Часть 6

Суна просыпается, отчётливо чувствуя крепкие объятия Кайи. Совершенно точно за то время, что они проспали вместе, он начал обнимать её ещё сильнее. Арзу по-прежнему лежит на нём, и Кайя придерживает дочку, а Суна осознаёт, что её рука лежит сверху на руке бывшего мужа. Кайя спит с лёгкой улыбкой, и Суна почти хочет плакать от умиления и красоты этой картинки. – Мне нравится, как ты не можешь отвести от меня глаз, – Кайя открывает глаза и с улыбкой смотрит на девушку. – Не было ничего такого. Я на дочку смотрела, – она смущённо отводит взгляд. – Я ведь чувствовал, Суна. – Отпустишь меня? Я приготовлю что-нибудь на завтрак, ты можешь ещё немного поспать, – предлагает девушка. – Не отпущу, – он отрицательно качает головой, и позволяет себе поднять футболку Суны, теперь обжигая её талию своим прикосновением. – Больше никогда не отпущу. Знаешь, мы потеряли столько времени, что теперь я буквально ни на шаг тебя не отпущу. Можешь считать меня жалким, но я нуждаюсь в тебе, Суна. – В туалет тоже будем вместе ходить? – она улыбается, и Кайя чувствует, как хорошо на сердце от того, что Суна не против него рядом с ней. – Мне нравится, что ты не спросила, будем ли мы вместе ходить в душ. Хотя знаешь, я думаю нам надо будет оставить дочку на денек на попечительство кому-нибудь, потому что мне очень нужно хотя бы двадцать четыре часа наедине только с тобой. – Кайя, Кайя, поубавь пыл, – Суна смеётся, но тихо, чтобы не разбудить дочку. – У меня ни с кем ничего не было с нашего с тобой расставания. Не удивлюсь, если я заново девственницей себя почувствую, а ты тут уже разогнался на двадцать четыре часа. – Суна, я ведь не говорил, что мы всё время проведём в постели, но мне нравится твой ход мыслей, – она чувствует, как краснеют щеки от смущения. – На самом деле я просто соскучился по тебе, по твоему присутствию рядом, по твоему запаху в нашей спальне, даже по нашим ссорам. – А я очень соскучилась по нашим поцелуям, – признаётся Суна. – Но нужно всё-таки выбраться из постели, приготовить завтрак дочке, да и ты, наверное, голодный. – И ты, – напоминает Кайя, – давай оставим дочку спать, раз она вся в папу, такая же соня, а мы с тобой займёмся завтраком. – Хорошо, – соглашается Суна, но Кайя не спешит убрать руку с её талии. – Кайя, – смеётся Суна, – завтрак сам не приготовится, если мы останемся лежать. – Хорошо, сдаюсь, – он убирает руку, и Суна выбирается из постели, аккуратно забирая дочку, чтобы переложить в её кроватку. – Суна, переоденешься? – просит Кайя, пока надевает свою одежду. – Не могу смотреть на тебя в футболке другого мужчины, – она улыбается и медленно подходит к мужу, обнимая его и запуская руку в его волосы. – Это твоя футболка, Кайя. Я похитила её, когда уходила из дома, – она оставляет короткий поцелуй у него на губах и хочет оторваться, но Кайя не отпускает её, углубляя поцелуй. – Кайя, – шепчет Суна всё-таки отрываясь от его губ. – Пойдём готовить завтрак, – Он не выпускает её из объятий, вместо этого поднимая на руки и направляясь на кухню. Суна хочет подсказать направление, но вспоминает, что он знает эту квартиру лучше, чем она, так что просто наслаждается этими объятиями. – Так мама знала, что Арзу моя дочка? – уточняет Кайя, опуская Суну и позволяя ей заняться завтраком. – Конечно знала. Я почти сразу узнала у господина Шехмуза, куда улетела мама Нюкхет, прилетела к ней и рассказала правду. Мы немного жили в Америке, когда её выписали, мы вернулись сюда. Она помогала мне с дочкой, мы без зазрения совести тратили деньги со счёта Корханов не только на её нужды, но и на мои. Сертер, конечно, тоже помогал, но нам с мамой Нюкхет нравилось тратить деньги Корханов на всё. – Мама оставила мне письмо. Мне его вчера передали в ресторане. Она просила позаботиться о жене и дочке, и я пока ехал сюда никак не мог понять, почему она не называет тебя моей бывшей женой и почему я должен заботиться о дочери Сертера. В лифте считал