Индиговая роза

Информация из Голосправочника: «Индиговая набуанская роза – стойкий цветок с лепестками насыщенного синего оттенка, произрастающий в Озёрном Краю. Местный сорт естественного происхождения, растущий без применения гибридизации или технологии окрашивания. Цвет глубокий, синий индиговый. Экземпляр имеет густой не приторный запах, отличается крепким бутоном и стволом с острыми шипами. Интересный факт: из-за отсутствия синих роз в природе других планет системы Набу и всего сектора Чоммель, а также из-за фигурирования во множестве сказаний местного народа, они стали олицетворением стремления достичь невозможного и являются воплощением твёрдой воли. Для их взращивания необходим особый состав грунта. Такой присутствует в одном из известных мест: в Озёрном краю планеты Набу. В другой почве роза не приживается. Произрастая в благоприятных условиях, цветок стойко держится на земле и имеет крепкий ствол, порой сильные ветра редко могут согнуть растение. В культурном представлении набуанского народа обладатель синей розы получал возможность исполнения своих желаний». Одно из обычаев Набу: «Синие розы традиционно преподносятся новой королеве на церемонии восшествия на престол. При взятии обязанности вести свой народ юной особе следует крепко держать букет в руках. У роз есть шипы, и боль от них призвана испытать терпение и будто говорит: веди свой народ, и в радости и в горе. Будущему консорту королевы полагается преподнести розы возлюбленной. И ждать согласия. Или уходить ни с чем. В случае успеха по поверью желание как обладательницы роз, так и преподнёсшего их, исполнится. Любовь королевы считается труднодосягаемой, а сады с индиговыми розами – тщательно оберегаемыми от желающих срезать цветок».             Гермодвери мягко приникли створками друг к другу за спиной вошедшей в каюту. И то, что сразу же заметила Лея Органа-Соло, заставило её нахмуриться. В гостиной на столике стояла в вазе роза. Принцесса, нутром ожидающая подвоха, подошла ближе. Интуиция подсказывала ей: подарок появился неспроста. В искусно отлитом из стекла, прозрачного с редкими цветными вкраплениями, сосуде гордо стояла крупная синяя роза. Её бутон, налившийся внутри насыщенным тёмно-синим индиговым оттенком, красив, а мелкие капельки на лепестках указывали на то, что цветок будто бы совсем недавно срезан из оранжереи.             Лея схватила замеченную у вазы записку на флимси, раскрыла. Хмыкнула под нос. Так и есть. На вопрос «Кто мог оставить столь интересный презент?» подтверждение заранее известного ответа найдено. Гранд-адмирал расщедрился настолько, что не только принял на борту Химеры скромную, - и к крайт-дракону ненужную ему, - делегацию от Верховного совета Новой Республики, но и оставил презент одному из советников. «Какого криффа?», - без промедления пронеслась мысль в голове женщины.             Траун ничего просто так не делал. Никогда. Мысленно выдохнула, отметив, что вовремя остановила Соло от того, чтобы тот не сопровождал её в гнездо сарлака. Да и нечего ему тут делать. Со своим характером он мог повернуть и без того сомнительные переговоры в иное русло, а Лея Органа-Соло с доверенными Мон Мотмой советниками планировали ввести в игру как можно меньше факторов, способных негативно повлиять на исход. Достаточно одного гранд-адмирала, чья непредсказуемость в диалоге по результатам первого собрания в конференц-зале дала о себе знать: ни одной уступки, и представители Новой Республики с диким скрежетом на зубах приняли часть обсуждаемых пунктов на имперских условиях.             Желая забыть о нелёгком первом этапе переговоров, Лея вошла в освежитель. Сенатор или советник, а на этой миссии она чувствовала себя не в своей тарелке. Пребывание в душе понемногу снимало накопившееся напряжение. ***             Тёплый махровый халат окутывал со всех сторон, приятно согревая. Принцесса не могла вновь не обратить внимания на цветок, что спокойно стоял в вазе на самом видном месте и будто дожидался её.             