Часть 2

      — Пап, я всё равно считаю тебя отцом, даже если выяснится, что я внеземного происхождения, — вздохнула я, глядя, как он укладывает чемодан в багажник. — Но то, что ты оставляешь меня здесь одну, без тебя, среди… хм, родни, которая шокирована моим лицом — это, знаешь ли, слегка тревожно.       — Ты привыкнешь, — мягко сказал он, обняв меня и поцеловав в макушку. — Они твоя семья. Всё наладится. Я как только всё улажу — вернусь. А пока… веселись, заводи друзей, сближайся с сестрой. Ну, и братом — который до сих пор не понял, в чём вообще подвох.       — Постараюсь, — буркнула я, отстраняясь. — Не разрушить этот дом.       — Уж постарайся, — усмехнулся он, глядя на меня так, будто уже мысленно видел, как я кидаю арбалет в школьный шкафчик.       — Только привези мои вещи, — настояла я. — Все. Особенно те, что с острыми краями, прицельными мушками и специальной любовью к непрошеным гостям.       — Ладно-ладно, — вздохнул он, кивая. — Привезу. Только не устраивай тут «День живых мишеней».       Я фыркнула. Он сел в машину. Несколько секунд тишины — только мотор, гул улицы и ощущение, что я стою на пороге новой, слегка идиотской главы своей жизни.       Я осталась на месте. Просто смотрела, как он отъезжает. Медленно. Словно в кино. Только вот в кино главной героине не хочется бежать за машиной и орать «возьми меня с собой, ну пожааалуйста».       — Клёво, — пробормотала я, повернувшись к дому. — Новый дом. Новая семья. И ни одного арбалета в радиусе километра. Я официально в аду.       В этот момент за дверью что-то грохнуло. Потом раздался голос Елены:       — Джереми, если ты опять на кухне ешь мороженое ложкой из ведерка, я…       Я прикрыла глаза. Да. Ад. С ароматом ванили и семейной драмой.

***

      Mystic Grill. Место, где, по словам Елены, собирается «вся школа», «весь город». В общем, святое место.       — Ну вот, — сказала Елена, распахивая дверь и делая вдох, как будто она не в бар, а в родной храм заходит. — Добро пожаловать в святая святых.       — Ага, пыльно, жарко и пахнет картошкой фри, — хмыкнула я, оглядываясь. — Прям рай.       — Не ной, тебе понравится. Идеальное место, чтобы познакомиться с моими подругами, Бонни и Кэролайн. Вон они!       Мы прошли дальше, и я тут же ощутила на себе все взгляды. Видимо, потому что мы шли рядом и выглядели… ну, как близнецы, потерявшиеся в параллельных вселенных. Я в кожаной куртке, с прищуром и настроением «не подходи, укушу», Елена — как рекламная брошюра «Будь собой и пей воду».       За столиком у окна уже сидели две девушки. Одна — с густыми светлыми волосами, яркой улыбкой и видом человека, у которого список дел на день длиннее школьного устава. Вторая — более сдержанная, но с проницательным взглядом и ощущением, что она знает, что ты думаешь ещё до того, как ты сам это осознал. Вот она на меня и уставилась первой.       — Бонни, Кэролайн, — сказала Елена с загадочной улыбкой, — знакомьтесь — это… моя сестра. Близнец. Кристина.       Пауза. Долгая.       — …Чего?! — в унисон выдали обе, уронив вилки как по команде.       — Сестра?! — Бонни уронила трубочку из стакана. — Подожди… Как?       — Вы же… Ты одна была! — Кэролайн с такой искренней драмой посмотрела на Елену, как будто та предала её с детского сада.       — Ну, как оказалось, не совсем, — пожала плечами я. — Сюрприз. Твист сезона.       — Вы… — Бонни прищурилась. — Вы реально одинаковые. Но ты… другая. Не знаю… Вибрации.       — О, я с тёмной стороны зеркала, — кивнула я с усмешкой. — Люблю оружие, не люблю людей и терплю только кофе и рок-н-ролл. Рада знакомству.       — Но это так круто! — вдруг оживилась Кэролайн. — Представляешь, двойные луки, одинаковые наряды на хэллоуин, «кто есть кто» — ну это же золото! Нам срочно надо устроить фотосессию! О, а ещё я тебя в школу свожу осенью, тебе нужно всех увидеть! И всем тебя!       — Медленно, блонди, я только второй день в городе, — подняла я руки. — Я ещё не определилась, хочу ли я тут друзей или бежать в закат с криком.       — Я уже чувствую, что ты мне нравишься, — сказала Бонни, отодвигая к себе лишний стул. — Садись. Рассказывай всё. Ну, почти всё.       Я села, и удивительно — впервые за долгое время не чувствовала себя лишней. Даже наоборот — как будто нашла каких-то странных, шумных, но тёплых существ, которые, несмотря на «офигеть», всё равно захотели узнать меня ближе.       И впервые за долгое время я почувствовала, что, может быть, остаться на лето здесь — не такая уж плохая идея. Особенно если каждый вечер будет начинаться с фразы: «Ты правда сестра Елены?!»       Пока мы сидели за столиком, я заметила, что Елена стала чуть… живее. Она улыбалась чаще, даже не так печально смотрела в окно, как будто впервые за долгое время внутри неё появилась искра. Может, дело было во мне — новой проблеме, которая затмила старую. Или в том, что после потери родителей, судьба решила: «На, держи. Второй комплект — почти такой же, но с сюрпризом».       — Так, подождите, — сказала Бонни, попивая свой лимонад. — Ты серьёзно любишь стрелять из арбалета?       — Ага, — кивнула я. — Он у меня, кстати, розовый. С черепами. И если кто-то скажет, что это девчачье оружие — я выстрелю ему в… ну, в метафорическое место.       — Обожаю, — прошептала Кэролайн, прикрывая рот ладонью. — Мы можем быть подругами?       — Если ты не будешь трогать мои ножи без спроса — возможно, — усмехнулась я, делая глоток колы.       — Подожди, у тебя прям коллекция? — уточнила Бонни, теперь уже в полушоке.       — Угу. Метательные ножи, бабочки, пару сюрикенов и один кастет в форме котика. Милейшая штука. Если нужно кого-то мило ударить — идеально.       — Это звучит… жутко, — пробормотала Елена, но в голосе её не было осуждения. Только восхищение с капелькой «где я была всю жизнь без этого?».       — Ну, знаете, хобби у всех разные. Кто-то вязать любит, кто-то — в тир ходить. А я — просто человек с хорошей меткостью и плохим доверием к людям.       «И ни слова о вампирах», — мысленно добавила я, кидая взгляд на Елену.       — А чем ты ещё увлекаешься? — спросила Кэролайн.       — Музыка. Кожа. Мотоциклы. И молчаливое осуждение чужих нарядов, — сказала я, обведя бар взглядом. — Хотя сегодня всё относительно прилично. Это пугает.       Все рассмеялись. Настроение стало легче. В какой-то момент я даже почувствовала, что могу… вписаться. Не сразу, но со скрипом — да. Возможно, этот город не такой уж и унылый. Особенно если есть те, с кем можно посмеяться — и держать нож под столом на всякий случай.       Мистик Гриль постепенно начал наполняться шумом — кто-то смеялся у бильярдного стола, кто-то заказывал вторую пиццу подряд. Атмосфера такая, будто весь город дружно решил: «Ну всё, пора забыться под саундтрек к подростковой комедии».       — Так что, Крис, сегодня у Тайлера вечеринка, — сказала Кэролайн, подмигивая. — Типа неофициальный праздник в честь того, что он не завалил ни одного экзамена. Чудо, честно.       — Ну, или учителя решили не мучить нас всех летом, — добавила Бонни, склонив голову. — Пойдём с нами? Повеселимся. Познакомишься с половиной школы и, возможно, парой подозрительно симпатичных парней. Или девушек — вдруг ты за равноправие.       Я усмехнулась, подыгрывая:       — Ага, и расскажу всем, как я умею метко бросать ножи. Отличная завязка для новых знакомств.       — Если хочешь, я лично распущу слух, что ты таинственная охотница с Балкан, — предложила Кэролайн. — Это добавит шарма.       Я открыла рот, уже почти соглашаясь, но тут заметила, как Елена сидит в углу у окна. Она тихо ковыряла вилкой картошку, вяло слушая чей-то смех вдалеке. Вид у неё был такой, будто она носила на плечах мешок из горя, одиночества и вежливой усталости.       — Я бы пошла, — тихо сказала я, глядя на девушек, — правда. Но… не сегодня.       Они одновременно перевели взгляд на Елену. Без слов поняли.       — Да, конечно, — первой ответила Бонни. — Мы понимаем.       — Всё равно круто, что ты с нами провела вечер, — Кэролайн улыбнулась тепло. — Но знай — ты не отделаешься. В следующий раз не отвертишься. Мы ещё покажем тебе настоящую Мистик Фоллс-вечеринку.       — Договорились, — кивнула я, вставая. — Но если кто-нибудь начнёт слишком громко слушать попсу — я уеду.       Мы попрощались, и пошли наконец-то домой.       — Ты же могла пойти, — пробормотала она, не глядя на меня.       — Могла. Но знаешь, не каждый день узнаёшь, что у тебя есть сестра-близнец. К тому же, ты выглядишь как человек, которому нужен кто-то, чтобы просто посидеть рядом. Или хотя бы не дать ему заказать четвёртую порцию картошки.       Елена слабо улыбнулась.       — Спасибо, Кристина.       — Всегда пожалуйста. Только без слёз. Я не умею с ними обращаться. Я умею только с ножами.       Мы обе рассмеялись. Наконец-то — искренне.

