научу летать, потом падать

Упасть на самое дно общество - явно не об этом мечтал когда-то давно Шинтаро Кисараги, лучший ученик, который запоминал с первого раза всё, что только видел и слышал, который не видел смысла в том, чтобы обременять себя какими-то связями с людьми или пытаться быть с ними хоть сколько-то ласковым. Будучи первым и лучшим, будучи самовлюблëнным и даже эгоистичным, он был одинок и вполне удовлетворëн этим. По крайней мере, пока в его жизни не появилась Аяно Татеяма, дочка одного из учителей, а потом и пара других учеников этого же учителя, Эномото Такане и Харука Коконосе. И пусть парень продолжал вести себя так, словно ему никто из них не нужен, словно они лишь мешают ему наслаждаться одиночеством и временем наедине с собой, в глубине души, пусть и не признавая этой истины, Шинтаро был доволен их обществом и присутствием. Так было до того рокового дня, когда всё разрушилось. Превратилось в пыль, исчезло в коридорах больницы, осталось лишь грязным кровавым пятном на асфальте в тот знойный день, пятнадцатого августа два года назад. *** обвожу по контуру твой взгляд - зашёл далеко и уже не повернуть назад; мне было легко говорить, пока я еще мог - больше не могу, ты закрыла двери на замок, всё равно зайду. В комнате стоял затхлый запах, вызванный кучей мусора, валяющейся то тут, то там, вечно закрытыми и занавешенными тёмными шторами окнами, которым не позволяли проветривать помещение и впускать в него хоть немного свежего воздуха, да отсутствием у владельца желания хоть как-то двигаться за пределы своего убежища. Стояла жара - на дворе был август, а в Японии лето всегда было ещё более душным, чем где бы то ни было. По крайней мере, так помнил Шинтаро из школьного курса, а вот действительно ли оно так... Его, в общем-то, и не заботило на самом деле. Темноту в комнате разбавлял слабо мерцающий свет монитора, на котором прыгала аниме-девочка с голубыми хвостиками и в белой толстовке с оверсайз-рукавами под цвет волос, прикрывающими ладони. Эта малютка носилась по экрану то туда, то сюда, пытаясь что-то сделать, выискивая что-то в Интернете и заставляя парня в чёрной толстовке, лежащего на кровати, раздражённо выдыхать каждый раз, когда звучал хоть какой-то звук со стороны стола. - Эй, я же волнуюсь за тебя, ты знаешь? Ши~инта~аро~о... - попыталась в очередной раз обратиться к своему "Господину" виртуальная девчушка, поворачивая голову ровно в сторону парня. - Может, попробуешь всё-таки выйти на улицу? - Я не хочу, - отчеканил тот в своей привычной холодной манере, а после прикрыл глаза. - Ты мешаешь мне. Дай поспать. - Ты спал уже. Целые сутки вообще-то! Знаешь, как мама твоя волновалась? Эй!! Хватит заставлять нас всех волноваться, слышишь?! - запротестовала девушка, сделав вид, что стучит по монитору изнутри. Будь она настоящим человеком по ту сторону экрана, то у неё получилось бы издать подходящий звук стука, однако же это была не более, чем цифровая девчонка. Но на самом деле этот факт сильно усугублял положение Шинтаро - видеозвонок можно по крайней мере сбросить, а от этой назойливой дуры ещё попробуй избавься. - Если ты продолжишь меня бесить, я удалю тебя, Эне, - вяло буркнул парень, переворачивась на другой бок, спиной к монитору. Та, кажется, приняла к сведению эту угрозу, потому что её голос затих, и Шинтаро наконец-то смог погрузиться в столь желанный сон. В сон, где он снова увидел еë. В сон, где они сидели за одной партой, улыбаясь и болтая, в сон, где закат заливал своим оранжевым цветом классную комнату, в сон, где её глаза были живыми, а красный шарф ещё не вызывал ассоциаций с произошедшим. Ему хотелось остаться навечно в