Часть 9

— Хаха, мам, Доён опять за своё, — смеясь, пожаловалась Джиён. Мальчик, держа в руках водяной пистолет, продолжал брызгать им в сестру. — Ну же, сдавайся. Я победил, — пропищал Доён, подбегая ближе к Джиён. — Ааа, папа! — взвизгнула девочка от очередной холодной струи. И увидев отца, побежала к нему. — Паааап, он снова, — на глазах девочки показались слёзы. Она обиженно дула губы, спрятавшись за спиной отца. Мужчина улыбнулся, взглянув на дочь. Морщины тогда едва покрывали его лицо. Оно выглядело свежим и молодым. Волосы ещё не окутала седина. Мужчина выглядел здоровым и полным сил. Отец наклонился к Джиён с хитрой улыбкой: — Слушай, а давай проучим Доёна? И тогда он перестанет тебя обижать. — Так можно? — глаза ребёнка загорелись, расцвела улыбка и слёзы исчезли. — Конечно, — отец ласково потрепал дочь по голове. — Тогда я готова, — девочка весело подпрыгнула на месте, обвивая шею отца. — Тогда вперёд! — Вперёд! — повторила Джиён. Мужчина поднял девочку на руки и они вместе побежали за оружием для мести. Наполнив пистолеты водой, они пошли искать Доёна. Мальчик оказался в саду. Видимо, ему надоело стреляться и сейчас он жевал яблоко, разбрасывая вокруг камни. Он собирал из них башенки и тут же ломал. Потом снова складывал их вместе. Доён был так увлечён своим занятием, что не замечал ничего вокруг. Это было самым подходящим моментом для атаки. Спрятавшись неподалёку, отец с Джиён медленно, на четвереньках подползали к ничего не подозревающему мальчику. Когда они оказались на нужном расстоянии, отец крикнул: — В атаку! — В атаку! С этими словами Джиён с отцом начали расстрел. Доён подскочил на месте, извиваясь. — Ааааа. Холодно! — пищал мальчик, пытаясь увернуться от струи. И только когда вода закончилась, нападающие успокоились. — Хаха, цель повержена! — Джиён звонко рассмеялась, протягивая открытую ладонь отцу. Тот с довольной улыбкой протянул её в ответ. — Мы справились. Юхууу — мужчина тоже засмеялся, ложась прямо на траву. Доён стоял абсолютно мокрый и недовольный. — Это нечестно! Вас двое. Я был не готов! — мальчик сердито топал ногой. — Нападать не девочек тоже нечестно. Ты должен защищать и заботиться о сестре, — отец поднялся и подошёл к Доёну, взяв его за плечи. — Запомни это, сынок. Будто почувствовав серьёзность его слов, мальчик замолчал. — Папа, — Джиён подошла к отцу и присела рядом с ним. Кажется, она тоже услышала нотки грусти в его словах. Мужчина улыбнулся и обнял обоих, крепко прижимая к себе. — Я люблю вас, дети мои. Доён и Джиён были тогда очень малы и не понимали, почему настроение отца так резко переменилось. Потом они и вовсе забыли об этом, увидев как отец снова жизнерадостно улыбается. Джиён подумала, что может тогда у отца были проблемы. Он всегда улыбался и было странно видеть его таким. Хоть это и длилось всего несколько минут. Джиён услышала какой-то писк и другие непонятные звуки. Кажется, рядом слышался плач. Как же тяжело. Почему голова так болит? Джиён медленно открыла глаза. Белый цвет стен и потолка ослеплял. Джиён попыталась сфокусировать взгляд, приходя в себя. Она медленно повернула голову. Любое движение давалось с трудом и отзывалось болью. Рядом сидела мама и почему-то плакала. Что случилось? Джиён стало тревожно. Внутри нарастало волнение. Девушка пошевелила губами, пытаясь что-то сказать, но вместо этого раздался только хриплый вдох. — Мама. Женщина взглянула на Джиён. — Джиён! Доченька, ты очнулась! — она попыталась улыбнуться. Но слёзы продолжали катиться из её глаз. Было очень сложно говорить. Слова вырывались лишь хриплыми вздохами. Поэтому Джиён молча глядела на мать. В двери показался Доён. — Ты очнулась? Доктор, скорее сюда! — крикнул Доён и подошёл к сестре. Почему-то он тоже выглядел подавленным. — Что. — Ничего не говорите. Вам нужно отдохнуть. Нельзя напрягаться, — подошёл врач. — Сейчас мы вас осмотрим. Джиён чувствовала, что что-то не так. Доён с матерью вышли за дверь. Что такое? Волнение в груди всё нарастало. Слёзы неосознанно покатились по щекам. Дверь открылась и появился Ёнджун. Что он здесь делает? Джиён ничего не понимала. Как же тяжело. Тело не слушалось. Было словно каменное. — Джиён. — Ёнджун порывисто обнял девушку. Он крепко прижал её к себе, уткнувшись носом в плечо. Джиён поняла, что случилось что-то очень плохое. Девушка боялась узнать, что именно. Она почувствовала, как рубашка на плече стала мокрой. Он плачет? Парень отстранился, продолжая держать Джиён за плечи. Он посмотрел ей в лицо. Он действительно плакал. — Джиён. Твой отец. Он. Умер. — Что? Что ты говоришь? — едва слышно раздались хриплые слова. Ёнджун закусил губу, пытаясь сдержать новый поток слёз. Тревожность охватила тело. Джиён замолчала. Как такое могло случиться? Что? Это неправда. Это не так! Но снова посмотрев на парня, девушка вздрогнула. Руки затряслись. Слёзы стекли по щекам. — Этого не может быть. Папа... — она опустила голову, сжимая ладони. Ёнджун снова обнял девушку, поглаживая по голове. Джиён уткнулась в его грудь. Почему? Почему? Нет! Это не может быть правдой. Девушка не верила. Её отца. больше нет? Моменты, проведённые вместе с ним вихрем пронеслись в голове. От этого стало ещё больнее. Почему всё так? Плач не прекращался. «Папа. Почему ты ушёл? Это всё из-за меня. Нужно было остановить отца и просто вызвать полицию, чтобы они сами нашли Доёна. В последнее время я даже не замечала ничего вокруг. С этой неразделённой любовью. Как я могла не заметить, что с Доёном что-то не так? Будь я внимательнее, ничего бы не случилось. Это я виновата. Папа. Папочка, прости меня.»

