Глава 10. В сердце перемен

Четыре свободных дня Ева проводит в раздумьях, пока ее не отпускает волнительное предчувствие. По утрам Влад уходит на работу, а она занимается документами отца. Вечера они проводят вместе, разговаривают за совместными ужинами или смотрят фильмы. Череватый пытается вытащить ее на прогулку, но идти ей куда-то не хочется. Из-за нерегулярного цикла Ева не сразу обращает внимание на задержку, но на шестой день, утром перед готическим залом она замирает перед зеркалом в ванной и накрывает ладонью живот. Все странные ощущения оставляют ее разом, и Ева стоит в тишине и пустоте. Она никогда не сканировала свое физическое состояние, у нее не было медицинского образования и способностей к целительству как у ее мамы. Не решается Ева и сейчас, с трудом убирает с живота руку и отводит взгляд от своего отражения. Проснувшуюся внутри надежду она усилием подавляет, но все-таки решает купить сегодня тест на беременность. Радоваться раньше времени она себе запрещает и умывается холодной водой, отпуская мысли. Влад ждет ее за столом на кухне и сразу впивается пристальным взглядом в слишком спокойное лицо Евы. — Все нормально? — спрашивает он, когда она садится напротив и берет в руки кружку с кофе. Согревает заледеневшие пальцы и коротко улыбается. — Да, Влад. По прищуренному взгляду понимает, что он не слишком ей поверил, но Череватый отводит глаза и молча приступает к завтраку. Всю дорогу до особняка Стахеева они проводят в тишине, Влад больше ее ни о чем не спрашивает, хоть и бросает обеспокоенные взгляды на задумчивое женское лицо. Погруженная в свои мысли, Ева заставляет себя сосредоточиться, когда в готический зал проходит Марат. Стоящий справа от нее, Артем бросает на нее взгляд, пока она расправляет напряженные плечи. — Добрый вечер, уважаемые экстрасенсы! — произносит Башаров. Во время обсуждения прошедшего испытания, пока Олег в своей манере хвалит Ольгу, Ева едва не пропускает камень в свой огород, когда он бросает, что Якубович никуда не ушла. «В отличии от некоторых» повисает в воздухе, и Сеня широко улыбается, когда Башаров переводит на нее взгляд. Ведущий объявляет оценки наблюдателей, и Ева стирает с лица напряженную улыбку. Ей становится искренне жаль, когда Якубович оценивают хуже всех в их тройке. Рядом с ней кипит от гнева Артем, и Ева мимолетно задевает его руку своей, пока он нервно не убирает ладони в карманы брюк. Башаров просит достать фото Ольги, объявив о голосовании экстрасенсов. Ева вместе с Артемом ставит ей десятку. Пока все комментируют свои оценки и начинают спорить, Ева вновь погружается в собственные мысли. В вихре чужих энергий она думает о призрачном шансе на беременность, которую она ждала столько лет. Внутри ее мелко потряхивает от надежды и страха разочарования, Ева прикусывает щеку изнутри и переводит взгляд на Артема. Тот ловит ее глаза своими и задумчиво прищуривается. Обоим Шепсам Ева ставит семерки, но не влезает в рассуждения, лишь коротко соглашается, что Олег все-таки повоздействовал на Сашу. На обратном пути домой Ева просит Влада заехать в аптеку и останавливает его за плечо, когда тот собирается идти вместе с ней. — Я сама, сиди, — она старается улыбнуться расслабленее и коротко целует его в губы напоследок. Он чувствует, что Ева что-то скрывает, но с расспросами не лезет и лишь провожает ее фигуру взглядом. Сеня возвращается с тремя упаковками разных тестов в сумке и демонстративно держит в руке пачку обезболивающих и гематогенку, которую протягивает Владу уже с куда более искренней улыбкой. — Тебе, — произносит она, пока Череватый со смешком кладет подарок в карман. — Спасибо и на этом, Сень. Они переглядываются, и смеющиеся глаза Евы успокаивают его, заставляя отпустить лишние мысли. Тест на беременность она делает только следующим днем, когда Влад уходит. Она провожает его до двери и потом наблюдает из окна кухни, как он садится в машину и уезжает. В ванной она все равно закрывается на замок. Тишина и пустота давят на виски, пока Ева ждет результаты. Лихорадочно блестящие глаза в отражении зеркала раздражают ее сводящей с ума надеждой, и она отворачивается, зачесывая назад пальцами растрепанные волосы. — Нервничаешь, — констатирует очевидное