Пальцы аккуратно ухватились за ствол растения, вынимая из сосуда. Внимательный взгляд женщины заметил присутствие шипов: опытный садовник искусно удалил бы их, не вредя эстетичной внешности необыкновенного сорта роз, что не редко делали дарители. Однако покуситься на естественный образ такого цветка конкретный благодетель не мог. Это не в духе чисса - он не потерпел бы подобной вольности по отношению к столь чтимому предмету набуанской культуры.             Крепкая, редкая, и весьма запоминающаяся. Иного от экзота-эстета ждать и не стоило. Женщина припомнила, зайдя в спальню, как видела в природе данный сорт роз однажды. На Набу, когда посещала сенатора Пуджу Наберри в её резиденции. Озёрный Край, в его тихих уголках встречались насыщенные синим индиговые бутоны. Принцесса с охотой тогда пожелала взглянуть на них и имела неосторожность прикоснуться к стволу цветка, за что шипы оставили болезненный порез. Острые, не прощающие ошибок, они оберегали красоту растения.             Органа удобно устроилась на подушках и внимательно изучала подарок. Конечно, мысли не обошли стороной и того, кто вручил его. Тщетно отгонять их прочь. Вдохнула аромат, исходящий от упругого бутона. Насыщенный, не тяжёлый, приятный. В приглушенном двадцатипятипроцентном освещении спального отделения гостевой каюты видны мелкие капельки влаги на индиговых лепестках. Хрупки ли они сами?             Будто пробуя на вкус Лея прикоснулась к ним губами, аккуратно прихватывая крайний крупный лепесток, по оттенку близкий к светло-синему. Достаточно крепкий чтобы не порваться. Отпустила и увидела: след от лёгкого смятия остался малозаметной линией. Вместе с тем на губах ощущается немного влаги. Цветок, - вновь пронеслось в мыслях, - казалось, совсем недавно срезали. Неужели и вправду на этом звёздном разрушителе оранжерея? Маловероятно, но не невозможно. Впрочем, на экспресс-вылет курьерского челнока с Набу вполне походит: «Химера» по заданному вектору движения как раз пересекала сектор Чоммель.             Хан практически никогда не дарил ей цветы, а такого гордого и крепкого экземпляра розы от него тем более не дождёшься. Хан… Принцесса не отталкивала бывшего контрабандиста, однако уже не так как раньше отзывалась на его ухаживания. После Татуина их отношения разладились, оставив в основном более деловые. Вопреки согласию на то, чтобы воздержаться и пока не заводить детей из-за Леиных опасений, Соло тогда напоминал о вопросе при удобном случае. Лея твёрдо стояла на своём, а потом - принцессе не удалось сбежать вместе с остальными с Татуина, и в пустыне под палящими лучами двух солнц-близнецов её вместе с картиной поймали. Товарищам пришлось лететь ни с чем. А вот гранд-адмирал в своё распоряжение получил и редкий отличный экземпляр альдераанского искусства со скрытыми шифрами внутри и саму принцессу погибшей планеты…             Лея сумела уйти из синих рук имперца лишь потому, что тот ей позволил. Отпустил под благовидным предлогом, что она немного погостила у него в интересах возможных будущих дипломатических контактов Новой Республики и Империи. И вновь они встретились сегодня на переговорах. Женщина зажмурилась, пытаясь отогнать от себя лишние мысли. Но они лезли упорно в голову. Вспомнился проницательный взгляд алых глаз экзота, остановившийся на ней.             Но сам дипломатический диалог. Советники обоих сторон обсуждали часть из позиций, вынесенных на рассмотрение будущего соглашения, однако весомый аргумент оставался за гранд-адмиралом. Непоколебимый имперец видел и знал всё необходимое. Как надавить на слабые места в предложениях Новой Республики, как подвергнуть сомнению заверения её советников в чём-либо, вынуждая республиканцев принять дополнительные условия со стороны Империи – в конце концов, ведущей стороной в диалоге оказалась именно имперская. Гранд-адмирал в политике вёл бой также уверенно, как и на поле боя. Однако Лея замечала, что чисс скорее делает это из необходимости, по большей части предпочитая наблюдать за ходом дипломатической встречи. Всё же военное дело и искусство находились для него на первом месте.             Советник выдохнула: сдаваться она так просто не намерена. Это был первый день переговоров, в следующий раунд она оставит слово за собой, постарается выгрызть в ответ какие-никакие выгодные условия для Новой Республики. Хватит везде идти на уступки перед беспощадным противником.             