***

      Дом был тихий. Те самые стены, которые днём казались полными жизни, теперь будто сжались от ночной пустоты. Мы с Еленой сняли обувь у входа, и я шепнула:       — Прямо как в фильме ужасов. Сейчас ещё кресло начнёт качаться само по себе.       Елена хмыкнула, но быстро снова замолчала. Мы поднялись наверх, и я, было, направилась в свою комнату, но почувствовала на себе её взгляд.       — Эй… хочешь поговорить? — спросила я, обернувшись.       Она кивнула и жестом позвала в свою комнату. Я зашла, села на кровать. Елена устроилась рядом, поджав ноги и натянув на колени плед.       — Мы с мамой всегда смотрели по вечерам старые фильмы, — начала она, не глядя на меня. — Чёрно-белые, романтичные. Папа говорил, что это «женский ритуал», и шёл читать газету. А потом мы спорили, кто сильнее — Одри Хепбёрн или Грейс Келли.       Она замолчала на секунду, глядя в пол.       — После аварии я всё это… заблокировала. Типа, если не вспоминать, то не так больно. Но с твоим появлением стало по-другому. Как будто я снова часть чего-то живого. Снова не одна.       Я не знала, что сказать. Просто взяла её за руку.       — Мы обе многое потеряли, Лен. Но мы нашли друг друга. Я не заменю тебе родителей… но могу быть рядом. Впервые в жизни у меня есть сестра, и, честно, ты пока ведёшь себя не так плохо. Не разочаруй.       Она улыбнулась и вдруг обняла меня. Осторожно, неловко, но искренне.       — Спасибо, Криси.       — Не благодари. Просто не забудь, что если ты попытаешься съесть все мои запасы чипсов в доме, которые я припрятала — я объявлю охоту. Со всеми своими ножами.       Мы обе засмеялись, и в этот момент я поняла: может, эта семья — и правда шанс на что-то новое.

***

      Утро выдалось на удивление спокойным. Солнечные лучи пробивались сквозь жалюзи, пыль в них танцевала, как будто дом наконец начал дышать. Я проснулась от запаха поджаренного хлеба и кофе. Нацепив поверх пижамы папину старую рубашку, я спустилась на кухню босиком, зевая.       — Ты с утра пораньше решила притравить нас завтраком? — хрипло пробормотала я, увидев Елену у плиты.       — Очень смешно, — фыркнула она, не оборачиваясь. — Просто решила сделать тосты. Не бойся, без отравы. Вроде.       — Ммм… семейный завтрак, как в рекламе хлопьев. Только без мамы, папы и собаки.       — Ну… у нас есть Бонни, Кэролайн и ты с арбалетом. Это почти то же самое, — усмехнулась она и протянула мне чашку кофе.       — Ага. Если что, я защищу дом от тостов, — сделала я глоток и фальшиво поёжилась. — Грр, опасный кофе.       Елена закатила глаза, но, кажется, была довольна. Мы сели за стол. Она положила тосты, варенье, какой-то странный йогурт. Я придвинулась ближе и, не удержавшись, ткнула в её бок.       — Знаешь, что странно?       — Что?       — Я вообще не думала, что у меня когда-нибудь будет такой завтрак. Типа… мирный.       Где я не одна, не в бегах и без драмы.       — Ты только не расслабляйся. Это же Мистик Фоллс.       — Тоже верно, — кивнула я и ухмыльнулась. — Слушай… может, после завтрака поедем в город? Покажешь мне ещё что-то, кроме Гриля? А то мой туристический опыт тут ограничен тостами и одним кафе.       — Договорились, — улыбнулась она. — Но ты водишь.       — Договорились.

