Часть 1

В коридоре пахло антисептиком. Тот самый запах — едкий, холодный, слишком знакомый. Антон сидел на мягком диванчике, сжимая пальцами подол толстовки, так, что побелели костяшки. Подросток пыталась держать свой страх и эмоции внутри. Чтобы дети, подростки, их родители, медсестры, врачи, и вообще все, не подумали что какой-то пятнадцатилетний подросток боится всего что тут есть. Мама Антона — Майя, сидела около него, нежно держала и гладила его ладонь. Женщина говорила что все будет хорошо, никто его обижать не будет. Она говорила мягко, спокойно, будто это обычный поход в магазин. — Антош, ну не дрожи ты так… — шепнула Майя, кладя руку подростку на плечо. Тоша едва заметно вздрогнул от этого действия. — Я не дрожу, — тихо сказал он, даже не открывая рта до конца. На коленях у мальчика была медицинская карта, в которой была пометка: «направлен к детскому неврологу». Дело в том, что последние несколько недель у него часто болела голова. Иногда так сильно, что темнело в глазах. Сначала мама Антона подумала, что это от телефона, как и все мамы: «Это из-за твое телефона». Потом, что это от нервов. Спустя неделю Майя повела мальчика в больницу, к педиатру, так как боли продолжались. Но Наталья Александровна сказала, что лучше пройти консультацию у невролога. И вот — третий этаж, кабинет №305. На двери аккуратная табличка: «Попов А.С., детский врач — невролог». Внутренний голос Антона говорил что нужно убегать отсюда. Но как только подросток попытался подняться, мама сразу же его остановила. Спустя пять минут, из кабинета вышла маленькая девочка, лет пяти, не больше, она улыбалась, и что-то рассказывала маме. Антон был в шоке, как после похода ко врачу можно улыбаться. — Как она вообще может улыбаться, не только от выхода из кабинета, а вообще, в этом ужасном месте под названием «больница». Возможно она улыбалась от того, что уже вышла из этого ужасного кабинета и идет домой. Но мысли парня оторвал звук двери, которая открылась мягко, и оттуда вышла медсестра. — Заходите, пожалуйста. Подросток вошел туда как на смертную казню. В кабинете было светло. Белые стены, большой стол, стул у окна, запах кофе в перемешку с антисептиком. За столом сидел мужчина в очках. На вид лет сорока. Тёмные волосы, голубые глаза, внимательный взгляд. Врач не выглядел злым, очень даже на наоборот. Но внешность обманчива, это Антон знает с детства. — Здравствуйте, — сказал мужчина спокойно, с легкой улыбкой на лице. — Меня зовут Арсений Сергеевич — как на автомате представился брюнет. — Что же привело вас ко мне? — Здравствуйте. У сына часто болит голова, и нас направили к вам, — Сказала мама подростка, так как мальчик даже не решился поздороваться с врачом. Также женщина передала мужчине медицинскую карту Антона. Врач кивнул, открыл карту, взглянул на записи которые там есть, и решил уже поговорить с мальчиком. Так как проблема у него, и он лучше сможет описать свое самочувствие. — Так, а как зовут этого молодого человека? Мальчик не ответил. Он стоял, не шевелясь. Парень был как дерево, молчал, и как будто прирос к полу. — Антон, — спустя минуту тишины тихо сказала Майя вместо него. Арсений Сергеевич поднял взгляд. И посмотрел на подростка, внимательно, как будто бы сканировал его. — Антон значит, — кивнул брюнет. — Можешь присесть напротив меня. — Он сказал это просто, без нажима, но слова будто ударили в воздух. Антон сел, но сжал кулаки так сильно, что ногти впились в ладони. Глаза бегали по комнате: шкаф с медицинскими инструментами, на стене — плакат с анатомией мозга. На столе — зеленый молоточек. Молоточек. Он сглотнул. Мужчина смотрел на реакцию парня, как он садится, как сжимает кулаки, как слегка дрожит. По этой реакции было видно, что мальчик