В задумчивости не сразу заметила, как бутон розы прислонила к губам. После Татуина… Индиговый цветок крайними светло-синими лепестками напомнил о схожем оттенке суровых губах. Жестких, но умелых. И в то же время каждое их касание требовательно, не подчиниться им сложно. Части упругого бутона не смялись от новых касаний Леиных губ - роза не настолько нежная, как обманчива внешность. Альдераанка тогда сдалась не сразу, до последнего упорствуя, зная, что вариантов более нет. И всё же гранд-адмирал умеет быть убедительным. ***             «Исследуя искусство набуанцев, сложно не заметить, что, несмотря на изысканность в деталях и преобладание мягких линий, тёплый плодородный край планеты, демократически настроенный в основной политической деятельности до имперской власти, этот народ в вопросе защиты своего края и тогда был непреклонен и готов идти до конца. На примере Падме Амидалы, известной как и Падме Наберри, проявившей такие характерные народные черты, заметна решительность в достижении целей. И далеко не всегда демократичны методы решения проблем у её дитя, что более указывает на характер отца».             Чисс в задумчивости рассматривал окружающие его голограммы набуанских предметов искусства. На дублирующем мостике «Химеры» царила приятная тишина. Голоэкраны транслировали как сводные данные по ИЗР, что находился внутри Среднего Кольца известного космоса и совсем недавно пересёк сектор Чоммель, так и дополнительную текстовую информацию.             «Набуанская индиговая роза. Судя по всем доступным данным из преданий народа, церемониальное вручение цветка связано с исполнением желания кандидата в консорты королевы стать партнёром упомянутой, а желание королевы – обзавестись достойным супругом. А что о других набуанцах, связавшихся со столь ценным образцом культуры? Однозначного ответа в открытых источниках нет. Изучив дошедшие легенды, ясно одно: желания обладателей и дарителей индиговых роз часто перекликаются с потребностью человека в любви. Часто, но не всегда. Дар нужно принять, быть благосклонным к дарителю, желание может выразиться и в помощи, и в иной потребности, и в жажде достигнуть власти иным путём, и в вожделении... И всё же во многих легендах завладеть розой не всегда получается - зачастую она выступает и в качестве символа недосягаемой любви. Да, достаточно ответвлений в мифах людского народа Набу, окруживших редкое по местным меркам в своей разновидности растение».             Среди множества предметов искусства взгляд исследователя возвращался к одному объекту. Голограмма не полностью передавала весь цветовой спектр образца цветка, тем не менее, вычитывая дополнительные данные по нему, стратег не мог не отметить, что выбрал наиболее удачный вариант для начала хода. Вживую роза и вправду выглядела эстетично.             «Принцесса Лея Органа. Воспитана в альдераанской культуре, но она не альдераанка по крови», - чисс знал, кто её родители, и выбрал набуанскую культуру. Дочь Скайуокера, он уверен в этом, знала, в том числе, и о своём кровном родстве с родом Наберри. Среди найденных данных оказались свидетельства пребывания принцессы в Озёрном Краю. И индиговый бутон не мог не «порадовать» её.             Сложив пальцы домиком, гранд-адмирал задумчиво смотрел на голограммы. В помещении дублирующего мостика зависла нерушимая тишина. ***             Слишком ярко в помещении. После убавления освещения до минимума остались включёнными дежурные световые панели по краям комнат. Полумрак сейчас приятен глазам. Женщина подхватила вазу с запиской со стола и двинулась в спальную часть каюты. Тихий стук стекла – на прикроватном столике достаточно места рядом с датападом. Пальцы вновь расправили записку. Текст краток, ясен, в рамках этикета. Лея отложила листок флимсипласта к прочим предметам перед тем, как устало рухнуть на заранее расправленную кровать и мягкие подушки. Распущенные тёмно-каштановые пряди рассыпались на белом фоне белья. Глубокое дыхание, почти медитативное, как учил Люк. Она припоминала пару упражнений, призванных расслабить усталый разум, упорядочить мысли.             