Часть 1. Разбитые Сердца

Капли дождя острым стуком отбивали уже слегка приевшийся, тяжелый ритм о каменистую поверхность крыш Парижа. Легкие, словно невесомые, капли, резко сталкиваясь с твердой горизонталью превращались в мокрые лужицы, отражающие слабый, но такой мягкий и завораживающий лунный свет. Темноволосая девушка, стоящая у холодных перил балкона, прищуриваясь, пронизывала взглядом укутанный пушистыми, но грозными тучами небосвод, в попытках найти хоть какое-то яркое светило. День для Маринетт сегодня выдался особенно неудачным. После очередной стычки с акуматизированным парижанином, и, разумеется, очередной победы, Кот Нуар решил вновь попытать удачу и пригласить девушку на свидание. Но, как и всегда, планы влюбленного с треском рухнули, сталкиваясь с холодными, острыми стеклами голубых глаз. «Нуар, ты снова и снова ставишь под удар наши партнерские отношения своими глупостями. Повзрослей наконец» Режущие грудь слова из уст его леди словно окатили блондина леденящей до кончиков пальцев водой и эхом отдались в душе у парня. Такой серьезный и до боли в груди резкий отказ героини был для Нуара в новинку. Возможно, он слегка перебарщивал, в шутку флиртуя с напарницей изо дня в день, но ведь оба напарника осознавали, что это их никуда не приведёт. Обычно, Леди Баг мягко отшучивалась, или устало закатывала глаза в ответ на флирт Кота, но в этот раз все было совсем по-другому. Совсем непохоже на нее. Или похоже? Напарница никогда не отвечала на ухаживания Нуара всерьез. Всегда холодная и рассудительная, решительная и до боли правильная, Леди Баг оставалась лишь подругой и напарницей, не оставляя места для чего-то большего. Будто издеваясь над сломленным уже в который раз от серьезного отказа возлюбленной Котом Нуаром, холодный, обжигающий льдом кожу воздух наполнился едва заметной влагой, что вскоре усилилась, превращаясь в легкий, полужидкий град. Нуар так и остался стоять на черепице случайного французского дома, преследуя отдаляющееся, уже размытое красное пятнышко костюма напарницы влажной радужкой изумрудных глаз. — Принцесса? Болезненный ворох недавних воспоминаний кольнул девушку в бок, пройдясь по телу легкой судорогой, возвращая брюнетку в реальность. — Принцесса, все в порядке? Девушка устало опустила взор с темного небосвода, столкнувшись взглядом с двумя ярко-зелеными изумрудами. Только вместо обыденной искорки нахальности и шутливости, глаза Кота Нуара отблескивали беспокойством, как и слегка подкосившиеся нотки в голосе. Не дожидаясь ответа, парень грациозно скользнул к кушетке, захватил с нее распластавшееся, легкое одеяло и укрыл им дрожащую от холода подругу. — Что ты здесь делаешь, Нуар? Неужели не нашлось занятия получше? — Маринетт попыталась сдавленно улыбнуться, чтоб не подпитать беспокойство напарника,— Что-то случилось? Блондин мимолетно кивнул, встал рядом с подругой и аккуратно приземлил макушку на хрупкое плечо девушки. — Паршивый сегодня выдался день, Принцесса,— герой прикрыл веки,— Не будешь против, если блудный котик найдет приют в твоих объятьях? Маринетт удивленно взмахнула бровями вверх, но, к счастью, жест увернулся от внимания напарника. В обличии Дюпен-Чен, девушка сталкивалась с напарником всего несколько раз, и, не сказать, что они так сблизили молодых людей. Из чего следовал вопрос, почему в трудную минуту он решил обратиться к случайной малознакомой парижанке? — Только если блудный котик улыбнется,— Маринетт окатила волна тепла, когда в голову ударило осознание того, что верный напарник даже сейчас, даже для ее гражданской оболочки, рядом в трудную минуту. — Все для моей принцессы,— парень поднялся с плеча напарницы, и, осторожно, словно боясь упустить момент, мягко улыбнулся. Несмотря на то, что шел дождь, от девушки не укрылись опухшие, красноватые глаза Кота Нуара. Хоть лицо блондина и не оставила улыбка, слезы все же нашли себе место, медленно, но уверенно скользя по коже героя, оставляя за собой обжигающий, мокрый след. Маринетт не хотел заваливать друга вопросами, тем более она и так знала, как сильно скребут кошки у него на душе, так что она сдержала свое обещание, и, опустив голову Коту на грудь, нежно заключила его в объятья. Нуар расслабил шею и позволил подбородку заблудиться во влажных волосах девушки. Ком