появившийся бес и смеется, устраиваясь на полу душевой, пока Ева молча переводит на него взгляд. Оставшуюся минуту они ждут вместе, и она даже немного успокаивается. Все три теста показывают две полоски, и у нее подрагивают руки, пока она опустошенно опускается на пол ванной. Переживания оставляют ее разом, внутри разливается потрясающее спокойствие, и Ева приглушенно смеется, прикрыв ладонью растянутый в широкой улыбке рот. — Дождалась? — лениво спрашивает бес, и Ева поднимает на него затуманенный взгляд. Он усмехается и исчезает, не дожидаясь ее реакции. Вырванная из своих мыслей, Сеня глубоко вздыхает и поднимается на ноги, хватаясь пальцами за раковину. Тесты вместе с упаковками она возвращает в свою сумку и наконец выходит из ванной. Проскальзывает мимолетная мысль, что это может быть ребенок Димы, но она не решается пока даже думать о подобном. Лишь опускается на диван в гостиной и бронирует билет на самолет до Новосибирска. Мама поднимает трубку через три гудка, и Ева улыбается, слыша ее голос. — Привет, Сень, — на фоне у нее шумит ветер, немного заглушая и так постоянно тихий голос мамы. — Привет, мам. Ты в деревне? — Да, в лес иду. У тебя что-то случилось? В детстве у них была очень тесная связь, но за время на расстоянии она, конечно, немного ослабла, хоть мама и продолжала считывать ее по одному лишь голосу. — Да, — Ева коротко улыбается. — Я завтра вечером прилечу к тебе. Сможешь вернуться в квартиру? — Конечно. Приготовить твой любимый салат? — Да, спасибо, мам. Они прощаются, и Ева собирает небольшую сумку с вещами. Объяснять свое завтрашнее исчезновение Владу она не планирует, лишь рассчитывает, что сможет незаметно уехать в аэропорт, пока он будет в общей гримерной. Череватый привычно возвращается вечером, к этому времени Ева успевает привести свои мысли в порядок и улыбается ему она абсолютно спокойно. Они ужинают вместе, и Влад рассказывает ей про свои проекты. Слушая его голос, Ева рассматривает чернокнижника, но не понимает, почему спустя почти восемь лет и почему именно он. Она не может сказать, что любит Влада — прошло всего несколько недель их отношений, и он показал себя противоречивым человеком. Единственный, в ком она уверенна безусловно, это Артем. Он никогда не оскорблял ее, любил ее сына, всегда их поддерживал и, даже зная, что она проклинает его из-за отказа от ученичества, он все равно приходил к ней, хоть и был в силах снять все сам. Осознание этой преданности заставляет Еву в очередной раз улыбнуться, и Влад напротив замолкает на полуслове. Под его темным взглядом она поджимает губы. — Ты думаешь о Краснове? — спрашивает он через мгновение. Напряженная ревность в его голосе заставляет Еву окинуть его пристальным взглядом, но она все равно не собирается врать. — Да, Влад, задумалась, — размеренно произносит Ева. — И часто ты будешь о нем думать? — продолжает он с той же претензией в голосе. Ева устало вздыхает и откидывается на спинку стула. Череватый наблюдает за ней с непонятной для нее обидой во взгляде и поджимает губы. — Влад, ответь мне на один вопрос, — с прежним спокойствием начинает Сеня. — Я тебе изменяю? — Нет, — отвечает он через мгновение, и уверенный голос немного обнадеживает ее. — Отлично, — Ева позволяет себе короткую улыбку. — Тогда скажу так: если ты поставишь меня перед выбором, я выберу его. Влад сцепляет дрогнувшие пальцы в замок и сжимает зубы так, что на скулах выступают желваки. От его леденящей энергетики у нее по спине пробегают мурашки, но Ева не показывает, что он напугал ее. — Но я выберу его не потому, что у нас что-то есть, а потому что он никогда меня не оставит, — продолжает Ева, когда испуг немного отступает. — Лучше тебе подумать и решить сейчас, нужна ли тебе такая женщина как я. Пока это все не зашло слишком далеко. Она поднимается и выходит с кухни, оставляя Влада одного. В спальню он заходит, когда Ева уже ложится спать. За спиной у нее прогибается постель, но Влад не притягивает ее к себе, как делал все дни до этого. Сеня стирает с лица печальную улыбку и крепче обнимает подушку. Утром она говорит Владу, что поедет на своей машине, и тот выходит из квартиры, не дожидаясь ее. Ева провожает взглядом его спину и, проверив в сумке ключи