Часть 4

Смерть Нюкхет Сонмез становится большим шоком для всех окружающих, кроме самой женщины. В последние минуты жизни она благодарит Суну за эти почти два года жизни, которые девушка подарила ей, когда пришла к женщине с новостью о внучке. Суна и Арзу стали той соломинкой, за которую женщина держалась, но, как и предупреждали врачи, у неё изначально было не очень много времени. Суне тяжело, потому что Нюкхет действительно заменила ей маму, так что она концентрируется на дочери, а Сертер уведомляет Корханов и организует похороны.

***

Они стоят на очень значительном расстоянии друг от друга, но Суна не удерживается от того, чтобы бросить на бывшего мужа и его семью парочку взглядов. Она же стоит с дочкой на руках и Сертером, который поглаживает её по спине. – Хочешь, я подержу Арзу? – Сертер наклоняется и задаёт вопрос Суне на ушко, и она замечает, как в это время на них смотрит Кайя. – Нет, мне так комфортнее. Но спасибо. – Кайя приехал с Пелин и её мамой, – замечает Сертер. – И даже Шемуз здесь. – Я не удивлена. Зерин и мама Нюкхет дружили, а Шехмуз даже был её мужем, пока не увлёкся Ифакат. Мы не говорили об этом, но кажется мама Нюкхет поняла это ещё до отъезда. Меня больше удивляет присутствие Орхана и Ферита. Пойдём, Сертер. Я не хочу с ними разговаривать. – Суна, – голос бывшего мужа окликает её, когда они уходят. Она всё-таки поворачивается на его голос – Не ожидал тебя здесь увидеть. Какими судьбами? – Прими мои соболезнования. Но как кто ты сейчас спрашиваешь? – Суна смотрит в глаза бывшего мужа, совершенно не стесняясь такого прямого зрительного контакта. Хотя кажется, что цепочка с обручальным кольцом сейчас обжигает грудную клетку. – Как человек, который потерял маму, даже не зная, что она в таком тяжёлом состоянии, – Суне даже кажется, что она видит боль у него в глазах. – А ты разве интересовался? Ты разве разговаривал с ней достаточно долго для того, чтобы знать, в каком она состоянии? Я общалась очень близко с госпожей Нюкхет, так что не пытайся строить сейчас из себя идеального сына. – Суна, мы можем поговорить наедине? Давай поужинаем вместе? – предлагает Кай. – Зачем? У тебя своя жизнь, – Суна замечают приближающуюся Пелин, так что продолжает чуть громче, – Своя семья, – Пелин останавливается рядом с Кайёй и кладет руку на спину Кайи, будто специально провоцируя Суну. – У меня своя жизнь и семья, – она чувствует, как Сертер зеркалит движение Пелин и замечает шок в глазах собеседников. – Нам не о чем говорить. – Поговорим о моей маме, – предлагает Кайя. – А госпожа Сонмез не будет против, что ты ужинаешь с бывшей? – интересуется Суна бросая взгляд на обручальное кольцо на пальце бывшего мужа. – А господин Сертер? – усмехается Пелин. – А тебя, хочу заметить, в разговор не приглашали, – бросает на неё злобный взгляд Сертер. – Как и