чего-то боится. Но Арсений Сергеевич решил пока не подавать виду. — Головные боли давно начались? — спросил врач, перелистывая карту. Антон пожал плечами. — Недавно. — Хорошо, — больше для себя сказал брюнет. — А как часто? Подросток все время смотрел в пол. Он не хотел говорить, но выбора у него особо не было. Потому он продолжил говорить дрожащим голосом. — Иногда. Попов опять кивнул. — Понятно. А когда болит, есть ли головокружение? Мушки перед глазами, тошнота? Мальчик замялся. Слова не шли. Он чувствовал, как сжимается грудь. Слишком много белого вокруг. Слишком тихо. Слишком страшно «После вопросов начнёт осматривать… А если будет делать больно… А если захочешь сделать укол… Вдруг он в любой момент начнет кричать на него» Он резко поднялся со стула, и посмотрел на маму — Я… не хочу. Майя посмотрела удивлённо. — Антон… — Я не хочу, — повторил он громче, делая шаг к двери. — Я не хочу осмотр! Попов медленно закрыл карту. — Всё в порядке, — сказал он спокойно. — Никто тебя не тронет. Антон дышал тяжело, пальцы дрожали. Он стоял у двери, готовый выскочить наружу. Мама растерянно посмотрела на врача. — Он… с детства боится больниц, — прошептала она. — В детстве, где-то в классе третьем, когда их привели в поликлинику на прививку, то его держали две медсестры, а третья делала укол, не аккуратно, что у Тоши синяк так и остался. С тех пор вот… Попов кивнул, отложил ручку. — Понятно. — Он говорил тихо, мягко, но чётко. — Тогда сегодня без осмотра. Просто поговорим, ладно? Антон не двигался. Он смотрел на врача так, что его глаза стали как пять копеек. — Просто поговорим, — повторил врач, с легкой улыбкой. — Сядешь обратно? Мальчик колебался несколько секунд, потом неуверенно вернулся на стул. Попов ещё сильнее улыбнулся, без тени осуждения. После, он снял очки, и положил на стол. — Хочешь, я покажу тебе, чем делают осмотр? Просто покажу, не трону. Антон моргнул. — Не надо… — Хорошо, — сразу сказал врач. — Не будем. Наступила тишина. Антон впервые посмотрел ему в глаза. Голубые, спокойные. Не равнодушные — просто уверенные. От этого становилось чуть легче. — Я понимаю тебя, — сказал Попов тихо. — После такого опыта бояться — это нормально. Если честно, то я бы сам боялся. — Но все говорят, что я веду себя как ребёнок, — вырвалось у Антона. Он опустил голову вниз, и смотрел на свои кроссовки, будто мальчик никогда их не видел. — А я не «все», — спокойно ответил Арсений Сергеевич. — Мы можем сделать так: сегодня ты просто отдохнёшь. А завтра придёшь снова. Хорошо? Антон посмотрел на маму — та кивнула. — Я попробую, — прошептал *** Антон всё утро ходил без настроения. Он знал, что сегодня снова придётся идти к тому врачу. К Попову. Он помнил вчерашний кабинет, запах спирта, блестящие инструменты. И взгляд — спокойный, но внимательный, от которого спрятаться невозможно. Зачем я вообще туда иду… Он ведь опять будет смотреть, трогать голову, что-то проверять… А вдруг больно?.. А вдруг что-то найдёт?.. По дороге в больницу Антон не сказал ни слова. Он шёл чуть позади мамы, уткнувшись в воротник толстовки. Ноги слегка тряслись, ладони потели. Подходя ближе к кабинету, страх усиливался. Но подросток пытался держать себя в руках. В кабинете Арсений Сергеевич встретил их с привычным спокойствием. — Привет, Антон. Рад, что ты пришёл. Парень кивнул, не поднимая глаз. Сел на стул, опустив плечи. И опять смотрел вниз. В этот раз на пол, будто он из золота. Но мальчик пока продолжал держаться. — Тоша, посмотри на меня, пожалуйста. — Арсений дождался пока зеленые глазки посмотрят на него, и тогда продолжил. — Мы с тобой в прошлый раз только разговаривали. Сегодня я хотел бы аккуратно осмотреть тебя. Сразу говорю, ничего в этом страшного и болезненного