Глава 4

      — Ямуна, что у тебя со… — причитал юноша, ненамного старше её самой. Серые глаза так и метали молнии, пока он вчитывался в содержимое листка, а его брови поднимались всё выше и выше. Девушка предполагала, что там список либо оценок её подгруппы в классе, либо все собранные ею замечания. Оба варианта были неутешительными. — СО ВСЕМ?!       Голос Локи перешёл на крик. Ямуна пришла к выводу, что там были замечания и её оценки, а вслух сказала:       — А если я скажу, что мы с Айлин поспорили, кого раньше исключат, тебе станет легче?       Доминика с братом, Калебом, прыснули от смеха. Колдер озадаченно и удивлённо посмотрел на девушку. Локи же стоял, открывая и закрывая рот, словно рыба, выброшенная на берег. Ямуна вопросительно посмотрела на куратора, а её глаза смеялись. Он тяжело вздохнул, поняв, что другого ответа не дождётся.       — Ты понимаешь, что тебя не исключат, как бы ты ни старалась испортить буквально всё?! Ты будущая глава… — он начал читать нотации.       — У моей семьи есть ещё кандидат, так что, думаю, они переживут. — Ямуна кивнула в сторону Колдера. Тот закатил глаза с разочарованным вздохом.       Локи устало упал на кресло за своим столом и выдохнул: «Свободны».       Вся четверка в мгновение ока покинула душный кабинет, из освещения в котором были только доживающие свой век лампочки, и неспешно двинулась по пустующим коридорам. Остальные ученики были либо в своих комнатах, либо на дополнительных занятиях. Доминика повисла на Ямуне, хитро сощурившись.       — А вы с Лин…       — Нет конечно, — перебила её Ямуна, отодвигая от себя. — Надо же было что-то Локи сказать. А ты хотела бы принять участие?       — Нет, у нас с братом места не настолько устойчивые, чтобы мы могли спорить.       — Даже жаль. Вышли бы победителями, — заметил Калеб, пожав плечами. На его смуглом лице появилось почти искреннее сожаление. Почти. Колдер же удивлённо вскидывал брови после каждой сказанной ими фразы. Такое легкомыслие он себе представить не мог. Но сказать что-либо не решался: в прошлый раз они с Ямуной знатно поругались, когда он решил что-то ей посоветовать.       — Идём? — кивнула Ямуне Доминика в сторону одного из поворотов, схватив ту за руку. Ямуна, ни секунды не думая, свернула, потащив её за собой.       — Спрашиваешь? — Она махнула рукой куда-то за спину. — Увидимся вечером.       Девушкам показалось, что им что-то крикнули вслед. Но переспрашивать они не стали, а просто ещё быстрее зашагали в сторону выхода из здания.       — Как думаешь, Карис уговорила Лету? — протянула Доминика, откинув тёмные волосы за спину. Несколько учеников, покинувших кабинеты, смущённо отвели от них глаза — за один взгляд от Онкетер они готовы были костьми лечь. Остальные переставали на них пялиться только после уничижительного взгляда от Ямуны — не хотели связываться с одним из немногих полудемонов академии.       — Лучше задуматься над тем, уговорила ли она, на пару с Лин, моего фамильяра, — задумчиво ответила Ямуна, тяжело вздохнув и пожав плечами. — В лучшем случае он просто попрётся с нами.       — А в худшем?       — Локи бы держал нас в кабинете, потому что Гильгамеш уже бы всё рассказал. — Пожала плечами Ямуна и улыбнулась.       — Умеешь же ты напугать, — ткнула её под рёбра Доминика. Ямуна закатила глаза и открыла перед ней дверь, поклонившись и указав рукой на улицу. Внутреннее тёмное убранство академии сразу же сменилось приятным и более современным фасадом здания. Лучи солнца, освещающие розовеющее небо, ударили в глаза.       Как и ожидалось, ворота, ведущие на территорию академии, были закрыты. Но девушки, не растерявшись, сразу повернули и через несколько минут оказались на стыке города и металлического забора, за которым начинались переулки города и уже стояло трое девушек. А за их спинами стоял мужчина с крайне недовольным выражением лица. Ямуна в чёрт знает какой раз пожалела о выборе фамильяра — кто бы мог подумать, что душа героя, жившего несколько тысяч лет назад, будет так её опекать.       — А форму духа принять не судьба? — бросила ему Ямуна, спрыгнув с забора. Тот в ответ молча посмотрел на неё. Она в ответ закатила глаза. Если у него были дети, она искренне им сочувствовала.       