тебя, – замечает Кайя. – Суна, пойдем, ты ведь хотела уйти. Да и дочке пора спать, – предлагает Сертер. – Подожди секунду, мне интересно, почему это чета Сонмез не взяла своих детей познакомиться с бабушкой хотя бы так. – Зато вы свою дочку совсем не жалеете, – усмехается Пелин. – Думаешь, похороны – это именно то, что нужно видеть детям. – Пелин, – останавливает её Кайя. – Суна, пожалуйста, давай поужинаем вечером. Если не захочешь говорить о нас, то просто поговорим о маме, расскажешь мне то, что ты знаешь. – О нас? Ты сейчас шутишь? – Суна даже чуть улыбается. – Хорошо, семь вечера, недалеко от Тауэра ресторан Blacklock city. Ты платишь, но не долго, потому что у меня маленькая дочка дома. Пойдем, – она смотрит на Сертера и разворачивается, оставляя Сонмезов осмысливать происходящее. – Пойдём, – соглашается Сертер, – только сначала сделаю кое-что, о чем мечтал с того дня, как встретил тебя, Суна, – она успевает только повернуть голову и радуется, что дочка уже спит у неё на руках, потому что ей не стоит видеть, как Сертер со всей силы врезает Кайе, который совершенно не ожидал такого. – Сертер, – практически кричит Пелин от неожиданности. – Благодари Суну, что я стал добрее. Иначе и ты бы получила за то, что Кайя изменил Суне, – Суна слышит свист Ферита, который подходит к ним как раз в тот момент, когда Кайя получает от Сертера. – Пойдем, – Суна берет за руку Сертера. – Мы и так уже перестарались, мама Нюкхет бы не одобрила, – Суна запоздало понимает, что по привычке назвала Нюкхет мамой, а не госпожей, как делала это раньше в разговоре, но уже как будто и не важно. – И какие у тебя планы на этот ужин? – интересуется Сертер, пока они идут в машину. – Не знаю. Мне немного любопытно, сколько у них с Пелин уже детей. И раз он хочет знать что-то про маму, то поделюсь. Но не ради Кайи, а ради мамы Нюкхет, как бы он не относился к ней, она его действительно любила. И перед смертью она сказала мне, что хотела бы, чтобы Арзу когда-нибудь познакомилась с папой. Потому что ты, конечно, заменяешь ей отца, но на своём личном опыте мама Нюкхет знает, как это тяжело, когда девочка растёт без отца. – Суна, я не претендую на роль отца, надеюсь, ты это понимаешь. Я рад быть её дядей, но, если ты захочешь вернуть мужа и восстановить семью, то решение о вашем разводе легко можно признать недействительным, учитывая, что мы фальсифицировали твои анализы. – Кажется, они с Пелин счастливы. Да и я уверена, что в Стамбуле у них уже тоже есть ребенок. Так что я не стану разрушать их семью. И спасибо тебе за поддержку. – Я надеюсь, ты идёшь на ужин в сексуальном платье, чтобы твой бывший понял, какую женщину он потерял. – У меня не было таких мыслей, но если ты предлагаешь, то я не могу не воспользоваться предложением. Нужно найти голубое платье, Кайя считает, что мне идёт голубой.