***

Госпожа Ли не находила себе места от волнения. — Пожалуйста, успокойтесь. С ней всё будет в порядке. — ободряюще улыбнулся Ёнджун женщине и Доёну, который хоть и не показывал вида тоже очень переживал. «Он молодец.» — подумал Ёнджун. «Возможно, он чувствует себя виновным в этой аварии. Должно быть, ему тоже очень тяжело. Но он даже не показывает этого. Он хороший сын. Старается быть рядом с матерью в такой тяжёлый момент. Лишь бы операция прошла успешно. И Джиён очнулась.» Ёнджун мысленно молился, чтобы всё прошло хорошо и сложный период в этой семье поскорее бы закончился. — Давайте я схожу и куплю нам что-нибудь? Госпожа Ли сначала не отозвалась, задумавшись. Казалось, она сейчас находится не здесь. — Госпожа? — повторил Ёнджун, дозываясь женщину. — А, да, хорошо, сходи. Спасибо тебе большое, что находишься рядом с нами и помогаешь. Ты правда не должен этого делать. — Не говорите так. Я хочу помочь вам. Я тоже очень переживаю за Джиён и вашего мужа. Меня это нисколько не тяготит, госпожа. — Спасибо тебе. Должно быть, вы очень близки с Джиён. Она не говорила о тебе. — Да, мы хорошо общаемся, — Ёнджун слегка замялся. Они ведь не настолько хорошо общаются. Зачем он помогает? Просто хочется помочь этой семье. Может это и не его дело. Но Ёнджуна воспитывали именно так. Родители всегда были добрыми и отзывчивыми. Они помогали людям. И тоже самое говорили Ёнджуну. Кто поможет человеку, если не другой человек? — Хорошо. Я рада, что у моей дочери такой хороший друг, — мать Джиён коротко улыбнулась парню и снова задумалась. «Так не пойдёт. Нужно её немного взбодрить.» — подумал Ёнджун и направился в ближайший маркет. Мобильный в кармане загудел. Ёнджун вздрогнул от неожиданности и достал телефон. «Что? Снова она? Почему продолжает докучать мне?» — подумал парень и ответил на звонок. — Да? — Оппа, где ты? Я переживаю за тебя. Ты не отвечал на мои звонки. — Прости, мне сейчас не до этого. — Не смей вешать трубку. Почему продолжаешь игнорировать меня? Слышишь? Я сделаю так, что тебе придётся очень нелегко. Ты даже не сможешь дебютировать! Твоя жизнь превратится в ад! И тогда ты будешь ползать передо мной на коленях! Кто ты, чтобы так со мной обращаться? Ты слышишь меня? — Мне всё равно. — хмуро ответил Ёнджун и повешал трубку. Эта девушка. Сводит с ума. Когда она уже отстанет? Какие цели преследует? Ёнджун не знал и решил не думать о ней. Сейчас это совсем неважно. Ёнджун подошёл к месту, где полчаса назад была госпожа Ли с Доёном. Сейчас никого не было. Операция уже прошла? Увидев доктора, Ёнджун схватил его за руку. — Господин, как прошла операция? Всё хорошо? Где госпожа Ли и Доён? — Долгое молчание совсем не понравилось Ёнджуну. — Что-то не так? — Мы потеряли господина Ли. Простите. Его сердце не выдержало. У него была аритмия. Организм оказался слишком слаб. Извините. Я должен идти, — врач тоже выглядел подавленным и спешил уйти. Потеря пациента плохо сказалась на нём. Ёнджун застыл на месте. Отца Джиён больше нет? Парень побежал к палате девушки. Распахнув дверь, он увидел её в сидячем положении. Врачи осматривали её. Кажется, она ещё не знает. Может не стоит её тревожить? Она должна знать. Ёнджун порывисто обнял девушку. Невольно полились слезы из глаз. Он прижимал Джиён крепко к себе. Она ведь справится? Это слишком тяжело. Но она должна знать. Будет жестоко не сказать ей сейчас. — Джиён. Твой отец. Он. Умер, — Ёнджун выдохнул, смотря в глаза Джиён. Она сидела, будто не понимая о чём ей говорят. — Этого не может быть. Папа. До неё будто только дошёл смысл слов и она резко и горько заплакала. Её руки тряслись. Ёнджуну хотелось обнять Джиён как можно крепче. Ему хотелось укрыть её от всего этого, успокоить. Ёнджун сам не понимал, что плачет вместе с девушкой. Даже представить страшно, что творится у неё в душе. Потеря близкого человека. Ёнджун сам это пережил. Может поэтому он находил их ситуации похожими и также сильно переживал. Может, поэтому он плакал. Ему было очень жаль Джиён, госпожу Ли, Доёна. Теперь, на их плечи легло столько всего. Они должны быть сильными.