, сигаретными окурками и пустыми пивными бутылками. Кое-где в мусоре копошились крысы, но эта картина стала настолько обычной, что уже не вызывала отвращения. Крысы были поприятнее их клиентов.       Арнгуд опёрлась о кирпичную стену, скрестила руки на груди. Смотрела, как палач — холодно и жёстко.       — Сама расскажешь или клещами вытягивать?       — Ты о чём?       Попытка прикинуться дурочкой не сработала бы даже в третьесортном сериала. Цвия знала, что Арнгуд всё поняла, знала, что актриса из неё паршивая. Но язык врал сам по себе, не желая говорить правду. Левое плечо ныло. Гематома болезненно пульсировала и жгла, как нарыв, под рукавом широкой футболки.       — Не делай из меня идиотку, из себя — тоже. Кто это сделал?       Тон у неё был ровный, но под ним — злость. Не вспышка, нет. Готовящийся к извержению вулкан. В гневе Арнгуд была опасной. Но сейчас — злилась, потому что беспокоилась.       — Не расскажешь — не получишь ни цента за смену.       — Ты этого не сделаешь!       — Проверим?       Цвия насупилась, уставилась на носки своих старых берцев. Откровенные разговоры не входили в её планы. Делиться всем этим дерьмом, происходившем в её жизни последние пару месяцев, не было никакого желания. Всё равно никто не поможет, а от сочувствующих взглядов уже тошнило. Если бы Арнгуд сейчас придушила её, стало бы легче. Ну, хотя бы честно.       «Да кого я обманываю! Даже мёртвая останусь должной. А семья всё равно будет в опасности».       Переживания за родных могли поднять Цвию из могилы. Молча наблюдая за своей подопечной, рыжеволосая потянулась в карман джинс за пачкой тонких сигарет. Щелчок зажигалки, первая затяжка и лёгкие наполнил сладковатый дым сигареты с мандариновой капсулой.       — Как думаешь, почему я взяла тебя на работу? — слишком спокойно спросила Арнгуд.       Цвия моргнула. Не того ожидала. Тонкая бровь приподнялась в недоумении.       — Ты же была подруга Дьяра. Он попросил тебя устроить меня сюда и следить, чтобы дел не наворотила. Ну, логично же.       — Как раз-таки нет, не логично. Дьяра больше нет, а я есть. И дала обещание. А ты, сраная неблагодарная идиотка, ходишь вся в синяках и молчишь, будто тебе рот зашили. Думаешь, я не видела, как ты хромала пару дней назад? Хоть и с одним глазом, но я не слепая, моя девочка. Как я могу помочь, если ты всё скрываешь?       Арнгуд резко выдохнула. Потом тише, уже не с обидой, с чем-то почти уязвимым, личным:       — Мне когда-то никто не помог…       Последняя фраза точно выбила почву из-под ног Цвии. Когда-то Дьяр мельком рассказал ей о боли подруги, не желая вдаваться в подробности. Попытка изнасилования, к счастью, осталась лишь попыткой. В сердце знакомо кольнуло. Сейчас это не была чужая история. Это было… рядом. Больно, тяжело и слишком реально.       Обессиленная, Цвия опустилась прямо на грязный асфальт. Больше всего на свете ей сейчас хотелось очутиться дома — помочь маме накрыть на стол, расспросить отца, как прошёл день в мастерской, провести время с Агне. Укрыться от всех проблем её мира под теплым одеялом. Оказаться там, где не нужно быть сильной, где можно просто… быть.       В носу неприятно защипало, глаза предательски увлажнились. Цвия быстро заморгала, стараясь прогнать слёзы. Потом, дома в одиночестве, но не здесь.       Арнгуд затоптала в землю выкуренный почти до фильтра окурок, присела рядом с брюнеткой, положила руку Цвие на плечо — осторожно, помня о свежей гематоме. Только ли в родстве с Дьяром было дело, Арнгуд не знала, но девчонка стала ей по-настоящему дорога. К чёрту всё, перед ней человек, на которого обрушилось столько дерьма, что и взрослый мужик сломался бы. Ей бы сейчас — учёба, вечеринки, глупая влюблённость, а не вся эта грязь, страх и боль.       — Это был Карсон? Расскажи мне, — спросила Арнгуд мягко, почти шёпотом, будто боялась спугнуть.       