сроки, но не позволил себе думать, что действительно могу быть отцом. – Хотела бы я узнать правду о тебе и Пелин раньше. Зря ты не рассказал маме Нюкхет сразу, как узнал. И, похоже, мама Нюкхет даже здесь сыграла по своим правилам, обещала мне, что не скажет тебе ничего, но письмо она могла передать только через Сертера. – Наше прошлое в любом случае уже не изменить, но наше будущее в наших руках, Суна. И я очень хочу, чтобы в этом будущем рядом со мной была моя жена, моя дочка Арзу и может ты даже захочешь ещё одного ребёнка, – улыбается жене Кайя. – Это ты так мягко намекаешь, что ты хочешь ещё одного ребенка? – усмехается Суна. – Конечно, не тебя ведь будет тошнить. – Справедливости ради, я пропустил первое УЗИ, пропустил, как наша дочка толкалась, её первые шаги, так что мне есть ради чего хотеть ещё одного ребёнка. – Но первое "папа" досталось именно тебе, – улыбается Суна. – Не знаю,как она почувствовала, но Сертера папой она никогда не называла. – Моя девочка, – улыбается Кайя, – знала, что папа обязательно приедет. – Тебе кофе или чай? – уточняет Суна, снимая со сковородки яичницу. – Завтрак на скорую руку, так что ничего необычного, – добавляет девушка, ставя на стол сыр, оливки, ветчину. – А чай с молоком ты ещё не пьёшь? И Суна, завтрак замечательный. – Только чай с молоком я и пила на последних месяцах беременности. Мама Нюкхет уже тогда сказала, что дочка будет похожа на тебя, потому что ты любил чай с молоком в детстве. И она была права, Арзу твоя копия, кажется, во всём. – Это чтобы ты меня не забыла, – смеётся Кайя. – Прости, Ферит звонит. – Кайя, ты там как? Наверное, надо было позвонить тебе ещё вчера, но я подумал, что после встречи с Суной ты захочешь побыть один, – Суна пытается не смеяться, потому что слышит разговор. – В порядке, Ферит, в порядке. Спасибо, что позвонил. – Мы с отцом возвращаемся, не хочу Сейран на долго оставлять одну. Ты с нами? – Суна хмурится, когда слышит имя сестры. Они не общались, Суна ничего не знает, так что немного волнуется, что замечает и Кайя, накрывая руку жены своей. – Я задержусь на несколько дней точно, может и дольше. – Хочешь похитить Суну у Сертера и растить их ребёнка сам? – на этот раз смеётся и сам Кайя. – Не такими методами, но ты думаешь в правильном направлении. Суна мне вчера сказала, что её дочери сегодня год, так что хочу подарить что-нибудь от имени мамы, они близко общались. Хочешь присоединиться? Купишь что-нибудь от имени Сейран, она ведь всё-таки тетя. А как-нибудь потом прилетим, познакомить двоюродных братика и сестричку. – Ты уверен, что Суна захочет видеть кого-нибудь из нас? Или ты рассказал ей про Пелин, так что вы помирились. – Да, рассказал, – делится Кайя, опуская вторую часть вопроса. – Я пришлю тебе адрес, можете заехать с дядей если хотите, я уже почти на месте. Надеюсь, Сертер не разобьёт мне нос ещё раз, – усмехается Кайя. – Хорошо, думаю, мы заедем. Поздравим Суну с материнством. – Мне нравится, как ты приглашаешь гостей в мой дом, – замечает Суна, когда Кайя наконец кладёт трубку. – Это дом моей мамы и мой, так что я имею полное право, – улыбается Кайя. – Но если ты категорично против, я напишу, что Сертер разбил мне нос и им лучше не приезжать. – Пусть приезжают. Я ведь не зря всё-таки работала с психологом, отпустила старые обиды. Кайя, а что с Сейран? – Они с Феритом ждут ребёнка, сына. Скоро уже роды, так что Ферит переживает, что Сейран родит без него. Но именно Сейран отправила его со мной, чтобы Ферит за мной присматривал. – Думаю, она просто устала от его опеки. Я на последнем месяце бесилась просто от всего, – смеётся Суна. – Получается, хоть у нас и дочка, но мы обогнали Ферита с Сейран на целый год.. – Из нас двоих ты определённо фея, Суна. Всего пару раз, и ты уже мама, – смеётся Кайя. – Я всегда мечтала о крепкой любящей семье, так что, видимо, запрограммировала своё тело на оплодотворение, потому что мечтала о любимом муже и