***

      — Ну и что ты хочешь увидеть? — спросила Елена, поправляя солнцезащитные очки и щурясь от яркого света. Мы шли по тихой улице, фланируя, как две нормальные девушки с минимумом психологической травмы на двоих.       — У вас тут есть исторический музей? Может, заглянем, вдруг там выставка «Как скрывать близнецов от родственников»? — усмехнулась я.       — О, очень смешно, Криси. Ещё пошути про семейную терапию.       — Уже в списке, — кивнула я и ткнула в проходящий мимо ларёк с мороженым. — Ладно, а серьёзно. Ты же местная, покажи мне… что-то интересное. Тайные тропы, страшные дома, места, где школьники влюбляются и проклинают жизнь.       — Ты описала примерно всю мою школу, — вздохнула она, но в глазах блеснуло веселье. — Пошли, покажу одно местечко.       Мы свернули с главной улицы и пошли к небольшому парку, где деревья плотно смыкались, образуя тенистую аллею. В центре стояла беседка — старая, облупившаяся, но уютная. Кто-то когда-то вырезал на перилах «С+Д=forever», и, судя по стилю, делал это со страстью и тупым ножом.       — Здесь мы с Бонни когда-то прятались от учителя по биологии, — сказала Елена, присев на скамейку. — Я здесь даже первый поцелуй получила.       — Класс, — хмыкнула я. — А у меня первый поцелуй был во время драки с одноклассником. Мы оба случайно столкнулись лбами и… ну, там всё было не по плану.       Елена подняла брови.       — Это шутка?       — Возможно, — хмыкнула я, не уточняя.       Мы сидели в тишине пару минут, наблюдая, как кто-то выгуливает гиперактивного пса, который больше тянул хозяйку, чем наоборот.       — Мне правда нравится быть с тобой, — вдруг сказала Елена. — Странно, но… ты будто из моего прошлого, которого у меня никогда не было.       — А ты будто из моего будущего, которого я никогда не хотела, — усмехнулась я. — Но знаешь, в тебе есть что-то… нормальное. Стабильное. И, чёрт, это пугает.       — А в тебе есть что-то дикое, но тёплое. И мне это нравится, — она чуть улыбнулась и встала. — Пошли. У меня есть идея.       — Опасно звучит.       — А ты разве не по таким идеям живёшь?       Я кивнула. И пошла следом.       Мы свернули за угол старой библиотеки, где, по словам Елены, раньше прятались от весеннего бала все, кому не хотелось слушать «выпускной джаз». В этот момент что-то щёлкнуло в кустах.       — Что это было? — остановилась я, напрягаясь.       — Белка? — неуверенно предположила Елена, выглядывая за плечо. — Или какая-то местная живность.       — Живность с чувством такта, судя по тому, как тихо она движется, — пробормотала я, медленно вынимая из-за пояса нож-бабочку. Которую, разумеется, никто не должен был видеть. — Прости, рефлексы. Старые привычки.       — У тебя из одежды только одна привычка — чёрная кожа и ножи, — фыркнула она.       — Ты описала мой бренд.       Но тут кусты снова затрещали, и оттуда вылетела… кошка. Самая обычная полосатая кошка, с видом «я-вас-всех-не-вижу-и-вообще-это-мой-город».       — Ну вот, — Елена рассмеялась. — Мы с тобой похожи, но ты однозначно драматичнее.       — Спасибо. Меня так ещё никто не хвалил.       Мы уже собирались идти дальше, как Елена вдруг указала старшую школу перед нами.       — Видишь это здание? — заговорчески спросила Елена, кивая на школу, как воплощение всех школьных кошмаров.       — Неужели ад на земле? — я притворно вытаращила глаза и сделала паузу, как будто меня только что осенило.       — Да-да, и главный здесь — сам дьявол, учитель истории, — продолжала она, шепча как можно более серьёзно, но в глазах всё равно сверкала игривость. — Если останешься здесь, познакомишься с ним лично.       — Поверь, если я останусь, следующий сатана в этой школе буду я, — усмехнулась я, делая драматичную паузу. — Учитель истории — это просто подготовка, а вот я, возможно, буду главным кошмаром всех этих тупых школьников.       Елена едва не расхохоталась, и, кажется, даже начала немного переживать, что теперь ей придётся иметь дело с кем-то, кто явно не планирует придерживаться правил.       — Ну вот, — ответила она с улыбкой, — по крайней мере, ты будешь готова к встрече с местным адом.       — Конечно, — я с серьёзным видом кивнула, — я жду не дождусь… только вот с чего мне начать? Может, пирог с гвоздями в качестве угощения на первый день?       Елена снова рассмеялась, и я почувствовала, как мой план по завоеванию этой школы уже начинается с маленькой победы.