Вслед за ней через забор перелезла и Доминика. После короткого обмена колкостями между ними и Лин они двинулись в переулок, петляя между зданиями и мусорными контейнерами. Карис увлечённо рассматривала всё, не сводя серебристых глаз со всего, из-за чего Лин вела её за руку, словно маленького ребёнка. Откуда она такая вылезла? Летиция же держалась за спиной Доминики, выглядывая из-за её плеча, словно мышка. Ямуна не сводила с них взгляда, не вслушиваясь в их беседы. Присутствие фамильяра никого из них не смущало, хотя всех не устраивал факт того, что он сейчас буквально прожигает взглядами их затылки.       На главной площади девушки разделились: компания из шести человек привлекает куда больше внимания. Про форму академии они забыли, но им повезло, что прохожие и лавочники не обращали на неё внимания, — куда больше привлекал внимание фамильяр Ямуны: не всегда ожидаешь увидеть посреди острова в Северном море мужчину со смуглой кожей, да ещё и старше обычного подростка. Ямуне вопросы о нём сыпались практически от каждого прохожего, поэтому она придумывала на ходу разные отговорки по типу «это куратор», «дальний родственник», «кузен», «семья отправила с ней охранника». Но некоторым отговорки не требовались: сразу называли его её дядей или отцом. Какой из этих вариантов бесил её больше, она не определилась.       Когда солнце скрылось за горизонтом, а небо постепенно приобретало насыщенные синие оттенки, студентки собрались там же, откуда вышли на площадь, и поспешили направиться обратно к академии.       — Доминика, ты же была с Летицией? Не знаешь, куда она могла пойти? — осторожно остановила её Ямуна и поинтересовалась почти шёпотом, чтобы Лин и Карис не слышали.       — Ой… — Сконфуженно почесала затылок девушка. — Мне кажется, что она могла завернуть не туда у книжной лавки, но я не уверена. Ты пробовала при помощи магии разума её найти?       Ямуна вздохнула и развернулась в сторону города, отправив Доминику в академию со словами, что они скоро обе догонят. Девушка нахмурилась, но всё же нагнала Карис и Айлин.       — Что смотришь? — зло бросила она фамильяру, выйдя к единственной книжной лавке на площади. Она уже была закрыта, как и большинство магазинчиков, — время уже было позднее для торговли. Внутри даже не горел свет, но полки, забитые книгами, всё равно было видно. Скорее всего, только ей.       Ямуна закрыла глаза, глубоко вдохнув. Представила, будто её и Летицию связывают нити, чтобы мысленно связаться с сестрой. Через какое-то время по этим нитям ей передалось едва ощутимое — видимо, из-за расстояния — чувство тревоги. И страх. Внутри что-то сжалось, но она последовала за этим ощущением, чувствуя его усиление, — девушка определённо была всё ближе к пропавшей.       Она петляла в переулках, то и дело спотыкаясь о бездомных животных, пустые бутылки или мусор. После очередного подобного «препятствия» девушка пообещала себе выкинуть свои туфли.       К ведущим её чувствам Летиции добавился странный, незнакомый ей ранее запах. На губах и языке появился противный привкус сладкого и железа. Ямуна списала всё это на побочный эффект от магии. Рванувший вперёд фамильяр, о котором она уже успела забыть, дал понять, что это не так. Ей оставалось только побежать следом.       Летиция сидела на коленях посреди какой-то лужи, обнимая себя за плечи. Её била сильная дрожь. Взгляд её был направлен куда-то в темноту. Впереди, по направлению взгляда Уордроп, стоял Гильгамеш. Его недовольство Ямуна ощущала кожей.       — Сестра?.. — Едва ли не подпрыгнула Лета, когда девушка встала рядом с ней. Голос её дрожал, а глаза были покрасневшими и опухшими.       Когда же вопрос Ямуны о происходящем был проигнорирован, она нетерпеливо подошла к фамильяру и пихнула в сторону, чтобы своими глазами увидеть, что так испугало её сестру. К горлу мгновенно подступил ком. Сдерживая тошноту, она закрыла рот рукой и покачала головой, надеясь, что это ей привиделось. Тело всё ещё лежало на земле, а её взгляд также возвращался к серебристой монете с пентаграммой, лежавшей посреди вскрытой грудной клетки на месте сердца.

