Глава 25: Вечная ночь (5-я ночь: четверг)

Тик… Ночь в Йокогаме обычно была шумной. Так… Это было время, когда люди заканчивали работу и проводили время за покупками и общением. Это было также время, когда те, кто прячется в тени, выходят, чтобы оставить свой след в изолированном городе. Тик… Но сегодня вечером все было тихо. Огни в городе полностью погасли — их поглотила тишина. Впервые за долгое время в Иокогаме стало так темно, что звезды в ночном небе смогли ярко засиять. На улицах не было видно ни одного человека или машины, пока часы медленно тикали. Так… Казалось, весь город затаил дыхание, ожидая, когда наконец наступит неизбежное. Тик… БООООООООМ!!! Раздались множественные звуки взрывов, когда багровый свет распространился по городу. Всего за долю секунды тишина исчезла. Белый Жнец стоял на крыше здания, в его глазах отражалось пламя, бушующее вокруг него. Он закрыл глаза, прислушиваясь к крикам и выстрелам, которые наполняли воздух вокруг него. Почувствовав приближающуюся опасность, он подпрыгнул в воздух, едва увернувшись от ракеты, которая полетела в его сторону со стороны другого здания. В тот момент, когда он приземлился, он оттолкнулся от здания, на котором находился, и бетон под его ногами разлетелся вдребезги от силы удара. Тигр пролетел по небу, когда в него полетели еще две ракеты. Прежде чем эти ракеты смогли приблизиться, демон в белом появился, казалось бы, из ниоткуда. От взмаха ее меча ракеты разделились надвое и взорвались, создав дымовую завесу, закрывшую обзор врагу. “Черт! Где он?” “Я не вижу!” Это были последние слова, сказанные врагами перед тем, как их головы упали со здания в море пламени внизу. Тигр уставился на убывающую луну в прекрасном ночном небе, затем вниз, на хаос, созданный одним человеком. Война за выбор официально началась.

◤◢◣◥◤◢◣◥◤◢◣◥◤◢◣◥

“Ч-что, черт возьми, это было?” Каминари разинул рот после того, как пламя погасло и комната снова погрузилась в темноту. “Все охвачено пламенем ...!” Урарака не могла поверить своим глазам. “Что происходит? Как это произошло?” Очки Ииды отражали багровый свет за окном. “Вот вопрос”, - заговорил Дазай, успешно вернув внимание детей к себе. “Что ты собираешься делать?” “Ч-что ты имеешь в виду, что мы собираемся делать?” Каминари запнулся. “И еще, Хагакурэ! Где она?” “Верно, где Хагакурэ?” Ашидо едва смогла сдержать панику в своем голосе. Мидория и некоторые другие одноклассники огляделись по сторонам и действительно, Хагакурэ нигде не было. “Что происходит? Почему Хагакуре-сан ушла?” Мидория услышал вопрос Яойорозу, но никто не смог дать ей никакого ответа. “С девушкой все в порядке. Ты скоро сможешь встретиться с ней, но не раньше, чем ответишь на мой вопрос ”, - Дазай поднял руку, когда где-то в городе прогремел еще один взрыв, и в небо поднялся новый столб дыма. “Это”, он уставился на детей. “Что вы, как Герои, думаете об этом?” Мидория стиснул зубы, услышав этот вопрос. Этот человек... это разрушение... как он мог игнорировать все это с улыбкой и повернуться, чтобы спросить их, что они думают? “Что… как ты относишься к человеческим жизням?!” Мидория едва удержался, чтобы не выкрикнуть эти слова. Он не мог сдержать гнев, поскольку воспоминания о Мике и детях продолжали мелькать в его глазах. Глядя на этого человека и слушая его слова, Мидория не мог контролировать темные мысли, пытавшиеся пробиться наружу. Это было удушающе. “Тогда как ты относишься к человеческим жизням?” Дазай задал ему вопрос прямо в ответ. “Ты считаешь их ниже себя? Что они всего лишь слабаки, которые ничего не могут сделать сами?” “Конечно, нет!” Урарака ахнул от обвинения. “Слабых нет!” “Но тот факт, что вы чувствуете, что для вас — как для Героев — вполне естественно спасать их... вам не кажется, что это само по себе является формой высокомерия?” “Наша работа как Героев - защищать людей”, - твердо сказал Иида. Дазай наклонил голову, глядя в эти твердые взгляды. Было очевидно, что весь класс согласился с комментариями своих одноклассников. “Это так?” Услышав какой-то звенящий звук, Мидория перевел взгляд на левую сторону комнаты и увидел, как Чуя ставит на стол два металлических футляра. После быстрого ввода нескольких паролей чемодан со щелчком открылся. Мужчина открыл их и поставил рядом, давая детям полное представление о содержимом внутри. Мидория уставился на эти металлические кольца, которые были аккуратно разложены по чемоданам. В одном чемодане их было десять, но во втором не хватало одного с пустой прорезью, так что их было всего девять. “Раз ты так настаиваешь на помощи людям, постройся”, - босс портовой мафии хлопнул в ладоши, как учитель, призывающий учеников выстроиться на экскурсию. “Чуя поможет тебе надеть это”. “Что это?” Осторожно спросил Яойорозу. “Что, если я скажу вам, что это бомбы?” Небрежно ответил Дазай, отчего у всех них волосы встали дыбом. “Ч-что ты сказал?!” Минета пискнула. “Мы