нету — просто проверю рефлексы, мышцы, зрачки. Очень аккуратно, ладно? Антон будто не слышал. Пальцы вцепились в штанину. Сердце билось где-то в горле. Больше он себя держать не смог. — Нет. Нет, не ладно, это будет больно, я уверен, не надо. — Я обещаю, — добавил врач, — если станет больно или неприятно, скажешь «стоп». Я сразу остановлюсь. Антон молчал. Мама погладила его по спине: — Сыночек, давай хотя бы попробуем. — Её голос был спокойный, как и у врача. Было такое ощущение, что все как будто сговорились. Все против него. По факту, у него даже выбора не осталось. — Антон, — мягко позвал Попов. — Давай просто посмотрим зрачки, хорошо? Просто маленьким фонариком. Мальчик поднял взгляд. На секунду. И кивнул. Еле-еле. Арсений подошёл медленно, чтобы не пугать. В руках — маленький фонарик, который он достал из верхнего кармана халата. — Посмотри на меня. — Свет быстро прошелся по зрачку, что Тоша аж испугался. Антон резко отдёрнулся, будто от удара. — Хватит! Не надо! — голос дрогнул, дыхание стало рваным. — Всё-всё, — сразу сказал Попов, выключая фонарик. — Всё, я не трогаю. — Он поднял руки вверх, будто сдастся. Врач подождал несколько секунд, чтобы Шастун успокоился. А после продолжил. — Антон, давай сыграем в игру? Парень удивленными глазами посмотрел на Арсения Сергеевича. Какая в черту игра. Но было немного все-таки интересно. Потому подросток кивнул. — Смотри. Сейчас ты встаешь на ножки, ручки выдвигаешь вперед напротив себя, и глазки закрываешь. Твоя задача будет в том, что тебе нужно будет пальчиками дотронуться до своего носика. Хорошо? — Пока врач рассказывал правила, он внимательно смотрел за реакцией Антона. Было видно по его глазам, что парень заинтересован. Потому Попов с легкой улыбкой все это рассказывал. Антон после услышанного, несколько секунд молчал. Подросток обдумывал то, что сказал ему врач. Получается это все он будет делать сам, никто его не будет трогать. Это выглядело странно, ему казалось, что будет какой-то подвох. Но он решил попробовать. Пареньо даже сам не понимал почему. — Ну, ладно. Я попробую. — Супер. Тогда чтобы тебе было не так страшно, то я даже сяду на свое любимое кресло, — Сказал врач, и хлюпнулся в него. — Прошу тебя в центр моей небольшой берлоги, — Попов попытаться как-то развеселить обстановку. Возможно, мальчику буде не так страшно. После Сергеевич показал рукой на средину кабинета. Антон посмотрел в сторону мамы. Женщина уверенно кивнула. Потому он медленно встал, и пошел в цент «берлоги». Парень неуверенно обсмотрел обстановку, в после посмотрел на врача. — В теперь, мой дорогой. Ручки вперед, глаза закрывай, и пытайся дотронуться к носику, — Арсений это говорил спокойно, мягко, и смотрел прямо в глаза мальчику. Антон сделал как сказал врач. Так как руки дрожали, было не легко достать к носу, получалось немного мимо. От этого подросток немного разозлился. Он попытался ещё раз, и тоже мимо. И ещё раз, и ещё. Пока врач его не остановил. — Тоша, достаточно, садись обратно напротив меня. Шастун выдохнул, и медленно пошел обратно не кресло. Врач опять немного подождал, тока немного расслабиться от этого. Было видно что он расстроен. — Ты молодец, что попытался, — Уверено сказал Арсений. — А теперь покажи мне свои ручку. От этого подросток напрягся ещё сильнее. Обычно после этих слов, в процедурной берут кровь. И этого Шастун точно не хотел. — Нет. Попов удивился, он уже знал что парень боится, но чтобы просто показать свои ладони… — Я просто хочу посмотреть на твои ладони, насколько сильно они трясутся, в этом нет ничего страшного, окей? Антон кивнул. Он вытянул руки вперед, но ближе к себе, чтобы ему точно никто ничего не сделал. Врач посмотрел на дрожащие руки мальчика, и кивнул головой. Он