***

      Так и прошло наше сумасшедшее лето. Папа то появлялся, то испарялся, как по щелчку, будто тренировался быть волшебником-любителем, привез мои побрякушки. Никому он тут особо не нравился — кроме меня, конечно. Ну, кто ж ещё будет защищать своего отца-засранца, если не я?       Я, Бонни и Кэролайн устроили летний отряд по оживлению Елены. Бонни предлагала обряды (ну, знаешь, типа «призови радость бурбоном»), Кэролайн настаивала на шопинге, а я просто была я — с арбалетом, сарказмом и коллекцией ножей. Весьма терапевтичный микс, скажу я тебе.       Елена, надо признать, к августу немного оттаяла. Уже не ходила по дому как зомби в трауре, а хотя бы как печальная Белоснежка. А ещё, она продолжала сближаться со мной. Наверное, наконец поняла, что я не глюк, а реальная сестра-близнец, с которой можно делиться мыслями, одеждой… и эмоциональной нестабильностью.       И я, что удивительно, тоже решила не отмахиваться. Да, мы прожили 17 лет по разным адресам, но что мешает нам наверстать за одно эпично-хаотичное лето? Особенно когда чувствуешь эту странную близнецовую связь. Ну, типа как Wi-Fi, только по крови.       — Тосты! Могу приготовить тосты! — с энтузиазмом воскликнула тётя Дженна, уже по локоть зарывшись в холодильник.       — Я уже омлет сделала, — невозмутимо поставила я тарелки на стол. — Ты разве не опаздываешь?       — Чёрт, точно! Кристина, солнышко, помоги мне, я опаздываю!       — Я прослежу за ними, как старшая, — язвительно показала я язык Елене.       — На пятнадцать минут, — закатила глаза та, но с улыбкой.       — Но всё же старше, — гордо вскинула я подбородок. Папа, спасибо за этот аргумент на века.       — Кофе есть? — на кухню ввалился Джереми с лицом «я-ещё-во-сне», глаза мутные, как будто он проспал не ночь, а целую жизнь.       — Джер, поешь. Я не на витрину тут готовила, — надуло губы я, как обиженный шеф-повар.       — Только кофе, — буркнул он.       Я закатила глаза и, подойдя со спины, нажала пальцами на нужные точки у него на шее. Он взвизгнул и, не успев опомниться, уже сидел за столом.       — Ешь, — строго сказала я, скрестив руки на груди, как тюремный надзиратель.       Он надулся, как ёжик, но сдался и засунул в рот пару вилок омлета, запивая соком, который я, разумеется, уже принесла.       — Довольна? — пробурчал он с набитым ртом.       — Безмерно, — кивнула я как королева.       — Первый день в школе, а я совсем не готова! — металась по кухне Дженна, как ураган, вытаскивая из сумки пару купюр. — Деньги на обед?       Мы с Джереми переглянулись. Гонка началась. Я шустро схватила купюры первой, а он уже тянулся к одной — но слишком поздно. Купюры уже были надежно спрятаны в лифчике. Прямо под майкой. Его рука зависла в воздухе, а лицо скривилось в выражение «фу и хитро».       — Я спасаю твоё здоровье! — крикнула я ему в спину, когда он фыркнул и ретировался.       — Я чего-то не знаю? — подозрительно нахмурилась Дженна.       — Ты опаздываешь! — с невинной улыбкой отвела я разговор в безопасное русло. Сработало. Дженна чмокнула нас с Еленой в щеки и вылетела за дверь с криком: «Ключи! Где мои ключи?!»       — Садись, ешь, пока не остыло, — сказала я Елене, наливая ей ещё сока.       — Спасибо, — с тёплой улыбкой села она и набросилась на омлет с таким аппетитом, будто я туда трюфели и золото положила.       За лето они уже привыкли, что я тут главный шеф и одновременно пищевой контролёр. Без завтрака никто не уйдёт. Даже в плохое настроение.       — Как тебе удаётся вставать так рано? — спросила Елена, глядя на меня, как на феномен природы.       — Привычка, — пожала я плечами, допивая кофе. — А теперь марш в школу. Узнавать, кто тут настоящий дьявол.       Мы вышли на улицу. Первый день, новая школа… и да, я уже была готова на случай апокалипсиса. Или контрольной. Что хуже — вопрос спорный.       Я припарковала машину на школьной парковке с таким видом, будто мы прибыли на вручение «Оскара», а не на первый день учёбы. Честно? Если бы не Елена — я бы с ветерком примчалась на своём байке, но… она явно ещё не готова к такой скорости жизни. Да и, если честно, вряд ли когда-нибудь будет. Моё вождение — это не просто опасно, это спорт высших демонов.       На парковке нас уже поджидала Бонни, вся солнечная и говорливая. Мы вместе двинулись к зданию школы, а она щебетала про свою бабушку, предсказания, энергию и ещё какую-то эзотерическую ерунду, которая звучала как спам из телика. Я кивала, но в голове крутились совсем другие мысли: как бы не врезаться в очередного токсичного одноклассника, как бы не прибить кого-то случайно… и вообще — зачем мы сюда идём?       — Катастрофически мало парней, — вдруг подытожила Бонни, словно это была итоговая реплика к собственной лекции.       — Скажи, — кивнула я, оглядывая проходящих мимо старшеклассников. — Один кривой, другой хромает, у третьего нос картошкой… О, боги, только я здесь идеальна! — театрально взмахнула волосами, как будто снималась в рекламе шампуня.       — Вас тут двое таких, — с усмешкой заметила Бонни, намекнув на наше с Еленой сходство.       — В меня пошла, — с гордостью сказала я, будто участвовала в её воспитании лично.       — Ты только посмотри, во что одета Келли Бич, — фыркнула Бонни, заметив девчонку в толпе. Я перевела взгляд и едва сдержала гримасу.       — Ну не у всех же есть вкус. Кто-то же должен нас оттенять, — усмехнулась я, поднимая бровь.       Школа только начиналась, а я уже чувствовала, что будет весело. Или… катастрофично весело.       — Эх, найти бы парня… Будет сложный год, — вздохнула Бонни, закинув в шкафчик учебник с таким видом, будто продавала душу за свидание в пятницу.       Я как раз смотрела по сторонам, присматриваясь к окружающим. Школа выглядела вполне обычно: шкафчики, спешащие подростки, и дух предстоящей ссоры с учителями в воздухе.       В этот момент Елена вдруг застыла, повернулась в сторону коридора и неловко махнула кому-то рукой с полуулыбкой. Я проследила её взгляд и увидела уходящего блондинчика.       — Мэтт Донован? Верно? — прищурилась я, оценивая фигуру вдалеке. — Тот самый квотербек? Твой бывший? Бывший-бывший?       Елена поджала губы, будто проглотила лимон, и кивнула. Ну да, всё ясно.       — Не расстраивайся, мамочка найдёт тебе кого-то получше, — усмехнулась я и драматично ущипнула её за щёку, как будто ей пять лет и она не знает, что такое тиндер.       — Спасибо, мама, но я, пожалуй, обойдусь, — с улыбкой фыркнула Елена, отодвигаясь.       — Ну как хочешь. Но знай: я в этом городе не просто для красоты. Я пришла устроить веселье, драмы, и возможно даже любовный треугольник, — подмигнула я.       Бонни рассмеялась, а Елена покачала головой, но по лицу было видно: ей определённо не хватает такого чуда как я.       — Елена! Криси! — раздался звонкий голос, и к нам подлетела Кэролайн, сияющая как новогодняя ёлка. Обняла нас обеих в стиле «обниму, пока не задохнёшься». — Как вы? — отстранилась она от нас. — Привет, Бонни.       — Всё отлично, Кэр, — ответила я за обеих, пока Елена всё ещё приходила в себя после этой атаки ласки. — Уже кого-то подцепила? А то прямо светишься, как лампочка на высоком напряжении.       — Я только в пути к этому, — лукаво подмигнула она, отпуская нас. — Ладно, увидимся!       И, помахав рукой, исчезла в толпе с грацией балерины и скоростью урагана.       — Какая она… активная, — с усмешкой протянула я, провожая её взглядом.       — Это же Кэр, — будто этим всё объяснялось, отозвалась Бонни и пожала плечами.       Мы неспешно шли по коридору, пока Бонни вдруг не вкопалась на месте прямо перед кабинетом секретаря.       — Что случилось? — спросила я, чуть не врезавшись в неё.       — Подожди… кто это? — прошептала она, уставившись в кабинет.       Я проследила за её взглядом.       — Я вижу только спину, Бон-Бон, — с прищуром заметила я. — Мужскую. Вроде.       — Сексуальную спину, — поправила она с видом эксперта по спинам.       — Будет ещё сексуальнее, если снять с неё эту нелепую куртку и батник, — добавила я, сощурившись как критик мод с уклоном в боевое обаяние.       — Извращенки, — усмехнулась Елена, закатывая глаза.       — Завидуй молча, — ухмыльнулась я, не отрывая взгляда от таинственного незнакомца.       — Я чувствую… — Бонни замерла в концентрации. — Он из Сиэтла. И играет на гитаре.       — А по воскресеньям пишет стихи о неразделённой любви к стероидам, — подхватила я заговорщицким тоном.       Мы переглянулись — и не выдержали: хохот пробежал по коридору, заставив пару мимо проходящих учеников обернуться.       — Ну всё, теперь я точно хочу знать, кто это, — выдохнула Бонни, прижимая руку к груди.       — Если он ещё и любит омлеты, я выйду за него, — пошутила я.       Мы снова расхохотались, но вдруг мой взгляд зацепился за другую, до боли знакомую мужскую спину. Я мгновенно закатила глаза. Джереми. Конечно.       — Подержи, пожалуйста. И отнеси в кабинет истории, — протянула я сумку Елене.       — Окей, — кивнула она, и я с выражением «мне это всё уже надоело» зашагала в сторону мужского туалета, куда Джереми заскользнул минуту назад.       Я влетела туда в самый удачный момент — он стоял у зеркала и капал себе что-то в глаза.       — Ты опять накуренный? — прошипела я, подходя и зажимая его лицо между ладоней, будто книгу по китайскому рассматриваю.       Он попробовал отшатнуться, но я уже вглядывалась в зрачки. Увидев то, что и ожидала, выдала ему подзатыльник с хлёстким звуком.       — Я же тебе говорила — никакого кайфа по школьным дням! И вообще, с чего ты решил, что я позволю тебе глушить боль наркотой?       — Да отстань ты от меня, — нахмурился Джереми, раздражённо хлопнув по руке.       — Слушай, Джер, — я устало потерла переносицу. — Я не хочу быть занудной сестрой с функцией «моральный приговор». Но я знаю, как заканчиваются такие штуки не понаслышке.       — Ты что, сама пробовала? — удивлённо приподнял бровь он.       — Так, — подняла я палец. — Предлагаю сделку. Помнишь арбалет, который привёз Джон? — он кивнул. — Я научу тебя стрелять. И даже дам пострелять по бутылкам, если пообещаешь, что с этого дня наркотикам — чёрный список.       — Серьёзно?.. — глаза у него загорелись, как будто я предложила прокатиться на драконе.       — Слово охотника, — кивнула я торжественно. — Но учти: если соврёшь, если ещё раз увижу тебя в таком виде — никакой охоты. Только лекции и унылый надзор в стиле «Мамочка наблюдает». Понял?       — Понял, — буркнул он, поправил рюкзак и потопал к выходу.       Ну и как не воспользоваться моментом? Я тихо подкралась и дала ему лёгкий пинок под зад.       — А это за что?! — возмутился он, обернувшись.       — За обдолбанное утро, — буркнула я, а он, фыркнув, потирая пятую точку, вышел из туалета.       Я закатила глаза и вышла из туалета, но не успела пройти и пары шагов, как врезалась в кого-то. Каблук предательски качнулся, и я почти рухнула, но сильные руки уверенно подхватили меня за талию.       — Ох, простите… — пробормотала я, поднимая взгляд — и тут же чуть не потеряла дар речи. Он был… ну, прям как будто его срисовали с обложки книги, где главная героиня обязательно теряет голову.       — Это, случайно, не мужской туалет? — с хитрой полуулыбкой и прищуром кивнул он на дверь за моей спиной.       Я смущённо кашлянула, мягко отстраняясь.       — Ну, у всех свои… тайны, — выдала я первое, что пришло в голову, и мысленно ударила себя по лбу. «Свои тайны»? Серьёзно, Иси?..       Пока он продолжал смотреть с тем самым выражением лица «я понял, но не осуждаю», я решила, что пора спасаться бегством. Но не тут-то было: мы начали двигаться в одну сторону одновременно. Шаг влево, шаг вправо — всё мимо. Мы уже выглядели как пара идиотов в ритме плохого танца.       В отчаянии я схватила его за плечи, буквально прижала к стене и, не дожидаясь, пока он снова что-то скажет, быстро прошмыгнула мимо него — прямо в сторону класса истории.       «Господи, ну и день…» — мысленно простонала я, прижимая руку к груди.       Я влетела в класс вместе со звонком, будто за мной гнался вампир, и плюхнулась рядом с Еленой, по правую сторону.       — Ты не представляешь, что сейчас произошло! — зашептала я ей на ухо, переполненная эмоциями.       — Мисс Гилберт! — рявкнул учитель так, что я едва не подпрыгнула. Он ошарашенно переводил взгляд с меня на Елену и обратно, будто мы с нею игра в «найди отличие».       Я выпрямилась и одела лицо самой святой непорочности:       — Я вас слушаю.       — У нас новенькая? — пробормотал он, моргая, словно не верил своим глазам.       — Да. Кристина Гилберт. Сестра Елены Гилберт. Всё? Если да, можем вернуться к вашей захватывающей лекции? — проговорила я с вежливым вызовом, скрестив руки на парте.       Учитель шумно прокашлялся, скривился, но всё-таки вернулся к своей бумажке. Видимо, решил, что связываться со мной себе дороже.       — Ну и зануда, — пробормотала я, указав на него большим пальцем и скривив лицо, как будто только что откусила лимон.       — Он может услышать, — тихо предупредила Елена, стараясь сдержать смешок.       — Да пусть слышит. Будто мне не всё равно, — хмыкнула я, глядя на неё с невинной улыбкой.       Урок пошёл дальше, погружаясь в серую пыль истории. Я без особого интереса уставилась в окно, гоняя в голове недавнюю встречу у туалета.       И вот — снова это ощущение. Будто кто-то смотрит. Я повернулась через плечо. Он. Тот самый. Сексуальная спина. Парень сидел в двух рядах позади и смотрел прямо на меня. Без намёка на смущение. Я резко отвернулась. И решила больше не оборачиваться. Нет, спасибо. Если так и дальше пойдёт — я забуду, как дышать от стыда.