бы ни за что так не надели!” Закричал Каминари. “Нет, ты наденешь их”, - улыбнулся Дазай. “А теперь давай, выстраивайся ~” Юные Герои стояли там, уставившись на этого безумца широко раскрытыми глазами. Улыбка Дазая длилась всего три секунды, прежде чем его лицо стало устрашающе пустым. “Чуя”. В тот момент, когда прозвучало имя Чуи, его фигура превратилась в размытое пятно, и Мидория внезапно уставился в холодные голубые глаза мужчины. А потом... в его мире ненадолго воцарилась тишина. Когда он пришел в себя, в его пульсирующей голове раздался громкий звенящий звук. Он медленно открыл глаза и пару раз моргнул. Прошло некоторое время, прежде чем он понял, что лежит на холодном полу с пульсирующим от боли подбородком. Звуки вокруг него были очень приглушенными, но этот приглушающий звук быстро превратился в стоны боли. “Ч-что...?” Мидория ударил ладонью по земле, но не смог подняться. Это не было похоже на то, что у него не было силы... скорее, он потерял контроль над функциями своего тела. Стиснув зубы, Мидория одной рукой, которой он владел, перевернулся на живот. Затем усилием воли он заставил двигаться другие конечности. Медленно, но верно обладатель "Один за всех" смог оторваться от земли. Когда ему удалось оглядеться, Мидория обнаружил, что все его одноклассники лежат на полу. Все они были в сознании, но, казалось, страдали от того же, что и Мидория. Когда Мидория увидел ярко-красные отметины у них под подбородками или вокруг челюстей, до него наконец дошло, что произошло. Все они были нокаутированы одним ударом ниже челюсти. Это также объясняет, почему у них проблемы с движением тела. “Жалко”, - произнес холодный голос, и в поле зрения Мидории появилась начищенная черная кожаная туфля. Мидория заставил себя поднять голову и увидел Чую, проходящего мимо него, засунув руки в карманы. Мужчина обошел Токоями и Киришиму, остановившись прямо перед Ураракой и Асуи. Две девушки лежали на земле, не в силах пошевелиться, но в полном сознании. Чуя вытянул левую руку, наклонился и схватил Урараку за шею. Девушка издала сдавленный звук, когда ее оторвало от земли. “О-очако... тян!” Асуи протянул руку, чтобы схватить ее, но Чуя уже тащил ее прочь. “Агх...!” Урарака поперхнулась, пытаясь оцарапать руку в перчатке, сжимающую ее шею, но Чуя не сдвинулся с места. Мужчина тащил ее по земле, перешагивая через тела ее павших одноклассников. Многие пытались остановить его, но ничто из того, что они делали, не замедлило темп человека. Даже когда они схватили мужчину за лодыжку, простого рывка было достаточно, чтобы он освободился от их слабых объятий. “Что ты делаешь?!” Мидория закричал, но ни Чуя, ни Дазай не ответили. Босс портовой мафии стоял без малейших эмоций на лице, когда Чуя вернулся к столу. Он отодвинул чемоданы в сторону, прежде чем швырнуть девушку на землю. Урарака резко выдохнула, когда ее спина ударилась о твердый край стола. Она тяжело закашлялась, наконец, смогла дышать, когда рука исчезла с ее шеи. Но прежде чем она смогла попытаться встать, чья—то нога опустилась на ее правое предплечье с такой силой, что Урараке показалось, что ее кости вот-вот раздробятся. Она прикусила внутреннюю сторону щек, отказываясь закричать, когда ее глаза резко открылись и твердо уставились на мужчину, нависшего над ней. Мужчина посмотрел на нее в ответ, и это был взгляд, которого Урарака никогда раньше не видела. От этого взгляда у нее по спине пробежал холодок, потому что за этим взглядом не было никаких эмоций. Восторга не было. Без гнева. Не грусти. Никакой горечи. Никакой жалости. Ничего. На лице мужчины ничего не отразилось. “Урарака-сан!” “Урарака!” Глаза Урараки расширились, и она увидела, как мужчина вытаскивает нож. На краткий миг время, казалось, замедлилось, когда она уставилась на лезвие, парящее над ней. Это совсем не было похоже на ножи, продаваемые в супермаркете. Нож в руке Чуи был полностью черным от рукояти до кончика лезвия с шипами, идущими вдоль острия. Сбоку от лезвия было одно большое отверстие и пара поменьше. Она не могла пошевелиться. Даже без ноги, удерживающей ее руку, Урарака не смогла бы пошевелиться. Несмотря на то, как быстро ее мозг обрабатывал информацию в данный момент, ее тело было ничуть не быстрее этого лезвия, которое, казалось, замедлилось. Она ничего не могла поделать… “СТОЙ!!” Мидория закричал, но Чуя крутанул нож в руке и опустил его. Черное лезвие пронзило ладонь Урараки и глубоко вонзилось в стол. “ААААААААААААААА!!!!!!!!!” Крик Урараки разнесся по комнате, когда Чуя отпустил рукоять кинжала и убрал ногу. Он подошел к краю стола, взял металлическое кольцо из чемодана, прежде чем вернуться к девушке. Все тело Урараки дрожало, и она изо всех сил старалась держаться как можно тише, чтобы нож не прорезал большую дыру в ее руке. Ее одежда промокла от пота, а из глаз хлынули слезы, несмотря на то, что она изо всех сил старалась не дать им