их не трогал, а просто посмотрел на них. Он этих действий подросток был немного в недоумении. — Ручки у тебя всегда дрожат, или это только тут, из-за страха? В ответ Антон только подал плечами, он никогда на это не смотрел, и не обращал внимание. Взрослый просто кивнул, и что-то достал из нижнего ящика молоточек, красного цвета , с мягким концами. Он не выглядел страшным, но у парня почему-то вызывал страх и боль. — Тош, последнее что нам нужно сделать, это проверить рефлексы. Сразу скажу, это не больно. Давай попробуем? Парень мотнул головой. — Нет, я не хочу чтобы меня били молоком по коленах! — Запротестовал мальчик, и протянул руки вперед, как-будто защищая себя. — Что ты, молоточек мягкий, я сделал очень быстро, аккуратно и не больно, — Спокойно сказал Попов. Это не первый пациент который не хочет чтобы его осматривали молоточком, многие дети тоже думают что это больно. — Давай ты просто его потрогаешь, и убедишься что он не страшный, и не причинит тебе боль? Но в ответ подросток опять мотнул головой. Он не то что не хотел чтобы его осматривали, он уже просто хотел уйти отсюда. Да, врач хороший, красивый, вроде не страшный, но это не отменяет факт, что мужчина в любой момент может что-то сделать Антону. Плюс нельзя забывать что парень в больнице. Попов просто кивнул. Мужчина решил не заставлять Антона, он понимал что из этого ничего хорошего не будет. Врач что-то записал мед карте Антона, после уже посмотрел на не мальчика, а на его маму — Майю. — Всё равно, по симптомам, нужно будет сделать ЭЭГ. Это исследование мозга — тоже без боли, просто электроды на голову. Антон посмотрел большими глазами на Арсения Сергеевича. — Что?.. — в его голосе было столько ужаса, что врач понял — зря сказал это сразу. Парень побледнел, губы дрогнули. — Я не буду! Не буду! — выкрикнул он, и голос сорвался почти в крик. — Я не хочу, не надо! Он закрыл голову руками, как будто пытался защититься. Несколько минут мужчина просто молчал, чтобы парень немного успокоился. — Хорошо. Не сегодня, — Он посмотрел прямо в глаза мальчику. — Всё перенесём. Договорились? Антон дышал часто, почти всхлипывал. Потом кивнул. — Давай завтра? — предложил Арсений Сергеевич. Но в ответ ничего не получил. Как говорится, молчание — знак согласия. — Тогда завтра. Я всё тебе объясню, покажу что и как работает. Ладно? Антон всё ещё не мог успокоиться до конца. Щёки были мокрыми, пальцы дрожали, дыхание сбивалось. Но где-то в глубине — едва заметная искра: врач не заставил, не накричал, не сказал что парень ведет себя как ребенок. *** Дома парень сидел как на иголках. Не хотелось пить и кушать, даже в телефоне сидел не было желания. Он просто лежал на кровати и смотрел в потолок. Иногда мог встать, походить по квартире, и обратно лечь. Мама пыталась его успокоить, поговорить, но Антон не хотел. Ночью Шастун никак не мог уснуть. Он крутился то на одну сторону, то на второй, и так пол ночи. От скуки, мальчик взял телефон, и решил загуглить что такое ЭЭГ. Зайдя в раздел «картинки», глаза стали как пять копеек. Человек сидит на каком-то кресле, на голове много каких-то дротов. Антон сразу выключил телефон, на глазах появились слезы от страха, но парень сразу их стер. А уснуть ему так и не удалось… *** В больнице, под кабинетом невролога, ладони у Антона были мокрые, потом все время он сжимать худи. — Антон, ну успокойся уже, пожалуйста, — Обнимая сына на плече, нежно говорила Майя. — Ты уже был у этого врача. Видел какой он добрый, ничего страшного с тобой не делал. Тем более я рядом. После маминых слов, мальчик опустил голову на плечо женщины, и просто нервно ждал. Слова Майи хоть немного, но успокаивали. Парень был полностью согласен с её словами. Не прошло и пяти минут, как