Глава 5. Время решений

В машину к Артему Ева садится, одетая в длинную юбку-карандаш и шелковую блузку. Он улыбается, когда девушка закидывает одну ногу на другую и загорелую кожу открывает разрез до середины бедра. — Куда хочешь зайти? — Артем отводит взгляд и выезжает с парковки. — Не знаю, куда отвезешь, — Ева улыбается, когда парень усмехается. Они выходят из машины на подземной парковке торгового центра, и через пару шагов Еву окликает знакомый голос. Внутри у нее все замирает, а Артем рядом ощутимо напрягается. — Сеня? Матвеев стоит в паре метров от них и, когда Ева оборачивается, подходит ближе. Артем кидает на девушку вопросительный взгляд и, получив ответный, уходит ближе ко входу в торговый центр. — Привет, — Ева старается улыбнутся естественнее, но Дима все равно вскидывает бровь, останавливаясь напротив девушки. Привычно берет ее за здоровую руку, пальцами оглаживая тыльную сторону ладони. Обводит взглядом перебинтованную ладонь, но ничего не спрашивает. — Хорошо выглядишь, — вместо приветствия говорит он, окидывая Еву темным взглядом, тут же усмехается: — Ездишь в лес с Олегом, проводишь время с Артемом, получаешь цветы непонятно от кого, но для меня занята, — он заглядывает Еве в глаза, и та впервые отводит взгляд в сторону. Эта мелочь ощутимо надламывает что-то внутри Димы, и он аккуратно кладет ладони на женские плечи, слегка сжимая их пальцами. — Ты же знаешь, что в этот раз так просто я не отступлюсь? — мягко спрашивает Матвеев, и Ева поднимает на него твердый взгляд, скидывая чужие руки и отступая на шаг. — Я знаю, Дима, но и ты должен знать, что как раньше не получится. Это было бы слишком легко и обесценило все мою жизнь во Франции, — Ева отворачивается и коротко кидает на прощание: — Мне пора. Когда она равняется с Красновым, тот демонстративно закидывает ей руку на плечо, притягивая Еву ближе к себе. Взгляд Димы провожает их, пока они не скрываются за дверями торгового центра. Артем ни о чем не спрашивает, лишь лениво поглаживает Еву по плечу пальцами. Они заходят за кофе и потом неторопливо проходятся по этажам, рассматривая имеющиеся магазинчики. Заходят в ювелирный, и Краснов первым делом покупает себе новую серьгу, а Ева присматривает себе украшение для волос в виде шпильки с тонкой веточкой сакуры. В магазинах одежды они пропадают на пару часов, и Артем с улыбкой фотографирует очередной новый образ Евы, когда та выходит из примерочной. Улыбка на женском лице становится для него лучшей наградой за этот день. Вечером они уставшие, но довольные заходят в квартиру Артема. Здесь Ева впервые и с интересом осматривается, пока парень оставляет многочисленные пакеты с покупками в коридоре. Греческие алтари она рассматривает особо пристально и смеется, когда Артем бросает, проходя мимо: — Дыру протрешь, Сень. В Лионе остались такие же. Ева наконец отворачивается и проходит вслед за ним на кухню. — Один все же новый, не видела его раньше. — Нашел его уже здесь, — Артем щелкает чайником и заглядывает в пустующий холодильник, тут же предлагая: — Закажем доставку? Они выбирают еду на ужин, и Ева уходит в ванную, захватив один из пакетов с новым шелковым халатом. По возвращении на кухонном столе ее ждет овощное рагу, кружка чая и пирожные, одно из которых Артем успел съесть, не дожидаясь ее. — Посмотрим выпуск вместе завтра? — предлагает Ева, опускаясь на стул напротив Краснова. — Да, можно. Завтра днем мне нужно отъехать, можем встретиться у тебя или подождешь меня здесь? — Я вернусь к себе, разложу вещи. Артем кивает, и они ужинают за неторопливыми разговорами. Поутру собственная квартира встречает Еву тишиной и немного