пролиться. Ее дыхание стало прерывистым, но от этого боль только усилилась, так как ее рука продолжала дрожать. “АГХ!!” Урарака почувствовала еще одну острую волну боли, пронзившую ее руку, когда кто-то схватил ее за голову и безжалостно потянул вверх. Она ухватилась за стол лучшей рукой, пытаясь устоять, когда что-то холодное обхватило ее шею, за чем последовал резкий звуковой сигнал. “Это третий раз. Четвертого не будет”, - голос Дазая был не громче шепота. Он обошел диван и сел перед столом, скрестив ноги, не обращая внимания на Урараку, который был прижат к нему. “Постройтесь”. В этот момент все они почувствовали, как на них обрушивается это давящее чувство. Они уставились в эти темные глаза, которые практически изливали жажду крови. Не имея выбора, кроме как следовать за ними, они начали выстраиваться перед Чуей. Чуя все время молчал, пока застегивал металлические ошейники на их шеях. Мидория сдержал дрожь, когда ошейник натянулся на его горле. Хотя это и было неудобно, но не настолько, чтобы он не мог дышать. Мидория услышал тихий звуковой сигнал от ошейника, прежде чем его отослали стоять в стороне с другими одноклассниками. Никто не произнес ни единого слова. Молчание длилось до тех пор, пока последний человек, который был Кода, не получил свой ошейник. Только тогда босс Портовой мафии наконец улыбнулся, хотя это была пустая улыбка, которая придавала ему более устрашающий вид, чем этот невыразительный взгляд. “Видишь? Теперь это было не так уж сложно, правда?” Это было явное оскорбление, но никто ничего не сказал в ответ. Они не смогли. Если до них не дошло раньше, то уж точно дошло сейчас. Этот человек был злом с головы до ног. В отличие от злодеев, которые получали удовольствие от причиняемых ими разрушений, этот человек, казалось, ничего не чувствовал. Он ничего не чувствовал, но все равно сделал это... для чего? Каковы были его мотивы? Чего он добивался? “Не смотри на меня так”, - протянул босс Портовой мафии, откидываясь назад в совершенно расслабленной позе. По его позе было ясно, что ему нисколько не угрожали направленные на него взгляды. “Веришь или нет, но я на самом деле на твоей стороне. Я искренне восхищаюсь вами, Герои, вот почему я позволил вам приехать в этот город по просьбе вашего директора.” Мидория недоверчиво уставился на босса Портовой мафии. Он серьезно ожидал, что они поверят в подобную чушь после всего, что он только что сделал?! “Ты так восхищаешься нами, что сбрасываешь на нас гребаные бомбы?” Бакуго зарычал, с его лица все еще стекали крупные капли пота. Несмотря на это, Бакуго улыбался. Каким бы напряженным он ни был, для него это был единственный способ скрыть боль и ярость. “Я только сказал, что, если это бомбы”, - поправил Дазай. “Не то чтобы они были бомбами. Это просто трекеры”. “Ты превращаешь жучки в ошейники? У тебя отвратительный вкус”. Чуя, который теперь стоял позади Дазая, опасно сузил глаза. Однако, вместо того, чтобы испугаться, ухмылка Бакуго только расширилась. “Нет, мы имплантируем их в мозг в виде чипов”, - небрежно ответил Дазай, от его слов у них мурашки побежали по спине. “Но я не вижу причин тратить на тебя такие ресурсы, когда я могу заставить тебя носить это. Несмотря на все разговоры о том, что UA - престижная школа, они определенно производят некомпетентную продукцию ”. “Хах?” Бакуго зарычал. “Тот факт, что ты болтаешь со мной, несмотря на то, что тебе раздробили руку, является доказательством”. Дазай поднял палец, указывая на окровавленную руку Бакуго. “Вид этой девушки подтверждает твое предположение, что я бы не убил тебя?” Спросил Дазай, его взгляд опустился на Урараку. “Дважды я целился в твои руки. Хотя нанесенный тебе урон тяжел, он не опасен для жизни и не выведет тебя из строя. Неважно, сколько пуль я выпущу в тебя или сколько рук раздавлю, ты не веришь, что я убью тебя. Так все вы думаете, верно?” Дазай оглянулся на детей, и его губы скривились в насмешливой улыбке. Он наклонился вперед, уперев локти в колено, а подбородок в переплетенные пальцы. “Существует тонкая грань между наивностью и глупостью, кем ты себя считаешь?” “Вы хотели, чтобы мы были здесь для чего-то”, - уверенно сказал Яойорозу. “Вам нужно, чтобы мы кое-что сделали”. “И что это?” Яойорозу замер, не в силах ответить на этот вопрос. Этого никто из них не знал... во всяком случае, они ожидали, что этот человек им скажет. “Вы действовали, основываясь на своем предположении, несмотря на то, что не знали причины. Это верх вашей глупости. Вы ничего не знаете. Вы не знаете, сколько стоят ваши жизни. Ты даже не знаешь, можно ли тебя заменить.” “Но если бы мы не были нужны вам живыми, вы бы сейчас с нами не разговаривали. Вы могли убить нас давным-давно, но не сделали этого. Это значит, что тебе нужно от нас... меньше всего, прямо сейчас тебе нужно ”, - заявил Мидория, изо всех сил стараясь казаться уверенным перед этим человеком. Глаза Дазая