Знакомство и Обида

Колокольный звон. Каждый день, ровно в восемь вечера звучал колокольный звон. Он эхом разносился от старой, облезлой, белой церкви, которая впрочем ещё имела золотые купола. Звон ознаменовал закрытие рынка. Примерно в этот же момент включались старые желтые фонари, продавцы медленно собирали плетёные поддоны из пластика, топчась по мокрым от дождя картонкам. Гриша не был исключением. Этот день не был денежным, но и не понёс убытки. Гриша продал почти всё, кроме совсем уж не презентабельных грибов. В этой куче уродливых и не признанных товаров выделялся один. Этот гриб отдавал небольшим сиянием. С красно-глянцевой шапочкой, и трупно-белой ножкой. Григорий знал, что такие грибы зачастую бывают ядовитыми. Но данный объект так и манил его. Мужчина просто не смог его оставить в лесу. Он проверил гриб в аптеке, поискал в справочниках, спросил у своих друзей грибников. Скорее всего, это был некий видоизменённый подберёзовик. Нести его на продажу – опасно и безответственно. Но Гриша не по своей воле носил его на продажу. Его тянуло к этому грибу, будто рыбку, клюнувшую на крючок к рыбаку. И вот Гриша несёт остатки товара и гриб домой. Почти все продавцы ушли со старого рынка. Остались лишь мокрые картонки, грязь и облезлые зелёные прилавки. Путь Григория освещал лишь свет старого фонаря и грустный вой собак. *** Жизнь текла не спеша, шаг за шагом укорачивая дни Гриши. Но всё же один случай изменил его жизнь. – Гриша брат, как дэла? – к прилавку подошёл седой мужчина в каскетке и в чёрном пальто. – Саба! – Мужчина кинулась в объятья своего дяди. Они не виделись с детства Гриши. Дядя был чем-то большим, чем родственник. Он заменил ему отца. Григорий окунулся в тёплые воспоминания детства. Воспоминания уносили его в далекий и тёплый Кутаиси. После смерти отца, тогда ещё мальчиком, его забрал к себе дядя Саба. Они с тётей воспитывали его в любви и заботе, ведь своих детей у них не было. Но, к сожалению, Грише пришлось покинуть родной дом и поехать в Москву. Там он учился в техникуме, но, из-за нехватки средств, бросил учебу и пошёл торговать на рынок. Вернувшись в настоящее, Григорий ещё долго разговаривал обо всём, наплевав на клиентов. Гриша решил закончить сегодня пораньше, и они вместе с дядей начали собираться. – Гриша, а это что? – Саба указал не гриб. – Я думаю побэрэзник. – Мужчина начала вертеть в руках странный предмет. – Так дэло не пойдет. Нэльзя продавать то, в чём ты нэ увэрен. – Саба начал трясти головой. – Помнишь тётю Нели? – Угу. – Кивнул Гриша. – Отравилась. Ели откачали. – Но она рыбу плохую сьэла. – Нэ перэбивай. А лучшэ выкинь его. – Дядя указал на мусорный бак, стоявший на обочине рынка. – Да ну потом. Пошли лучшэ домой. – Э не, так нэ пойдёт. – Саба замолчал, и стал внимательно смотреть на племянника. – Ладно, умеэшь уговорить. – Григорий выкинул грибок на свалку. Это было ошибкой. Вместе они дошли до дома, где их ждала очаровательная жена Гриши. Её звали Нино. Она выросла с мужчиной в одном дворе и переехала с ним в Москву. В отличии от Гриши, она смогла закончить учебу. Нино работала в одной из больниц медсестрой. Когда они пришли в квартиру Гриши, она вся была залита закатным солнцем, от интерьера так и веяло теплом. Нино единолично занималась обустройством квартиры. Даже во время ремонта она выбирала всё: от цвета плитки на кухне, до размера полочки в ванной. Каждый день она готовила мужу завтрак, обед с собой и, конечно же, ужин. Именно ради ужина Гриша был готов жить свою однообразную жизнь. Ведь именно к ужину Нино делала макияж, выбирала платье и делала причёску. Она это делала не потому что «должна» это делать, а из-за большой любви к Грише. Григорий часто приносил на ужин цветы, иногда даже упаковку дорогих конфет, или же приходил с новой помадой. Несмотря на свой скудный заработок, мужчина старался не возвращаться домой без подарка. Так и в этот день, он нарвал ей букет полевых цветов. Недалеко от рынка был пустырь, где весной росли васильки. Именно эти цветы подходили к её глазам. Почти всю ночь они болтали обо всём, и вспоминали родной край. Это был последний тёплый момент в их жизни. *** Нино серьёзно заболела. Рак молочной железы. Женщина никогда не жаловалась супругу на какие-либо проблемы, а он и не замечал очевидных изменений. Нино легла в больницу, ту самую, где сама же и работала. Гриша каждый день её навещал, и приносил ей её любимые васильки. Ей назначили дорогое лечение: куча медикаментов, химиотерапия, лучевая