***

Тëмные пустые каридоры космического корабли были тихими и такими не естественными, что Гальватрон бывало задавался вопросо, а не залечивать ли свои повреждения караболь сам. Его шаги разнасились по всему каредору отражаясь от стен. Почему он здесь в этой части карабля? Зачем ему ходить по этой зоне зная что здешний обитатель не любит нежданных гостей и в любой момент может прилететь в голову тапор. Скверный и вспыльчивый характер сдешнего десептикона не позволяет сделать ненужного действия и гальватрон придерживался этой маленькой мудростью которую он приобрел за циклы проведеные с этим мехом. И почему ему нужно присматривать за ним? Шум раздался из одной комноты и ухмыльнувшись гальватрон встал перед дверью в каюту. Рычание и шум разбившевося в дребезги манитора, что стоял в не удачном месте, довали понять что Немезис не в хорошем расположении духа. Бывала и то что железный стол вылетал из каюты десептикона если его гнев не мог скрытся за слоем равнодушия и спокойствия. Но когда был повод выпустить всю ту злобу что капилась долгие циклы, то надейся на удачу, когда огромный мех проходит мима тебя излучая поток гнева. Циклонус пытался наладить отношение с Немезисом но всë счетно прирывалось звукоми выстрелов и скрежета метала стен и так повилавшего многое корабля. После этого перфоманса команда старанилась сверепого война, что сидел в своей каюти будто бы дикий зверь в клетке грезящий о своей свободе, о которой он может только мечтать, а в реальности прогнить в своем неизбежном заточении. Одному....один в этом прогнившем мире полном неновести и неспроведливости, полном боли и строданий... И быть одному, против всего мира ися свободу в этой чишине будто бы он один против всего мира. Как бы это было не вдохновляюще и драмотично это не влияла на жизнь немезиды, а просто подовляло его бунтарский характер дабы владыка не гневался на всю команду, только иза действий черного меха. Поэтому Гальватрон и держал Немезиса в каюте и не позволял проникнуть дальше его каредора, по понятным причинам.... А веть когда-то они были злейшими врагами двух разных политических сторон. Многолетние циклы срожений, тысяци и более погибших войнов и смерть их родного дома и всë это ради чего? Ради служения злобному существу, что любит пожерать миры? Для тех пыток и агонии за их бунты, против этого рабства? За их ошибки при перемещении во времени и расколы временых линий, а после не имоверная пытка? За что они тогда сражались? Вопрос будет постояно весеть над бывшим лидером десептиконов, который продол себя за второй шанс к жизни. И что теперь.... Слонятся по пустынному и такому обширному космосу ради, чего. Сеять хаус? Возможно и для этого его тело с его бывшим врогом мардэнизировали во что-то смертоносное дабы каждый ныне живущие расы знали о приблежающемся армогедоне и с ужосом наблюдали за исчезновением их маленького мира... Мысли меха прирвал страный сурип метала, что не должен был быть в этой комноте. Он бы мог просто уйти и не думоть об этих звуках, но чтото держала его у двери авто мотической двери стаящая будто бы стена или дв же как клетка спасая от зверя за ней, кем и Немезиду асоциировали большенство трансформеров, которые смогли выжить после полного вымирания. Да они как тараканы могли выжить в любых условиях жизни независимо от обстаятельств, будто бы это голод или чума. Раса трансформеров выживет, ниважно какой циной— это было проверенно мега циклами войны. И это было.... Резкий свист открывания автомотической железной двери заставил гальватрона сфокусировать внимание на алой оптики черного меха. Его маска была помята и исцорапана разными осколкоми нито камня, нито отлетающих мелких кусков железа. Корпус тоже был не лудшего состояния. Потертости и шороховатость металла были не естественны на постояно регенерирущем корпусе черного зверя. Из его труб находящихся по разные стороны его плечевых сегментов шол пар, а его мотор работал на полную катушку. Такое состояние было редким в более соброном или сверепом (как попадëтся) мехе и гальватрон сразу почуял что-то не ладное в состоянии его вынужденного товарища. Гальватрон отпрянул от полу соброного от шнева меха и приготовился к уклонению от атак, но алая оптика другого приковалась к нему будто бы цепями, что было ненормально. Выдохнув Гальватрон заставил себя посмотреть прямо в пронзительную оптику другого, который опорся всем телом на косяк двери тем самым подерживая себя в вертекальном положении. Командир десептиконов и не заметил как то дрожал, но пытался скрыть свою слабось за этой решимостью и адриналином. Когда Гальватрон решил заговорить его прервал рык и стон металла под масивном серво Немезиса. —Убирайся прочь, пока я ещë милосерден. Второго раза я не дам. Уж поверь мне, космический шлак.—его хриплый и полный помех голос рвзнеся будто раскат грома по всей части карабля. Уж чего не любил командир десептиконов так это оскабления его самого и как бы тот ни упрекал и ни пытался вбить в процесор этого шлака, тот продолжал его оскорблять и выстовлять полнфм идеотом при разных обстаятельствах не смотря на их шаткое портнëрство. Гальвотрон сжал свои зубы и его серво сжались кулоки от напряжения. Буть он в другом полодении когда этот мех небыл бы в своей яросной форме он бы высказался за эти оскорбительные слова и возможно бы ударил того. Но не сутьба, придëтся потерпеть до следующего раза. —Я сказал проваливай и не околачивайся сдесь если жизнь дорога. Ты меня слышыш... —Закрой свой поганый рот, Немезис. Я не виноват, что должен присматривать за твоим бампером, когда ты рвзругался со всей командой. Ты несколько циклов не выходишь из каюты и постоянно разбеваешь разные ценные вещи. Я бы не стал здесь нвходится если бы не проверил тебя. Я бы не хотел что бы меня обвинили, а после и подвершли пытке за то что с тобой случился несчасный случай. Я бы... Я просто учтал от всего этого. Устал от веяных оскорблений друг друга. Устал от тех глупых приказов Юникрона. Устал от этого рабства. Я просто хочу стабильности на этом карабле. Хочу проводить эти свободные мили циклы не беспокоясь об убийстве или стычке. Я просто хочу.... Топор осветил лицевую пластину командира десеприконов. Красный свет такой холодный, смертоносный и манящий, был поднят против него в молчвливом приказе на отступление. И тот не сможет убедить его выслушать. Поэтому лудшим способом разрешить этот конфликт отступить и более не тревожить свою и так швдкую сутьбу. Алая оптика наблюдала за отступающим фиолетого белого меха, всë ещë с поднятым топором, пока фигура его навязанного таварища не исчезла за углом каредора оставив его совершенно одного в тихой безжижненной тишине зоны карабля десептеконов.