***

      Уроки закончились быстро. Я собрала свои вещи и на автомате предложила Елене подвезти её домой, но та сослалась на какие-то дела после школы и отказалась. Ну и ладно. Мне даже лучше — тишина, музыка и я. Поехала домой. Ну, поехала — это громко сказано. Через десять минут поняла, что явно заехала не туда. Завернула, кажется, не на ту улицу и остановилась.       — Ну вот что-что, а ориентироваться по городу — вообще не моё, — буркнула я, доставая телефон. — Не то что в лесу.       Открыла карту, полистала… и ничего не поняла. Просто вбила адрес и включила навигатор. Помощник бодро начал указывать путь. Но стоило мне поднять глаза от экрана, как что-то резко изменилось. Дорога, которая только что была освещённой и ясной, погрузилась в густой туман. Я нахмурилась.       — Что за фигня?.. — пробормотала я и включила фары.       И в этот момент… на капот с шумом опустился ворон. Я вздрогнула, аж сердце подпрыгнуло.       — Чёртова птица! — схватилась за грудь, пытаясь успокоиться.       Он сидел, смотрел. Прямо на меня. Пронзительно, слишком умно… жутковато.       — Ну давай, давай, лети отсюда, — я замахала руками, но ему было плевать. Ворон не двинулся ни на миллиметр. Закатила глаза, отстегнула ремень и вышла из машины. — Эй, пернатый, пошёл отсюда! — шагнула к нему… Но ворона уже не было. Исчез. Как будто его и не было вовсе. — Да ты издеваешься, — пробормотала я сквозь зубы, раздражённо топнув ногой.       Села обратно, громко хлопнув дверью, и, ругаясь про себя, поехала дальше. Вглядываясь в густой туман, добралась до дома, благодаря навигатору. И всё бы ничего… но ощущение, что за мной кто-то наблюдает, не покидало.       Я припарковала машину и пошла в дом. Уже собиралась подняться к себе, но остановилась на полпути, заметив в гостиной Джереми. А ещё… мой арбалет в его руках! Подошла к нему и, не сдержавшись, снова влепила подзатыльник.       — Ты из моей головы грушу решила сделать? — зашипел он, потирая затылок.       — Сделаю, если ещё раз возьмёшь оружие без спроса, — хмуро сказала я, отбирая арбалет. — Это тебе не игрушка. Выстрелишь в телек — хороню без цветов.       — Понял, понял, — закатил он глаза. — Ты обещала меня научить стрелять из арбалета.       — Помню, — кивнула я. — Ты точно не накуренный?       — Точно, — простонал он, уже устав от моих бесконечных нравоучений за лето.       — Ладно. Сначала поедим — потом пойдём, — сказала я и положила арбалет на кофейный столик.       Он недовольно что-то пробурчал, но смирился. Я пошла на кухню, на скорую руку сварганила пасту, и мы быстро отобедали. Затем, прихватив арбалет, аккуратно обмотанный тряпкой, и стрелы, мы направились в сторону леса.       Мы пришли в лес. Я остановилась на небольшой поляне и обернулась к Джереми:       — Так, ученик, перед тобой — легендарный арбалет и я, самый строгий, но офигительно красивый инструктор.       — О, пошло великое обучение, — закатил он глаза и тяжело вздохнул.       — Ты сейчас издеваешься, а потом влюбишься в процесс, — усмехнулась я, передавая ему арбалет. — Только не целься в меня. Даже случайно.       — А ты не двигайся как белка на кофеине — и не попаду, — огрызнулся он, примеряясь к арбалету.       — Белка?! — я прищурилась. — Ладно. Сейчас я тебя так научу, что сам себя белкой назовёшь.       Я подошла к нему и, как в кино, встала сзади, поправляя его стойку и хватку.       — Смотри. Руки на ширине плеч. Целимся не в ногу, не в дерево, а в вон ту мишень — камень, похожий на лицо твоего школьного учителя математики.       — Уже хочется выстрелить, — пробормотал он, прицеливаясь.       — Только не забудь дышать. Вдох, выдох… и пли!       Он нажал спуск. Болт улетел вбок и застрял в кустах.       — Это было… мощно, — прокомментировала я. — Если мы целились в куст, то ты — гений.       — Я нервничал! — огрызнулся он.       — Нервничал? Ты на первом свидании с арбалетом или на шоу «Ты-супер-охотник»?       — Хочешь сама стрельнуть? — огрызнулся он и передал мне арбалет.       — О да. Держи мою куртку и наблюдай, как делает это профи.       Я прицелилась и выстрелила. Болт ударил в дерево аккурат рядом с той самой «мишенью».       — Ну, почти, — пожала плечами я. — Готов к следующему раунду?       — Ага, только в этот раз не дыши в ухо. Это пугает.       — Привыкай. В охоте без странностей не обойдётся.       — Ладно, раунд два, — Джереми встал по стойке смирно, как будто он на экзамене по выживанию.       — Сейчас только не застрели белку. Она мне ещё должна орешки, — подколола я его.       — Очень смешно, — пробурчал он и сосредоточенно прицелился. Сделал вдох. Выдох. Выстрел.       Болт со свистом пролетел… и чиркнул по камню!       — Ого! — я хлопнула в ладоши. — Да ты почти его поцеловал! Камень в шоке, но гордится тобой!       — Я просто вообразил, что это лицо моего учителя, — фыркнул он, довольно усмехаясь.       — Метод ярости работает. Запомню.       Я взяла арбалет, достала новую стрелу и прицелилась. В этот момент что-то шевельнулось на ветке дерева рядом с мишенью. Белка.       — О нет, только не… — не успела я договорить, как стрела сорвалась с тетивы.       ПШШУХ!       И с характерным пфьк воткнулась в дерево… рядом с белкой. Та ошалело моргнула и упала на землю, как драматическая актриса в театре: лапки вверх, хвост пышный, всё как надо.       — Кристина! — вытаращился Джереми. — Ты что, в белку?!       Я медленно опустила арбалет:       — Я… я поклялась защищать лес, а не… стрелять в него.       — Белка просто хотела жить… — наигранно всхлипнул он, поднимая её на палочке. — У неё были орехи, семья, ипотека…       — О господи, заткнись, — прыснула я от смеха. — Она жива! Смотри, лапкой шевелит. Ну ладно, судя по выражению лица — она меня прокляла.       Белка, действительно, ожила и с таким возмущением зашипела, будто была кошкой. А потом с диким воплем запрыгнула на ближайшее дерево и скрылась.       — Вот теперь у тебя точно есть враг в лесу, — кивнул Джереми. — Поздравляю.       — Белка или не белка, а стреляю я всё ещё метко, — усмехнулась я, вкладывая следующую стрелу. — Но теперь ты — мой щит, если она решит мстить.       — Великолепно. Белка-ассасин, и я — живой щит. Идеально.       — Добро пожаловать в мою жизнь, братец.       Мы прошли чуть дальше, и я выставила несколько пластиковых бутылок на поваленное бревно.       — Ну что, шериф Вудс, — Джереми картинно выпрямился, — если вы не попадёте во все цели, я забираю ваш арбалет и иду мстить с белкой лично.       — Слишком высокие ставки, но я люблю вызовы, — я подмигнула и заняла позицию. — Готова, диктуй цели.       — Верхняя бутылка — та, что криво стоит, — указал он.       Пф-ф-фшух!       Стрела вонзилась точно в центр. Бутылка взорвалась с радостным бздынь.       — Следующая — самая левая. Посмотрим, как ты с углом справишься, — уже с вызовом сказал Джереми.       Пщууух!       И снова в десятку.       — Ладно, ладно, а теперь… — он начал задумчиво искать что-то пожёстче, — а вот тот шишковатый сучок у основания дерева, видишь?       Я прищурилась:       — Вижу. Маленький, подлый, но доступный. Ты сам напросился.       Выстрел — и шишка с хрустом слетела, будто ей дали по заслугам.       — Что?! — Джереми чуть не уронил рюкзак. — Ты что, тренировалась с эльфами из «Властелина колец»?       — Нет, — пожала я плечами. — Просто у меня была злая бабушка-охотница. И белка-наставница.       — Так вот кто дал тебе свои силы… — он кивнул с фальшивой серьёзностью. — Кристина, ты чудовище. В хорошем смысле.       — Спасибо. Я монстр точности, — склонилась я в театральном реверансе. — Ну что, может, тебе тоже попробовать?       — Не-не-не, после такого я пойду потренируюсь втайне, в подвале, лет десять.       — Трус, — хмыкнула я, а потом неожиданно развернулась и метнула стрелу прямо в ближайшую мишень, в виде шишки, не глядя.       БУМ. Джереми вытаращился:       — Так, всё. Ты точно ведьма. Или киборг. Я не уверен.       Я просто довольно улыбнулась, перекинула арбалет через плечо и направилась обратно по тропинке:       — А ты, братец, не забывай — я обещала тебя научить. Так что завтра начинаем с медитации и стойки шаолиня.       — У меня уже болит всё, чего у шаолиня и не было, — простонал он, плетясь за мной.