Цвия вздрогнула. Имя выстрелило в воздухе, как ржавый гвоздь в кость. И тишина, в которой этот звук застрял. Ответа не требовалось — итак всё было ясно. Арнгуд уже полезла за новой сигаретой, но даже не успела поднести её к губам, как Цвия вдруг заговорила. Быстро. Сбивчиво. Словно боялась, что, если остановится, просто не сможет договорить до конца:       — Он. Подкараулил меня в подворотне. Я даже не звала на помощь, потому что смысла нет. Никто в здравом уме не сунется к нему. Схватил меня за руку так сильно… — Она на миг замолчала и коснулась плеча, почти невесомо, но болезненно. — Этот синяк — его, и не только этот. Просто… это самый свежий.       Были и другие, множество других, более старых, но девушка не собиралась откровенничать настолько. По крайне мере, не сейчас. Дыхание сбилось, голос дрогнул, как туго натянутая струна.       — Он говорил такое, Арнгуд… Сначала — про отца. Его уже покалечили. Потом про Агне. Он сказал, что сделает с ним то же самое, что и с Дьяром. Про маму тоже… Он хочет, чтобы я принесла ему пятьдесят тысяч. Дал две недели. Я не знаю, что мне делать.       Она затихла. Сидя на холодной земле, обхватив колени руками, Цвие хотелось сжаться до размеров спичечной головки. Её тело била мелкая дрожь, как от озноба. Арнгуд смотрела на неё, и что-то внутри скручивалось в тугой узел. Гнев, бессилие, вина, ярость, омерзение — всё перемешалось, как в химической воронке. Она не видела Цвию такой никогда. Сломленной, опустошённой. На грани.       — Конченная мразь! — процедила сквозь зубы Арнгуд, стиснув кулаки так сильно, что костяшки побелели. — Чтоб его…       О том, что Карсон терроризировал семью Борисон с тех пор, как его любимое чадо упаковали в мешок, знали почти все. Вот только никто не спешил вмешиваться — ублюдок слыл местным криминальным авторитетом и имел под боком свору цепных шавок, готовых глотку перегрызть по первому свистку «хозяина». Полиция давно махнула рукой. Драки, убийства, грабежи здесь стали повседневной рутиной. До здешних «солевых» и их разборок им не было никакого дела. Как говорится, чем больше наркоманов, тем меньше наркоманов.       — Подожди… — Арнгуд резко повернулась к девушке, голос стал ниже, настороженней. — О каких деньгах идёт речь?       Цвия прижалась лбом к коленям, стиснула руки, словно собиралась с силами, чтобы выговорить.       — Пятьдесят тысяч, — сказала она тихо, почти шёпотом. — Я должна ему пятьдесят тысяч долларов через месяц.       — Сколько?! — Арнгуд дёрнулась, будто её ударили. Моментально вскочила на ноги. — Пятьдесят штук за этого мелкого гнилого уёбка?!       Она нервно зашагала по переулку, вцепилась в пачку сигарет, закурила на автопилоте трясущимися, как в лихорадке, пальцами. Злилась так сильно, что спичку поднеси — и вспыхнет весь район вместе с ней.       Арнгуд помнила Дьяра, каким он был. Светлый, живой, упрямый, добрый до боли. Его смерть до сих пор отзывалась тупой пульсацией под рёбрами. Его семья не заслужила того ада, в котором теперь варилась. А Хакон… Его было не жалко. Этот сраный хер с протухшей душой и пустыми глазами всё равно бы кончил где-нибудь в канаве. Либо сторчался бы, либо свои же дружки и прирезали бы в очередной пьяной драке.       — И почему ты сразу не сказала? — процедила Арнгуд, не сводя с Цвии взгляда. — Я могла бы что-то придумать. Мы бы…       — Не «мы», — перебила та жёстко, наконец взглянув на рыжеволосую. — Я знаю, ты хочешь помочь, но не надо. Не впутывай никого. Я справлюсь. Сама.       Последнее слово повисло в воздухе, как вызов.              Арнгуд застыла. Несколько секунд просто смотрела на неё, дыша тяжело, будто вытащенная из воды. Потом опустила руки, выдохнула — больше как рычание.       — Чёртова ты упрямица, — пробормотала, сжав сигарету в пальцах так, что табак рассыпался. — Такая же, как он.       — Я знаю, — сухо бросила Цвия и добавила почти не слышно: — Прошу тебя. Просто… Не надо сейчас. О’кей?       Этот разговор утомил Цвию больше, чем она предполагала. Открываться кому-либо оказалось совсем не просто. Шрам на левом предплечье снова дал о себе знать неприятным зудом. С тяжёлым вздохом Арнгуд снова опустилась рядом, уронила себя на холодный асфальт, как мешок с картошкой. Не зная, что ещё сказать, она протянула Цвие пачку сигарет.       — Будешь?       Цвия без слов кивнула, вынула одну, щёлкнула зажигалкой. Затянулась резко, с силой. Она курила редко, не по привычке, а когда другого выхода не было. Когда туман в голове нужно было разогнать, а внутри невыносимо хотелось что-то сжечь. Несколько минут они сидели в тишине. Только тонкий дым струился в воздух, а тлеющие кончики сигарет мигали, как крошечные огоньки сигнальной системы.       — Слушай, — нарушила тишину Арнгуд. — Я тут кое-что вспомнила. Рея рассказывала. Её брат вписался в какую-то стрёмную игру. Типа выполняешь задания, а тебе за это капают деньги. Звучит как бред, но вроде реально платят.       Цвия вскинула голову. Тёмные брови взлетели. В глазах промелькнула искра. Не надежда, пока только интерес. Но этого уже хватило, чтобы её сердце ударилось чаще.       — Что за игра? — спросила она, прищурившись.       — Да чёрт её знает. Я тогда не особо слушала. Подумаешь — мелкий опять в какую-то хрень вляпался. В первый раз что ли? — Арнгуд нахмурилась, потёрла лоб. — Название, блин… вылетело. Помню только, что звучало крипово. Хотя… Ладно, забей. Дерьмо это всё. Придумаем что-нибудь другое.       — Ясно, — тихо отозвалась Цвия.       Весь боевой настрой Цвии вмиг испарился, сменившись лёгким разочарованием. Однако мысль уже запала, крепко засела где-то глубоко в подкорке. Она твёрдо решила разузнать об этой игре самостоятельно и как можно скорее.       — Ладно, мне нужно работать. Иначе Марк опять разорётся как ненормальный.       Цвия рывком поднялась, отряхнула потёртые джинсы, собираясь вернуться внутрь. Однако голос Арнгуд остановил её:       — Можешь идти домой. Я тебя отпускаю.       Цвия непонимающе оглянулась на девушку, после чего раздражённо поджала губы.       — Не надо меня жалеть. Я доработаю смену.       — Ох ты ж, блять… — Арнгуд закатила глаза. — Ну вот снова как об стену. Да ни капли я не жалею. Просто и без тебя справимся. Дай себе передышку.       — А Марк?       — Этого старого козла я беру на себя, — усмехнулась начальница. — Поругаемся, как обычно. Он покричит, я пошлю, он обидится, через два дня снова попросит смену прикрыть. Всё как всегда.       — А оплата? — прищурившись, спросила Цвия с гадкой ухмылкой на губах. — Ты ведь не просто такая добрая.       — Ещё слово и, клянусь, я передумаю. — сквозь зубы процедила Арнгуд. — Вали уже.       Цвия молча развернулась и побежала за сумкой. На выходе, уже на пороге, снова столкнулась с Арнгуд. Та смотрела на неё с укором, но в глазах читалась тревога.       — Скоро стемнеет. Иди по освещённым улицам. Не лезь в подворотни. Поняла?       — Конечно, мамочка, — фыркнула Цвия. Но, не удержавшись, резко обняла Арнгуд — быстро, крепко, порывисто. И так же быстро исчезла за поворотом.

***

      Домой Цвия добралась быстрее обычного, несколько раз срезав путь через мрачные и безлюдные переулки. Наставления Арнгуд, естественно, проигнорировала. Она даже слушала музыку всю дорогу и не оглядывалась каждых несколько минут. Отчего-то было спокойно. Карсон не стал бы вредить ей сейчас, пока ещё было время. Свои условия он уже обозначил чётко и ясно ноющими синяками на её теле.       Стараясь быть максимально тихой, Цвия аккуратно открыла входную дверь. Как назло, та предательски скрипнула, но, к счастью, родители, копошащиеся на кухне, ничего не услышали. Пронесло. Почти не дыша, она поднялась наверх. Лишние вопросы ей сейчас были ни к чему.       В своей комнате девушка наконец позволила себе выдохнуть. Сердце билось в груди, как будто всё это время она бежала. Бежать от реальности было гораздо проще, чем в неё вглядываться. Но уже пора было бы. Цвия села на край кровати, обхватила худые плечи руками.       «Всегда рассчитывай в первую очередь на себя», — так когда-то сказала ей бабушка. С этим кредо Цвия выросла и перестроить себя так быстро не могла.       В голове всё ещё крутились слова Арнгуд о той странной игре. Какой бы хренью это ни было — звучало как шанс. Быстрый способ заработать кучу денег сейчас был как никогда кстати. Однако сомнения продолжали терзать, поток мыслей пчелиным роем разрывал голову изнутри. Шестерёнки в мозгу крутились так активно, что, казалось, из ушей повалит пар.       