Нет, сосредоточиться не получалось. Карие глаза нашли взглядом розу, а пальцы уверенно обхватили ствол цветка. Один шип кольнул, несильно, предупреждающе. Лея стерпела, краткая боль даже немного помогла заглушить особо назойливые мысли. Но не прогнала их. Несколько капель попали на кожу, пока женщина перевернулась на бок, и, подперев свободной рукой голову, снова рассматривала презент. В дежурном освещении каюты цвет бутона стал насыщенным тёмно-индиговым. Вот после нескольких секунд удалось рассмотреть место, где зубы прикусили лепесток, и остался след. В задумчивости губами снова прикоснулись к растению.             Память услужливо подсказала ещё моменты из прошлого. Лепесток вновь смяли, отпустили, и он краешком очертил уголок рта. Рука повела бутон цветка ниже. Ещё недавно хранящий капельки влаги в глубине, он пощекотал касанием шею, и затем остановился у ключиц. Лея помнила, как после поцелуев губы экзота приникали к шее. Прикрыв глаза, она принимала их, чувствуя в поцелуях и зубы, что прихватывали кожу. Плечи, ключицы, грудь… Даже сопротивляясь, в итоге она вынужденно, - а её тело охотно, - подчинялась каждый раз, играя по чужим правилам.             Пальцы сжали ствол розы, шипы укололи кожу, и наверняка появилась кровь из ранки. Пусть. Эта внутренняя борьба с собственными мыслями продолжается. Прошедшего не забыть, не стереть. Лея вновь здесь, и прекрасно понимает, что часть её, та, которая поддалась губам имперского гранд-адмирала, не против возврата к истокам. Кажется, даже эта каюта похожа на ту, в которой держали пойманную в пустыне представительницу альдераанского мира.             Липкий от пота, - нет, крови, - палец коснулся низа бутона. Индиговый цвет, и без того тёмный в освещении комнаты, впитал в себя дополнительный оттенок. Крепкий синий бутон, значит. Лея прижала цветок к груди, там, где распахнувшийся халат обнажал кожу. Она не смогла заглушить вызванные на переговорах спокойным глубоким голосом чисса воспоминания. И теперь тщетно пыталась закрыться от них. На борту полно исаламири, но вокруг себя она сейчас не ощущала пустоту в Силе – на удивление в стенах вокруг каюты их нет. На этот раз. И всё же никакая медитация ей не светит – с укоризной отметила.             Шипы царапнули кожу: это не остановило женщину. Одинокая капля влаги сорвалась с бутона и упала на грудь. Синие губы из воспоминаний прикасаются там же. Шипы царапнули около мимолётно задетого соска, лепестки едва утешили, влажный язык лизнул, а тёплый рот накрыл вершинку груди. Сестра джедая, помня, чему учил брат, Силой насыщает воспоминания. Заново переживая их, каждый момент, острее ощущая каждую деталь, в вожделении вспоминая каждое действие.             Лея Органа, - сейчас лучше не помнить о том, что она ещё и Органа-Соло, - прикусывает зубами подушку. Вокруг в спальне полумрак, а перед её мысленным взором из памяти всплывает безошибочно узнаваемый образ мужчины. Прикрыв глаза, сильнее стискивает подушку. Кажется, будто руки чисса вновь изучили её, Лею, всю. Индиговая роза, прижатая рукой к телу, язвительно кольнула у живота.             Больше всего принцесса не желала вспоминать одно. Не бледного синего оттенка сильное тело, без лишней капли жира, в отличной для воина форме. Не руки, чьи пальцы трогали, мяли, гладили. Не губы и рот, что прикасались, сминая, кусая, пробуя на вкус. Все касания предательски отзывались в её теле приятным ощущением внизу живота, в лоне предательски приятно начинало ныть. А из всего прочего Лея тщетно пыталась не вспоминать мерцающие в полумраке алые глаза. Она не без труда смотрела в них поначалу, затем уже привыкла. Но всегда проницательный суровый взгляд чисских глаз оставлял ощущение того, что от их владельца не утаить ничего. Ещё и вкупе с такими характеристиками, как у этого конкретного представителя иного вида.             