По-домашнему уютно

      — В подвал бы тебя, да на цепь, чтобы никуда не делся опять...       — Да хватит ворчать, понял я тебя, злюку, понял.       Алнар расчёсывал свои волосы щёткой. Да уж, давно у него не было такой возможности. Касуф, злой и надутый, сидел рядом и чистил свои украшения. И не скажешь, что вот он, новоявленный амир всея Fam'Kahif: настолько по-домашнему уютно он выглядел, будто бы Алнар снова совсем маленький, а Касуф, его старший брат, приехал к ним домой погостить. И что вот сейчас он помогает маленькому Алнару собраться перед сном, а потом они будут вместе читать сказки...       — Алнар, ты такой балбес, — Касуф отложил серьги и, недовольно прищурившись, повернулся к своему младшему брату. — Почему ты даже не попытался написать Ярас?! Ты знаешь, как она убивалась?       — Где я тебе в трущобах на другом конце страны нашёл бы бумагу и чернила? — огрызнулся Алнар в ответ. — Я еду еле-еле наскрёбывал, один раз с голодухи съел летучую мышь! Думал, помру, так живот замучил...       Касуф искренне пытался держать лицо, но прыснул со смеху.       — О, пламя великосильное, я представил тебя с торчащим крылом летучей мыши в зубах...       — Ну-у, примерно так это и выглядело. Только она ещё жаренная была, — Алнар отложил щётку и покачал головой. — Никогда не пробуй, мало того, что не вкусно, так ещё и вредно. Это я-то умный, догадался мха угольного нажраться, а то помер бы так...       Касуф потрепал Алнара по голове, из-за чего тот злобно пискнул.       — Совсем что ли, мне снова причёсываться теперь!       — Ты спать будешь сейчас, глупый.       — Тьфу, это не значит, что я могу лечь с большим колтуном на голове!       Алнар снова принялся вычёсывать свою шевелюру.       — Вообще, главное, что я жив остался. И что у меня будет отметка! Родовая! И все меня будут уважать!       — Угу, поэтому поторапливайся, парикмахер. Церемония утром, и тебя никто ждать не будет.       Алнар закатил глаза и улыбнулся.       — Злюка.       — Вот так ты относишься к моей заботе...