***

      — Почему именно здесь ты решил сделать остановку? — буркнула Ямуна, снимая седельные сумки и относя их в старую лачугу, которую трудно назвать даже сараем. Казалось, дуновение ветра — и старые доски сложатся, будто карточный домик.       — Не ворчи. Мы здесь только чтобы проверить тело, — осадил её Том, придерживая подобие двери на петлях. Половицы, настораживающе скрипнувшие, стоило Ямуне войти в помещение с печью, столом и лавками. Это была единственная комната. Она снова бросила свой взгляд на Томаса.       — И на что повлияет осмотр нами тела? — Ямуна осторожно положила сумки на стол, боясь, что тот рассыплется в труху.       — На наш маршрут. — Закрыл дверь Том. — Пока всё ведёт к Моэ.       — Поразительно… — Закатила глаза Ямуна. — Неужели убийца — человек, который жаждет нашего возвращения в столицу графства? Может, это твой брат настолько по нам соскучился?       — Не ёрничай.       — Да-да, как скажешь. — Отмахнулась Ямуна, доставая плед из сумки.       Ночь обещала быть спокойной, но спать девушка не собиралась. Села на пороге, закрыв за собой дверь и укутавшись в плед. На небе ярко светила полная луна, окружённая звёздами. Несмотря на приближение зимы, ночь была необычайно тёплой.       «Ты решила умереть от переутомления или отсутствия сна?» — раздался обеспокоенный голос в её голове. Ямуна улыбнулась, услышав его, и спрятала лицо в коленях.       «Я скучала по тебе», — призналась она. В ответ послышался самодовольный смешок.       «Где ты была?»       «Я заперта в твоём теле, дорогой носитель. Из него я не могу никуда деться».       «Снова ты врёшь».       Ямуна вздохнула. Зеро вела себя, как обычно, — холодно и резко. Это даже обижало после нескольких месяцев молчания с её стороны. Но зато стала явно разговорчивее.       «Что-то случилось в мире демонов?» — Она облокотилась о дверь. Та, вопреки ожиданиям, не отвалилась, а лишь скрипнула, покорно удерживая вес Ямуны.       «Не совсем, но да… — Показалось, что Зеро, будь она сейчас в своей физической форме, свела бы брови, а её лицо приняло бы мученическое выражение. Или усталое. — Ты не хочешь снять барьер? Если надолго отключать эмоции, потом будет тяжелее…»       «Пока справляюсь», — выдохнула Ямуна, сильнее натянув плед на плечи. Шерсть начала покалывать шею, отчего та противно зазудила. Особенно в том месте, где у неё был едва заметный шрам.       В какой-то момент девушка задремала, вслушиваясь в ночную тишину и шелест, создаваемый полевыми грызунами. То от холодных, то от тёплых порывов ветра хотелось то снять плед, то найти ещё парочку и сильнее укутаться в них. Это была определённо хорошая и спокойная ночь.       На рассвете они с Томом вернулись в деревню и остановились возле подобия часовни. В подвале здания, где каждый день звучали молитвы, хранился труп — жутковатая ситуация. На деревянных ступеньках у входа стояли двое мужчин в возрасте — один в рясе, другой в обычной крестьянской одежде. Староста и местный проповедник. Оба враждебно бросали взгляды на Ямуну — её нечеловеческая природа ощущалась ими довольно ярко. У них по спинам носились табуны мурашек от испускаемой ей демонической энергии — Зеро явно решила повеселиться после возвращения. Останавливать её Ямуна не собиралась.       — Господин, несмотря на вашу компанию и сложившиеся обстоятельства, мы всё равно рады вас видеть, — сухо пробормотал староста, уважительно согнув спину в поклоне. Недовольный взгляд скользнул по его спутнице, вежливо приподнявшей уголки губ в улыбке. Как же ей хотелось сказать что-то колкое в ответ.       — Обойдёмся без любезностей, — бросил Томас, войдя в часовню и толкнув обоих мужчин в стороны от входа. Ямуна проследовала за ним. — Как давно нашли тело?       — Примерно четыре-пять дней назад. — Поторопился за ними староста, пока священник не спеша разворачивался и закрывал дверь, после чего сел на одну из скамеек. — Кто это, мы пока что не знаем; не всех подавших объявления о пропаже членов семей мы успели спросить.       — Тело в подвале, верно? — уточнил Томас, остановившись у открытой двери, ведущей вниз. Староста кивнул, а Ямуна после подтверждения скрылась в коридоре, и её напарник последовал за ней, закрыв дверь. Прямо перед носом старика. Тот что-то недовольно пробурчал на это, но спускаться не решился.       В подвале горела масляная лампа, слабо освещая помещение тёплым светом. На деревянном столе лежало тело, от которого уже начинало пахнуть гнилью. Ямуна остановилась у подножия лестницы, бросив на тело короткий взгляд, после чего повернулась к Тому.       — Оно.       Томас тяжело вздохнул и приблизился к трупу. Несмотря на то, что это уже не первый увиденный им труп, по его спине всё ещё пробегали табуны мурашек — в его голове до сих пор не укладывались мысли о том, что кто-то мог подобным образом издеваться над людьми. Да ещё и так заморочиться — выворачивать рёбра наружу было занятием не из лёгких. Особенно если стараешься оставлять жертву живой как можно дольше.       Ямуна не сводила взгляд с Тома. Ей так и хотелось залезть в его голову при помощи магии и узнать, о чём он думает. Наверняка он хочет спросить, почему она так красочно смогла описать ему процесс. Возможно, даже подозревает её. Нет, он точно её подозревал, но развеивать эти подозрения она не собиралась — не её это дело. Пусть Карис сама этим занимается, раз притащила её сюда.

***

      — Зеро, мы всё так же питаем к тебе, как и к твоим императорам и лордам, глубокое уважение… — слащаво протянула Инара с лёгкой улыбкой. В её глазах читалось предвкушение. Как давно она мечтала сказать самой королеве демонов подобные слова. — Но вы не в праве сейчас говорить за всю свою расу. Вы добровольно отказались от опеки над этим сборищем тысячелетия назад.       Её лицо приняло победное выражение — что Зеро могла ответить на этот факт? Ничего. Та действительно добровольно сложила свои обязанности. Но неодобрительный взгляд Ра прямо говорил ей о том, что Инара сделала непростительную ошибку, — демоны всегда оставались верны своей королеве, а этими словами она навлекала на себя гнев не только Зеро, но и целой расы.       — Не смею спорить с этим. — Пожала плечами демоница. Её спокойный тон вызвал недоуменный взгляд Авроры и заставил присутствующих демонов затаить дыхание — сейчас Зеро выкинет что-то из ряда вон. Где-то в зале довольно сверкнули огненно-красные глаза двух беловолосых демонов. Основатели Итон уже догадывались, что именно сейчас произойдёт. — Но как ты можешь занимать место за этим столом, как и место богини, если нарушила один из важнейших заветов создателей?.. — зелёные глаза Зеро вновь угрожающе блеснули. Лампы над ними, да и по всему залу, начали мигать, словно в фильме ужасов. — Не творить химер? Или ты настолько испугалась, что второй ребёнок выйдет таким же неудачным, как и первый?       Богиня подскочила со своего места, не сводя разъярённого взгляда с Зеро и собираясь что-то сказать. Фенрир недовольно поджала губы — всё шло явно не так, как она хотела. Аврора облегчённо выдохнула. Демоница довольно хмыкнула и повернулась спиной к ним, обращая взгляд на наблюдавших за ними бессмертных.       — Я действительно добровольно покинула демонов. Но, в отличие от самой Фенрир и покрывающих её богов, я не нарушила ни одного запрета создателей ни до отказа от тела, ни после. — Не сводя взгляда с сидящих, она указала рукой на Фенрир. — Хранительница судеб наглейшим образом пользуется своим положением единственного хранителя кристалла мироздания на протяжении всего того времени, что мы предоставлены сами себе и оставлены нашими создателями. — Она вернула свой взгляд к виновнице собрания, опускаясь на своё место. Голос её стал тихим и вкрадчивым. — Или вас всех забавляет то, как она разрушает порядок, ради построения которого мои демоны костьми легли?