ребенке. Конечно, потом было много сложностей, сомнений, метаний, но наверное в глубине души я всегда чувствовала, что только ты можешь стать любящим отцом для моих детей, – улыбается Суна. Кайя встаёт со своего места и подходит к девушке. – Я так рад быть здесь, Суна, – он аккуратно заправляет прядь её волос за ухо, открывая доступ к шее. Она прикрывает глаза, потому что кажется, что каждая клеточка её тела дрожит от удовольствия и запаха любимого мужчины рядом. Он целует её в шею, проводит носом и вдыхает её запах. – Мне нравится, что ты сказала о детях во множественном числе, – шепчет он ей на ушко, а потом возвращается к взгляду глаза в глаза. Их зрачки расширены и нет смысла пытаться скрыть правду. – Ты ведь сам сказал, что я удивительно способна в вопросе оплодотворения. Не думаю, что ты откажешься от секса, так что и второго ребенка нам долго ждать не придется. – Суна, дорогая, – смеётся Кайя. – Есть другие способы контрацепции, не только отказ. Так что, ты права, я не откажусь, даже если ты скажешь, что не готова ко второму ребенку. – Хорошо, – Суна нежно проводит ладошкой по колючей щеке мужа и оставляет короткий поцелуй на его губах. – Я пойду надену брюки, раз Ферит приедет. Ты кушай, – она ещё раз целует мужа, и с его позволения оставляет его наедине. Кайя даже начинает волноваться от того, как долго нет Суны. Он уже закончил завтракать и помыл всю посуду, но жены всё ещё нет. Он не хочет давить, позволяет ей побыть наедине со своими мыслями, успокаиваясь тем, что он бы услышал, если бы она сбежала из квартиры через дверь. И этаж слишком высокий для того, чтобы Суна решилась сбежать через окно. – К кому мы тут идём? – Кайя слышит голос Суны и поднимает взгляд. Суна держит дочку за руки, но она уже сама маленькими шагами идёт в его сторону. – К кому наша именинница идёт? – Кайя встаёт со своего места, чтобы подойти. – Сиди, – просит Суна. – Пусть дочка тренируется ходить. – Baba, – она опирается на ногу Кайи, как только достигает цели. И на этот раз Кайя уже не ждёт разрешения от Суны, а сам поднимает дочку на руки. – Да, моя любимая дочка. Это твой папа, – он целует её по очереди в обе щеки, от чего девочка заливается смехом. – Тебе придется побриться, – замечает Суна, пока накладывает завтрак для дочери. – Ей может сильно колоться твоя щетина. – Хорошо, жена, – улыбается Кайя, целуя Суну в щёку. – Садись, – просит Суна, – надо покормить дочку. – Baba, – выдаёт Арзу, когда Суна подносит ложку ко рту дочери. – Дорогая мама, – смеётся Кайя, – у тебя сегодня выходной. – Ладно. Только обязательно дуй, каша ещё горячая. Суна позволяет Кайе накормить дочку, и она поразительно спокойно кушает. – Вот не знаю, она стала серьезной, потому что сегодня ей годик, или потому что ты её кормишь, – замечает Суна, пока её не прерывает звонок в дверь. – Я открою, а вы докушайте, пожалуйста, а то потом её второй раз не посадить. – Всё будет в лучшем виде, мама Суна, – смеётся Кайя. – Слышала, доченька, надо всё скушать, а то мама будет грустить. – Ферит, господин Орхан, здравствуйте, – Суна открывает дверь и старается улыбнуться гостям. – Приходите. – Кайя ещё тут или вы с Сертером уже выгнали его? – со своей фирменной улыбкой спрашивает Ферит. – Сертера нет, а Кайя на кухне, кормит дочку завтраком. Проходите. – Суна, мы всё съели, – Кайя гордо показывает жене пустую тарелку. – Ферит, дядя, – Кайя приветственно кивает им головой. – Ты доел, да? – смеётся Суна, и Ферит даже удивляется, как легко молодые люди ладят. – Нет, – смеётся Кайя. – Арзу всё съела сама. – Доченька, иди сюда, будем получать подарки, – Суна хочет забрать дочку, до конца не уверенная, готова ли сказать Фериту всю правду, но Арзу, держится за руку Кайи и совершенно не хочет к маме. – Думаю, она может принять подарки и сидя у меня на руках, – Кайя аккуратно смотрит на жену, и она чуть улыбается ему. – Арзу, значит, – улыбается девочке Ферит. – Твоя тётя Сейран поздравляет