Юна…

Гараж был наполнен запахом машинного масла и пыли. Хёнджин, стоя на коленях перед старой машиной, с ненавистью смотрел на гайку, которая никак не хотела поддаваться. Джисон, облокотившись на капот, наблюдал с едва скрываемой ухмылкой. — Так ты не в ту сторону крутишь, — резко бросил Джисон, как будто давно ждал момента. Хёнджин оторвал взгляд от гайки, лицо его покраснело от злости. — Да это ты не в ту сторону крутишь, — огрызнулся он, сжимая ключ в руке. — Ты вообще когда-нибудь держал ключи в руках? Джисон закатил глаза, но тут в гараж вошёл Чонин. Он сразу же уловил напряжение в воздухе. — А че он не в ту сторону диск крутит? — спросил он, указывая на Хёнджина. Джисон, как будто давно ждал поддержки, тут же подхватил: — Так это он тут сам умничает, что это я неправильно кручу. Чонин подошёл к Хёнджину, взял ключ из его рук и, с лёгким усилием, показал, как правильно раскрутить гайку. — Вот так, — сказал он спокойно. Хёнджин посмотрел на них обоих, потом на ключ, и с громким выдохом выругался. — Тфу, блять, с вами поведёшься, таким же станешь, — проворчал он, но уже с усмешкой. Джисон хмыкнул, а Чонин, улыбнувшись, похлопал Хёнджина по плечу. — Не парься, бывает, — сказал он, словно подмигивая. Гараж снова наполнился звуками металла и редкими перепалками, но напряжение испарилось, как масляный дым. Ян Чонин отошел, чтобы ответить на звонок своей жены, про которую он не говорил своим приспешникам. Красноволосая девушка откинулась на спинку огромного кожаного кресла, обитого бордовым бархатом. В трубке повисла тишина, нарушаемая лишь тихим гулом далекого города. Слова Чонина неприятно кольнули. — Почему это «всех не забанишь?»— прорычала она в трубку, стараясь скрыть под сталью в голосе раздражение. — Это приказ. Я хочу, чтобы они исчезли. Все. — рычала Юна, снова получая на свой телефон сообщения об ее киллерстве или охоту на нее от других мафиози. Чонин вздохнул на другом конце провода. Он знал ее лучше, чем кто-либо. Знал ее ярость, ее упрямство. — Юна, это игра в тысячи рук. Ты не можешь просто убрать всех игроков. Появятся новые. Более голодные, более опасные. Мы должны действовать хитрее. Юна на мгновение замолчала. Разумные слова Чонина всегда возвращали ее к реальности. Он был ее мужем, ее советником, ее опорой. И, возможно, он был прав. — И как же ты предлагаешь действовать хитрее? — спросила она, пытаясь смягчить тон. Игра только началась, и она уже чувствовала азарт. Эта война будет интересной. — Я могу взять тебя наконец работать в свою компанию поближе ко мне, Юна. — произнес Ян Чонин и смотрел куда-то вдаль. — Будешь моей правой рукой. — Я отведу тебе для приспешниц девушек и подругу моих помощников. — снова произнес он. Юна, слегка опешив от столь прямого предложения, прищурилась, оценивая Чонина. Она всегда держалась немного в стороне от его дел, довольствуясь ролью наблюдателя, но предложение занять место правой руки звучало заманчиво и пугающе одновременно. Ей импонировала идея стать частью чего-то большего, но и ответственность, которую это предполагало, ощущалась как тяжелый груз на плечах. — И что это значит на практике? — спросила Юна, стараясь скрыть волнение в голосе. Чонин усмехнулся, словно ожидая этот вопрос. — Правая рука, дорогая, это не просто должность. Это доверие, это смелость, это умение принимать сложные решения. Миссии бывают разные. От сбора информации до… более активных действий. Ты будешь координировать действия девушек, помогать планировать операции и, да, при необходимости, участвовать в них лично. — Он обвел взглядом комнату, словно приглашая Юну взглянуть на открывающиеся перед ней перспективы. — У Джисона есть Розэ, у Хёнджина Дженни. И общая подруга Рюджин, поможет справиться с ситуацией. Им нужна поддержка, им нужна команда. Ты можешь стать лидером этой команды, Юна. Ты можешь стать незаменимой. — уверенно произнес Айэн, чувствуя волнение от будущего ответа Юны. Но для нее все эти имена были так знакомы, будто она слышала их раньше… — Лидером я на буду, а вот командой. — Не стала продолжать Шин, но по ней было видно, что она согласилась…