Часть 1

      Вечер. Шумный зал, гам голосов, раздающихся со всех сторон. Народу вроде бы не много, но этот вечер выделен специально, чтобы можно было не сдерживаться, отпустить себя и насладиться спокойно порой, когда гул гнетущего апокалипсиса более не нависал над головами. Десять человек наслаждались тихим вечером в компании товарищей — тех, с кем за последние десять лет прошли больше испытаний, чем многим доводится пережить за всю жизнь. Что было еще примечательно — все присутствующие были как минимум наземными ангелами, то есть существами, чей статус не особо сочетается с проведением вечеринок, но дело обстояло так: Каждые три месяца, после официального собрания над серым туманом, вот уже третий год, старшие арканы Клуба Таро откладывали все свои дела, чтобы расслабиться и повеселиться.       Вы спросите, а что же такого они делают, что в глазах смотрящих кажется неподобающим поведением для существ не ниже уровня ангелов?       Ну давайте начнём по порядку, например, с Мистера Висельника, который раздобыл где-то алкоголь такого градуса, что стабильно каждую вечеринку умудрялся находиться в легком, но всё равно алкогольном опьянении и декларировать каждому, кто готов его слушать, многочисленные байки из моря. В этот раз, как и во многие другие, его самый активный и главный слушатель, Мистер Солнце, который присутствовал здесь в своей неизменной белой рясе, слушал своего старшего товарища чуть ли не с придыханием. Даже после войны Солнышко не растерял своего главного качества — веры, ну и, возможно, немного наивности.       Или вот: единственный ангел первой последовательности Клуба Таро, висит на плечах у своей многоуважаемой подруги — Мисс Судьи, и ноет о том, что она не успевает справляться со своими обязанностями и писать новую книгу, которую от неё требует издательство уже через неделю. К слову, эта многоуважаемая подруга не обращает внимания на нытье своей коллеги, посвятив себя обсуждению с Мисс Справедливостью новых законопроектов Лоэнского правительства.       Где-то слева Мистер Луна в красках описывал Мисс Умеренности, о остатках верующих во внешних богов, где-то на краю Интиса, ловко перескакивая на тему о своей новой кукле и, возможно, немного жаловался на объем обязанностей, которые на него свалились после гибели их Прародителя. Возможно, им вместе с Мисс Маг стоило уединиться вдвоём и ныть друг о дружке — всё равно, что одному, что другому, собеседник был ни к чему.       Мисс Отшельница куда-то отошла — возможно, ей пришло срочное письмо от Королевы Мистик или с корабля. Второе, к слову, было более страшно, так как был шанс, что её оповещают о новых экспериментах Фрэнка Ли. А если вы не являетесь жителем Нового Серебряного Града, вероятно, это имя вызывает у вас мурашки по коже, вне зависимости от того, являетесь ли вы ангелом или нет.       Ну и был единственный член Клуба, который отстранился от остальных, — стоял поодаль, спиной подпирая стену, видимо, переживал, чтобы она не рухнула и не нарушила веселье. Молодой человек в белой расстегнутой рубашке, с черными вьющимися волосами, длиной чуть ли не до лопаток, неторопливо потягивал из бокала красное вино, которое, надо сказать, хорошо гармонировало с его красными перчатками. Хотя это выглядело странно: кто в помещении носит перчатки? Тем более — красные. Молодой человек имел титул Святого и свой собственный собор в Церкви Богини Вечной Ночи, давно не относился к элитному отряду «Красных Перчаток», но, видимо, из-за длительной носки эти красные перчатки больше с рук не снимались, бедняга.       