Не приятно

Любимый сын бегает по детской площадке. Молодая женщина стоит, поглядывая за ним, переминаясь с ноги на ногу. Сегодня был общий день, выходной 07, который был посвящён единственному важному человеку в крошечной жизни. Она помнит до сих пор, как держала кулечек в руках и как с особой нежностью щупала маленькие щечки. Сейчас, пахая на трёх работах, ни о чем не жалела. Может, это был лучший выбор в жизни, хотя нет, не может. Это было по настоящему лучшим решением. — Мама! Кулкид подбегает к женщине, по рябячески тянется вверх, так, чтобы его взяли на ручки. Это женщина и делает, лаского поднимая к себе ребенка. — Что такой моё солнышко? — мы купим мороженое?! — конечно Конечно Кулкид пропал в тот же день, когда она отошла ненадолго, буквально в туалет. Пройдясь по всем местам, проверив каждый угол, поняла. Его не было. Тогда тело охватил страх. По настоящему жуткий, такой, который выбивает всю решимость с желание жить. Бежит средь домов клеит листовки в попытках донести до людей проблему, но ничего не выходит. Люди — мрази. Они отворачиваются от неё, ведут носом, будто псины которым сказали нельзя. Просто сборище уродов которые ничего не могут. Женщина злилась. И пусть право на это не имела от слова совсем. Когда отчаяние захватывает тело, становится все ровно. Пинала мусор, кричала в просьбах помощи, но получала лишь игнор. Да, знала почему. Знала как так вышло и все же.. Все же понимала, почему людей ненавидела раньше, ненавидит сейчас. Почему воспринимает их как сборище идиотов. Еще где-то в университете, когда влетала в плейсы с размаху, знала что за стадо было. Когда обнаружилась беда, поняла, не ошибалась. Никто тебе не поможет если ты не вышел лицом, или, может, не получится по жизни кем то хорошим? Ты просто мусор, и она поняла. А потом рвалась сама,ю и ненадеясь ни на что. Завалившись в полицию устроила скандал, получив нет ушла и сжав штаны захныкала, но не сдалась. Пошла дальше клеить бумагу на все что можно было, молясь что все наладится. Но не налаживалось. Ближе к вечеру, возвращаясь домой, стукнулась лбом об столб и упав на колени тихо начала бубнить. Говорила, говорила, говорила и говорила что-то непонятное даже для себя. А потом, после четкого слова заревела. Самым ужасным проклятьем было потерять единственного родного человека. Единственный клочок спасения в ненависти. 007n7 потеряла. Проходит немного времени. Порядка нескольких месяцев. Она идёт между одиноких переулков, плетя конечности за собой. Руки её висят ненужной веревкой вниз, почти не поднимаясь. В последнее время все ухудшилось. Не было теперь никого, кто мог бы хоть что-то сказать. Народ стал сжёще. Теперь даже не слушали, сразу отталкивая и посылая так далеко... Ничего не оставалось. Вести поиски одной было тяжко, но пыталась, изворачиваюсь как могла. Вот, так, сейчас к этому и пришла. Окунулась в свои поиски с головой, отвалилась настолько, что пошла на радикальные меры. Вставала на колени, брала чужие запястья в свои руки, молила о помощи, но ничего не происходило. Они смотрели глупо кривя лицо, но только вот это действие лишь задевали и так ели стучащее сердце. И, она поднималась с колен, давно покрывшимися ссадинами, сжимала свою затрепаную куртку тихо всхлипывая уходила куда-то, куда вроде раньше не ходила, а вроде прошла так много кругов, что уже и не знала. Цикл, который длился долго. Мать, потерявшая своего ребенка. Наверное, самое худшее что могло быть. Сегодня пятница. День считавшийся самым лучшим. Завтра будут выходные, которые затянут рабочих людей в отдых с головой. Но не женщину, которая ели перебирала ногами. Измученное тело передвигалось ели как, будто нарочно клоня в бок. Не уж то собственный организм хочет, чтобы она упала? Легла на холодный асфальт сжавшись от грустного одиночества. Пожалуй. Может, все это лучшее что может преподнести судьба? Нет, глупая мысль. Не может жизнь так повернуться, что ей оставят ледяной ветер, который продует до косточки и совсем сплошное пребывания одной. Но не сможет же так быть, да? Шаги. Компания, которая выходит из ближайшего переулка. Она не обращает внимание, идет вперед не думая даже о том, чтобы обернуться и посмотреть, а зря. Возможно их шаги показались излишне подстроившимися под её. Обычно так не ходят без какого умысла. Женщина это знает, потому что сама находилась в похожей ситуации, п потому напрягается. Внутреннее чутьё резко обостряется, заставляя прилить силы к ватным ногам. Почему? Она смотрит боком, пытается понять что не так. Никогда чуйка не подводила. Те парни выглядят угашенными в край. Красные лица и большие глаза. Громкий голос и сильные руки. Все пугало до чертиков, заставляя сжаться только появившиеся чувство внутри и с сплеском разойтись по телу. Понимает что они нацеливаются на неё, когда один из мужчин начинает ухмыляться. Его мерзкие зубы выскальзывают с краюшка губы. Видимо заметил что она глядит. От такого передёргивает. Что-то не так. Что-то грядёт. 