***

      — Не хочешь сходить со мной в «Мистик Гриль»? — спросила Елена, заглянув ко мне в комнату, будто между делом, но с видом, что давно к этому готовилась.       Я подняла голову от блокнота, в котором пыталась привести в порядок свой бардак из мыслей и линий, и с лёгким вздохом закрыла его.       — Что рисуешь? — с интересом подошла она, уже протягивая руку.       Я закатила глаза, но всё же отдала ей блокнот.       — Ого… — удивилась она, разглядывая страницу. — Вау. А кто это?       — Это попытка представить себе Изабель, — пожала я плечами. — Папа сказал, что так зовут нашу биологическую маму… которая, как оказалось, не совсем мама. Или совсем не мама. Короче, ищу образ. Хотя бы визуальный.       — Красиво получилось, — чуть неловко отозвалась Елена, заправляя прядь волос за ухо, как всегда, когда не знает, что сказать.       — Спасибо, — я сжала губы и мягко вытащила блокнот у неё из рук. — Значит, «Мистик Гриль»?       — Ага, — кивнула она, пряча руки в карманы джинсов. — Будет Бонни, Кэролайн… и новенький.       Я прищурилась, подняв бровь:       — Какой новенький?       — Тот, с кем ты столкнулась у туалета, — отмахнулась она. — Его зовут Стефан Сальваторе.       — Стефан… — пробормотала я, обкатывая имя, будто пробую новое вино. — Ладно, пойдём.       — Ты не против, если он присоединится? — осторожно уточнила она.       — Да нет, — хмыкнула я, вставая и накидывая кожанку. — Пусть идёт. Главное, чтобы без сюрпризов.       — Вот и здорово, — облегчённо выдохнула она и снова спряталась за своей классикой — заправила прядь за ухо и направилась к выходу.       Я последовала за ней, чувствуя, как что-то в этом вечере подсказывает: скучно точно не будет.       — Ну, только предупреждаю, если этот Стефан окажется занудой, я уеду на его машине, — предупредила я, догоняя Елену в коридоре.       — У него нет машины, — бросила она через плечо.       — Значит, угоню чей-нибудь велосипед. Главное — эффектно исчезнуть, — хмыкнула я.       На пороге действительно стоял… он. Стефан. На нём была кожаная куртка, немного потёртая, будто досталась по наследству от Джеймса Дина, и он выглядел так, словно сошёл с обложки 50-х.       — Привет, — сказал он, чуть кивнув.       — Привет, туалетный друг, — не удержалась я, проходя мимо.       — Прошу, не называй меня так, — улыбнулся он, чуть смущённый.       — Только если ты не будешь снова блочить мне проход, — подмигнула я, запрыгивая на заднее сиденье.       — Я за рулём, — гордо заявила Елена, — так что держитесь крепче. Или молитесь.       — Или то и другое, — пробормотала я и пристегнулась, как будто мы ехали в Ад и обратно.       Мистик Гриль был, как обычно, полупустой и пах чем-то между жареным луком и драмой.       — Кто платит? — спросила я, бросив взгляд на меню.       — Ты, раз такая смелая, — усмехнулась Бонни, которая присела возле меня.       — Отлично, тогда берём воду. Из-под крана. Всем.       Мы засмеялись, и в этот момент Стефан сел напротив меня.       — Значит, ты рисуешь? — спросил он неожиданно, опираясь локтями на стол.       Я удивлённо посмотрела на него.       — Ты шпионил за мной?       — Нет. Просто у тебя карандаш в волосах, — кивнул он, и я машинально потрогала голову. И правда, торчал карандаш.       — Ладно, детектив. Начнём с этого. А дальше посмотрим, заслужишь ли ты право видеть мои рисунки, — ухмыльнулась я.       — Вызов принят, — ответил он спокойно.       Елена с улыбкой кивнула, явно довольная, что кто-то не боится моих шпилек.       — Значит, ты родился в Мистик Фоллс? — с интересом спросила Кэролайн, сидящая справа от меня, наклоняясь к Стефану так, будто хочет рассмотреть его получше.       — Да, я уехал, когда был совсем маленьким, — кивнул он, с тем тоном, как будто уже отвечал на этот вопрос десять раз за вечер.       — А родители? — не унималась Кэролайн, включив режим интервьюера.       — Мои родители умерли, — спокойно сказал он, но в голосе промелькнула тень.       За столом повисла неловкая тишина. Даже Кэролайн прикусила язык.       — Нам жаль, — поджала я губы, сочувственно, но без пафоса.       — У вас ведь тоже нет родителей? — неожиданно спросил Стефан, глядя прямо на меня.       Я резко посмотрела на него:       — Немного бестактно, — холодно заметила я, потом выдохнула. — Но да, почти угадал. Жила с нашим дядей, которого считаю отцом. Так что… кроме него, родителей у меня нет. Он — единственный, кто остался.       Снова тишина, теперь уже густая, как сгущёнка. Я взяла в руки салфетку и начала крутить её в пальцах.       — Ладно, — встряхнулась я, — а братья, сёстры? Есть?       — Есть, но я с ними не общаюсь, — ответил он, губы сжались в прямую линию. — Сейчас живу с дядей.       Кэролайн, видимо, почувствовала, что допрос зашёл слишком далеко, и быстро сменила тему:       — Стефан, ты ведь ещё не знаешь о завтрашней вечеринке?       — По случаю начала учебного года, — подхватила Бонни, подмигнув ему.       — Вы пойдёте? — спросил он, смотря то на меня, то на Елену.       — Конечно, — кивнула я, мельком глянув на Елену. Та смущённо улыбнулась. — А сейчас… если я не поем, то, клянусь, кого-то укушу.       Стефан дёрнулся. Прям дёрнулся. Я заметила и на секунду прищурилась. Странная реакция. Но отмахнулась. Мало ли, может боится голодных девушек.       — Давайте закажем, — поспешила разрядить обстановку Елена.       Когда мне наконец принесли бургер с картошкой фри (и слава небесам, потому что желудок уже сворачивался в клубок), зазвонил телефон. Я закатила глаза и поднялась:       — Простите, это папа. Обещал позвонить.       Я отошла к туалетам и ответила:       — Да, пап.       — Как дела в Мистик Фоллс? — как всегда спокойно, но с намёком на проверку.       — Всё нормально, вроде, — ответила я, подперев голову рукой.       — Значит, ты уже забыла, кто ты такая, — устало сказал он. — Ты хоть новости смотришь?       — Пап, я была занята… сближением с Еленой, — соврала я, глядя в стену, где кто-то оставил граффити: «Здесь был Тайлер». Прекрасно.       — Если бы смотрела, знала бы, что в городе появился вампир. — Его голос стал строже. — Несколько тел. Без крови. А ты — ни слухом, ни духом.       — Уж прости, что я не экстрасенс, — фыркнула я. — Я стараюсь быть нормальной сестрой. Это труднее, чем охотиться, между прочим.       — Просто будь внимательна. Если что-то узнаешь — сообщи мне, — вздохнул он. — Будь осторожна.       — Конечно, пап. Когда я была неосторожной, напомни?       — Я серьёзно.       — Я тоже. Пока, — отрезала я и сбросила звонок.       Вернувшись за стол, я села как ни в чём не бывало, сделала глоток из стакана и посмотрела на бургер.       — Кто-то хотел поесть, и вот, наконец, этот момент настал, — пробормотала я себе под нос.       Стефан смотрел на меня как-то уж слишком внимательно. Я прищурилась и подмигнула:       — Что, боишься, что и правда укушу?       Он хмыкнул. А у меня где-то внутри закралось чувство, что всё только начинается.       