Зажмурившись, Цвия в отчаянии схватилась руками за голову. Говорят, выбор есть всегда, но был ли он в её случае? Друзей и знакомых, способных одолжить такую сумму, у неё не было. Рассказать родителям она не решалась — знала исход. Мать впадёт в истерику, а отец молча станет пропадать в своей мастерской сутками, гробя остатки шаткого здоровья. В одиночку взвалит на себя эту ношу, прямо как Цвия сейчас, и всё бестолку.       «Дьяр умер из-за меня. И если кто и должен разгребать это дерьмо — так это я», — сказала себе. Не в первый раз и не в последний.       Забравшись на кровать, Цвия подогнула ноги и потянулась к телефону. Яркий свет экрана резанул по глазам, как нож. Брюнетка зажмурилась, потом открыла поисковик и начала набирать. Быстро, цепляясь за надежду, как за спасательный круг. И — бинго. Ссылка нашлась почти сразу. Пока приложение скачивалось, она нервно стучала пальцами по колену. Телефон, словно почувствовав её тревожную энергетику, решил знатно потрепать ей нервы и подвис.       — Да ты, блять, издеваешься! — раздраженно прошипела Цвия.       Наконец запуск. Приложение выдало резкий, чересчур бодрый голос, который хлестанул по ушам. Цвия поспешила убавить звук.       «Добро пожаловать в «Нерв» — игру правда или действие, где правды нет. Зрители платят, игроки получают деньги и славу. Зритель ты или игрок?»       На чёрном фоне появились две иконки, как выбор таблеток из старого фильма: «зритель» и «игрок». Цвия не стала ничего выбирать. Пока просто разведка.       Главный экран приложения выглядел как неоновый ад. Ядовитые цвета, анимации, всплывающие окна — всё пестрило, мигало, будто под ЛСД. Глаза устали уже через минуту. Но кое-что заинтересовало — вкладка с топовыми игроками. Десяток странных никнеймов ни о чём ей не говорил, но взгляд почему-то задержался на игроке под именем Волк, он был на втором месте. Начать просмотр Цвия решила с первого в топе. Койот.       — Что за сборище псин, — фыркнула девушка.       Видео загрузилось быстро, съемка велась со стороны. Худощавый светловолосый парень в чёрном худи спускался в метро. Очевидно, тот самый Койот. Тёмные брови нахмурены, а челюсть плотно сжата с играющими под кожей желваками. Настороженный, как лев перед прыжком.       — Надеюсь, тот отбитый, кто придумал это задание, хорошенько повеселится, а я получу большое вознаграждение, — сказал парень.       — Что за меркантильность, чувак? — за кадром раздался, напротив, слишком весёлый мужской голос. — А как же экстрим, выброс адреналина, любовь зрителей?       Койот демонстративно игнорировал парня, пытавшегося вывести его на диалог.              — Страшно? — не унимался оператор.       — Лучше заткнись и держи камеру ровно.       — Ты такой очаровательный, — съязвил парень. — И как только в топ забрался, ума не приложу.       Оценив обстановку, блондин подошёл к самому краю платформы. Людей было немного. Видимо, это был последний вечерний рейс. Вдалеке уже слышался грохот приближающегося поезда. Камера отдалилась, и Цвия незаметно для себя затаила дыхание, догадываясь, что будет дальше.       — Друзья, следующее действие будет выполнено профессионалом. Койот, у нас, конечно, так себе профессионал, но, тем не менее, не пытайтесь повторить этого дома.       В момент Койот прыгнул на рельсы и оказался прямо на пути движущегося состава. Люди кричали, кто-то бросился к краю, машинист прибег к экстренному торможению, но тормозной путь был слишком длинным, а расстояние до парня — всего ничего. Но сумасшедший точно знал, что нужно делать. Секунда, и он растянулся в путевом лотке, прикрывая голову руками. Места для взрослого человека там было предостаточно, но, все равно, мороз прошёл по коже Цвии, когда парень скрылся под прибывшим составом.       Камера дрожала. Комментарии и лайки сыпались на экран, как град. Зрители были в экстазе.       