подзавявшими ромашками. Она меняет воду в вазе и пару часов занимается распаковкой новых вещей, с трудом умещая их в шкаф. Светлый брючный костюм-двойку и кружевной топ с корсетом она сразу откладывает на завтрашние съемки. Проверяет рюкзак с атрибутами, докладывая нужное для ее первого испытания. К ножнам кинжала Ева цепляет крепление для бедра и тут же пристегивает его на правую ногу. Проходится по квартире, проверяя, не слетает ли он под собственной тяжестью, и останавливается напротив зеркала, довольная результатом. Кинжал возвращается в рюкзак, и Сеня собирает отдельную сумку с вещами: пижама, белье, косметичка с расческой. Задумчиво рассматривает попавшее под руку вязаное платье и кладет его вместе с кардиганом. К вечеру приезжает Артем, и вместе они устраиваются на кровати с ноутбуком и собственными ежедневниками. — А нравятся мне ее шпильки, — говорит Ева, когда они начинают смотреть работу Якубович. — Может, и мне на испытание на каблуках поехать? — усмехнувшись, она бросает взгляд на Артема, который понимающе улыбается в ответ. — В поддержку Ольге? — он задумчиво пожимает плечами. — Почему нет, если тебе хочется, Сень. Ева благодарно улыбается ему. На каблуках она ходила не хуже Якубович, из-за невысокого роста почти всю взрослую жизнь. Делая пометки по ходу просмотра, они внимательно наблюдают за работой Ольги, редко что-то комментируя. Самоуверенный выход Райдос они встречают улыбками и коротко переглядываются. За работой жрицы культа предков Ева с интересом наблюдала еще с прихода Виктории на Битву Экстрасенсов. Появление раздраженного Череватого Ева встречает с улыбкой и, наблюдая за ним, поначалу даже забывает отмечать важные моменты в ежедневнике. Артем тычет ее локтем в бок, и Сеня отмирает, бросая на парня взгляд — лукавая усмешка на мужских губах ее слегка раздражает. За консилиумом они наблюдают, переговариваясь и посмеиваясь. Версии экстрасенсов отличаются, и они обсуждают их и свои, появившиеся за время просмотра. Во мнениях с Артемом они расходятся, но не ругаются, как могли бы в начале своего знакомства. На ночь Краснов возвращается в свою квартиру, но в особняк Стахеева они приезжают следующим днем первыми из экстрасенсов и расходятся по своим гримерным. Переодевшись, Ева заходит в общую и здоровается с девочками-визажистами. Пока ей поправляют макияж, в комнату заходит Влад, и Ева бросает на него взгляд через зеркало, напротив которого она сидит. Череватый лукаво усмехается, поймав ее глаза, и садится рядом. — Привет сибирячке, — бросает он, и Ева улыбается, здороваясь с ним. Когда они вдвоем проходят в готзал и садятся на подоконник, она с усмешкой бросает: — Спасибо за цветы, Влад, — за чужой реакцией Ева наблюдает с торжествующим удовольствием. Череватый опускает взгляд и коротко смеется, пальцами потирая татуировку на шее. — Пробилась все-таки, думал: ты, не ты, — он усмехается и поднимает взгляд на Еву. — Понравились хоть? — напускная непринужденность в чужом голосе не обманывает девушку, в отличии от темного лукавого взгляда. — Еще бы мне не понравились мои любимые цветы, — Ева мягко улыбается. — Ты знатно покопался в своем зеркале. — Был бы дураком, если бы не полез глубже того, что ты сама там оставила, — он коротко усмехается и замолкает, когда в готический зал заходит Артем в компании Шепсов. Еще через несколько минут собираются остальные экстрасенсы, и начинают снимать вход в готзал. Бесятина Евы не показывается уже несколько дней, замолкнув после последнего похода на кладбище, не решается мешать бес и сейчас. Ева выпрямляется под камерами между Олегом и Александром. — Добрый вечер, уважаемые