расширились, прежде чем он разразился громким смехом. Дети были ошеломлены, понятия не имея, почему он так расхохотался. Чуя спокойно стоял, засунув руки в карманы, и его лицо было абсолютно стоическим, из-за чего невозможно было сказать, о чем он думал. Целую минуту единственным звуком в комнате был смех Дазая. Это заняло некоторое время, но в конце концов мужчина успокоился и снова посмотрел на Мидорию. “Ты мне нужен ?” Дазай перекатывал эти слова на языке, как будто это было что-то иностранное. “Хорошо, допустим, ты мне действительно нужен , поэтому я здесь и разговариваю с тобой. Что теперь?” “Что ты имеешь в виду, что теперь ?” Спросил Токоями. “Именно то, что это значит”, - пожал плечами босс портовой мафии. Он откинулся на спинку дивана и закрыл глаз, чтобы отдохнуть. Они ждали и ждали, но мужчина ничего не говорил и не открывал глаз, чтобы посмотреть на них. “Зачем ты привез нас сюда, в Йокогаму?” Тодороки заговорил после того, как стало ясно, что мужчина не собирается продолжать. “Я не приводил тебя сюда. Твой директор был тем, кто хотел, чтобы ты пришел сюда”, - поправил Дазай, его глаз все еще был закрыт. “Да, но ты… ты тот, кто это спланировал”, - возразил Ашидо. “У тебя есть доказательства?” “Что вы имеете в виду под доказательствами?” Минета разинул рот. С какой стати преступник требовал от них доказательств?! “Что ты хочешь, чтобы мы сделали?” Мидория сменил формат вопроса. “Чего ты добиваешься, босс портовой мафии?” “Я же говорил тебе, я просто восхищаюсь вами, Герои”. “Ты думаешь, мы в это поверим?” Оджиро нахмурился. “Да”, - легко ответил Дазай, застав студентов врасплох. “Он просто несет чушь”, - прорычал Бакуго себе под нос. “Вы не можете ожидать, что мы в это поверим”, - сказал Киришима, изо всех сил пытаясь вытянуть из мужчины побольше слов. “Конечно, я могу. Я могу рассказать тебе все, что угодно, и у тебя нет выбора, кроме как поверить мне”. “Почему мы должны тебе верить?” Спросил Седзи. “Потому что”, - Дазай наконец открыл глаза, чтобы посмотреть на них. “Это единственная правда, которую ты получишь от меня”. Юные Герои уставились на мужчину, не в силах понять, что означают эти слова. О какой правде он говорил, когда все, что он сделал, это отказался отвечать на их вопросы? “Зачем ты это делаешь?” Наконец Мидория спросил. Дазай поднял бровь при этих словах. “Ты не слушал ни слова из того, что я говорил, не так ли?” “О, мы слушали твои чертовы выступления”, - прорычал Бакуго. “Ты изрыгал сплошную ложь!” Взгляд Чуи рядом с Дазаем стал острее. Как будто почувствовав, что хочет сделать его правый человек, Дазай поднял руку, чтобы остановить его. “Ты прожил довольно благословенную жизнь”. “Что ты имеешь в виду?” “Твои злодеи... они всегда рассказывают тебе истории своей жизни? Они всегда рассказывают тебе о своих мечтах и идеологии?” “...Что?” “Уверен, тебе было нетрудно понять этот вопрос”, - Дазай легонько постучал пальцами по колену. “Скажи мне. Вы когда-нибудь останавливались при виде муравья, ползущего по обочине улицы, и начинали рассказывать этому муравью, как прошел ваш день? Конечно, тебе это не нужно, потому что тебе все равно, знает ли этот муравей о твоем дне или нет, так же как тебе наплевать на день этого муравья.” А затем Дазай поднял глаза, чтобы посмотреть на них. “Я не уважаю вас, Герои, ну и что? Должен ли я начать объяснять свои рассуждения о том, почему я так думаю? Должен ли я начать рассказывать тебе о моем грандиозном плане и почему я позволил тебе приехать в этот город? Должен ли я поговорить с тобой, чтобы ты смог понять, откуда я пришел, а затем убедить меня думать иначе? ” Взгляд Дазая медленно скользнул по каждому из молодых Героев, прежде чем его взгляд остановился на Урараке, лежащем на столе перед ним. “Тогда вот вопрос — что заставляет тебя думать, что ты настолько особенный, что меня волнует твое мнение?” Никто не произнес ни слова, потому что не могли придумать, что сказать против этого. “Ты говоришь, что ты мне нужен …это самая высокомерная фраза, которую я слышал за долгое время. Утверждать, что мне, боссу Портовой мафии, нужны какие-то дети, у которых нет ни власти, ни здравого смысла, ни опыта, ни влияния, и которые едва могут выжить самостоятельно без присмотра взрослых...” Дазай медленно протянул руку вперед и одним пальцем надавил на рукоять кинжала, вонзившегося в руку Урараки. “Тьфу!” Урарака зажмурилась, когда клинок зашевелился в ее руке. “Урарака-сан!” “Позволь мне прояснить это”. Дазай схватил кинжал и вырвал его. Урарака издала резкий крик, когда лезвие вышло из ее плоти. Она упала со стола и рухнула на пол, прижимая кровоточащую руку к груди. “Мы не равны. Вы верите, что те, кто стоит на равных, позволят другой стороне надеть на себя ошейники?” Босс портовой мафии указал окровавленным ножом на их металлические ошейники. “Прямо сейчас вы для меня не более чем собаки, которых я могу