из кабинета вышла какая-то мамочка с ребенком. А через минут, вышел сам Арсений Сергеевич, закрывая кабинет на замок. От такого действия, парень был немного в шоке. Это получается, что они не будут в кабинете врача, к которому Шастун немного привык. — Доброе утро, — Улыбнулся мужчина, и внимательно посмотрел на мальчика. — Антон, все хорошо? — Осторожно спросил врач, ведь зеленоглазый выглядил так, будто сейчас в обморок упадет. — Пока я тут, ничего хорошего быть не может, — Как будто обижено ответить паренек. Как ятрофобу может быть комфортно в больнице? Это как человека с клаустрофобией закрыть в сломанном лифте. — Я тебя понял, — Кинул невролог, и спокойно продолжил. — Значит, сейчас мы с вами пойдем в 212 кабинет. Там сделаем обследование, и уже с результатами пойдем обратно ко мне в кабинет, и посмотрим что будем делать дальше. — А может, лучше сразу домой? Меня уже ничего не болит, — Мальчик встал на ноги, и протянул маме руку, для того чтобы она встала и пошла с ним. На самом деле, голова у него болела сильнее, чем было вчера, так как парень не спал всю ночь. Но лучше сказать что все хорошо, нежели сказать правду. Арсений Сергеевич и Майя посмотрели один на одного, и засмеялись от такого действия и слов. — Очень хорошо что тебя ничего не беспокоит, но ЭЭГ лишним не будет, — Взрослые заметили как парень от этих слов немного загрустил, ведь сейчас он понял, что никак не сможет избежать этого. Но реакция мальчика их ещё более рассмешила. Заметив, как врач и мама смеются с него, Антону стало обидно, ведь это совершенно не смешно. Грусть Шастуна сразу заметил невролог, он успокоился, и спокойно заговорил к зеленоглазому. — Ну что, Тош. Вперед и с песней! — Мужчина положил руку на спину подростка, и начал идти с ним в сторону нужного им кабинета. После тихо сказал парню на ухо. — Прости, за то, что смеялся с твоей реакции. Антон даже не заметил как оказался в кабинете ЭЭГ. Это был небольшой кабинет. Справа было большое бежевое кресло, с подлокотниками, на вид, довольно удобное и мягкое. Сразу над ним какая-то лампа , а слева около стула, был какой-то аппарат с проводами. Напротив окна, был рабочий стол, на чем стоял самый обычный компьютер. Стены были серыми, а на окне стоял жалюзи. Не сказать что кабинет был очень страшным, но у Шастуна он вызывал страх. Ему этот стул нагадывал место, на котором людям из страшных фильмов, одевали такие провода, и били током. — Отпустите меня, я не хочу тут оставаться, я не хочу чтобы меня били током, — Буквально за секунду у Антона началась истерика. Он так плакал, будто его сейчас казнили будут. Арсений Сергеевич перебывал в неком шоке от такой реакции. Он понимал что мальчик боится, что у него фобия. Но вот от слов «я не хочу чтобы меня били током», мужчина был очень удивителен… Да, были дети которые бояться, но ни до такой истерики. — Тоша, спокойно. Смотри на меня, только на меня, — Невролог подождал несколько секунд, пока на него не посмотрели глаза полны слез, а после продолжил. Никто, пока-что, ничего, не делает. Током тебя бить не собираются. Сейчас мы просто говорим, — Врач медленно подошел к зеленоглазому, взял его ладони, и смотрел прямо в глаза. Антон продолжал плакать. Шастун хотел вырваться и убежать, но тело почем-то не слушалось. Мальчик ничего не говорил, только слушал голос старшего. — Все будет хорошо, обещаю. Больно не будет. Я не люблю делать детям больно. Так что давай мы успокоимся, и я тебе все расскажу и покажу, — Попов подумал, что если подросток разрешит взять его за ладони, то и дозволит обнять. Так что Арсений медленно подошел к парню, и обнял его. И о чудо, догадки врача подтвердились. Было видно как мальчик напуган и напряжен. — Давай мы с тобой сейчас немного