Часть 1

      — Поворачивайся спинкой, я развяжу тебе платье.       Поздний майский вечер. В комнате горят свечи, нежным пламенем освещая нас: тебя — в красивом праздничном костюме с цветком в кармашке — и меня — в белоснежном свадебном платье с аккуратным корсетом.       В ответ я обнимаю тебя насколько хватает сил и страстно целую в губы, и ты углубляешь поцелуй.       — Я хочу в платье, — едва оторвавшись, отвечаю я с игривым намёком, и ощущаю, как сверкают в полутьме мои глаза от счастья.       — М-м-м, — произносишь ты с наслаждением и продляешь поцелуй. — Только я схожу быстро в душ, хорошо? — тихо спрашиваешь ты прямо в губы.       — Хорошо, милый, — улыбаюсь я и, ещё раз поцеловав, выпускаю тебя из своих объятий.       Вижу, как сверкают твои глаза. Ты выглядишь таким счастливым.       Спешно уходишь в душ, а я зажигаю ещё пару свечей на тумбе у изголовья кровати. На последней зажигалка выскальзывает из рук и падает на пол. Я наклоняюсь, чтобы найти. Возле тумбы её не видно, и я запускаю руку под кровать в надежде нащупать пропажу. Вместо этого натыкаюсь на какую-то небольшую коробку и с интересом достаю её.       Поднимаюсь с колен и открываю. Достаю оттуда фотоснимок. Затем второй. Третий. Четвёртый. Я сглатываю и сквозь пелену в глазах вдоль стены опускаюсь на пол.       В комнате горят свечи, беспокойным пламенем освещая разбросанные фотоснимки. Я сижу среди них в белом свадебном платье. Дрожащими руками перебираю фотографии из твоей коробки с воспоминаниями. Там ты с ней. Улыбаешься так же, как сегодня рядом со мной. И так же по-собственнически обнимаешь её за талию.       Вот ты целуешь её в шею, одной рукой прижимая её ещё ближе, а второй — держа её ладонь. Она улыбается, закрыв от наслаждения глаза.       А вот парк, где мы впервые поцеловались. Ты идёшь с ней по тропинке между летних деревьев и держишь её за руку.       Вот ты вносишь её на руках в море. Она обхватывает тебя за плечи так же, как и я. А ты так же, как и со мной, не можешь отвести от нее взгляд.       Фото твоей руки у неё под платьем. Маленькие кружевные трусики, как ты любишь.       Вот она в свадебном платье и ты рядом с сияющими глазами.       Поцелуй в помещении ЗАГСа в окружении самых близких.       Ваши руки, закрывающие замок на том мосту, откуда мы любовались волнами и где ты укутывал меня от ветра своими руками.       Вот она здесь, в этой комнате, где я сижу сейчас. Но не на полу, а в постели. Ты фотографируешь её нагую, заманивающую тебя к себе.       Я бесшумно плачу и задыхаюсь от застрявшего кома в горле. Ты любил её так же, как и меня. Она делала тебя таким же счастливым. Я не особенная. Она тоже была для тебя всем. Ты просто забыл это.       Достаю из коробки открытку. На ней Стич — твой любимый мультипликационный герой — с розовой подружкой: в поцелуе, окружённые сердечками. Открываю — и на меня осыпается фейерверк конфетти, а на развороте открытки я читаю нежные признания в любви.       Зачем ты хранишь это?..       Безмолвную от безысходности и боли комнату пронзает трель твоего телефонного звонка. Я, путаясь в подоле свадебного платья, не находя в себе сил подняться с пола, подползаю к прикроватной тумбе и беру телефон в руки. На дисплее высвечивается ненавистное мне имя. Это звонит она.       — Сейчас отвечу, милая! — кричишь ты из ванной, и я едва улавливаю слова.       Из-за внезапной заложенности в ушах я не слышу, как через несколько мгновений ты появляешься на пороге комнаты. Я смотрю на тебя, но не вижу. Из-за бесшумных слёз всё вокруг становится серым. Только кое-где виднеется проблеск от свечи.       — Господи, солнышко, что случилось? — опускаешься ты передо мной на колени, тут же забыв про телефон.       Да, ты и её так называл.       Я не могу произнести ни слова, но ты, глядя вокруг, и так всё понимаешь и берёшь мои дрожащие руки в свои. Под нами мнутся фотографии. Обнимаешь меня, комкая белоснежную ткань, и я, оказавшись в твоих объятиях, не могу больше сдерживаться. Мой плач содрогает безмолвную комнату. Я не обнимаю тебя, я хочу оттолкнуть, но остаюсь неподвижна, чтобы не сделать тебе больно. Моей боли хватит на первую брачную ночь.       Несколько минут мы сидим оцепенело. Лишь тёплые пламя свечей и наши сердца мечутся в этой застылости.       — Можем это всё выбросить, если хочешь, — шепчешь ты, чуть отстраняясь, чтобы посмотреть мне в лицо.       — Да, — спустя пару минут тихо отвечаю я, смотря в пустоту.       А поможет ли это? Я сомневаюсь. Она всё равно существует в твоих воспоминаниях, в твоей жизни, в твоём телефоне.       Ты встаёшь, ступая на платье, и подаёшь мне руку. Я качаю отрицательно головой. Мой плач поутих, но я не готова сейчас подниматься с пола.       Ты с тревогой не спеша начинаешь поднимать с пола фотоснимки. Должно быть, воспоминания просятся гулкой болью о том, каким счастливым ты был в эти моменты.       Снова звонит телефон.       Я зажмуриваюсь, удерживая новый прилив слёз.       Ты подходишь к тумбе, берёшь в руку телефон, держа в другой собранные фотографии. Смотришь на меня, сидящую рядом на полу, и по твоему взгляду я понимаю, кто это. Интуиция не обманула. Ты проводишь пальцем по экрану и подносишь трубку к уху.       — Алло, — говоришь ты охрипшим голосом.       Мне хочется закричать, мне хочется убежать, мне хочется оглохнуть, лишь бы не слышать этого. Я закрываю руками уши и закусываю губу, чтобы из моей груди не вырвался крик, звучащий в голове.       Ты, как и прежде, садишься напротив и нежно пытаешься опустить мои руки. Целуешь меня в лоб. Затем начинаешь говорить в телефон, и я всё-таки чуть приоткрываю уши, чтобы услышать.       — Не звони мне больше. Я люблю свою жену, — размеренно произносишь ты, смотря мне прямо в глаза.       Тебе что-то отвечают, но ты, не дослушав, отключаешься. Откладываешь телефон в сторону и целуешь меня в губы. Я не отвечаю. Смотрю на зажатые в твоей руки фотоснимки, затем оглядываюсь, чтобы увидеть остальные, ещё не собранные. Беру из твоих рук воспоминания и по одному начинаю разрывать их. Клочки падают на свадебное платье вместе с моими гневом и ненавистью. Ты тихо наблюдаешь за мной, разместив руку на моём бедре и с сожалением заглядывая мне в глаза.       — Прости, — почти неслышно шепчешь ты и, не услышав ответа, подаёшь мне открытку, затерявшуюся в подолах платья, а затем встаёшь за оставшимися фотографиями.       Я разрываю их все на мелкие кусочки. Сердце бешено стучит в груди, я чувствую озноб и не могу прогнать ком из горла.       — Так легче? — с надеждой спрашиваешь ты, помогая мне подняться. Я наклоняюсь, чтобы уничтожить два фотоснимка с вашей свадьбы, примятые моим белым платьем.       — Наверное, — честно признаюсь я и пытаюсь успокоиться.       Ты обнимаешь меня, прижимая мою голову к своей груди, и я слышу, как громко и беспокойно бьётся твоё сердце. Мы стоим так несколько минут, пока моё тело не перестаёт содрогаться, затем ты целуешь меня в губы, и я неохотно отвечаю на третий поцелуй. Через несколько секунд ты нежно отстраняешься и грустно заглядываешь мне в глаза.       — Поворачивайся спинкой, я развяжу тебе платье.