использовать. Возможно, у меня есть причины не убивать вас прямо сейчас, но эта причина не является чем-то таким, что может дать вам рычаг давления на меня. Ты даже не знаешь, чего я хочу от тебя, что дало тебе уверенность, что ты сможешь заключить со мной сделку? Если бы я хотел, чтобы ты что-то сделал, я мог бы легко манипулировать тобой, чтобы ты сделал это без твоего ведома.” “Тогда почему... почему ты здесь разговариваешь с нами?” Спросил Яойорозу. “Ты мог бы это сделать, но—” “Я мог бы”, - Дазай отбросил нож в сторону, позволив ему со звоном упасть на мраморные плитки пола. “Полагаю, вы можете сказать, что мне было любопытно узнать о будущем поколении героев Японии. Вот и все, что нужно сделать. ” “Так ты говоришь, что ты здесь только по прихоти”, - прищурился Токоями. “Если ты хочешь называть это прихотью, то все в порядке. Теперь, когда ты здесь, у тебя нет выбора, кроме как слушать мои приказы”. Дазай дернул запястьем, когда игральная кость вылетела из его ладони. Она ударилась о стол, трижды подпрыгнув, прежде чем скатиться в лужу крови Урараки. Кости выпали на единицу. Из этой единственной красной точки вспыхнул свет, показав детям голографический экран, на котором были показаны два совершенно разных места. Слева был Всемогущий, разговаривающий с Харуно и сестрой Танидзаки, в то время как на другом был изображен Айзава, сидящий один в простой на вид комнате. “Всемогущий и Айзава-сенсей?” Киришима ахнул. “Почему...?” Джиро уставился на голограмму, затем на босса Портовой мафии, не в силах понять, почему он вдруг показал им их учителей. “Я не убью тебя, но что насчет них?” Губы Дазая медленно изогнулись в улыбке. “Эти двое не имеют для меня абсолютно никакой ценности. Учитывая состояние бывшего Героя № 1, конечно, никто не удивился бы, если бы он скончался из-за плохого самочувствия. Что касается вашего классного руководителя… работа Героя опасна. Гибель в бою не редкость.” “Ты же не имеешь в виду—!” Яойорозу ахнула, прикрывшись руками. “Вы берете наших учителей в заложники?!” Закричал Иида. “Заложник - это такое ужасное слово”, - вздохнул Дазай. “Думайте об этом как о небольшой мотивации для вас, Героев. В конце концов, Герои могут стать сильнее, только если им есть что защищать, верно? Я подумал, что это придаст тебе какой-то движущей силы. В конце концов, именно по этой причине они здесь, в Йокогаме. Если бы ты потрудился немного пошевелить мозгами, ты бы понял это раньше и, возможно, защитил их. ” “Что... что ты хочешь?” Спросил Ашидо слегка дрожащим голосом. “Я уже говорил вам — я восхищаюсь вами, Герои”. Дазай щелкнул пальцами, и дверь в комнату открылась. Юные Герои сразу же насторожились, когда люди вошли в комнату. Но в тот момент, когда они увидели, как эти люди были одеты, они были ошарашены. Если бы в Иокогаме были те же представления об одежде, что и в Японии, то эти люди были одеты как медсестры и врачи. Вновь вошедшая группа поклонилась Дазаю и Чуе, прежде чем разделиться на две группы. Одна группа перешла к Урараке, в то время как другая собралась вокруг Бакуго. Когда Бакуго увидел, что один из них вытаскивает иглу, он быстро отскочил. “Не прикасайся ко мне”, - Бакуго стиснул зубы. “Это всего лишь обезболивающее, не двигайся”, - приказала одна из медсестер. В конце концов, Бакуго не смог сражаться против них всех и оказался прижатым к земле, пока они ухаживали за его рукой. “Я восхищаюсь вами, но я не уважаю вас”, - продолжил Дазай, пока врачи и медсестры работали. “Я восхищаюсь вашей склонностью к самопожертвованию ради ваших собственных убеждений. Вот почему я подумал, что это позор, что жители Иокогамы прожили свои жизни, не познав величия героизма. ” А затем Дазай встал. Он обошел диван и вернулся к окну, за которым творился хаос. “Вы, герои, всегда хотели получить шанс вторгнуться в Иокогаму, чтобы спасти людей от преступников. Теперь я предоставлю вам эту возможность. Разве спасение людей не наименьшее, что вы можете сделать как Герои? Что ж, тогда продолжайте. Спасайте их.” Дазай говорил спокойным тоном, когда повернулся, чтобы посмотреть на них. “Используй те причуды, которыми ты так гордишься, и докажи мне, чего ты стоишь. Положи конец этой войне, если сможешь. Если вам удастся остаться в живых к концу этой битвы, я позволю вам — как группе — задать мне один вопрос, на который я честно отвечу. Единственное условие - вы не покинете это поле боя. В тот момент, когда жетон в ваших ошейниках укажет, что вы ушли — даже если это только один из вас - жизни ваших учителей будут потеряны. Понимаете?” “Так ты позволишь нам использовать наши причуды?” Осторожно спросил Мидория. “Это то, что я сказал”. Затем взгляд Дазая переместился на врачей и медсестер. Как будто получив какой-то сигнал, они прекратили все, чем занимались, и отошли в сторону комнаты. “Эй, Бакуго, ты в порядке?” “Очако-тян!” “Тч...” Бакуго стиснул зубы, посмотрев на свою забинтованную