экстрасенсы! — зайдя в готзал, произносит Марат. — Совсем недавно с испытания вернулись Ольга Якубович, Виктория Райдос и Владислав Череватый. Разговор об амулете от Череватого для Ольги заставляет Еву улыбнуться, на что сразу обращает внимает Башаров: — Евсения, у вас такая сомнительная улыбка на лице. Вы думаете, Влад лукавит о чистоте своих помыслов? Прежде чем ответить, Ева бросает взгляд на Влада, и тот пакостно усмехается. — Знаете, я вообще думаю, тут каждый может лукавить, кто бы что не говорил, — произносит Сеня и добавляет: — Кто без греха, пусть первый бросит камень. Довольная улыбка Череватого заставляет усмехнуться и ее. Ева отводит взгляд, когда Башаров, наблюдающий за этим, с издевкой спрашивает: — Ева, а вы бы дали свои волосы Череватому? — Дала бы, — легко произносит Сеня, и растерянность на лице ведущего заставляет ее пояснить: — Я уверена, что лично мне Влад не навредит, а если и решится, я в состоянии снять с себя негатив. С ней на удивление соглашается Изосимова, видимо отошедшая от прошлого готического зала, и на этом спор наконец затихает. — Давайте перейдем к оценкам наблюдателей, — произносит Башаров. — Влад, начнем с вас. Полученному баллу 9,6 Ева аплодирует вместе с некоторыми другими экстрасенсами. Оценка Райдос на целый балл меньше, чем у Череватого, удивляет Сеню, хоть ее версия тоже отличается от родового проклятия. Якубович получает 8,4 балла, и Башаров объявляет голосование экстрасенсов: — Уважаемы экстрасенсы, я прошу вас показать, какие оценки вы поставили Владу Череватому. Ева вместе с Ангелиной и Максимом ставит ему десятку, и Влад расплывается в довольной улыбке, поймав ее взгляд своим. Выслушав чужие комментарии, Ева скромно добавляет: — Твое погружение в чужую смерть меня, конечно, каждый раз восхищает, и я согласна с твоей версией полностью, поэтому вот, — она приподнимает десятку повыше и улыбается. Комментарий Артема про школьную медсестру заставляет ее только усмехнуться, вчера она наслушалась подобного на неделю вперед. Башаров объявляет оценки Виктории, и экстрасенсы достают ее фото. Ева разворачивает восьмерку после семерки Олега, и Виктория привычно приподнимает бровь. От комментария Сеня воздерживается, пока за нее и себя все говорит Артем. Девятка для Якубович после десятки Олега смотрится в руках Евы не так уж плохо, и Ольга благодарно улыбается ей. Ева решается прокомментировать свою оценку после объяснения пятерки от Изосимовой: — Больше всего меня, конечно, восхитило, как вы влезли на этот несчастный чердак, — Ева посылает женщине улыбку. — С версией я не согласна, но хочу вас поддержать, поэтому девять. — А без поддержи что бы поставили? — Якубович прищуривается, сканируя Еву взглядом. — Поставила бы восемь, как и Виктории. Я не такой строгий судья, как вы могли подумать в прошлом готзале, — Сеня бросает взгляд на Ангелину, и Ольга улыбается, наблюдая за этим. Когда экстрасенсы заканчивают объяснять свои оценки, Башаров подводит итоги и объявляет голосование телезрителей. Звучит команда «Снято!», и Ева расслабляет плечи, выходя вместе с остальными из готического зала. В своей гримерке она переодевается в джинсы и тонкий свитер и выходит на крыльцо черного входа. Череватый находит ее, когда Ева уже выкидывает окурок сигареты и собирается уезжать. — Быстро ты убежала, а я хотел ритуал обсудить, — он улыбается, останавливаясь напротив. Темные глаза лукаво блестят, а сам Влад ощутимо фонит самоуверенностью, особенно это чувствуется на расстоянии вытянутой руки. — Ты врешь, Влад, — хмыкнув, бросает Ева, и Череватый только довольно улыбается. — Хороша, — с ноткой восхищения говорит он и пристальным