Настроение у Мистера Звезды было не в самое лучшее, но на самом деле это состояние у мужчины было перманентным. Поговаривают, что его перевод в элитный отряд связан с трагедией в его родном городе, которая унесла жизни некоторых членов его команды. Видимо, по прошествии лет эта рана так и не зажила. Поэтому молодой человек выпивал в одиночестве, просто наблюдая за своими товарищами и что-то обдумывая. Те, в свою очередь, привыкли к переменчивому и романтичному характеру своего коллеги, поэтому старались не трогать его и, по возможности, не обращать внимания. ***       Леонард тяжко вздохнул и оглядел комнату — красивый светлый зал, который представлял собой Божественное Царство, — мисс Маг. Он очень хорошо отражал своего создателя: во всём присутствовала некоторая ленность — слегка приглушенный свет, пастельные неяркие цвета, меблировка и дизайн устарели лет на двадцать, из-за чего создавалось ощущение дома, в котором уже длительное время живут люди. Но, к сожалению, Мистера Звезды это было единственное помещение, да большое, разделенное на несколько частей, где можно было переговорить тет‑а‑тет, — всё равно, уйти куда-нибудь, где не было бы слышно людского гама, было невозможно. Поэтому, поморщившись ещё раз от очередного громкого крика Эмлина, Леонард повторил свой тяжёлый вздох и осушил бокал вина, который в следующую секунду снова оказался полон — спасибо, мисс Маг.       Леонард планировал, как всегда, провести этот вечер тихо напиваясь и наблюдая за коллегами, а потом, возможно, вступить в спор с Мистером Луной и вернуться в свой собор, продолжая работать. Собственно, о работе Леонард и стал думать — она давно стала в его жизни надежным спутником, который помогал отвлечься от не самых приятных мыслей.       Но тут его размышления прервало ощущение, что рядом с ним появился человек. Сначала Мистер Звезда решил, что это Солнце — тому единственному не нравилось, что мужчина стоит сам по себе вдалеке. Но, повернув голову и уже начав было успокаивать Деррика тем, что ему и так нормально, он понял, что это был не Мистер Солнце.       Только благодаря многолетней работе в качестве официального потустороннего и статуса Ангела он смог сдержать крик. Перед ним предстало до боли знакомое лицо — лицо его коллеги, молодого мужчины с черными волосами и карими глазами. Весь его облик излучал ученость и изыск, но... так было раньше. Теперь в нем неуклонно проглядывались острые черты лица, да и ростом он превосходил себе прежнему, в нем больше не было юношеской худощавости. И как бы не врал себе Леонард, он ощущал непередаваемое давление и трепет, как перед божеством, хотя почему как.       — Что… что вы тут делаете, Господин Шут? — спросил Леонард, чуть по ошибке не назвав Великое Существо рядом с собой привычным ему именем.       Как бы часто ни повторял себе Леонард, как бы часто ни наведывался в Церковь Шута, у него не получалось перекроить образ своего осторожного, саркастического и добродушного друга. Возможно, Леонард знал, что кем бы ни стал его бывший коллега, он все равно хоть на какую-то часть остается самим собой — ведь тот человек, которого знал Леонард, не мог поступить иначе. А может быть, это были всего лишь его смелые надежды.       Но Бог, который стоял перед ним, всё-таки подтвердил первую версию. Господин Шут поднял руку, поднес палец к губам и тихо шикнул, кинув быстрый взгляд на основной зал и существ в нем.       — Не кричи так громко, не стоит раньше времени обращать на меня внимание, — спокойно сказал мужчина и, повторяя позу Мистера Звезды, облокотился на стену.       — Я… — мужчина был ошарашен, но быстро взял себя в руки, более спокойно спросил: — Как ваше самочувствие?       После войны Господин Шут ещё не уснул опять, но его состояние оставляло желать лучшего. Было запрещено обращаться к нему, если только дело не могло решиться руками ангелов; частые молитвы, требующие ответа, тоже были сокращены. Сам Господин Шут почти не участвовал в делах, оставив всё на ангелов и членов Клуба.       Бог немного поморщился и посмотрел в глаза Леонарда, спокойно произнес:       — Не стоит столь официально, Леонард. Я сюда пришёл не в качестве Бога, всё-таки не просто так, единолично владею двумя старшими арканами, не правда ли? — он хитро подмигнул мужчине, достал из кармана карту Мира, немного потряс её перед лицом Леонарда и, убрав обратно в карман, продолжил уже серьезно. — С момента моего сна это лучшее состояние, которое у меня было. Не побоюсь сказать, что даже лучше, чем когда я был ангелом. Поэтому решил наконец-то посетить вас этим вечером.       