***

      — Просто признай, Елена, — Бонни скрестила руки на груди и посмотрела на сестру с видом «не выкрутишься».       — Лаадно… он немного симпатичный, — сдалась та, закатив глаза и скрестив руки точно так же.       — У него очень красивые глаза, — сказала я, прищурившись и хитро улыбнувшись. — Такие… как у главного героя из плохого любовного романа.       — Как в описании на задней обложке, — хихикнула Бонни, подыгрывая: — Стефан посмотрел в её глаза, проникая прямо в душу… и она потеряла себя… навсегда.       — Не, ну ты уже перегибаешь, — рассмеялась я, отхлёбывая из бутылки пива.       — Тебе бы тоже не помешало завести кого-нибудь, — Бонни лукаво покосилась на меня. — Кто-нибудь, кто будет хотя бы ревновать тебя к арбалету.       — Мне никто не нужен, — фыркнула я. — Я одиноко одинокий одиночка. Мой парень — это байк и еда.       — А мне вот интересно, кто же по вкусу моей сестрёнки? — Елена игриво толкнула меня плечом.       — Вурдалаки, — прошипела я устрашающим голосом и наигранно закатила глаза.       — Бонни, ты же ведьма, — засмеялась Елена. — Загляни в будущее! Когда моя сестра наконец появится с кем-то, кроме арбалета и своей кожанки?       — Ха, держи! — я передала ей свою пустую бутылку. — Используй как хрустальный шар.       Бонни с усмешкой взяла бутылку, но стоило её пальцам коснуться моих, как что-то в ней изменилось. Она замерла. Лицо стало странно отрешённым.       — Бонни?.. — нахмурилась я, осторожно отдернув руку.       — Я… я увидела ворона, — прошептала она, будто под гипнозом. — И туман… густой… и человека. Его глаза. Я… — она резко отпрянула. — Всё! Всё, забудьте! Это… это алкоголь. Я не ясновидящая. Я просто пьяненькая девочка на вечеринке.       С этими словами она резко развернулась и ушла в сторону бочек. Я не раздумывая рванула за ней.       — Бонни, стой! С тобой точно всё в порядке? — я догнала её у бочки с пивом.       — Прости… если напугала, — выдохнула она, оборачиваясь. — Просто слишком много выпила.       — Только вот беда… — я медленно выдохнула. — Я тоже видела туман и ворона. Не сегодня. Раньше.       Бонни замолчала. На лице отразилось лёгкое напряжение.       — Всё-таки это алкоголь, — отрезала она, словно загоняя эмоции обратно внутрь. — Мы просто перегрелись. Забудь.       Я кивнула, но внутри тревога скребла по ребрам. Я отпустила Бонни и вернулась обратно. Елена стояла в стороне, что-то увлечённо обсуждая со Стефаном. Кэролайн громко смеялась с одноклассниками, а Бонни налила себе ещё. Типичный вечер. Или не совсем. Я молча достала телефон и написала Елене:       «Я пошла домой. Вечеринка как-то… не зашла.»       Засунула телефон в карман, поправила куртку и вышла в ночь. Ветер подхватил прядь волос. И в темноте, чуть в стороне от дороги, мелькнула тень. Как будто кто-то стоял и наблюдал. Я ускорила шаг.       Ночной воздух был прохладным и влажным — дышать стало легче, но по коже пробежал холодок. Я сунула руки в карманы куртки и пошла быстрее, улицы Мистик Фолс и так всегда выглядели слегка жутковато ночью, а сегодня будто особенно.       Я оглянулась. Пусто. Только деревья шепчут о чём-то на ветру, да фонари лениво моргают. Но чувство, что я не одна, не проходило. В какой-то момент я резко остановилась, прислушиваясь. Никаких шагов, ни шелеста. Только… странный хруст ветки позади. Резко обернувшись, я поймала движение — будто кто-то скользнул за дерево.       — Ага, очень смешно, — пробормотала я, сжимая пальцы в кулак. — Джереми, если это ты — я тебя пришибу.       Ответа не последовало. Я сделала пару шагов назад, не сводя глаз с того места, где мелькнула тень. Но никого. Тишина. Густая, давящая. Я достала телефон. Сигнал был слабым, но хватило, чтобы включить фонарик. Посветив в сторону кустов и деревьев, я медленно двинулась вперёд. Ветки качались, как после недавнего движения… но, похоже, никого.       — Ну и бред, — выдохнула я, — это просто вечеринка, алкоголь, вороны и туман. Классика.       Я снова оглянулась и, ускоряя шаг, направилась домой. Но теперь каждое шуршание, каждый стон ветра казались подозрительными.       «Ты разве не смотришь новости?..»       «В городе появился вампир…»       «Тела… обескровленные…»       Слова отца зазвучали в голове снова. И теперь — это уже не казалось паранойей. У моего дома я подняла голову. С крыши сорвался ворон и каркнул, пролетая над головой. Я замерла. Он… смотрел прямо на меня. Да ну, это просто птица… просто птица…       Я вошла в дом и сразу же закрыла дверь. Слишком тихо. И слишком знакомо это чувство — когда твоя шкура знает раньше головы: за тобой следят.       Я опёрлась спиной о холодное дерево и глубоко выдохнула. Сердце всё ещё билось с перебоями — будь оно чуть громче, я бы сама себя выдала. На автомате потянулась к внутреннему карману куртки. Там, аккуратно спрятанный в потайной шов, лежал тонкий деревянный кол, отшлифованный и обработанный вручную ещё летом — отец учил меня, как правильно его затачивать, как держать, как бить.       «Не жди, пока они нападут. Будь на шаг впереди», — в голове всплывал его голос.       Я нащупала рукоять — обмотана тканью, чтобы не скользила в ладони. Лёгкий, но крепкий. Не сломается с первого удара. Я вложила в него всё лето.       — Спасибо, пап, — пробормотала я, вытащив кол и проверив его целостность.       Он был холодным и, как всегда, внушал странное спокойствие. В этом городе нельзя расслабляться. Даже если ты просто шёл домой с вечеринки и вроде бы никому не мешал.       Я сунула его обратно в карман, так чтобы он не торчал, но в любую секунду мог оказаться в руке. Сейчас — я просто школьница. Но если понадобится… я охотник. И кто бы ни наблюдал за мной из тени — пусть знает: я не жертва.