в горле, сминающий связки весь день, наконец вырвался наружу. Нуар надломился, отчаянно впился когтями в талию девушки и перестал сдерживаться. Всхлипы и слезы потекли рекой, теряясь в бесконечных каплях дождя. — Ты такой сильный, Котик. Ты самый сильный, добрый и отважный парень из всех, кого я знаю. Я обещаю, все наладится,— протянула Маринетт, зарываясь в пшеничные локоны сломленного напарника,— А пока, не сдерживай слез. Девушка никогда не видела, чтоб кто-то плакал так отчаянно и тихо, будто все силы и вся жизнь из парня была уже давно высосана. Наверняка эти слезы он сдерживал на протяжении всех тех лет безответной любви, что они провели вместе сражаясь за благополучие родного города. Дюпен-Чен и не думала, что оказывает такое сильное влияние на напарника. В ее мыслях, Кот Нуар лишь развлекался с Леди Баг, добиваясь ее внимания как любой другой парень, ожидая ответа чтоб переключить свое внимание на кого-то более неприступного. Сегодняшним отказом она надеялась показать напарнику, что она не та, кем он ее воспринимает, показаться холодной и совсем недоступной, чтоб он не терзал себя больше своими чувствами. Но все оказалось совсем не так, как она ожидала. — Пойдем вниз, Котик. Я сварю горячий кофе и принесу свежей выпечки,—выждав, когда слезы утихнут, Маринетт вопросительно посмотрела в глаза Нуара,— Ты совсем промок. — Спасибо, принцесса,— блондин благодарно улыбнулся, перехватывая их хрупких рук девушки горячую чашку черного кофе. Молодые герои, укутанные в полотенца, уютно уселись на мягкую кровать девушки. Тут, наверху, они чувствовали себя защищенными и уединенными, в отличии от холодного балкона. — Сегодня в… Твоей школе, я случайно увидел тебя убегающую в слезах…— Нуар мягко подошел к болезненной теме, нарушая недолгое молчанье,— Что-то… Случилось? Адриан прекрасно знал, что случилось, но не знал, как еще подойти к такому щепетильному вопросу. Он несомненно чувствовал вину за сегодняшний инцидент с девушкой. Такая робкая, милая и добрая одноклассница всегда находила тепло в сердце молодого Агреста. Хоть он и был уверен, что может принадлежать лишь своей Леди, где-то глубоко внутри он понимал, что теплая улыбка Маринетт навсегда ему запомнится. Дюпен-Чен была для Адриана не просто одноклассницей, а настоящим другом. Ее многосторонняя личность — от доброты и отзывчивости до храбрости и отваги всегда восхищала парня. Сегодня девушка показалась Адриану особенно отдаленной от его гражданской личности — хоть он и привык к вечным заиканиям и неуклюжим движениям одноклассницы рядом с собой, но сегодня ее поведение отсвечивало особой замкнутостью. Не придав этому большого внимания, Агрест собрал с парты вещи и направится к выходу из пустой классной комнаты. — А-Адриан..? Я… Могу кое-что сказать тебе?— от бессвязных мыслей парня оторвала синеглазая подруга,— Это… Правда важно. Адриан удивленно повел бровью, жест, который был привычнее ягуару, и обернулся, чтобы встретиться с обеспокоенным взором голубых глаз. — Да, конечно, Маринетт,— очередная теплая улыбка Агреста, и девушка нервно отвела взгляд. — Адриан, ты… Ты правда замечательный друг и человек, и очень важный для меня,— девушка попыталась поднять взгляд и посмотреть блондину в глаза, но снова одернула себя,— Я тебя правда очень ценю и… Ну в общем… Маринетт дрожала, что не укрылось от внимания блондина. Неужели что-то случилось? Адриан насторожился, вслушиваясь в запутанную речь подруги, пытаясь уловить в ней нотки здравого смысла: — Ты… Ну, я, короче… — Ты мне нравишься, больше, чем друг, и… Я-я… Я тебя люблю. Блондин удивленно покосился на подругу, пытаясь переварить свежую информацию. Маринетт Дюпен-Чен, одна из его настоящих друзей была в него… Влюблена? Заметив замешательство одноклассника, Маринетт быстро, неразборчиво заговорила: -П…Прости, Адриан, я-я… Ты ничего не обязан, я не должна была, я… Прости,— Маринетт почувствовала предательский ком в горле, не позволяющий выговорить еще слово. — Маринетт, прости… Извинения Агреста стали для девушки последним ударом, после которого слезы водопадом потекли из глаз, и, чтобы не опозориться еще больше, девушка выбежала из комнаты, запутываясь в извинениях, попутно пытаясь не захлебнуться в собственных слезах. — Паршивым день выдался не только для тебя.