Мистер Звезда немного помедлив, решил спросить:       — Тогда как я могу обратиться… к тебе?       Но этот вопрос вызвал блеск глаз у бога, он рассмеялся, хотя говорил вполне серьёзно:       — Как всегда, мой коллега поэт.       — Тогда... я рад тебя наконец-то видеть, Клейн, — произнес он тихо, будто с большой болью, и протянул руку.       Клейн странно посмотрел на протянутую руку, но всё же с лёгкой улыбкой пожал её в ответ:       — Аналогично, Леонард. — после чего отпустил руку и вернулся в прежнюю позу.       Повисла неловкая пауза. Оба не знали, что спросить и что сказать. Казалось, так давно прошёл тот момент, когда они могли свободно говорить без пауз, быть равными.       — Кхм, ты, получается, вернёшься? — спросил Леонард.       — В силу своих возможностей хотел бы, — просто ответил Клейн. — Для человечности не самая полезная вещь — оставаться в Замке, пока всю работу выполняют аватары.       Это прозвучало так легко и непринужденно, однако для Леонарда было непривычно слышать такие откровения из уст Клейна. Он в который раз за вечер уставился на собеседника и, не выдержав, выпалил:       — Тебе и правда лучше… Кто бы мог подумать, что я когда-нибудь услышу от тебя такие слова.       Негромко хмыкнув, Клейн ответил:       — Не поверишь, мне тоже так кажется. Но когда на смену бессмысленной божественности приходит полнота красок эмоций человечности, скрывать их становится кощунством. — немного улыбнулся. — Особенно тогда, когда ты стал настолько сильным, что наконец можешь прекратить бегать.       — Наверное, это приятное чувство, — сказал Леонард, заметив приподнятую бровь у собеседника, решил добавить. — Чувствовать, что у тебя хватает сил.       — Да, это приятное чувство, — с лёгкой самодовольной улыбкой произнёс Клейн и после небольшой паузы спросил — Знаешь, ты получил собственный собор? У меня так и не было возможности навестить его, как там обстоят дела?       Этот вопрос был скорее для поддержания беседы. Существу, которое владеет миром духов, не нужно даже двигаться, чтобы знать, как обстоят дела во всём мире. Но Леонард был тронут и не хотел сново погружаться в неловкую тишину, поэтому с радостью начал рассказывать. Он поведал и о глупых полубогах — своих подчинённых, и о непривычном трепете в глазах, когда он встречается с работниками, которые еще не шагнули на ступень божественности. Рассказал о множестве дел, которые он должен выполнять как Святой Церкви Богини Вечной Ночи, про старика, который нет нет да вьется вокруг и ворчит как…старик, как будто Паллес всерьез воспринимает Леонарда, как своего пусть и непутевого, но внука.              После этого большого и обширного рассказа, в котором Клейн принимал участие лишь обособленно, задавая наводящие вопросы, их разговор неожиданно перетёк в более уютное русло. Они обсуждали текущие дела — как развивается Церковь Правителя Бедствия, как прошла последние путешествие на другую планету, организованное Мисс Маг, как обстоят дела с искоренением неортодоксальных верований. Даже перешли к теме современных технологий, которые Бог Пара и Машин принёс из сна Клейна, и активно интегрируются в современное общество. А из-за почти полной перестройки ортодоксальных церквей это привело к еще большему хаосу. Потом речь пошла про искусство, о последней книге Мисс Маг.. В конце концов, разговор перешёл на театр и новые постановки. Воодушевленный первым личным разговором за много лет, Леонард даже произнес: — На следующей неделе будет новая постановка. Если хочешь, мы можем… — Он поднял глаза и встретился с легким тоскливым взглядом Клейна.       — Прости, Леонард, — все, что ответил Клейн, слегка улыбнувшись.       — Да, конечно, я… глупость сморозил, не обращай внимания, — он неловко потер шею и отвернулся в сторону, пытаясь скрыть смущение.       