подышим. Повторяй за мной. Вдох… и выдох. Не спешим, набираем полную грудь воздухом, а после медленно выдыхаем. *** Так они простояли минут семь, пока подросток полностью не успокоился. Невролог подошел сначала к стулу. — Антон, смотри. Стул очень мягкий и комфортный, давай ты пока-что просто посидишь и привыкнешь, а потом я тебе покажу и расскажу что будет дальше, — Почему он начал именно со стула? Попов сам не знал. Возможно голубоглазый захотел показать что стул безопасен. Парень просто стоял и смотрел на этот бежевый стул. Он не выглядел страшно, даже очень на оборот. Мальчик медленно подошел к нему, но не садился. Шастун потрогал стул, он действительно был мягким. Потом глазами осмотрел его, не было видно никаких ремней, веревок, и ещё каких то вещей, которыми подростка могут привязать к этому стулу. — А можно пока что не садится? Лучше покажите что хотите делать со мной. — Можно. Тебя никто не будет заставлять, — Невролог кивнул на вопрос мальчика. Мужчину радовало то, что Антон наконец-то заговорил. После Попов медленно подошел к электроэнцефалографому . И осторожно взял один из проводов. — Тош, подойди сюда, пожалуйста, — Арсений Сергеевич подождал пока к нему подойдет подросток, после продолжил. — Смотри, это обычный провод, а на конце него, находится обычная присоска. Когда ты будешь сидеть на стуле, я тебе эти присоски положу на голову. А после, на том компьютере, — Арсений показал рукой на экран, который находился на рабочем столе. — Я смогу смотреть на работу твоего мозга. Это кстати, выглядит довольно интересно. — Врач наконец закончил свой монолог. Он говорит медленно, чтобы все понятно и подробно объяснить подростку. — Давай хотя бы попробуем? Антон слушал внимательно, не отводил глаза от врача. Мальчик держал провод, и внимательно его трогам и изучал. Все действительно выглядело не так страшно, как он думал. Подождав немного, зеленоглазый согласился. Парень медленно кивнул головой, но ничего не сказал. От такой реакции невролог был очень рад, и улыбнулся во все тридцать два зуба. — Тогда садись на стул, а я пока что все подготовлю. Шастун медленно подошел к бежевому стулу, и очень медленно залез на него. Он поставил галочку в голове, что этот стул довольно комфортный, как и говорил врач. Как не странно, но подросток смог немного расслабиться, пока к нему не подошел Арсений с шприцом в руке. — Нет, убери его, не нужно мне делать укол, — Закричал парень, и попытался слезть. Врач сразу его поймал, и усадил обратно. — Пустите меня! Попов отложил шприц в сторону, и поднял лицо парня так, чтобы его зеленые глаза, смотрел у его голубые глаза. — Тоша! Это просто шприц с гелем, чтобы присоски лучше приклеивались. На нем даже иголки нету. Мальчик вытер слезы рукой, и тихо просил: — Точно? — Точно солнышко, точно, — Невролог взял опять шприц в руку, и протянул подростку. — Вот, смотри. Антон увидел перед собой шприц, который был чем-то испачкан. Наверное это тот гель, про который сказал врач. Слава богу что там не было иголки, а то Шастун убежал бы сразу в окно. — Ну что, убедился? — Спустя минут поинтересовался Арсений Сергеевич. Просто он заметил, что слез больше нету на глазах у мальчика, и дышит он спокойнее. После того, как он получил кивок в знак согласия от парня, врач продолжил. — Тогда садись по удобнее в кресло, и не волнуйся. Все будет сделано в лучшем виде и без боли. Подросток отодвинулся в самый зад, положил руки на подлокотники, и смотрел за тем, что будет делать старший. Шастун заметил, как Попов взял в руки какую-то странную штуку, — Что это? — А это Тош, — Невролог протянул странную вещь, похожую на шапку для плавания. — Специальная шапочка для ЭЭГ. Я её сейчас одену тебе на голову, чтобы было видно, куда вставлять