от своей квартиры, накидывает пальто и выходит из дома. Машины Череватого на парковке уже нет, и она коротко иронично улыбается. Встречаются они уже на съемках, но стоят они в разных концах шеренги экстрасенсов, поэтому Ева даже не старается поймать чужой взгляд. Влад активно участвует в беседе, но на нее все равно не смотрит. Все съемки Ева проводит в раздумьях о разговоре с Владом и предстоящей встрече с мамой. В общей гримерке она желает удачи на испытании Ангелине и, попрощавшись со всеми, выходит из особняка. Дорога до аэропорта из-за пробок занимает больше времени, чем она рассчитывала, и Ева едва не опаздывает на рейс. Включив режим полета на телефоне, она убирает его в сумку и четыре часа в самолете просто смотрит в иллюминатор. Когда она наконец выходит из Новосибирского аэропорта, сна у нее не в одном глазу. В душе поднимается небольшая нервозность, но радость от возвращения затмевает ее почти сразу. Их квартиру она открывает своим ключом, и на шум из кухни выглядывает ее мама. Полненькая невысокая женщина с мягкими чертами лица, если бы не полностью седые волосы Ева не дала бы ей больше пятидесяти лет. — Привет, — Сеня улыбается, опуская сумку на пол и снимая пальто. — Здравствуй, дорогая моя, — произносит мама и опускает проницательный взгляд на ее живот. Ольга ничего не спрашивает, пока они обнимаются и проходят на кухню. Встречает Еву накрытый стол, и, налив в кружки чай, мама садится напротив нее за стол. Лишь наложив дочери салат в тарелку, она поднимает на нее такой знакомый взгляд, означающий «я и так уже все знаю, но тебя обязательно выслушаю». — Я беременна, — начинает Ева, зачерпнув вилкой салата, но так и не подняв ее. Ольга кивает, отпивая чай из кружки, и она продолжает: — Сделала вчера три теста. Знаешь, я так ждала этого ребенка, а что сейчас делать не представляю. Битва еще эта. Ева вздыхает и все-таки отправляет в рот вилку салата. Любимый вкус заставляет ее улыбнуться, и она поднимает на маму довольный взгляд. — Вкусно. Ольга улыбается ей в ответ и, отставив кружку, как всегда проницательно спрашивает: — Ты сомневаешься в отце ребенка? — Да я как-то и не думала о его отце, — признается Сеня. — Ты знаешь, что я никогда не верила, что вообще когда-нибудь выйду замуж. Я смогу воспитать ребенка и одна. — Сможешь, Сень, — соглашается мама. — Вопрос в другом: хочешь ли ты этого. Если не уверена в человеке, то лучше, конечно, и не рассчитывать, что с появлением ребенка он изменится. Ева опускает задумчивый взгляд, и перед глазами вновь встает злое лицо Влада, пока по спине пробегают мурашки. Она вздыхает и отпивает чая из кружки. — Ты сможешь посмотреть срок? — спрашивает Ева в конце ужина, помогая маме убрать со стола. — Конечно, — Ольга споласкивает последнюю кружку и вытирает мокрые руки полотенцем. — Приляг пока на диван. Ева проходит в гостиную и ложится на диван, пока мама зажигает какие-то травы. Оставив серебряный поднос с дымящимся сбором на подоконнике, она садится рядом с ней и накрывает ладонью низ живота. Ей не нужно читать молитвы, как это делает Сеня, поэтому минут пять они проводят в тишине. — Срок около двух с половиной недель, — наконец произносит мама, и Ева окончательно понимает, что это ребенок не от Димы. Необъяснимая печаль внутри заставляет ее закусить нижнюю губу, лишь бы на глаза не выступили слезы. Она не ждала ребенка от Димы на двадцатой Битве, но понимает, что не отказалась бы от него сейчас. Это бы многое упростило и позволило бы ей вернуться без чувства вины за отказы, но жизнь не любит делать ей подарки, это Сеня поняла давно. — Я не уверена, — начинает Ольга, и Ева отбрасывает мысли, поднимая на нее взгляд, — но у тебя многоплодная беременность. — Что? — нахмурившись, переспрашивает она. — У тебя двойня, Сень, — спокойно повторят мама и убирает руку. Ева лежит в прострации несколько минут, пока она поднимается с дивана, убирая догоревшие травы и открывая окно для проветривания. Ольга оставляет ее одну, и Ева наконец поднимается, уходя в свою комнату. Здесь все осталось по-старому, ее вещи на своих местах, кровать заправлена, а в углу до сих пор стоит детская колыбель Влада. Мысль о двойне она принимает на удивление легко, большую роль в этом играет то