Между ними снова повисла тишина. Леонард пребывал в своих безрадостных мыслях, в воспоминаниях о прошлом и решил задать один вопрос, который мучил его не один год.       — Оно того стоило?       — Что? — спросил Клейн, который, видно, тоже погрузился в свои мысли.       — Всё, что ты делал, через что ты прошел и все лишения — это всё стоило того? — повторил свой вопрос Леонард.       — Знаешь, забавный факт: ты не первый, кто спрашивает меня об этом.       — Правда? — удивился Леонард. — Кто еще?       — Правитель Бедствия спрашивал меня об этом, когда я смог пробудиться во сне, — Клейн окинул взглядом шумный зал и с легкой грустной улыбкой добавил: — Поэтому я отвечу то же самое, что и ему: да, оно того стоило, Леонард.       — Ты ни разу не пожалел?       — Жалел ли я? Что именно? Что выпил зелье провидца? Что в свое время решил притвориться богом? Что не сдался и не пошёл другой дорогой? — лицо Клейна стало более серьезное. — Может быть, это не та жизнь, которую я хотел, может быть, у меня и не было особого выбора, но я рад, что этот путь привел меня сюда, что я стою тут и могу говорить с тобой, с другими. Поэтому какой смысл жалеть о чем-либо?       На лице Клейна вновь расцвела расслабленная полуулыбка. Леонарду было спокойно видеть, как его друг выражал эмоции. У него были чувства: он беспокоился, злился и радовался, как обычные люди. Значит, за него можно быть спокойным: какие бы препятствия ни вставали на пути этого человека, он сумеет остаться собой.       — Так когда ты дашь знать другим, что ты здесь? — решил спросить Леонард.       — Когда они заметят меня, думаю.       Парень не сразу понял, о чём говорил его друг. Леонард понадобилось несколько долгих секунд, после которых он хотел закричать, но сдержался:       — Погоди. Ты хочешь сказать, что не используешь никаких способностей, и они просто…       — Просто не смотрят в твою сторону? — спросил Клейн, слегка улыбнувшись. — Да, именно так.       Он немного помолчал и добавил:       — Нет, я, конечно, скрываю свое физическое присутствие. Но если бы хоть кто-то посмотрел в твою сторону, он бы меня увидел. — По взгляду Бога можно было понять, что вся ситуация его ужасно забавляет. — Но кто бы мог подумать, что спустя 40 минут я так и останусь незамеченным. Леонард, тебе бы поработать над своей позицией в коллективе.       Услышав последнюю реплику, Мистер Звезда не смог сдержать эмоции и скривил лицо, как в старые добрые времена, когда слышал шутки своего коллеги.       Возможно, чтобы всё-таки устранить несправедливое отношение к Леонарду, его наконец-то окликают. Но это делает не кто иной, как Мистер Луна, который устроил спор о истреблении поклонников злого бога и в качестве аргумента привел того, кто когда-то руководил операцией по их уничтожению.       — Мистер Звезда, будь другом, отлипни от стены и подскажи нам… — В этот момент он наконец-то переводит взгляд в сторону стены, которую подпирал уже не один час их одинокий коллега, и увидел рядом с ним до боли знакомое лицо, которое в такой же манере помогало поддерживать несчастную стену.              Из-за внезапного сбившегося Эмлина все остальные повернули головы в сторону и направились к немигающему взгляду Мистера Луны, и в комнате повисла тишина.              Все:       -...              Первой, кто взял себя в руки, конечно, была Мисс Справедливость. Она радостно подпрыгнула с места, элегантно поклонилась и сказала:       — Господин Шут! Добрый вечер! Какая неожиданность, что вы почтили нас своим присутствием! Как ваше самочувствие?              Господин Шут был рад, что Мисс Справедливость, как всегда, берет на себя тяжелую ношу и первая развеяла неловкое молчание, но…              — "Я что, тяжело больной? Почему все спрашивают меня о моем самочувствии?" — подумал Клейн, но все же ответил:              — Добрый вечер, благодарю за беспокойство, Мисс Справедливость. Я чувствую себя хорошо, — сказал Клейн и слегка кивнул Одри.              