Индиговый бутон коснулся низа живота, пальцы передвинулись по стволу, держа цветок под самыми лепестками. Шипы нещадно задевали мягкие подушечки, кровь давно выступила в местах царапин. Принцесса принимала эту боль, не проронив изобличающего болезненного звука, лишь изредка сжимая зубами щёку изнутри. Лея провела цветком по коже, придавила лепестки ближе. Синие пальцы прошлись по животу, а она поддаётся навстречу губам и телу воина, желая соединиться со своим врагом. Под взглядом мерцающих алым глаз. Они упорно не забывались, приводя из памяти вслед за алым светом многие моменты, что она обычно так старалась упрятать подальше в мыслях.             Лепестки приникают к мягким влажным складкам, Лея прикусывает нижнюю губу. Его пальцы грубовато надавливают на промежность, отчего женщина тихо шипит. Шипение также слышится в ответ, тихое, предупреждающее. Подушечки женских пальцев нажимают на бутон, его край теснее приникает, один палец скользит внутрь, прихватывая синий лепесток. Органа поддаётся навстречу синим мокрым пальцам, принимая их внутрь, а тело жаждет большего. И без того многозначительно трётся о плотную белую ткань кителя. Новое скольжение и упругий бутон вжимается глубже в лоно. Чисс не торопится. И не спускает внимательного взгляда. Алое мерцание крепко-накрепко въедается в память…             …Обнажённое тело ласкала прохлада комнаты - махровый халат отставлен в сторону. Принцесса Лея уткнулась носом в подушку, выравнивая дыхание. После не минутной слабости, поддавшаяся телесным желаниям слабо утолила возникший зов плоти. Она из-под приоткрытых век глядела на помятый индиговый влажный бутон. На нём поблёскивал слабый свет от дежурного освещения каюты. Кожа на теле местами саднила после шипов. Пальцы со следами крови и влаги от возбуждения гладили синие насыщенные новым оттенком лепестки. Прошло немало стандартных минут, прежде чем женщина закончила раздумья. Нет, она никогда не избавится от того, что возникло тогда. ***             С её способностями следует быть настороже. Она упустила момент, и лишь теперь ощутила отсутствие Силы вокруг. Пустота. Усмехнувшись, переворачивается на бок, подперев голову рукой, и бросает перед собой взгляд в полумрак каюты, безошибочно встречаясь с алым свечением глаз. На фоне белого кителя видна исаламири в руках у мужчины. Синие пальцы почесали животину под челюстью, отчего та на мгновение прикрыла чёрные глаза веками, медленно моргнув. Напоследок погладив любимицу по спине, её положили на рядом стоящее кресло. Хвост ящерицы лениво свесился вниз с мебели.             Губы гранд-адмирала поначалу сжаты в плотную линию. Его взгляд приметил лежащий на подушке набуанский индиговый цветок. Если бы Лея не провела с экзотом некоторое время, то не заметила бы едва различимое движение уголка губ. Короткая усмешка: он добился желаемого результата.             - Подарок пришёлся вам по душе, Лея, - его глубокий спокойный голос нарушил тишину, - У меня есть одно желание.             Она наблюдает за тем, как чисс грациозно и неспешно приближается… ***             -Этот экземпляр является достойным представителем своего вида. Как и вы, Лея, - жёсткие губы накрывают её шею, тихий выдох срывается в ответ, - данный набуанский цветок также манящ, - синего оттенка пальцы скользят грубыми подушечками по женскому запястью, слегка сжимая, - уникален в своём роде, - их пальцы переплетаются в замок, светлая кожа к синей...             Гранд-адмирал накрывает рот женщины, но та во время властной ласки умудряется прикусить губу чисса. А ведь у них одно желание. Алое свечение глаз обжигает тяжёлым предупреждающим взглядом.             -…опасен шипами, - губы вновь накрывают, воин ведёт уверенно, Лея ощущает вкус его крови в то время как её свободная рука поднимается для…, - непокорен, - коротко и резко шипит в наступившей тишине, как только играючи перехватил второе женское запястье и, сжимая сильными пальцами, придавил к постели.             Дочь Скайуокера с упорством пытается выдержать суровый взгляд гранд-адмирала до тех пор, пока её губы снова не захватывают, к нагой коже теснее не прижимаются плотным сукном белого кителя, а коленом не вклиниваются меж влажных бёдер…             … В полумраке каюты на постельном белом белье сплетаются синий и светлый оттенки кожи, чисса и женщины под ним, - так эстетично, - и индиговая набуанская роза лежит неподалёку, одна из невольных свидетельниц происходящего.