взглядом впивается в женские глаза. — Тогда предложу по-другому: ты, я, бесы. Свидание, — обобщает Влад и добавляет с ухмылкой: — на кладбище. Ева смеется, убирая за ухо прядь рыжих волос. — Допустим, — легко соглашается она. — Завтра? — Да ты еще инициативнее меня, сибирячка, — Влад улыбается и провожает Еву до ее машины. — Заберу тебя завтра вечером. Они прощаются, и Череватый провожает взглядом чужую машину, пока та не выезжает с парковки. Следующим днем Ева неторопливо собирается на встречу. Конечно ей понятно, что ни на какое кладбище Влад ее не повезет, поэтому она останавливает выбор одежды на боди без лямок и полупрозрачном платье в пол из черного кружева. Собрав волосы в высокую прическу, Ева надевает на открытую шею легкое колье с рубинами и вставляет серьги из того же набора в уши. Влад встречает ее возле своей машины с букетом ромашек в руках. Окидывает ее темным взглядом и удивительно серьезно говорит: — Бестия. Ева улыбается, принимая цветы из мужских рук. — Спасибо. Надеюсь, интуиция меня не подвела, и ты не решишь все-таки отвезти меня на кладбище в подобном наряде, — усмехнувшись, Сеня садится в машину, когда Череватый открывает для нее дверь. — Господи, помилуй, — со смешком бросает Влад и поправляет ткань платья на женских ногах, украдкой скользнув теплыми пальцами по бедру, открытому длинным разрезом на юбке. Ева бросает на него взгляд из-под светлых ресниц, и Влад отступает, обходя машину и садясь за руль. Дорогу они проводят за разговорами о прошедшем испытании Влада. Небоскреб с рестораном на первом этаже встречает Еву знакомой вывеской, но их провожают до лифта и после небольшой прогулки по коридору открывают одну из дверей. Комната с панорамным видом на вечернюю Москву заставляет Еву улыбнуться. — Как тебе? — спрашивает Влад, выходя из-за ее спины. — Удивлена, — Сеня с благодарной улыбкой поворачивается к нему. — Не знала, что здесь есть что-то подобное. — Старался, — усмехнувшись, Череватый отодвигает для нее мягкий стул за уже накрытым столом и, когда Ева садится, наливает в бокалы ее любимое красное вино. — Страшно представить, что еще ты раскопал помимо всех этих мелочей, — сама не понимая, на что конкретно она намекает, произносит Сеня. Влад садится напротив нее и без раздумий поднимает бокал: — За твоего сына. Ева с усмешкой чокается с ним и отпивает глоток вина. Рождение сына и его происхождение не были тайной для ее близких, но на телевидение Сеня это не выносила. Ей не стыдно за ребенка от насильника и никогда не было. Влада она любила всем сердцем и этим же сердцем люто ненавидела уже давно умершего собачьей смертью его отца. — Разделалась ты с ним красиво, — с намеком произносит Влад и с интересом наблюдает за ней. — Он харкал кровью уже через неделю, — с ласковой улыбкой, но холодными глазами произносит Ева. — Я навещала его в больнице, когда узнала о беременности и хотела сделать аборт. Осознание смерти в чужих глазах тогда безмерно порадовало меня, ведь других радостей в моей жизни на тот момент не было. — Почему не сделала? — мягко спрашивает Череватый и накрывает теплой рукой мелко подрагивающую женскую ладонь. — Здоровье не позволило, — произносит Ева, и он понимает, что в этот раз подробностей не будет. — Тогда выпьем за китайского чернокнижника? — с усмешкой произносит Влад, свободной рукой поднимая бокал. — И до сюда добрался, — Ева смеется, и они пьют не чокаясь. О Диме они, конечно, больше не вспоминают. Разговаривают о чем-то отвлеченном, о чернокнижии и съемках. Когда мелодия на фоне сменяется на более медленную, Влад приглашает ее на танец. Соглашается Ева, не раздумывая. Ей приходится