Поезд уехал. Койот встал и спокойно отряхнулся, как ни в чём не бывало. Словно над ним только что не пронеслась многотонная железная махина, способная превратить его тело в кровавый фарш. На экране большими жёлтыми буквами высветилось — «Действие выполнено». Камера снова приблизилась, фокусируясь на Койоте крупным планом. На его лице не дрогнул ни один мускул, словно прыжки под поезд были для него вместо разминки. На телефон блондина пришло уведомление о зачислении средств на счет. Тот довольно ухмыльнулся — гонорар был немалый.       — Не хочешь ничего сказать фанатам напоследок?       — Ага. Спасибо, — парень не обратил на приятеля никакого внимания и продолжил залипать в экран своего смартфона.       — Красноречив, как всегда, — вздохнул голос за кадром. — Эй, куда ты пошёл?       Видео закончилось. Телефон бесшумно выскользнул из вспотевших ладоней Цвии. Об этом говорила Арнгуд? Это оно? Вот оно как выглядит — «играть»? По спине прошёл ледяной мурашечный шквал. Грудь сдавило. Она не была Койотом. Не была готова прыгать под поезда, как под волну на пляже. Будь девушка на его месте, скорее, напоминала бы оленя, на которого несётся многотонная фура. Если она погибнет, ситуация станет только хуже, и семья окажется в ещё большей опасности. Вот только защитить их будет уже не кому.       «Нет! Арнгуд права, это не выход. Я должна придумать другой план».       Но никаких планов не приходило. В лишь пустота и белый шум. Цвия устало откинулась на спину, взгляд в потолок. Хотелось просто остановиться. Хотя бы на час. Может, стоит просто выспаться? А вдруг утром всё встанет на свои места?       Но только она начала проваливаться в полудрёму, как заскрипела дверь. Девушка испуганно дёрнулась. Понадобилось несколько секунд, чтобы осознать, что она дома и в безопасности. Однако сердце всё равно бешено колотилось — выслушивать нравоучительную лекцию мамы о прогуле работы сейчас очень не хотелось.       К её счастью, это была не мать. В дверном проеме показалась маленькая фигурка Агне, и брюнетка облегченно выдохнула. Мальчик аккуратно заглянул внутрь, взгляд карих глаз пробежался по комнате, остановившись на сестре.       — Ты дома! — удивился Агне.       — Тише! Родители услышат. Заходи.       Он проскользнул внутрь и, не стесняясь, шлёпнулся рядом.       — Я думал, что ты ушла на работу.       — Ушла, но потом вернулась, — тихо ответила Цвия и, как бы между делом, потрепала брата по взъерошенной голове. — Если думал, что меня нет, зачем пришёл?       — Мне приснился кошмар. Там был Дьяр… — Агне осёкся, голос тут же осип, как будто застрял в горле. Только сейчас, в мягком полумраке, скользящем с улицы через жалюзи, Цвия заметила его заплаканные глаза, покрасневший нос, влажные щёки. Ему было всего десять, но сейчас он выглядел вдвое младше. Маленький. Ранимый. Испуганный. — И я подумал, если буду спать у тебя, кошмары не вернутся.       Сердце Цвии болезненно сжалось. Её Агне. Её маленький мальчик. Последний свет, что ещё не погряз в этом дерьме. Эта воронка долгов, боли и страха поглотила её настолько, что она даже не поговорила с братом о том, как всё изменилось. Не спросила, как он. Каково ему жить с дырой в груди. Она почувствовала себя самой отвратительной сестрой в мире.       — Иди сюда, — прошептала Цвия, раскрыв объятия.       Мальчик прильнул к ней всем телом. Обнял крепко, по-детски, как хватаются за спасательный круг в шторм. Носом уткнулся в её футболку, руками — в обнимку, намертво. Несколько секунд — только тишина. Потом плечи под её руками дрогнули, задрожали.       — Эй, малыш, ну ты чего? — она успокаивающе погладила брата по спине.       — Я скучаю по нему… И я не малыш! — слабо запротестовал Агне сквозь слёзы.       — Я тоже скучаю, моё сокровище. Очень.       На неё накатила такая волна нежности, что перехватило дыхание. Хотелось вытащить из этого ребёнка всю боль и забрать себе. Хотелось, чтобы он больше никогда не плакал. Цвия чуть отстранилась, взяла его за щёчки ладонями. Тёплые, влажные. Осторожно стёрла слёзы большими пальцами, поцеловала в лоб, как Дьяр делал раньше с ними обоими.       — У нас всё будет хорошо.              — Правда?       — Обещаю.       Агне поджал губы, нахмурил брови, словно обдумывал нечто очень серьёзное и важное, как самый настоящий взрослый, после чего, наконец, кивнул, с доверием, которое резало её изнутри.       — Ложись. Сегодня поспишь здесь.       — Ура!       Боясь, что сестра передумает, Агне тут же шмыгнул под одеяло, устраиваясь поудобнее. Усмехнувшись, Цвия легла рядом, прижала его к своей груди, стала поглаживать по голове, аккуратно пропуская сквозь пальцы мягкие завитки каштановых волос. Как же они с Дьяром были похожи. От мальчика приятно пахло шампунем, отчего девушка расслабленно прикрыла глаза. Но лишь на несколько мгновений.       Мысли снова закрутились в голове безумным вихрем, стоило вспомнить своё обещание. «Всё будет хорошо». Сама Цвия нихрена в это не верила, но ради спокойствия Агне готова была простить себе эту ложь. В мыслях так не вовремя всплыли ужасные слова Карсона, ощущаясь так, словно в её сердце вонзили кинжал и прокрутили несколько раз.       Цвия открыла глаза. На полу, чуть сбоку от кровати, тускло светился экран телефона. И всё так же — как две лампы в ночи — горели две кнопки: «зритель» и «игрок».       Пазл сложился. Всё встало на места. Она знала, что должна делать.       Риск в игре огромен. Но риск умереть от рук Карсона — ещё выше. А если что-то случится с Агне… Нет. Она не позволит. Оставив легкий поцелуй на макушке брата, Цвия прошептала:       — Спи спокойно, котёнок. Я всё решу.       Агне уже почти не слышал. Его дыхание стало ровным, глубоким. Она выскользнула из-под одеяла, встала и подняла с пола телефон. Ещё раз глянула на спящего брата и тихо вышла в коридор.       Выходить из дома через первый этаж было не вариант. Две жилые комнаты на втором этаже занимали дети — Цвия жила отдельно, Агне делил комнату с Дьяром. Родители же предпочитали ютиться на диване в гостинной, желая, чтобы у их отпрысков было личное пространство несмотря ни на что.       Недавнее предложение Цвии забрать к себе Агне, а родителям переехать в освободившуюся спальню, было сразу отвергнуто. Комфорт детей был для них превыше всего, однако сейчас их альтруистический порыв был Цвие совсем не на руку. Родители наверняка уже готовились ко сну, а значит путь через первый этаж был отрезан. Придётся вылезать через окно.       Перебравшись в комнату Агне, Цвия остановилась перед большим платяным шкафом. Большинство одежды Дьяра было роздано либо выброшено, но за эту вещь Цвия готова была драться. Старая потрепанная чёрная кожаная куртка. Дьяр выцепил её в каком-то секонд-хенде пару лет назад и с тех пор носил, практически не снимая.       Стоило Цвии накинуть на себя вещь, как её окутал такой родной и знакомый аромат. Куртка была пропитана запахом любимого древесного парфюма брата, которым он буквально обливался каждый день. Раньше девушку это бесило, но сейчас казалось, словно сам Дьяр обнимал её, как бы глупо это ни звучало. Покрутившись у зеркала, Цвия осталась довольна — куртка была великовата в плечах, но смотрелось неплохо.       Как делала всегда, когда нервничала, девушка аккуратно дотронулась до небольшого округлого кулона, висящего на шее. Ещё один подарок Дьяра. Безделушка с какой-то ярмарки, не стоящая и пять долларов, так понравилась Цвие, что брат, не раздумывая, купил её. И теперь этот кулон был для неё дороже всех драгоценностей мира.       Собрав всю свою решительность в кулак, с лёгким скрипом Цвия распахнула окно. К большой удаче, в их дворе рос здоровенный дуб, раскинувший свои толстые ветви прямо к окнам их спален. Дьяр специально вырубил незаметные выемки в стволе, чтобы было удобно спускаться и подниматься.       «Мне иногда кажется, что родители спят внизу, чтобы караулить нас, — часто шутил он. — Спасибо прадедушке, что посадил это дерево». И тут же исчезал в ночи на очередную гулянку. Позднее этим же способом пользовалась и Цвия, только уже из окна своей комнаты.       Перекинув ногу через подоконник, брюнетка привычным маршрутом спустилась вниз, слегка оцарапав ладони, и направилась к единственному человеку, на чью помощь могла рассчитывать.