07 ускоряет шаг, но ловит слухом то, как компания делает точно так же. Блядь. Рефлекторно срывается на бег, потому что жизнь начинается биться в висках. Бегать умеет уже давно, а особенно когда за тобой начинает нестись уйма каких-то мужчин. Что они хотят от нее, что будут делать? И мысли начинают виться змеей. Блять, что нужно от женщины. Одной. В веселый пятничный вечер. Ответ лезет наверх мерзким глистом. Конечно ничего другого кроме как взять, утолить свинские потребности и использовать "по назначению". Если это так, то ублюдки явно понимают что к чему, возможно по этому начинают нестись еще быстрее. Она дышит через раз. Легкие начинает жечь. Если позволит лишний вздох, умрёт прям тут. Сама себе сейчас клянётся в том, что будет лучше не останавливаться, бежать как только может. Они крупнее, сильнее. На консоль нужно время. Когда начинают мелькать частные дома, надежда загорается звездой где-то в голове, только.. Розовые очки с силой разбиваются об асфальт, который оставил на руках болезненно глубокие царапины. Запнулась об ебучую корягу, будто на зло оставленную детьми! Мышцы сжимаются, а с ними и сердце. Быть добычей хищников самое страшное. Особенно когда знает, каким именно будешь лакомым куском. 07 глотает страх с захлебом, пытаясь не вскрикнуть. Сердце начинает колотить в грудь, когда один из ублюдков присаживается на корточки. Догнали. Другого ожидать и не следовало. И так один из них почти схватил за руку, оставались считанные сантиметры. Теперь сидит перед ней, максимально мерзко улыбаясь. Врезать бы... Она готова покляться, проклинала бы их еще долго. Сдерживаться не собирается, будет бороться пока есть силы. Раз быть ей загнанной крысой в угол, так почему должна терпеть игры кошек? Женщина резко бьет того по лицу, отползает назад в пару действий, неудобно согнув ногу, но это совершенно последняя проблема сейчас. Гигнаская стена из живых ног просто не даёт уйти, даже отползти на метр. Команда ублюдков, которая сговором зажала. Страх смешался с дозой адреналина. Глаза бегали с одного силуэта на другой в надежде увидеть капельку сожаления. Так насчитала порядка восьми ублюдков. — Вот... Сучка. Сука... Она. Так решает монстр, поднимаясь после смачного удара в челюсть. Он дышит так, что все почти переходит в хрипение. Перестаралась ли она? Ничуть. Дала бы еще раз по роже. 07 не видит, потому что очки разбиты, но знает что происходит, а от того стало мерзко и страшно. Руки мужчины резко цепляются за колено. Она вновь замахивается, резко бьет куда то в грудь со всей силы, так как только может сейчас, но... Руку перехватывают, больно зажимая. — Будешь рыпаться, будет больнее, мразь. Ребят, берите Берите Широкие мозолистые пальцы впиваются в лодышки и запястья. Они как солдатики ребенка, который ставит как захочет всех. Она рвётся, пытается вьебать хоть по кому то, хоть по какой-то части тела, но только вот ничего не выходит. Предусмотрительные мрази, каждый на конечность. Почти по два человека, считай — От-пу-сти-те! Кричит, задыхаясь в своих же эмоциях и тошнотворном чувстве. Будто её связали. Хотя, почему будто? Так и есть. Тот самый подходит. Щека распухает, но ей все ровно, она хочет уйти, сбежать с цикла, который подготовила судьба. А еще хочет хорошенько вьебать еще раз. Глаза щуриться в отвращении к лицу, которое перед ней. Вновь набирает воздух в легкие, только вот, крик не выходит вовсе. Один из ублюдков запихивает три пальца в рот, заставляя собственную слюну течь по подбородку. Мерзко — отпустить? — и, волосы болезненно оттягивают назад, заставляя вкрикнуть от боли. Он почти вырывает их, нарочно оттягивая по волосинке. — малышка, после того как из за твоих прекрасных рук сгорели наши дома, мы тебя не отпустим Блядское касание по плечу, плывущее долгой пыткой до груди. Она сжимается, заставляя своё тело согнуться, лишь бы избежать мразотных пальцев. Но то, как держат, не позволяют даже лишний раз шолохнуться. Убивает, не на прямую, но ментально. Она дёргается, пытаясь освободиться от хвата, но этим делает хуже. — нам нужна плата, а твоё замечательное тело прекрасно подходит. Сученыш нарушает личные границы, толкает