запрокинуть голову, чтобы увидеть довольную улыбку на лице Череватого, когда тот за талию прижимает Еву к себе. Они неторопливо вальсируют, и чужое тепло, волнами исходящее от мужского тела, заставляют Сеню окончательно расслабиться. В компании Влада оказывается потрясающе уютно, и это чувство даже возвращает Еву в детство — в дом матери, где всегда было тепло и пахло только собранными или сушеными травами. Когда мелодия заканчивается и они останавливаются посреди комнаты, Еве категорически не хочется отпускать чужие плечи и возвращаться за стол. Она отводит взгляд, и несколько мгновений они молчат в объятиях друг друга. Уже отступая на шаг назад, Ева чувствует, как на талии крепче сжимаются чужие пальцы, и Череватый впечатывает ее в свое пылающее тело. — Больше не убегай, — коротко бросает Влад и наклоняется, накрывая губы Евы своими. Он сразу целует ее горячо, раздвигает губы языком и оглаживает пальцами спину. Ева отвечает ему так же отчаянно, сжимая руками мужские плечи. Они не закрывают глаз, и чужой темный взгляд пробирает Сеню до глубины души. Подрагивающими пальцами она зарывается в мужские волосы и ощутимо кусает Влада за нижнюю губу. С шумным выдохом тот отстраняется и демонстративно слизывает с губы каплю крови. — Бестия, — с дьявольской усмешкой шепчет Череватый, и Сеня сама притягивает его для очередного поцелуя. Выпускают друг друга из объятий они только через несколько мгновений. Ева отступает и, бросив взгляд на свое тусклое отражение в стекле за спиной Влада, пальцами стирает размазанную помаду с губ. Череватый о подобном не беспокоится, лишь наблюдает за ней с легкой усмешкой. — Что? — с претензией спрашивает Ева, уже отошедшая от пожара внутри лишь от поцелуя. — Признайся, — вкрадчиво начинает Влад, смотря на нее исподлобья. — Приворожила меня? Ева распахивает удивленные глаза и, даже не пытаясь сдерживаться, заливисто смеется. — Господь с тобой, Череватый, — она переводит дыхание от смеха и садится на свое место за столом. — Мне сейчас только этого и не хватает. — А что, я между прочим видный мужчина, — с усмешкой Влад садится напротив и привычным жестом потирает пальцами подбородок. — Да кто ж с тобой спорит, — с мягкой улыбкой соглашается Ева. Ужинать они заканчивают через час и неторопливо выходят на улицу. Переложив букет в одну руку, Ева закуривает, пока они останавливаются на парковке. — Надеюсь, за руль сейчас садится не будешь? — спрашивает Ева, и Влад улыбается. — Волнуешься, бестия? Ева закатывает глаза, пока Череватый посмеивается и вызывает ей такси. Он провожает ее до машины и открывает для Евы дверь. Когда та садится, Влад наклоняется и за шею притягивает девушку к себе, коротко целуя удивленно распахнутый рот. — До встречи, бестия, — бросает он и закрывает дверь, пока Ева не успела ответить. Всю дорогу до дома с женского лица не сходит мягкая улыбка. Квартира встречает Еву вернувшимся бесом, и она даже не пытается прогнать его, пока тот раздербанивает корзину с розами. Пол усыпают белые лепестки, и бесятина радостно хохочет, наворачивая круги возле остановившейся Евы. — Довольная, довольная, — приговаривает бес, щурясь почти белесыми глазами. — Бес видит беса издалека, — бросает с намеком на чернокнижника и наконец исчезает, оставив после себя беспорядок и запах растерзанных роз. Ева вздыхает и, собрав мусор, выносит то, что осталось от цветов, вместе с корзиной на лестничную клетку. Второй букет с ромашками она оставляет в ведре с водой, потому что ваза у нее здесь всего одна. Приняв душ, она выбирает наряд на завтрашние съемки и останавливается на черном брючном костюме с жилеткой вместо пиджака и