электроды. Она может только немного сжимать, но это нормально, — Во время рассказал, врач уже все сделал, что даже Антон не успел обратиться внимание, ведь Арсений выполнил это очень быстро. — А сейчас вы будете ставить эти штуки мне на голову? — Голос подростка немного подрагивал. Да, невролог ему все объяснил, дал потрогать, но волнение осталось. Скорее все, это потому что, что Шастун не может контролировать то, что происходит. — Да. Сейчас я возьму один электрод, нанесу гель на присоску, и прикреплю к твоей голове, — Арсений Сергеевич медленно показывал мальчику свои действия, чтобы младший смог убедиться, что врач ничего лишнего делать не будет. Он приложил одну присоску к голове подростка, от чего Антон дернулся. — Ччч, что такое? — Эта жижа холодная просто, — После этой фразы, мальчик зевнул, а потом ещё раз. И это не прошло мимо глаз невролога. — Прости. Потерпи немного, — Спокойно говорить мужчина. — Антон, ты хорошо спал это ночь? — Дддда Если он узнает что я не спал, то что он мне сделает? — А если честно? , — Тихо говорит врач подростку на ухо. — Солнце, я врач. И мне нужно говорить правду. — Нет… Я не мог уснуть, — Загрустил парнишка, и опустил голову вниз. Попов поднял голову подростка. После стал напротив Антона, и посмотрел ему прямо в глаза. — А что такое? Что-то не давало уснуть, или была бессонница? — Я сильно переживал. Но, я пытался заснуть, только сон не шел, — В конце зеленоглазый как будто бы, попытался оправдать себя. — Я тебя понял, солнышко, — Врач стал на место, и продолжил свою роботу. — Тош, только голову держи ровно, и не отпускай. *** Пока Попов вставлял все электроды, то он с мальчиком успели немного пообщаться на разные темы. Врач узнал что Антон занимается баскетболом, любит тусоваться с друзьями, а также хочет работать в туристическом агентстве. А подросток узнал, что у Арсения Сергеевича есть говорящий попугай — Риччи. Также мужчина всегда бегает по утрам, а на выходные любит провести время со своей семьей. Время пролетело быстро, подросток даже смог успокоиться. — Антош, тут все готово. Сейчас я сяду за компьютер, а ты просто лежи и отдыхай, — Невролог включил компьютер, и там появились какие-то странные линии. Они бегали то вверх, то вниз, и так продолжалось пол часа. В какие-то моменты, врач просил Антона открыть глаза, закрыть, глубоко дышать и т.д. Хоть процедура и шла пол часа, но время пролетело для обоих очень быстро. Арсений Сергеевич иногда шутит, рассказывал про разные интересные случаи которые у него были. Иногда просто молчал, иногда серьезно смотрел на монитор. Также врач решил попробовать проверить реакцию подростка на свет. Он поставил ту самую лампу фотостимуляции, которая была над стулом, где сидел подросток. Чтобы лампочки были напротив глаз парня. — Смотри, сейчас этот свет будет очень быстро мигать. Главное глаза закрыть, чтобы не ослепнуть. Если тебе становится страшно, то ты просто говоришь стоп, и я остановлюсь. Пробуем? — Не знаю. Давайте попробуем, — Шастун несколько секунд настраивается, после закрывает глаза. После слов Попова «Я включая», сразу начал быстро мигать свет, и это был только первый уровень. Потом свет начал ещё сильнее мигать. У Антона от этого закружилась голова. — Стоп, — После этих слов, светло остановилось. Подросток открыл глаза, и к нему сразу же подошел врач. — Солнце, все хорошо? — Голова кружится. — Такое бывает. Подожди минут, сейчас водичку принесу, — Арсений Сергеевич вышел в коридор, и попросил Майю набрать стаканчик воды из кулера. А после сразу вернулся к Тоше. — На этом все. Процедура окончена. Ты большой молодец, вытерпел все! Просто герой! , — Тут в кабинет вошла мама Антона, и дала ему стаканчик с водой. *** В кабинете они посидели ещё