руку, затем на босса Портовой мафии. Урарака тяжело дышала от боли, но теперь она выглядела намного лучше с обезболивающими в организме и должным образом перевязанной рукой. “Я дам тебе совет”, - сказал Дазай, когда стеклянные панели позади него начали подниматься. В комнату ворвался порыв прохладного воздуха, а вместе с ним и звуки из внешнего мира. Хотя звук был слабым из-за того, как высоко они находились, дети все равно могли его слышать. Взрывы. Выстрелы. Эти звуки были повсюду в городе. В тускло освещенной комнате внезапно вспыхнул красный свет. Когда дети повернулись, чтобы посмотреть на источник, они увидели малиновый свет, очерчивающий фигуру Чуи. Его глаза, казалось, загорелись, когда он уставился на них, а ветер разметал его тыквенно-оранжевые волосы по лицу. “Это—!” Глаза Урараки расширились, как и у остальных детей. Они узнали этот свет. Они это видели тогда... битва с таинственным человеком и драконом! “Если хочешь жить, найди моих преемников”, - тихо произнес босс портовой мафии сквозь ревущий ветер. А затем зрение Героев затуманилось, когда таинственная сила потянула их к открытому небу. Это произошло так быстро, что никто из них не успел отреагировать на случившееся. К тому времени, как они это сделали, они уже мчались по небу с головокружительной скоростью. “Ч-ЧТО ЭТО?!” Минета закричал во всю глотку. Ветер широко раскрыл его рот, и из глаз покатились крупные капли слез. “Мы разобьемся!” - крикнул Каминари, посмотрев вниз и увидев быстро приближающееся к ним здание - или их самих, направляющихся к этому зданию. “Тч, я взорву —” Бакуго протянул свою лучшую руку, но замер с выражением недоверия на лице. Тодороки тоже поднял руку — собираясь послать ледяной заряд, чтобы смягчить их падение, — но вскоре выражение лица у него стало таким же, как у Бакуго. Дело было не только в этих двоих. Один за другим на лицах детей появлялось такое же выражение шока, когда они делали странные жесты в воздухе. “Один за всех: полный капюшон!” Мидория попытался раскрыть свою Причуду, но ничего не нашел… В его теле не произошло никаких изменений. Он также не почувствовал прилива силы, который приходит с "Один за всех". Там ничего не было. Это было похоже… “Один за Всех... ушел?” Мидория ахнул, но у него не было времени подумать, так как вид на крышу здания заслонил его. В последний момент он зажмурился, ожидая врезаться головой в бетон... но боли так и не последовало. Очень медленно он открыл глаза и увидел свое лицо всего в нескольких дюймах от пола. Затем он почувствовал, как сработала гравитация, когда он упал ничком, больно раздавив нос. Мидория застонал, поднимаясь и прикрывая рукой покрасневший нос. Он огляделся и увидел своих одноклассников, разбросанных вокруг него. Некоторые из них также попали в более болезненное положение, как и он, но в остальном все были в порядке. “Все в порядке?” Быстро спросил он. “Каким-то образом...” “Я думал, мне конец!” “Это напугало меня!” “Д-да, здесь все в порядке ...” “Все!” Яойорозу позвал, чтобы привлечь их внимание. “Кто-нибудь может использовать свои Причуды?” “Наши причуды?” Каминари поднял глаза в замешательстве. Поскольку его Причуда не спасла бы его от падения с неба, он не пытался ее использовать. Он поднял руку на пару секунд, прежде чем у него отвисла челюсть. “Что?—” “Ой!” Минета взвизгнул, когда не смог оторвать мяч от головы. “Моя причуда... ушла?” Джиро уставилась на нее Валетов уха. Как правило, она может передвигаться на них по желанию, поскольку они являются частью ее тела, как ее конечности, но теперь... она ничего не почувствовала. “Как будто мы все еще в том другом мире...” Пробормотал Оджиро, уставившись на свой хвост. “Означает ли это, что наши причуды исчезли с тех пор, как мы попали в то место?” Ашидо ахнул. “Значит... эти призраки действительно были нашими причудами ?!” Аояма взвизгнул. “А может быть,… мы так и не выбрались? Может быть, мы все еще в ненастоящем мире!” Лицо Каминари позеленело при этой мысли. “Успокойся, Каминари-кун. Я уверен, что это реальный мир. Мы столкнулись с другими людьми, не так ли? Вдобавок ко всему, есть Дазай-сан и Чуя-сан, которые оказались..." - Яойорозу сделала паузу, прежде чем покачать головой. “Это должен быть реальный мир”. “Да, я согласен с Яойорозу-куном”, - кивнул Иида. “Но вы, ребята, можете объяснить с самого начала? Я не уверен, что понимаю, о чем вы, ребята, говорите. И— Хагакурэ-кун?! ” Иида поправил очки и несколько раз моргнул. На полу недалеко от них лежали белая футболка и брюки. Эта одежда была завалена, как будто в ней было что-то, чего они не могли видеть. Над воротником белой рубашки был металлический ошейник, стоящий вертикально на земле. Остальные проследили за взглядом Ииды и все увидели одежду и ошейник. “Это Хагакурэ... верно?” Неуверенно спросил Каминари, когда девушки уже подбежали. “Это Хагакурэ!” Джиро подтвердил, опустившись на колени рядом