этом сне, раствориться в нём и в этой фальшивой жизни, которая у него когда-то была и которую ему никогда не вернуть. Он уже предвкушал, как они сейчас вдвоём заглянут в другой корпус, где их ждала другая парочка учеников, состоящая из девушки с двумя хвостиками и паренька с родинкой под глазом, а после они пойдут поужинать и поболтать о чём-то. Он предвкушал, но его нагло вырвали из этого прекрасного сна, вернули в реальность очередным странным звуком. Кажется, это была сирена, на которую, слава Богу, не примчались родственники - мать, вроде бы, была вне дома, насколько мог судить не то чтобы заинтересованный в происходящем вне комнаты Шинтаро. Что же касается Момо... Что ж, у его младшей сестры, в отличие от него, была хоть какая-то личная жизнь, наполненная хоть чем-то, поэтому она почти никогда не заглядывала к своему отбросу-брату. Шинтаро вскочил и протëр глаза. Ранее ему было всё равно, что вытворяет Эне, и, на самом деле, её выходки не вызывали у него даже малейшего раздражения - он чувствовал только пустоту, если это вообще подходит под определение "чувствовать что-то". Но это было раньше. Конкретно этот её выкидон не на шутку взбесил парня, из-за чего он медленно и угрожающе встал, а после подошёл к компьютеру. - О, ты проснулся! Кхм-кхм, с пробуждением, Господин!~ Эне, кажется, не поняла, что Шинтаро взбешён. Что ж, оно и неудивительно - на лице Шинтаро всегда было пренебрежительное выражение, по крайней мере, до трагедии, из-за которой он и упал на самое дно общества. В последнее же время он скорее походил на блеклую тень самого себя, ведь его глаза были точь-в-точь как у дохлой рыбы, чьей судьбе он даже, признаться честно, иногда завидовал. Размышляя над этим всем, вспоминая прошлые деньки, когда всё было ещё хорошо, Шинтаро незаметно для самого себя расслабил выражение лица. Точнее, его сведённые к переносице брови вернулись на своё место, а глаза, в которых была хоть какое-то недовольство, сначала опустели, а после наполнились непередаваемой тоской. Даже сейчас он не может вырваться из этой чёртовой реальности, в которой её нет. Даже сейчас он вынужден существовать, причём, существовать без неё и хоть кого-то из них. Всё, чего ему хотелось, это уснуть навсегда, лишь бы не жить, лишь бы видеть только то, чего ему искренне хотелось. - Почему ты мешаешь мне спать? - Шинтаро выдохнул, пытаясь хоть как-то отвлечь себя от этих мыслей. Возможно, если он сейчас поговорит с Эне, она оставит его в покое? - Ты слишком много спишь. Тип, сли~ишком, - девушка в экране помахала руками, показывая это озвученное "слишком", мол, воооот столько. - Я просто хочу спать. Я хочу видеть сны... Меня вполне устраивает эта вымышленная реальность. Эне, я не хочу жить здесь, - Шинтаро устало помассировал свою переносицу, мысленно добавив "не то, чтобы я в принципе жить хочу". Кажется, это был их первый разговор по душам с того момента, как она вообще оказалась в его компьютере. И чëрт его дёрнул тогда открыть то электронное письмо? С того мгновения и до сегодняшнего дня эта девчонка только и делала, что пыталась выбесить его, и, кажется, сегодня терпение наконец-то лопнуло. - Если ты уснëшь и не проснёшься, то упустишь завтрашний день. А завтрашний день точно должен быть интересным! - Мне всё равно, Эне. Слышишь? Мне плевать. Я не хочу ничего, я не хочу жить, я не хочу существовать. - Ты же понимаешь, что это не выход? Понимаешь же? Пока та вопрошала, Шинтаро скользнул взглядом по экрану, изучая внешность Эне в который раз. Обычно это просто отвлекало от щебета виртуальной девицы, но сейчас такое действие разворошило что-то, что он давно забыл, закрыл в себе, отбросил в угол