Часть 1

Вечерние сумерки окутали равнины и одинокую деревню. База авантюристов, находящаяся здесь, закрылась на ночь, и теперь закончившие работу люди пошли в таверну. ***— Что может быть лучше пива после тяжëлой работы! — то и дело что-то подобное доносилось с разных сторон. Я тоже шëл в таверну. Правда, причина была совсем другая. — А я уже думала, ты не придëшь, — протянула эльфийка, легко болтая бокал вина в руке. От натянутой довольной улыбки этой женщины мне всегда становилось неуютно… — Я тоже рад встрече, Фрея, — пробубнил я и сел, поставив на стол тарелку со стейком. — Ты не подумай, я тоже рада. Тем более, что у тебя явно есть то, что мне нужно, а у меня — то, что тебе. Я ведь права, да? — она пригубила бокал и откинулась на спинку стула. — Можешь не лыбиться так, меня раздражает. — Так что ты узнал? — спросила Фрея с серьëзным лицом. — Ничего, кроме деталей того, что уже знаешь ты. — Ну, я бы и от такого не отказалась. Детали в таких случаях намного важнее, чем общая информация. — Согласен. Так вот, тот отряд уже вышел из крепости и вскоре покинет горы через один из перевалов на западе. Что странно, как тебе и сказали, за ними по пятам следует нечисть, из-за которой я потерял двух отличных разведчиков. — То есть слухи правдивы, — Фрея отодвинула почти пустой бокал и подпëрла подбородок руками. — Да, в отряде есть демон, контролирующий этих тварей. — А в целом что за отряд? — Два демона, восемь гоблинов и несколько тëмных. Мы видели семерых, но ты и без меня понимаешь. — А про второго удалось узнать? — Нет. Он так и остался загадкой. А раз так, то он явно не промах, стоит быть осторожными. Фрея ухмыльнулась. — О… Что же, будет весело… Жду не дождусь, когда смогу его раскрошить. Безумная девка… Совсем не слушает, что говорят… — Ты ведь о чëм-то грубом подумал, да? — скривилась она. — Семь лет почти прошло, а ты ни на йоту не изменилась. — Ха, всего-то семь. Я уже четыре сотни лет такая. — Сколько ж тебе лет-то… — вздохнул я. — Ну, я получила, что хотела. Теперь ты проси то, зачем взялся. — Хотел спросить у тебя о дарах. Ты знаешь про них? — Дарах, говоришь… Кое-что подсказать могу, — пожала плечами она. — Что за дар, который даëт огромную магическую силу человеку? — Ты… — глаза эльфийки тут же расширились. — Пошли-ка выйдем отсюда в более уединëнное место. ***— Обычно ты не беспокоишься о подобном. — То, что я скажу, может быть опасно. Ого, что же такое с этим даром? — Ты знаешь? — спросил я, закрыв дверь комнаты. — Да. Более того, я сама имела с такими людьми дело. — В каком смысле? — В разном. Если коротко, меня сильно побили тогда. Я сел рядом с ней. — Этот дар к высшей магии, залис, не то чтобы был безопасен. В обычных условиях им владеют только эльфы и высшие демоны, но иногда попадаются и люди. В целом, насколько известно, только они в принципе могут владеть залисом. Однако, у людей с ним не всë гладко. Хотя я бы сказала, что он работает иначе, чем у других. — В плане? — Обычно залис даëт огромную силу и взамен лишает существо всех прочих способностей. Он становится исключительно магом, но магом очень сильным. Не таким, чтобы в одиночку разбить отряд из тысячи солдат, но достаточно, чтобы серьëзно его проредить. У людей же, давая им лишь немного менее большую мощь, залис забирает не только прочие способности, но и способность к нормальной жизни вообще. Они становятся рабами своего дара, который для них одновременно как проклятие. Коим он, по сути, для человека и является. Фрея вздохнула. — Люди с таким даром очень уязвимы. Их сила значительно нагружает тело и душу, поэтому они живут намного меньше, чем обычные люди. К тому же они способны к проявлению лишь одной привязанности за всю жизнь. Как только такой человек привязался к кому-то, он становится заложником, ведь если объект привязанности будет убит или умрëт от старости, дар сожрëт хозяина. — Почему? — с напряжением спросил я. — Эльфы и демоны не придают значения привязанностям, в отличие от людей. Если у человека есть только одна привязанность, как думаешь, что случится, если она будет потеряна, а он не сможет найти новую? Я кивнул. — В таких случаях дар сжирает тело, и тут возможны два исхода: или человек просто мучительно умрëт, или станет высшим демоном, забыв о том, кем он был и чем дорожил. В принципе так высшие демоны и появляются… — То есть как? — Высшие демоны малочисленны как раз потому, что люди, соответствующие критериям, очень редки, и условия для этого наступают ещë реже. Однако в отличие от людей, демонов можно только убить, поэтому они могут терроризировать мир тысячелетиями. — Погоди, Фрея. Если это правда, то и Владыка тоже был человеком? — Был. Правда, на свете нет уже ни одного эльфа, который мог бы помнить его имя. Даже мы не живëм так долго. — А сколько вы живëте? — От шестидесяти до ста тысяч лет. Я очень молода по этим меркам. — Да уж, тебе всего-то двадцать две тысячи… — Хехе, не смущай меня так, Мак, а то я и прибить тебя могу. От ангельской улыбочки, с которой она говорила столь жуткие вещи, меня в дрожь бросало. — Мак. — Что? — Ты ведь не про себя спрашивал, ведь так? — Верно. Но этот человек мне дорог. — Будь осторожен. Я не хочу потерять такого хорошего парня, как ты, так рано. — Да брось, для тебя наша жизнь — равно что секунда. — Даже в секунде иногда есть то, что меняет всю жизнь, — глубокомысленно заметила она. — Что ж, если это всë, то я пойду преследовать демонов. — Возвращайся на ногах. Я не смогу поднять тебя, если от тебя останется кучка пепла. — Не могу обещать, что на обеих, ты же знаешь. Мы улыбнулись друг другу и на том разошлись.