с невидимой девушкой. “Привет, Хагакурэ!” “Будь осторожна, она может быть ранена!” Сказала Яойорозу, осматривая Хагакурэ, пытаясь найти хоть какую-то зацепку относительно того, была ли она ранена. “Хм...” Хагакурэ застонала, прежде чем одежда, похоже, растянулась надолго. “Доброе утро... чем вы, ребята, занимаетесь?” “Тору-тян, ты в порядке?” Спросила Асуи. “Хм... а почему бы и нет?” Спросила Хагакуре, прежде чем ее фигура, казалось, ссутулилась. “Ох... это из-за Мики-тян? Не волнуйся, я в порядке! Правда...” У Яойорозу отвисла челюсть. Она не ожидала, что Хагакуре упомянет Мику и детей, поэтому не знала, что сказать. “Ты... настоящая Хагакурэ, верно?” Нерешительно спросила Ашидо. “Что это должно означать?” Это смутило не только Хагакуре, но и остальной класс. Прежде чем Ашидо смог продолжить, крыша у них под ногами сильно затряслась. Долю секунды спустя звук взрывов почти пробил их барабанные перепонки. “Ч-что происходит?!” Минета взвизгнул, не удержал равновесия и упал на задницу. “Эй!” Сато уставился на ту сторону здания, откуда они могли видеть поднимающийся дым. “Это что —” Прежде чем он смог продолжить, здание снова затряслось, когда до их ушей донесся еще один взрыв. На этот раз дрожь здания не прекратилась. Оно не только не прекратилось, но и начало опрокидываться. “Мы должны идти! СЕЙЧАС ЖЕ!!” Закричал Седзи, хватая Минету и швыряя миниатюрного мальчика себе на спину. “Но где?!” Каминари закричал. “Ты знаешь, на какой высоте мы находимся?!” “Вон там!” Асуи указал на другое здание рядом с ними. Здание было немного короче, но это был их единственный вариант прямо сейчас. “Эй, что происходит?!” Хагакурэ закричала, наконец поняв, что что-то не так. Не имея времени на объяснения, Сато подхватил ее на руки, когда они все побежали к другому зданию. “Мы поймали тебя, Оджиро!” Киришима и Серо бежали позади Оджиро, помогая ему нести свой груз. “Спасибо вам, ребята!” С благодарностью сказал Оджиро. “Очако-тян, ты в порядке?” “Да, не волнуйся за меня, Цую-тян!” “Каччан” “ОТВАЛИ!!” “Это рушится! Быстрее!!” Закричал Иида, когда крыша под ними превратилась в крутой скат. “Ах!” Аояма чуть не подвернул лодыжку и оступился, но, к счастью, Токоями, бежавший рядом с ним, быстро схватил его за руку и потащил за собой. “Нгх!” Тодороки первым перепрыгнул через металлические перила. Он приземлился на соседнее здание, перекатившись, чтобы смягчить удар, прежде чем быстро вскочить на ноги. “Сюда!” Он стоял на краю, помогая поймать своих более легких одноклассников и следя за тем, чтобы никто не провалился в большой проем между зданиями. Как только Седзи — который был последним - преодолел это препятствие, это произошло как раз вовремя, поскольку здание рухнуло и врезалось в другое здание, стоявшее через улицу. “Эй... что это за звук?” Джиро осторожно подошла к краю здания и посмотрела вниз. То, что она увидела, заставило ее глаза расшириться, когда она быстро откинула голову назад. “Мы должны выбираться отсюда!” Встревоженно сказала она, поворачиваясь к остальным одноклассникам. “В чем дело, Джиро-сан?” Иида быстро подбежал, за ним последовали остальные ученики. Когда они заглянули за край, то увидели тела, усеявшие всю улицу внизу, а бетон выкрашен в малиновый цвет. Это было знакомое зрелище для Джиро, Седзи, Хагакуре и Мидории. Однако для остальных их одноклассников это был первый раз, когда они стали свидетелями полноценной битвы. Вокруг бегали люди, и их сбивали. Там бросали гранаты и стреляли из оружия. “ Иип!! Ч-что это?” Минета пискнула и крепче вцепилась в спину Седзи. “Э-это...” Лицо Урараки стало бледнее, чем было, и выглядело так, будто ее вот-вот вырвет. “Мы... Джиро-сан права… мы должны идти. ” сказал Яойорозу и лихорадочно огляделся вокруг. “Если это здание тоже рухнет, нам некуда будет идти!” “Я возьму инициативу на себя!” Сказала Хагакурэ, выпрыгивая из рук Сато и уже стаскивая с себя одежду. Хотя она до сих пор понятия не имеет, что происходит, опыт той ночи с Кюсаку позволил ей быстро отреагировать на ситуацию. “Давай!!” “П-правильно!” Каминари сглотнул. “Я буду впереди с Хагакурэ”, - сказал Сато, следуя за Хагакурэ. “Без наших причуд я самый сильный”. “Я прикрою наши спины”, - сказал Киришима, отходя в конец группы. “Здесь будет точно так же, как в том месте”. “Я присоединюсь к тебе, Киришима-кун!” Сказал Иида, подходя к Киришиме. Буквально через мгновение группа уже построилась, сбегая по лестнице с двумя ранеными — Бакуго и Ураракой — в центре. Бакуго определенно был недоволен соглашением, но времени на споры не было. “Сколько еще лестниц нам нужно пройти?” Серо застонал после того, как ему показалось, что он шел целую вечность. Без окон и света они не могли сказать, как далеко они спустились. “Пожалуйста, не падай, пожалуйста, не падай...” - снова и снова молился Минета себе под нос, пока Седзи нес его. “Токоями, ты в порядке?” Спросил Седзи, оглядываясь