и заставил покрыться пылью. - Знаешь, Эне... До меня только сейчас дошло. - М? Что такое, Господин? - Одна девчонка когда-то проиграла мне в игру. Она пообещала мне, что будет моей слугой, хотя это до сих пор кажется мне просто наитупейшей скукотищей. Эне замолчала, обдумывая чужие слова. Она прикрыла нижнюю часть своего лица рукавом, изобразив максимально размышляющий вид, пока Шинтаро продолжал говорить, параллельно протягивая руки к клавиатуре и мышке. - У неё было два хвостика. Совсем как у тебя. И, знаешь... Твоя внешность слишком сильно мне напоминает её. Эне наконец подала голос, заметив, что на экране появилось ещё несколько окошек. - Такане Эномото.... Моя знакомая. Нет, моя подруга. Она, мой друг Харука Коконосе и... Аяно Татеяма. - Шинтаро, не делай этого! Слышишь?! Эне заволновалась и начала пытаться мешать нажимать на окошки и вводить буквы, но Шинтаро, как одержимый, продолжал своё дело, бормоча себе под нос. - Все они мертвы. Все. Так почему я живой? - Если ты это сделаешь, то ты точно останешься один! Эй!! Это не выход! Ты же понимаешь, что это не выход?! В голосе Эне было слышно отчаяние, однако оно не тронуло парня. Даже наоборот. Он безжалостно нажал на "Да" в окошке "Удалить безвозвратно?", а после нервно рассмеялся, когда увидел, что плачущая девочка пытается что-то сделать, чтобы остаться на чужом устройстве. Монитор постепенно потух, а чужой голос так же постепенно затих. Шинтаро, будто только осознав, что он натворил, упал на пол, уронив со стола стакан с канцелярией. Сделав несколько глубоких выдохов и вдохов, он вдруг почувствовал, как щёки обожгли слёзы. Когда он в последний раз вообще плакал? Неужели у него всё ещё есть силы на это? - Один... Получается, я выбрал одиночество? Он сглотнул. На мгновение ему почудилось, что экран снова замерцал, но в этот раз он даже не дёрнулся, пока фантазия красочно вырисовывала, как он встаёт и беспощадно сжимает шею голубоволосой девчонки, вынуждая её раствориться обратно в Интернет-пространстве. - Чёрт... Я опять засыпаю? Надо перелечь на кровать хоть... Из-за Эне у Шинтаро появилась привычка разговаривать с самим собой, но в этот раз никто ему не ответил - в качестве очередного доказательства, что Эне уже нет с ним. Это вызвало ещё один приступ нервного смеха, пока тот поднимался, который прервался, стоило нащупать ладонью ножницы. Острое лезвие блеснуло в темноте, будто маня к себе. Парень сглотнул и задумчиво поднял ножницы, рассматривая их, насколько это было возможно. - "Это не выход", да? Я останусь один, - пробормотал задумчиво Шинтаро. Перед глазами снова возникла классная комната, залитая вечерним солнцем, а где-то сбоку мелькнул красный шарф близкой сердцу подруги. Темнота усиленно намекала, что стоит со всем покончить и уснуть, и Шинтаро уже был не в силах сопротивляться этому соблазну. - Пожалуйста, забери меня к себе... - прошептал он, занеся лезвие ножниц над своим горлом. Инстинктивно зажмурившись, Шинтаро резким движением вонзил ножницы себе в горло, чувствуя, как плоть разрывается, теплая кровь вытекает из свежей раны и пачкает руки, а дышать становится труднее с каждой секундой. Попытки резко вдохнуть и выдохнуть успехом не увенчались, а сознание начало медленно угасать, не оставляя глупому ребёнку и шанса повернуть время вспять, вернуться к такому желанному прошлому. *** 08.15 ( два года назад ) - смерть харуки коконосе. 08.15 ( два года назад ) - смерть такане эномото. 08.15 ( два года назад ) - смерть аяно татеяма. 08.15 ( настоящее время ) - смерть шинтаро кисараги. я не хотел делать выбор, я не хотел делать больно, просто я выпал из пустоты твоей комнаты прямо лицом в цветы.