свои сосики под кофту, надетую по холодной погоде. Она клянётся, щас блеванет прямо на лицо уроду и заставит его сбежать куда-то далеко и надолго. Только вот, если попробует, скорее сама захлебнуться. — как прекрасно сохранилась для своих лет.. Ребята, пошли Тащат все еще борющиеся тело туда, где обычный люд не увидит. Даже если увидит, не поможет. Им хватит лишь обозначить кто попал в этот круг, что бы присоединились еще люди. Она знает, а потому чувствует как глаза мокнут. Мышцы сжимаются особенно сильно, раз за разом дёргаясь. Когда в глотку толкают какую-то тряпку, женщина давиться, начиная храпеть. Когда голодное стадо разрывает единственные клочки одежды, готова покляться, ненавидит жизни так сильно, что словами не описать. Лицо больно ударяется об асфальт, писк в ушах перекрывает все, что было, что могло быть. Никто щадить не будет. Острые человеческие клыки впиваются в кожу, там где не должны, там где не должны лежать руки прохожих. Она вновь дергается, пытается призвать консоль, но голова резко поднимается и из глотки вытаскивается тряпка. То, зачем было сделано, заставляет сжаться. Захрипет гортанный болезненный стон и вызвать и животных позыв возбуждения, а она пытаясь ухватиться за воздух попытается придумать что делать, но... Что она вообще может сейчас? Когда до сих пор её удерживают, грубо перекрывая кровь к рукам и ногам, при этом наглаживая от чего становиться мерзко от себя. 07 чувствует себя по блядски грязной, куском дерьма, которое теперь точно никому никогда не приглянется. Грязно, мерзко до невозможности, до того, что желудок сворачивается в трубочку. Никто не будет щадить отродье, которое навредило, никто. А потому, когда она чувствует что-то, что не должно было проникнуть в анальное отверстике, проникло, извивается в попытках отойти, уйти от нежелательного контакта. Горячие слезы жгут холодные щеки, в одну из которых тычиться блядская человеческая палочка. Женщина скалит клыки, но получает один удар по голове и болезненный пинок в живот. Где-то позади начинают вдалбливаться. Внутри все рвётся, она чувствует как кровь льётся не там где должна быть и открывает рот в немом крике. Зря. Глотка зудит. Женщина пытается выблевать то, что перекрыло кислород, прикусывает, но на это опять бьют, прямо в висок. В этот же момент в второе отверстие проникает еще один член. Как же, блядь, противно. Чувствует себя последней шалавой, котороя теперь сто процентов должна умереть. Взять пистолет и застрелиться. Чувствует себя тряпичной куклой с очень ненадежными нитками, ведь то, почему органы так разрываются, будто расходясь по швам, обьяснить не может. Когда глотка заполняется отвратительный смесью, блюёт на асфальт, куда её тычат лицом. Взади все заполняется этой же липкой грязью, в помесь с собственной кровью. Больше не чувствует боли, просто отключила какие либо мысли, какие либо чувства. Подонки меняются, повторяют то же действия. Круг за кругом, минуту за минутой. До момента, пока лицо не начало распухать вместе с глоткой. До момента, пока задний проход не стал напоминать кашу с по блядски мерзким наполнением. В конце процесса каждый уебок обтирает свои агрегаты об ноги, бока, шею, все до чего дотянуться и быстро натянув штаны уходят, будто ничего не произошло. Будто человеческая жизнь для них ничего, хотя.. А кто она вообще, как не отвратная мразь? 007n7 лежит там, чувствуя как холод с острой болью пронизывает всю. Новая волна слез нахлынывает с силой. Хотя, последних не было совсем. Она не может вызвать даже консоль, что уж там. С последних сил женщина подтягивает конечности к себе, почти вревращаясь в клубок. Все сильно гудело, отдаваясь прямо куда-то внутрь. Было больно просто существовать. Наверное, прошло порядка двух часов, когда сознание почти окончательно покинуло тело, но... — Седьмая? Эллиот возникает откуда то снаружи. Почти рефлекторно вздрагивает, теперь стараясь отползти назад. Но что может сделать кусок мяса, который почти протух? Парень идет почти на цыпочках, смотрит бегло и с ужасом вздыхает. Когда вновь дергается, понимает, что переусердствовала и теряет сознание. Что будет дальше, не знает, но очень хотела бы чтобы её застрелили. Убили, чтобы не мучалась, чтобы никогда не вспоминала это. Если пиццамен это сделает, то будет благодарна. Но даже так не сможет отплатить за все, что сделала ему, какую боль причинила. Однако Через несколько часов, а может и дней, девушка открывает глаза в больнице, а рядом сидит блондин, уткнувшись носом в белоснежное покрывало, прижимая онемевшую еще тогда руку женщины.