Часть 2. Тени под одной крышей

Дождь снова поливал дороги, стеклоочистители монотонно шуршали, убаюкивая. Полли сидела за рулём, сжимая руки на руле чуть сильнее, чем нужно. Белла устроилась рядом, облокотившись на дверцу, и наблюдала за редкими огнями, размытыми сквозь дождевые капли. — и как тебе? — первой заговорила Белла, стараясь звучать легко, но голос чуть дрогнул. Полли скользнула по ней взглядом. — Забавно. Все вокруг будто соревнуются, кто быстрее ко мне подкатит. Даже смешно. Белла нахмурилась. — Майк… он вообще не отлипал. — А ты ревнуешь? — Полли приподняла бровь, уголки её губ чуть дрогнули в улыбке. — Нет! — слишком быстро возразила Белла, и тишина в салоне будто уплотнилась. — Просто… мм.. просто ты только приехала, а уже все вокруг тебя. Полли пожала плечами. — Я не делаю для этого ничего особенного. Может, дело не во мне, а в том, что ты слишком стараешься быть незаметной? Белла нахмурилась ещё сильнее, но промолчала. Её обижало то, как легко сестра отбирала внимание. Некоторое время слышен был только дождь. Полли снова посмотрела в окно, но её голос прозвучал мягче, почти тихо: — Знаешь, мне не важно, что они думают. Я приехала сюда не ради них. Белла скосила глаза на неё. — Ради чего тогда? Полли усмехнулась, но не ответила сразу. В её взгляде мелькнула тень, как будто она сама пока не знала. — Может, ради себя. А может… ради того, что ещё впереди. Да и не забывай то что тут отец. Дом Чарли встретил их тишиной. Только часы в гостиной отмеряли время равномерным тиканьем, а за окнами всё так же шел дождь. Белла первой вошла внутрь, скинула куртку и поставила рюкзак у лестницы. Полли закрыла дверь за собой и, не разуваясь сразу, огляделась. Всё здесь было до боли знакомо: запах дерева, старые фотографии на стене, телевизор, который отец включал только ради бейсбола . — Ты будто гостья в собственном доме, — заметила Полли, проходя в кухню и наливая себе стакан воды. — А ты будто хозяйка, — не удержалась Белла. Полли лишь усмехнулась. Вечер прошёл спокойно, каждая занималась своим. Белла поднялась наверх, устроилась за письменным столом и записывала в тетрадь впечатления о первом дне — про ребят, про учителей, и… про то, как странно Эдвард Каллен смотрел на Полли. Полли же устроилась в своей комнате у окна. Она сидела на подоконнике, подогнув одну ногу, и смотрела, как дождь бежит по стеклу. В руках у неё была старая книга, со школьным материалом, но глаза скользили по строчкам рассеянно. В какой-то миг Полли почувствовала странное волнение — как будто этот город, в котором она застряла с детства, наконец-то раскрылся новыми красками. И эти краски были мрачными, но манящими. — Полли? — постучали в дверь её комнаты. — Ты не спишь? . Глаза начали закрываться , будто бы кто-то навеял ей уснуть сейчас. Она не почувствовала, как дверь её комнаты тихо открылась. На пороге стояла женщина. Высокая, с длинными чёрными волосами, глаза — красные, светящиеся в темноте. Её черты были острыми и изящными. — Наконец-то… — прошептала она, и её голос прозвучал как шелест ножа. Полли дёрнулась, пытаясь проснуться, но руки женщины оказались быстрее. Она прижала к шее девушки холодный амулет — кристалл, тёмный и переливающийся, словно сотканный из ночи. — Это защитит тебя от чужих рук, — прошипела она, — но только не от моих. И прежде чем Полли смогла сделать что-то , женщина резким движением свернула ей шею.