терапия, а так же рекомендовалась тяжёлая операция. Это была сложно как и физически для Нино, так и финансово для Гриши. Вся больница собирала ей на лечение. Но, к сожалению, стало слишком поздно, рак перешёл в терминальную стадию. Гриша не понимал... Не понимал, почему?! Нина ведь была медсестрой, как она не заметила столь явные симптомы? Весь ужас ситуации настиг его лишь потом, когда он осознал, что Нино всё понимала. Но она откладывала лечение и диагностику из-за цены. Она не хотела показывать что у неё есть проблемы, ведь всегда считала себя сильной. Из-за работы она просто откладывала лечении и свою жизнь. Мужчина каждый день возвращался в пустую квартиру. В ней уже не было ни аромата ужина, ни лучиков солнца. Квартира была лишь холодной, неправильной копией себя самой. Здесь было грязно, пыльно, сыро. На стенах поползла плесень. Гриша почти не убирался тут, ведь устроился на ещё одну работу и приходил домой лишь ночью. Дядя Саба не долго погостил и уехал. Гриша не знал стоит ли ему сообщать о горе. Обычно Гриша расказывал ему обо всех сферах своей жизни. Но сейчас он не хотел его расстраивать. Гриша дошёл до спальни, и не раздуваясь упал на кровать, уснув мёртвым сном. *** Дядя Саба умер. Он попал под автобус. Водитель не справился с управлением. В Кутаиси прошли пышные похороны. Саба похоронили рядом с его братом. На это место часто ходил молодой Гриша, дабы вспомнить маму с отцом. Теперь там лежит ещё один близкий человек. Гриша был опустошен этой новостью. Но у него уже не было сил плакать и горевать. К сожалению, Григорий не смог присутствовать на похоронах. Нино выписали из больницы, дабы она могла провести последнии дни своей жизни у себя дома, с любимым мужем. Женщина очень сильно изменилась, из-за химиотерапии ей пришлось побриться налысо, также ей удалили грудные железы. А самое главное глаза. Они поблекли. Теперь они серо-голубые. А раньше были насыщено синие. Как васильки. За Нино ухаживали трое. Гриша, подруга с больницы, и тётя Нели. Последняя была мамой Нино, но мужчина с детства звал ее тётей, ведь она была довольно близкой подругой Сабы. Жена Саба умерла почти 6 лет назад, муж Нели ушёл от неё после рождения Нино. Они жили в одном дворе, и поэтому стали для друг друга исцелением. Так что тетя Нели почти заменила Грише маму. Как ни странно, Нино чувствовала себя хорошо. Все болезненные процедуры прекратились, что были сосредоточены на симптомах. Женщине давали морфин и несколько препаратов сверху. Она плохо понимала, что происходит, могла не узнавать людей. Но она всегда улыбалась, когда Гриша приносил ей букет васильков. Тётя Неля была уже седая, и сама имела проблемы со здоровьем. Она также была полностью опустошена смертью любимого человека и медленной кончиной дочки. В квартире стала ещё более неуютная атмосфера, чем раньше. Гриша не мог смотреть на свою жену, он понимал что она вот-вот отойдёт в мир иной, и это его пугало. Дома витал аромат отчаянья. *** Нино умерла. На похоронах из родственников было только двое. Тетя Нели и Гриша. Зато вся больница и рынок пришли почтить память женщины. Даже с других учреждений приходили люди. Похороны также оплатил медперсонал. Никто не могу понять, как девушка могла умереть? Почему она не обращала внимание аж до третей стадии? Почему ей не помогли такие радикальные меры? Каким образом случился рецидив, ведь её грудные железы были удалены? К сожалению, ответов на эти вопросы не нашлось. Гриша принёс на могилу венок из васильков. Мужчина решил также съездить в Кутаиси, на могилу к дяде, оставив тётю Нели за главную. Они теперь жили вместе. Нельзя сказать, что жили они хорошо. Хоть они и проводили много времени вместе, тётя Нели почти всегда молчала. Она попросту разучилась говорить. В Кутаиси Грише стало легче. Родные улочки, дворы. Родной язык, да и в принципе дышалось здесь легче. Люди были другими, как будто бы живыми. В Москве живых людей не было, одни роботы. А тут всё так и веяло теплом. Он сходил на могилу дяди и отца, навестил дальних родственников и понял. Он не дома. Город сильно изменился, люди изменились, они прожили жизнь без него. Теперь он тут был чужим. *** За время его отсутствия прилавок сгорел. Точнее, не только его, сгорело порядка пяти магазинчиков, и огонь кинулась на палатки и столы. Но ладно прилавок, вместе с ним сгорел и товар с паспортом. Так ещё и людей на погоревший рынок стало приходить гораздо меньше. Тётя Нели предложила продать квартиру, и на вырученые деньги открыть новый киоск.