тебя с днём рождения. И я присоединюсь к ней. Суна, мы купили игрушку, я ещё не успел изучить, что нравится детям в год. Тебе отдать? – Нет, дочке. У неё ведь день рождения. Ферит, как Сейран? Она в порядке? – Да, в полном. А ты как? И поздравляю с материнством. – Я тоже в полном порядке, – Суна бросает взгляд на Кайю и дочку и не может сдержать улыбку. – Может вы голодные или хотите чай или кофе? Я приготовлю. – Спасибо, Суна, не надо. Мы на минутку, – замечает Орхан. – Кайя, присмотришь за дочкой? – просит Суна, доставая из заднего кармана джинс вибрирующий телефон. – Я отвечу на звонок, – Кайя кивает, и Суна выходит в другую комнату. – Привет, Сертер. – Суна, как ты? Прости, что звоню так поздно. Как там наш ангелочек? – Арзу в порядке, устроила мне выходной и не слазит с рук Кайи. Он приехал утром, я ему всё рассказала. – И ты так легко простишь измену и сделаешь вид, что ничего не было? – Я вижу, как хорошо дочке с ним. И она назвала его папой, – улыбается Суна. – А измены не было, оказывается. Жаль, что мы так поздно узнали правду друг о друге. Пелин просто подстроила всё, как делала уже раньше с Феритом. Но Кайя узнал уже после развода, и маме Нюкхет рассказал только за несколько дней до её смерти. Но зато она успела отправить ему письмо, в котором попросила позаботиться и жене и дочери. – Знаю. Она меня просила передать ему это письмо, но о содержимом я не знал. Так вы помирились? – Да, и я наконец-то чувствую спокойствие, – Суна улыбается. – Наверное это действительно любовь, потому что когда он обнимает меня, всё вокруг становится совершенно не важным. Знаю, что было много боли, но второй раз отказаться от него я уже не смогу. – Я задержусь здесь на некоторое время, но знай, что всегда можешь ко мне обратиться. И дай Кайе телефон на минутку, а сама поцелуй Арзу от меня. – Хорошо, но боюсь Кайя будет ревновать, – смеётся Суна, возвращаясь на кухню. – Кайя, это тебя, – она протягивает ему телефон. – Можешь дочку мне пока отдать. – У тебя выходной сегодня, Суна. Забыла? – Кайя улыбается, и Суна сдаётся. – Кайя, послушай, – он напрягается, когда узнает по голосу Сертера. – Может Суна и хочет тебя в своей жизни, но я всё ещё помню, как она плакала ночью из-за тебя, так что я не позволю, чтобы ей, её безопасностью и её счастьем пренебрегали. Я не претендую на роль отца твоей дочери, но знай, что у Суны теперь есть старший брат. И если я узнаю, что хоть одна слеза упала из её глаз из-за тебя, то знай, что тебе не жить спокойной жизнью. – Спасибо, Сертер, что присмотрел за моими девочками, – искренне говорит Кайя. – И я знаю, что я последний кретин, но теперь я точно никогда не оставлю ни Суну, ни Арзу. – Надеюсь, ради Суны. Кайя, а что с Пелин? Вы общаетесь? – Нет. Только один раз после того, как я узнал правду. В тот день, когда вы с Суной прислали нам подарок на день рождения. Я переслал его ей. Но насколько я слышал, она живёт в Лондоне сейчас. Так что можешь найти её, как вернёшься. – Спасибо, ладно, хорошего вам дня. – Суна, – Кайя возвращается и отдаёт девушке телефон. – Может полетим в Стамбул вместе? Собери самые необходимые вещи, остальное купим там. Проведем немного времени там, распишемся. Сейран может быть нужна твоя поддержка в первые дни после родов, ты всё-таки у нас опытная уже в этом вопросе. Что думаешь? А потом, если захочешь жить здесь, вернёмся сюда. Если захочешь остаться в Стамбуле, останемся там. – Хорошо, – она сдаётся слишком легко, но видимо в глубине души именно об этом она всегда мечтала. – Хорошо? – удивляется Ферит. – А отец Арзу что скажет? – Кайя отец, – честно говорит Суна. – Вот там её игрушки, и там мягкий ковер, можете спокойно сидеть на полу и играть. Я постараюсь собраться быстро. Зови меня, если что, – Суна оставляет короткий поцелуй на щеке мужа и убегает собираться. – Так значит и я дядя! – она слышит за спиной радостный голос Ферита. – Пойдём учиться быть отцами, дядя, – смеётся Кайя.