Второй, кто пришел в себя, был Мистер Солнце. Он жизнерадостно улыбнулся и поспешил поприветствовать своего Бога:              — Добрый вечер, Господин Шут! — Вскочив с места и, как набожный верующий, прижал правую ладонь к груди.              Вслед за ним со своих мест повскакивали все остальные и поспешно приветствовали Клейна:              — Всё в порядке, у меня не было мыслей превращать это еще в одно собрание. — спокойно сказал Клейн, сел на пустое место, за ним последовал и Леонард.              Конечно, атмосфера легкости и веселья немного сошла на нет. Нет, разумеется, никто не расстроился из-за появления их Бога, просто уже почти десять лет никто из них не контактировал с Клейном не в образе Господина Шута. Семь долгих лет они пытались пробудить своего Бога и Мистера Мира, пока прямо перед его пробуждением не узнали, что это всегда был один и тот же человек. У всех на этот счет были разные эмоции, но все сходились в одном — они стали безмерно уважать этого человека. Он пожертвовал многим, чтобы остановить апокалипсис, стал тем, кто возносится даже над божественностью, оставил себе лишь немного человечности и был вынужден до скончания своих дней постоянно сливаться и разделяться с Небожителем, чтобы оставаться собой, но несмотря на это, Господин Шут в конце концов все равно проиграет.              Затянувшееся молчание нарушила Мисс Императрица.              — Господин Шут, а давно вы находитесь здесь? — спросила она.              Она, в отличие от большинства членов Клуба Таро, видела в Клейне не всемогущего Бога, а своего земляка, соседа по комнате — человека, который пережил те же лишения, что и она, поэтому относилась к нему скорее как к товарищу, нежели к Богу.       — На самом деле — минут сорок.              — Сорок минут?! — воскликнула Мисс Маг и сразу же закрыла рот руками, тихо добавив:       — Точнее, это…              — Да, да, вы просто стараетесь не обращать на меня внимания. Мы это уже все поняли. Давайте не будем об этом, — чуть раздраженно проворчал Леонард.              — Надо просто меньше опираться на разные вертикальные поверхности раз за разом и смотреть меланхоличным взглядом в окно, потихоньку напиваясь, — в ответ усмехнулся Мистер Луна.              — Знаешь, я хотя бы недостаю каждого своими монологами              — Эй, я никого не достаю. — возразил Эмлин.              — Я бы так не сказала. — неожиданно вставила обычно молчаливая Мисс Умеренность.              Лицо Мистера Луны выражало глубокую обиду и печаль предательства за столь грубые слова. Он обиженно замычал и показательно отвернулся.              Обычно более смелая Мисс Маг испуганно переводила взгляд с нелепой сцены спора на Господина Шута и обратно, боясь, что глупое дурачество Эмлина может разозлить Бога. Но она увидела лишь легкую улыбку на лице Клейна и расслабленную позу.              — "Видимо, Ему это по душе," — подумала Мисс Маг и заставила себя слегка расслабиться.              ***              С тех пор каждая импровизированная вечеринка проводилась с присутствием Господина Шута.. На удивление, его нахождение тут, не сильно изменило атмосферу вечера. Мистер Висельник тоже напивался и рассказывает байки, Солнце так же слушает его с придыханием. Мисс Справедливость и Мисс Судья обсуждают политику, пока Мисс Маг тихонько пьет и слушает их. Эмлин продолжает сидеть на ушах у любого, кому не повезет — обычно это несчастная Мисс Умеренность. Видимо, её неразговорчивость привлекает болтливого Мистера Луны. Императрица проводит странные игры из своего прошлого, которые почти всегда игнорируются. Мисс Отшельница иногда присоединяется к Мистеру Висельнику в сумбурных рассказах о море.              Единственное исключение — то, что Мистер Звезда больше не пьет в одиночестве, а зачастую общается с Господином Шутом или, что удивительно, вникает в другие разговоры или игры Императрицы, которые иногда всё же имеют место.              А Клейн обычно спокойно наслаждается едой и беседами — в моменты, когда он может быть собой, отложить тяжелый груз ответственности и насладиться жизнью и миром, за который он так борется.