***

Суна заходит в ресторан с опозданием на пять минут, но она прощает себе эту маленькую задержку. – Здравствуйте, у вас заказан столик? – её встречает на входе улыбчивый молодой человек. – Нет, но меня ждут, – Суна находит взглядом в зале Кайю и отдаёт молодому человеку своё пальто. – Хорошего вечера, – она благодарно кивает и идёт на встречу своему бывшему мужу. – Ничего себе, госпожа Сонмез позволяет тебе ходить с расстёгнутой рубашкой? – Суна не могла не заметить, как притягательно выглядит оголенная грудь бывшего мужа. Кайя встаёт со своего места и отодвигает стул для Суны, чтобы она села. – Или это тоже бунт против жены, как и вся встреча со мной? – А что думает твой муж об этом платье? – Кайя успел рассмотреть его детально, пока Суна раздевалась и шла к нему. – Он помогал мне выбирать это платье, – улыбается Суна. – Должен признать, что у него хороший вкус на одежду. И на женщин. Хотя я всё ещё не понимаю, как вы сошлись после того, как он тебя похитил. – Мы ведь собирались говорить о твоей маме, а не о моём муже и твоей жене, – напоминает Суна. – Ответь на вопрос, как вы сошлись, и я не буду больше спрашивать ни о чем, – предлагает Кайя. – Только после того, как ты покажешь мне, сколько детей тебе уже родила госпожа Сонмез, – улыбается Суна. – И я надеялась, что мы что-нибудь закажем. Или ты уже что-то выбрал? – Нет, ждал тебя. Что ты будешь? – Просто кофе, – наугад произносит Суна, потому что не думает, что почувствует вкус у еды сегодня. Кайя подзывает официанта, заказывает два кофе, а Суна смотрит в окно, кусая губы от волнения. Она не готова услышать, что у Кайи и Пелин действительно есть дети. – Суна, – он привлекает её внимание, и Суна возвращает взгляд. – У нас с Пелин нет детей. – Последствия выкидыша? – хмурится Суна. – Мне искренне жаль её как женщину, но тебе стоило подумать об этом, когда ты решил мне изменить. – Нет, не поэтому. А потому, что Пелин не моя жена. И наша встреча сегодня – случайность. – Даже так? Кто же тогда носит статус госпожи Сонмез, любит тебя и рожает тебе детей? – она улыбается, потому что искренне рада, что Кайя нашел себе кого-то. Почти искренне. Но искренне рада, что это не Пелин. – В моей жизни нет никого. Это всё ещё кольцо, которое я надел в день свадьбы с тобой, Суна, – она давится водой, которую так не вовремя решает выпить. – И, чтобы уж окончательно поставить точку, я не изменял тебе тогда. Думал, что изменил, да. Поэтому сказал про развод, да. Но Ферит подсказал, что у Пелин есть хобби напоить мужчин, а потом делать вид, что переспали. И она призналась. Правда, это было после того, как мы официально развелись. Так что мой единственный грех в том, что я не сдержался и выпил с ней вино. – И провел несколько дней после тоже с ней. Хочешь сказать, что вы играли в настольные игры и между вами ничего не было? А твой телефон просто сломался, поэтому ты не отвечал, когда я звонила? – Суна понимает, что она не имеет права спрашивать, но не может сдержаться. – Я проводил дни не с ней, а в отеле. Потому что мне было стыдно, Суна. Стыдно, что я изменил тебе. Поэтому я и на звонки не отвечал. Теперь твоя очередь. – Ты прав, Сертер хотел похитить меня. И даже похитил. – И что это? Стокгольмский синдром? – чуть усмехается Кайя. – Нет. Просто я рассказала ему, что тебе я не нужна, у тебя ведь есть Пелин. И все остальные заняты поиском Сейран, так что ему нечего ловить. И его отпустило. Мы вместе улетели, потом нашли твою маму. Она была очень рада, что хоть кому-то ещё интересна её жизнь. – Ты права, пока мы искали Сейран, никто даже не сказал мне, что ты ушла из дома. – Это знал только Абидин. Но я столько ему наговорила, когда уходила, что не удивлена, что он молчал. – Так значит то поздравление с днём рождения было от тебя и Сертера? – Кайя хмурится, потому что это предположение звучит почти абсурдно. – Да. И мы отмечали твой день рождения с твоей мамой, – улыбается Суна. – Она жаловалась на тебя. – Я знаю. Мы с ней разговаривали несколько дней назад. Обо всём. Я рад сейчас, что успел рассказать ей всё о нас с Пелин. Она хотя бы перед смертью перестала считать меня худшим из мужчин. – Она никогда тебя таким не считала, как и я. – Но она никогда не говорила о тебе, Сертере и вашей дочери. – Я просила её об этом. Но она очень полюбила Арзу, много раз говорила мне, что все ещё живёт только благодаря моей дочери. – Почему ты выбрала такое имя? – интересуется Кайя, и Суна не верит, что он действительно задаёт ей такой вопрос. – Это имя обозначает желание, мечта, надежда или орлица. Именно всем этим для нас и стала Арзу. – Поздравляю тебя, Суна, искренне. Рад, что после меня ты нашла счастье. Сколько вашей дочери? – Ты правда хочешь услышать честный ответ? – Суна допивает кофе, думая о том, что пора убегать. Ещё немного и она сдастся, расскажет Кайе всю правду. – Хочу. Даже если ты забеременела на следующий день после того, как ушла из особняка. – Завтра моей дочери исполняется год. И Кайя, прости, но боюсь, мне уже пора. – Хорошо, спасибо, что согласилась встретиться. Пожалуйста, напиши мне твой адрес. Я хотел бы подарить что-нибудь твоей дочери, от имени моей мамы. Я уверен, она бы хотела поздравить эту красавицу с днём рождения. Суна оставляет на салфетке адрес и номер телефона, и поднимается со своего места. – Не приезжай очень рано, Арзу любит долго спать утром, – она чуть не добавляет прямо как ты, но вовремя останавливается и уходит.