Часть 14 Без щита

***

Он ушёл с занятий, не дожидаясь конца. Просто встал — и вышел. Никто не осмелился его остановить. Даже Гарри. Коридоры были пусты, но Рон чувствовал что он уже не ученик. Не мальчишка. Что-то иное. Что-то опасное. Он дошёл до старого зала, давно неиспользуемого. Он захлопнул дверь, прислонился к ней спиной и наконец дал себе упасть на колени. Пальцы дрожали. В голове шумело. В груди — как будто выжгли дыру. "Я видел слишком много." Он почувствовал: кто-то боится его. Кто-то ненавидит. Кто-то лжёт, улыбаясь. Словно чужие мысли больше не были тайной, а собственные — больше не поддавались контролю. Дверь заскрипела. Он не обернулся. Почувствовал. Снейп вошёл медленно, как будто в клетку со зверем. Но голос его был не резким. Тихим. — Я ждал, когда ты сорвёшься. Рон вскинул глаза. Красные. Влажные. И страшно пустые. — Ты знал, что это случится? — Ты сам выбрал. Я только показал путь. Снейп подошёл ближе, медленно опустился рядом. Они сидели на полу. Уровень глаз. Без защиты. — Это твоя кровь, — сказал он глухо. — Ты не можешь отказаться от неё. Но ты можешь выбрать, как ею дышать. Или — как не задохнуться. — Но я боюсь стать... этим. Чудовищем. Снейп смотрел в его лицо. — Тогда стань тем, кто держит чудовище на цепи. Не тем, кто его выпускает. Рон опустил взгляд. На миг — тишина. Потом — шёпот: — Останься. Не уходи. И Снейп остался. Он не был спасителем. Но он был рядом. В тишине. Пока Рон снова не смог дышать.

***

Снейп смотрел, как Рон сжимается, от отвращения к себе. И вдруг понял: он бы убил любого, кто вызвал бы в мальчике такое состояние. И понял страшное. Он бы убил и себя. Если бы это помогло. — Послушай меня, — тихо произнёс он, и его голос был ровным, но срезанным, как лезвие. — Ты думаешь, что стал другим. Думаешь, что теперь ты опасен. Это так. Рон поднял глаза, медленно. Он замолчал, как будто слова застряли в горле. Но потом сказал — без гнева, без пафоса. Просто… правду: — Я тоже опасен. Но я научился не быть рабом своей силы. И ты научишься. Он медленно протянул руку. Не прикасаясь — просто положил на пол рядом. — Если ты сорвёшься — я тебя остановлю. Если упадёшь — подниму. И если потеряешь себя… я найду. Он не знал, когда это стало правдой. Когда «мальчишка Поттера» перестал быть раздражающим наследием прошлого. Когда появился тот, ради кого страшно. Он был его слабостью. И теперь — это было навсегда.

***

Подслушано Он не собирался шпионить. На самом деле Драко просто шёл по коридору — тот самый старый закуток у заброшенного зала, куда редко кто заглядывал. Думал, что найдет там тишину. Или кого-то, кого можно уколоть словами. Не Рона Уизли. Не его — такого. — ...я боюсь стать… этим. Чудовищем. Тон был глухой. Низкий. Сломанный. Драко замер. Подошёл ближе к полуоткрытой двери, едва дыша. Тишина. Потом — второй голос. Узнаваемый сразу. Твёрдый, как заклятие. Снейп. — Тогда стань тем, кто держит чудовище на цепи.Не тем, кто его выпускает. Драко замер. Не потому что не узнал Снейпа. А потому что… узнал. Не голос — смысл. Тон. Близость. Непозволительную. Он знал. Знал, чьим сыном оказался Уизли. Знал, как глубоко это уходит. И всё равно — это резало слух. Снейп, склонённый рядом. Не как преподаватель. Как… отец. Почти человек. У Драко пересохло во рту. Лицо — жёсткое. Без выражения. Он видел достаточно. Слишком много. Медленно отступил, глядя в щель. Словно в зверинец. — Вот это поворот… — прошептал. — Вот что ты теперь, Уизли. Надо будет сказать отцу. Он должен это услышать. Он медленно отступил в тень, губы скривились в тонкой усмешке.

***

Гермиона : — Рон? Голос Гермионы прозвучал неуверенно, почти сдержанно. Она стояла у входа в коридор, где он стоял у окна. Свет падал на его плечи — и впервые ей показалось, что он как будто вырос. Не в рост — в присутствии. Он обернулся. Улыбки не было, но и холода — тоже. — Привет, Гермиона. Она подошла ближе. Несколько шагов — медленно, как к чему-то новому. Или к кому-то. — Мы... скучали по тебе. С Гарри. — Я знаю, — просто ответил он. Не с упрёком. Без ожидания. Он знал. Он всегда знал. — Ты… другой, — вырвалось у неё. Он кивнул. — Да. Но это всё ещё я. — Но ты… стал тише. Сдержанней. Словно... закрылся. Как будто прячешь что-то. — Я больше не прячусь, Гермиона. Наоборот. Она замерла. Его голос — спокоен, как гладь воды. И в этой тишине что-то волновало больше, чем крик. Он не был холодным — он был устойчивым. — Мне было страшно, — прошептала она. — Что мы теряем тебя. Рон посмотрел на неё. Глубоко. Точно. И она почувствовала — он видит. Всё. Даже то, что она не говорит вслух. — Я всё ещё с вами, — тихо сказал он. — Просто я больше не боюсь быть собой. Не боюсь быть один. Не боюсь выбирать. Пауза. — Это не значит, что я не выберу вас. Гермиона опустила взгляд. А потом кивнула. Медленно. Со слезой в уголке глаза, которую не собиралась показывать. — Я рада, что ты всё ещё наш, — шёпотом. — Всегда, — сказал он.

***

Рон не хотел идти в Гостиную. Там будут братья, сестра, друзья… И все они будут смотреть. Раньше, когда жил в тени большой семьи, он мечтал быть замеченным. А теперь хотел только одного — тишины. Он поднялся на Астрономическую башню. Там почти всегда пусто. Почти. — Уизли, — голос прозвучал с ленивой усмешкой. — Или мне теперь звать тебя Снейпом? Рон резко обернулся. — Малфой?! Что ты здесь делаешь? Он выдохнул сквозь зубы: — И осторожнее. Играешь словами — убедись, что не ими тебя и прижмут. Малфой хмыкнул и, не сходя с места, ответил: — Просто любопытно. Неужели ты перебежал на сторону Слизерина? — Даже если мне будут угрожать Авадой, — отрезал Рон. Слизеринец сидел на подоконнике, поза была ленивой, но взгляд — настороженный. — То же, что и ты, — сказал он. — Пришёл сюда, чтобы остаться один. — В таком случае я уйду. — В этом нет необходимости, — Драко спрыгнул с подоконника. — Я уже ухожу. Он направился к лестнице, но внезапно остановился. — Я знаю, что мой крёстный — твой отец. Он сказал это без выражения. Просто констатировал факт. — Но на твоём месте я бы пока не спешил об этом трезвонить. Рон посмотрел на него спокойно: — Почему? — Разве не ясно? — Драко закатил глаза. — Северус ещё не подтвердил это публично. Пока ты — просто рыжий Уизли. Но вот когда перестанешь им быть… Он сделал паузу. И уже у самой двери, бросил через плечо: — …Дай знать. И, как раньше, Рон чуть улыбнулся. Совсем чуть. Но этого хватило.

***