пять минут. К этому времени Шастун полностью успокоился. А Арсений тем временем распечатывал результаты ЭЭГ. Как только все было сделано, невролог предложил всем пойти в его кабинет. — Смотрите, — Со вздохом сказал врач, медленно садясь в кресло. После этого вздоха Антон напрягся ещё сильнее. — Ничего плохого по результатам диагностики, я не выявил. Парню сразу же легче стало на душе, даже улыбка появилась. Что не могла не радовать ни его, ни маму, а самое главное — врача. — А что тогда с Антоном? — Взволнованым голосом поинтересовась Майя, обнимая свое мальчика. — Скорее всего, это от усталости. У многих подростков проблемы со сном, учеба, и так далее. Ко мне кстати, большинство детей и подростков приходит с таким, — Совершенно спокойно объяснить Попов, и взял в руки лист размером А3. Где сверху было написано: «Назначение врача». — Потому смотрите и слушайте. Особенно ты Тош. Ведь это в первую очередь нужно тебе. Во-первых, восстановить режим сна. Ложиться и вставать в одно и тоже время, даже в выходные. Во-вторых, снизить нагрузку. Сократить время в телефоне, особенно перед сном. Чередовать учебу и отдых. Во-третьих, физическая активность. Регулярные прогулки, спорт, свежий воздух. Возможно, тебе не все нравится из этого списка, и я тебя понимаю. Но, лучше же делать это, чем страдать головной болью, и ходить по врачам. Парень слушал врача так внимательно, что даже глаз не отводил. Но ему это совершенно не нравилось. Ведь как можно ложится и просыпаться в одно и тоже время, а уж тем более в выходные. А без телефона как? Ну просто ужас. Страх любого подростка. Как он должен восстановить режим сна, если у него он и так был плохо. Потому мальчик решил поинтересоваться у невролога. — А что делать если я плохо сплю, и у меня бессонница. — Можно пить чай с Мелиссой или Ромашкой. Также в интернете есть много дыхательный практик. Попробуй хотя бы неделю это делать. Но если не поможет, тогда таблетки с мелатоннином. Ведь, мелатоннин — это гормон сна. А еще Магний В6. Для поддержки нервной системы, снятия стресса. Таблетки пить вечером за два часа до сна. Принимать их месяц. Также прийдете ко мне через месяц, чтобы я мог удостовериться, что все хорошо. — Спокойной объяснял Попов, параллельно записывая это на листок. После поставил свою отпечатку, и отдал мальчику. — Я бы порекомендовал сдать анализ на недостаток витаминов. Но, зная страх Антона, не хотел нагружать его нервную систему сильнее. — Спасибо большое вам, Арсений Сергеевич. Если бы не вы — то Антона бы продолжала болеть голова, так как он не подпустил не одного врача к себе. А вы смогли найти с ним общий язык, смогли провести что нужно, и назначить лечение. До свидания, — Искренне поблагодарила невролога Майя, параллельно вставая и подходя к двери. Она была от всего сердца ему благодарна. — Да, действительно спасибо. Я буду делать все что вы сказали, лишь бы реже ходить в больницу, — Медленно походя к маме подросток с листочком от врача. — До свидания. От слов мальчика посмеялись все. — Очень рад это слышать, а также рад что смог тебе помочь, Тош. И спасибо что доверился мне, это очень важно для меня. До встречи, — От души сказал Арсений. — Ты главное, не болей. Но, если что, то мои двери всегда открыты для тебя, — Подмигнул старший, от чего вызвал улыбку у Антона. Как только эта семья вышла и закрыла дверь, то Арсений Сергеевич немного расстроился, ведь редко работает с ятрофобами. Хотя это достаточно интересно. Сначала они боятся всего, и тебя тем более. Ты делаешь все, что в твоих силах. А в конце они доверяют только тебе. Или же, благодаря тебе, их страх пропадает навсегда. От этого очень тепло становится на душе. Только долго погрустить не получается, ведь в дверь стучаться.