единственное видение о двух младенцах на мужских руках. А вот понять, кто тот самый мужчина, она не может до сих пор. Про телефон Ева вспоминает только через час, вернувшись из душа и разобрав сумку с вещами. Она отключает режим полета и просматривает пропущенные от Влада и Артема, который звонит вновь через мгновение. — Сеня, ты куда пропала? — спрашивает он первым делом. — Я в Новосибирске, вернусь к съемкам готического зала, — произносит она и почти видит, как у Артема приподнимается в удивлении бровь. — Когда успела? — интересуется он со смешком и тут же добавляет: — Ты бы хоть своего цербера предупредила, а то он вломился ко мне. Думал, разнесет мне квартиру. Артем рассказывает об этом с легкой насмешкой в голосе, но Ева лишь вздыхает. — Я собираюсь закончить отношения с Владом, — произносит она ровным голосом и понимает, что она действительно это сделает. — Почему? — немного растеряно спрашивает Краснов. — По той же причине, по которой он первым делом вломился к тебя, — Ева поджимает губы и вздыхает. — Ладно, потом об этом. — Хорошо, Сень, — легко соглашается Артем. — Передавай привет маме. Они прощаются, и Ева ложится спать, поставив телефон на беззвучный режим. — Сеня, просыпайся. Мама распахивает шторы в ее комнате, едва за окном занимается рассвет. Гладит ее по голове, пока Ева со стоном утыкается в подушку, и добавляет: — Поедем в деревню. Когда за мамой закрывается дверь, Сеня все же садится на постели, бросая еще сонный взгляд на оживающий город за окном. Через полчаса они уже сидят в машине и, пока Ольга везет ее по знакомой до каждой ямы дороге, Ева лениво следит взглядом за мелькающими за окном деревьями. Небольшой дом на окраине деревни встречает их тишиной и покачивающимися на ветру простынями, перекинутыми через натянутые во дворе веревки. Ева не была здесь больше пяти лет и теперь потерянно осматривается, пока мама заносит в дом свою сумку и пакет с продуктами. Сеня останавливается рядом с опустевшей будкой, и фантом их постаревшего пса не заставляет себя ждать. — Привет, — с печальной улыбкой Ева присаживается на корточки и протягивает руку, которую тут же радостно обнюхивают. Погладить призрака у нее вряд ли когда-нибудь получится, и это вкупе с тем, что последний раз она видела пса еще живым, неожиданно расстраивает ее. — Хватит играться с ним, Сень, — Ольга выходит из дома вместе с корзиной для трав. — Пойдем в лес, сделаем тебе укрепляющий обряд, а то дети будут тянуть столько энергии, что тебе ни на какую Битву не хватит. По пути мама часто останавливается, чтобы сорвать ту или иную траву, и на уже знакомую поляну они выходят не скоро. Пока Ева привычно опускается на колени в центре, Ольга оставляет корзину на земле и накрывает ее голову светлой полупрозрачной тканью. — Поставь непрогляд от Череватого, — просит Ева, пока мама не успела начать обряд. Та молчит несколько мгновений и все же спрашивает: — Так это его дети? — ответа она не ждет, сразу добавляя: — Поставлю, Сень. Несколько часов они проводят в тишине леса, лишь шелестят ветками деревья и иногда слышатся издаваемые птицами звуки. Мама ходит вокруг нее молча, и Ева только чувствует значительный прилив сил. — Вставай, Сень, — зовет ее Ольга, когда она уже прикрывает глаза и перестает следить за передвижениями мамы. — Как себя чувствуешь? — Все хорошо, — отвечает Ева, поднимаясь. Ольга присаживается рядом с ней и растирает затекшие ноги дочери ладонями. Тяжесть отступает, и Сеня благодарно улыбается. — Ну прогуляйся пока, я закончу тут свои дела, — мама гладит ее по щеке и отходит к корзине с травами. Ева возвращается по тропинке к дому, и фантом пса встречает ее еще за воротами, приветствуя радостным лаем. Остальные три дня они с мамой проводят в деревне. Сеня помогает ей посеять какие-то травы в цветочные горшки, разбирает вместе с ней засушенные пучки и даже кладет несколько в свою сумку для Артема. В день съемок готического зала мама в пять утра привозит ее в аэропорт и крепко обнимает ее. — Обязательно приезжайте с Артемом, — наказывает Ольга с мягкой улыбкой, и Ева смеется. — Хорошо, — Сеня целует маму в щеку и, подхватив сумку, идет на регистрацию рейса. В семь утра по местному времени ее встречает утренняя Москва.