на Токоями позади себя. “Да... Я нигде не чувствую присутствия Темной Тени”, - неловко сказал Токоями, не уверенный, радоваться ему или нет, учитывая ситуацию. “Кто-нибудь, объясните мне, что, черт возьми, происходит? Где мы и что это за штука у меня на шее ?! Я не могу ее снять !” Хагакурэ ухватилась за поручень, используя его, чтобы вести себя в темноте, продолжая спускаться по лестнице. “Ты серьезно ничего не помнишь?” Спросила Сато. “Помнишь что? Только не говори мне, что у меня амнезия ?!” “Меньше разговоров, больше бега!” Крикнул Каминари. “Я введу вас в курс дела позже, ребята —” Блондина прервал оглушительный грохот выстрелов, эхом разнесшийся по лестничной клетке. Ученики сзади мгновенно останавливаются в тревоге, в то время как те, что впереди, в ужасе наблюдают, как в двери, мимо которой они проходили, пробиваются дыры, после чего тяжелое тело падает на землю. “САТО!!” "САТО-КУН!!" Примечания: ПРИВЕТ!!! Я ВЕРНУЛСЯ!!! (⁄ ⁄>⁄ ▽ ⁄<⁄ ⁄) Приношу всем свои глубочайшие извинения за ожидание! Изначально я мог обновить эту главу на несколько часов раньше, но мне пришлось закончить, поэтому произошла задержка. В любом случае, я не буду утомлять вас разговорами о моей жизни и о том, почему глава была написана так поздно. Я могу только приложить все усилия, чтобы уложиться в следующий дедлайн, хотя вы, ребята, вероятно, уже не очень верите в это, учитывая постоянные задержки, которые я делаю, хахаха ... но знайте, что я буду продолжать делать все, что в моих силах!! (￣▽￣)/ Эта глава отредактирована Nanami_ontheShore!! Большое спасибо за вашу замечательную помощь! ♡ (￣З￣) В любом случае, переходим к этой главе!! Давайте посмотрим...Я думаю, что объяснение Дазая довольно простое, поэтому ни одна часть не должна сбивать с толку. Хотя я хотел бы обсудить, что дети увидели на лицах Чуи и Дазая и что означало отсутствие эмоций у этих двух мафиозо. В BNHA злодеи совершают поступки в своих личных интересах. Другими словами, за их действиями всегда стоят эмоции. Однако у Чуи нет ничего из этого. То, что увидела Урарака, ему понравилось, он ничего не почувствовал и не выразил, когда вонзил нож в ее руку, потому что для него это просто повседневная вещь. Он не получает удовольствия от пыток людей, он также не считает это отвратительным. В конце концов, это его работа. Ему не нужно было испытывать эмоции или выражать какие-либо эмоции при выполнении работы, потому что, опять же, это просто работа. Вам не нужно испытывать страсть к работе, чтобы выполнять ее, вы просто делаете это. Это то же самое. ┐(︶▽︶)┌ Что касается Дазая, он просто сидит и играет в шахматы. Он расставляет нужные фигуры в нужном месте, вы бы не стали выражать сильных эмоций по поводу чего-то подобного. Для них они просто выполняли задание, но такого понятия не существует в мире BNHA. У каждого персонажа в BNHA есть сильная страсть. Они выражают эту страсть в действиях и выбранном пути. Они встречают не людей, которые просто выполняли свою работу и получали деньги, а людей с твердым мнением, которые делают то, что делают, с определенной целью. Вот почему отсутствие эмоций у двух мужчин было чем-то таким, чего молодые Герои никогда раньше не видели, и это их пугало. Далее идут учителя...какой ... ну ... сюрприз? Да, с самого начала их предполагалось использовать в качестве заложников! Дазай ни за что не позволил бы им войти просто по пятам и не использовать их. Нулевая защита учителей была самой большой подсказкой не только потому, что их исцеление рисковало бы раскрыть силу Есано внешнему миру. Вспомните предупреждение Ранпо о Всемогущем в главе 24 ~ В любом случае, я сказал достаточно. Еще раз приношу свои глубочайшие извинения за опоздание с этой главой. Я действительно надеюсь, что вам, ребята, понравилась эта глава и начало Отборочной войны!! Ах да, если кого-то смущает, почему дети не могут использовать свою Причуду, ответ уже где-то в истории, муахахахаха! Я вернусь к главе завтра, чтобы еще немного отредактировать, я почти уверен, что пропустил много ошибок, так как сегодня немного торопился с проверкой истории. Но прежде чем я закончу свою заметку, вот небольшая игра для всех вас! В офисе Дазая есть четыре важные вещи, намекающие на будущее событие, которое там произойдет! Ребята, вы можете догадаться, что это? Четвертая и последняя вещь появилась в этой главе, но остальные три уже были показаны в предыдущих главах. Самая первая подсказка на самом деле появилась задолго до того, как дети начали узнавать о Йокогаме, но это не имело бы никакого смысла, пока мы не доберемся до офиса Дазая. Ваши подсказки таковы: Два окружения. Один объект. Один Дазай. Как обычно, спасибо всем вам за вашу поддержку этой истории!! Я начну работать над следующей главой, как только смогу! Всем спокойной ночи! Или доброе утро, где бы вы ни были в этом мире! Берегите себя и давайте встретимся снова в следующей главе!! ☆⌒(≧▽° )