бордовой шелковой рубашке. Утром ее грохотом разбитой кружки будит бес, и Ева заранее представляет, что начнется на съемочной площадке с ее приходом. В особняк Стахеева она приезжает уже одетая в костюм, поэтому сразу проходит в общую гримерную. — Привет, — она улыбается Шепсам и садится в кресло к визажистке. Олег бросает непередаваемый взгляд на маячащего за женской спиной беса и поспешно уходит в готический зал. Саша провожает его смешком и поворачивается к Еве. — Нормально, встал не с той ноги, — он улыбается, показывая белоснежные клыки, и Сеня понимающе кивает. Через несколько минут с ее макияжем заканчивают, и она уходит в готический зал. Олега там нет, на подоконнике привычно сидит Влад, а возле зеркала разговаривают Ольга, Виктория и Ангелина. Ева присаживается рядом с Череватым, и тот, не скрываясь, берет ее руку в свою, переплетая пальцы. Она провожает это действие удивленным взглядом, но не сопротивляется. — Как добрался вчера? — Хорошо, — Влад улыбается, повернувшись к ней. — А ты как? Надеюсь, не решила меня за это время четвертовать за что-нибудь? — Четвертовать Череватого? — со смешком повторяет Ева. — Нет, Влад, все в порядке. — Это главное, — он мягко улыбается, сжимая женскую руку в своей. В готзал проходят остальные экстрасенсы, и режиссер командует построение в коридоре. Когда успел исчезнуть бес, Ева не замечает, но съемкам он на удивление не мешает. Сеня стоит между Александром и Артемом, когда в зал заходит Марат: — Добрый вечер, уважаемые экстрасенсы! Он напоминает о прошедшем испытание и объявляет оценку от телезрителей для Райдос, которая получает 6,3 балла, что удивляет почти всех экстрасенсов. — Виктория, вы обходите Ангелину на 0,1 балла и пока занимаете третье место в нашей турнирной таблице, — произносит Башаров. — Перейдем к оценке Ольги. Якубович получает 6,7 балла и смещает с третьего места Викторию, отстраненное выражение на лице которой не скрывает досаду в женских глазах. Когда переходят к оценке Череватого, Ева бросает на того взволнованный взгляд, и Влад отвечает ей короткой усмешкой в уголке губ. Мужчина получает 8,6 балла и занимает уверенное первое место. Ева с Олегом единственные аплодируют чужому результату, на что сразу обращает внимание Марат: — Поздравляю, Влад! Заметили, что аплодируют вам лишь Олег, которого вы сместили с первого места, и Евсения, такая же чернокнижница как и вы? — Ну, она хлопает не поэтому, — с намеком бросает Череватый, но кроме их двоих, никто пока не понимает смысла этой фразы. — Что ж, я объявляю следующую тройку экстрасенсов, — произносит Марат, — легендарный медиум Александр Шепс, очаровательная чернокнижница Евсения Виалар и любимый колдун Ангелины Изосимовой Максим Левин. Вперед! После привычной команды «Снято!» экстрасенсы расходятся по гримерным. Ева заходит в общую за своей сумкой, и менеджер передает ей билет на завтрашний самолет. За дверью черного входа ее ждет Влад, и Ева останавливается напротив, доставая из сумки сигареты и закуривая. — Преследуешь? — с улыбкой спрашивает она, выдыхая дым в сторону. — Хотел пожелать удачи, — с ухмылкой бросает Влад и, даже не оглядываясь по сторонам, рывком прижимает Еву к себе за талию, накрывая чужие губы своими. Скользит языком в рот, пробуя вкус сигарет, и кусает Сеню за нижнюю губу напоследок. Черти в темных глаза так и пляшут, когда он отстраняется и отпускает девушку. Застывшая от удивления, она молча провожает удаляющуюся фигуру взглядом и вздрагивает, когда догоревшая до фильтра сигарета обжигает пальцы. — Черт бы тебя побрал, Череватый, — выкинув окурок, произносит Ева, но убрать довольную улыбку с лица не может.