Арка X. Глава 66. Новости за столом

23 августа, 1996 года 

Гарри, Гермиона, Рон, Адриан, Том и Ронвальд перенеслись на Горностаевый холм, недалеко от Уизли-мэнора, с помощью порт-ключа. С холма Гарри видел лишь деревья и зеленое поле. Уизли-мэнор был искусно скрыт от взглядов магов и маглов, благодаря родовой защите.  Вместе они спустились с холма, впереди шел Рон, без него они не смогли бы даже увидеть Уизли-мэнор.  — Потрясающая защита, — воскликнула Гермиона.  — Да… Но кто смог пройти через похожую защиту бывшего Уизли-мэнора, и даже сжечь его? — спросил Гарри с подозрением.  — Либо поджигателем был знакомый, либо они взяли под Империус одного из Уизли, и насильно заставили его открыть им путь, — сразу ответил Том, у которого, как понял Гарри, было небольшое психологическое расстройство, включающее в себя подозрительность и тревожность. Том продумывал сотни планов как спастись в любой ситуации, как куда-то пробраться, как кого-то убить, и многое другое, за считанные секунды. И кажется, мог ответить на любой вопрос.  Адриан похлопал супруга по плечу и улыбнулся.  — Отвечай на такие вопроса только нашим людям, милый.  — Естественно.  Ронвальд закатил глаза и сказал:  — Я безумно рад, что ты на нашей стороне!  Рон прошел через защитный купол, и перед ними вмиг раскрылся двор и сам дом Уизли. Гарри приметил трех садовых гномов, которые выбежали из внутреннего двора, в сторону курятника, за ними с метлой бежала Джинни. Но тут вдруг каменная дорожка сдвинулась, и Джинни унесло назад к дому, аккуратно, но быстро.  — О, опять огонек не дает Джинни словить гномов, — обреченно вздохнул Рон, и помахал рукой сестре. — Джинни! Мы дома!  Джинни убрала с лица рыжие локоны, и посмотрела на брата.  Они подошли к дому, и девушка тяжко вздохнула.  — Он снова…! — указала она на дом. — Огонек! — возмутилась младшая Уизли, уперев руки в бока, как Миссис Уизли. — Садовые гномы вредители! Вредители! Они не милашки. Они вредители.  Гарри и Гермиона с любопытством посмотрели на дом, и резко подпрыгнули, когда дверь дома скрипнула, открылась, помахала и закрылась. Цветочки около дома встрепенулись и затанцевали.  Джинни и Рон махнули рукой.  — Не слушает.  — Огонек считает садовых гномов милыми, — объяснил Рон, и пошел к двери, та сама открылась перед ними. И когда они прошли в дом, Гарри с восторгом посмотрел, как по стенам забегали в веселом ритме огоньки, похожие на искрящиеся звезды. — Это он приветствует вас. Огонек оказался очень приветливым, радушным, озорным и любопытным. Когда Гарри сел за обеденный стол, огонек сдвинул его в другую часть стола, и так еще несколько раз. Таким образом он его покатал.  Больше всех в доме Огонек любил Миссис Уизли, он помогал ей сдвинуть нужные ей предметы, открывал и закрывал ящики, сдвигал к ней стул, чтобы она отдохнула. В ответ Миссис Уизли нежно поглаживала стену, и благодарила его.  Джинни была окружена другого рода любовью — Огонек словно следил, чтобы та снова не воспылала маленьким костром, и следил, чтобы рядом с ней было ведро с водой. Со стороны это выглядело безумно забавно — ведерко с водой ходило за Джинни хвостиком, и сама девушка кажется даже привыкла к этому.  Комната Рона к неожиданности была очень опрятной.  — Она не выпустит меня, пока я не уберусь. Приходится следить за порядком. В привычку уже вошло. О, глядите! — Рон показал им колдо-фото с его поездки в Норвегию, где у Чарли была небольшая командировка. — Я проработал там целых три недели в июле. Заработал не так уж и много. Но я никогда не видел столько драконов в одном месте! Территория заповедника громадная!  Ронвальда, Адриана и Тома приняли с радушием, Миссис Уизли специально приготовила огромный стол на ужин, чтобы отпраздновать выздоровление Гарри и первую встречу дорогих гостей с Огоньком.  Вечером после работы пришли Артур, Перси, Билл с Флер и близнецы Уизли.  Шумной компанией они собрались в большом обеденном зале, соединенном с кухней. Мистер Уизли разговаривал с Ронвальдом, Биллом и Перси о делах — в конце августа состоится большое заседание в Визенгамоте. Билл как Лорд Уизли обладает местом и правом в Визенгамоте. — А у Поттеров такое право есть? — с интересом спросил Гарри у Адриана, опекун кивнул головой.  — Да, есть. Еще с самого создания Визенгамота. Просто…если мне не изменяет память, Генри Поттер публично осудил министра магии того времени Арчера Эвермонда, он запрещал магическому сообществу помогать маглам бороться в Первой Мировой Войне. Генри говорил, что у магов есть возможность помочь, так почему бы не помочь. Он не просил пойти против Статута, а помочь за кулисами, остановить войну, либо помочь другими путями. Но не все были такими… э… — Альтруистами, — подсказал Том, и ехидно усмехнулся супругу. — Поттер, что с них взять.  — Ой-ой-ой, — скорчил гримасу Адриан, взял куриную ножку, и засунул ее в рот Тому. — Молчи уже. И с того времени, Поттеры не участвовали в делах Визенгамота. Генри выгнали. А Флимонт занялся бизнесом.  Гарри поразился храбрости своего прадедушки. Он раздумывал над услышанным, когда в голове резко зазвучал знакомый холодный, шипящий голос:  “Заседание Визенгамота. Иди туда. Хочу посмотреть на все с первых рядов”.  Гарри резко дернулся, и расплескал чашку с чаем.  Рон и близнецы засмеялись, Гермиона протянула салфетку, а Миссис Уизли одним движением палочки убрала весь чай, пролившийся на скатерть и одежду Гарри, приведя все в изначальный порядок.  — Простите, Миссис Уизли. Рука…дернулась, — смущенно показал правой рукой Гарри, на которой была сплошная черная перчатка, подготовленная специально для него.  — О, все хорошо, Гарри. Налить тебе еще чаю? — с заботой спросила Миссис Уизли.  — Нет, не стоит. Спасибо. Не обращайте на меня внимание, — попросил Гарри у остальных, и разговоры за столом продолжились как ни в чем не бывало.  Гарри в какой раз обрадовался, что они все маги. Например, у Дурслей он бы сейчас получил нагоняй, и ему пришлось бы менять одежду, убирать скатерть на стирку, помыть пол и выслушать кучу оскорблений. Гарри уже давно не живет с Дурслями, но 10 лет с ними все равно остались в воспоминаниях, костях Гарри.  — Все нормально? — спросил Адриан, посмотрев на правую руку. — Перчатка жмет? — недоуменно пробормотал он, нахмурив брови и задумался.  Том налил себе теплого вина, принесенного Мистером Уизли для взрослых за столом, и исподтишка глянул на Гарри с лукавой улыбкой. От этого взгляда у Гарри побежали мурашки по спине. И в голове у него зазвенела сирена с криком “ОН ЗНАЕТ”. Но Лорд Слизерин только глянул, и быстро отвернулся, потеряв интерес.  Гарри вздохнул и с улыбкой ответил Адриану: — Нет, перчатка замечательная. Все хорошо.  — Точно?  — Да. Она потрясающая.  Гарри сжал правую руку несколько раз, еще раз удивляясь, насколько перчатка прекрасна — она чувствовалась как вторая кожа и не стесняла его движения.  Адриан похлопал Гарри по плечу, и обернулся к Тому, который начал что-то ему шептать на ухо, поглаживая пальцы Адриана и улыбался ему.  Гарри уже не замечал их, уткнувшись лицом в тарелку, и мысленно завопил: “ОПЯТЬ! Ты опять так неожиданно заговариваешь!”.  “Оу, прошу прощения” — неискренне прошипел Волан-де-Морт и глумливо засмеялся.  “Сволочь проклятая, бездушный говнюк, вот ты кто!”.  “Тогда ты у нас кто? Передушный придурок?”.  Гарри замолчал, и глубоко вздохнул.  “Зачем пришел?” — с отчаянием спросил Гарри, глянув на остальных, никто не обращал внимания на странное поведение Гарри. Либо они привыкли, либо делали вид, что все нормально.  “Заседание Визенгамота” — повторил Волан-де-Морт — “Ты должен туда попасть”.  “Я несовершеннолетний, и еще не получил титул Лорда. В заседаниях Визенгамота участвуют только Лорды, обладающие местом и голосом”.  Об этом Гарри узнал еще на четвертом курсе.  “Ты можешь попасть туда. Ты единственный живой Поттер. Просто у тебя не будет голоса” — произнес Волан-де-Морт таким тоном, что Гарри словно наяву увидел, как тот закатил глаза от “тупости Гарри Поттера”.  “Что такого важного будут обсуждать на этом заседании?” — в Гарри проснулось любопытство, и он поднял голову, пытаясь вслушаться в разговор Артура, Перси, Билла и Ронвальда.  — …это будет? — услышал отрывок заданного Биллом вопроса, он смотрел на Перси.  — Весной. Точное число еще не выбрано. Но это будет весной, — ответил Перси старшему брату. Он посмотрел на Билла серьезным взглядом и спросил: — За кого будет наша семья?  — Нужно узнать мнение Дамблдора, — подал голос Артур, чем вызвал недовольство Перси.  — Папа. Наша семья не крутится вокруг достопочтенного Дамблдора. У нашей семьи есть собственная голова.  — Но… — начал Артур, когда Билл покачал головой и Артур замолчал.  — Наш выбор будет отдан достойному, — решил Билл, и Ронвальд улыбнулся ему, чокнувшись с ним бокалом теплого вина.  — Решайте сами. Но ничего плохого нет, чтобы получить внутреннюю информацию от Дамблдора. Верно? — заговорил с ними Ронвальд, и Перси с трудом согласился с ним. — Верховный Чародей многое решает. И может даже подтолкнуть общественность.  — Главное, чтобы там не было Малфоя, — засмеялся Артур, а потом замолчал. — Его же там нет?  — Список еще не опубликовали, папа, — ответил Перси, и Артур с облегчением вздохнул. — Малфоя все равно бы не выбрали.  Трое Уизли и Ронвальд дружно рассмеялись.  “О чем они?” — спросил Гарри.  “Значит весной…” — не ответил на вопрос Волан-де-Морт. “Что будет весной?!”.  “Выборы Министра Магии. Корнелиус Фадж сдает позиции. Плюс, из-за недавних событий с нападением на Министерство наших мстительных птичек…” — Гарри прыснул от смеха, Рон с недоумением посмотрел на того, а Джинни начала оглядывать Гарри, ища что-то на его теле. Гарри помахал рукой. Волан-де-Морт продолжил рассуждать:  “...и наводкой от анонима о пропавших детях-магах, которых так и не нашли” — саркастично заметил Волан-де-Морт — “В Министерстве и Визенгамоте заговорили о том, чтобы избрать нового Министра. Как раз на этом заседании будет объявлена дата выборов, и начнется агитационный период. В Британии будет весело” — закончил Волан-де-Морт, и Гарри наконец-то понял, о чем говорили Перси и другие.  “С вашей стороны будет Малфой?” — неуверенно спросил Гарри. “Нет, не он” — фыркнул Волан-де-Морт.  “Ты?!” — ужаснулся Гарри этой мысли.  “Нет” — презрительно ответил Волан-де-Морт — “Какой смысл заниматься этой бессмысленной бюрократией? Не меняй тему. Сделай все, чтобы попасть на это заседание”.  “И как я по-твоему должен это сделать?” — раздраженно спросил Гарри, ему самому стало интересно это “супер-важное” заседание Визенгамота. Он посмотрел на Адриана и ему пришла подходящая идея.  — Адриан, — окликнул его Гарри, и опекун обернулся к нему. — А кто пойдет на это заседание по стороны Поттеров?  — Ты, — спокойно ответил Адриан и улыбнулся.  Гарри застыл, указал на себя, Адриан кивнул, Гарри покачал головой в недоверии — слишком легко.  — Тебе уже 16 лет, и как наследник Поттеров…как единственный Поттер, ты можешь пойти на заседание, но у тебя не будет права голоса. Но это сейчас и не так важно, — подбодрил его Адриан, неправильно распознав окаменевшее от удивления лицо Гарри, — главное опыт. Я как твой опекун не имею право голоса и не мог участвовать, только получить маленький бесполезный отчет. Ты пойдешь 28 августа в Министерство Магии с Сириусом. Это тоже его первое заседание. В прошлом он не участвовал, так как не закончил все дела Блэков. Но на этом будет участвовать. Я расскажу тебе подробности дома, — пообещал Адриан и погладил Гарри по голове.  — Круто. Спасибо.  “Отлично” — радостно проворковал Волан-де-Морт — “Я пока подготовлю для тебя очки”.  “Какие очки?” — удивился Гарри. Рон и Гермиона посмотрели на него, и Гарри махнул рукой, обещая рассказать потом.  “Узнаешь” — незаинтересованно ответил Волан-де-Морт и Гарри почувствовал, как тот закрыл связь. От чего неосознанно почесал по голове, чувствуя небольшой зуд.  ***

24 августа, 1996 года 

Уизли-мэнор 

Рано утром следующего дня из Уизли-мэнора начали уходить люди — Артур и Перси ушли в Министерство на работу, близнецы встали еще до рассвета, чтобы вернуться на Косой переулок и подготовить магазин к открытию. Ронвальд вернулся в Хогвартс, там все это время дежурили двое — Дамблдор и Урса. Адриан и Том тоже ушли по своим делам, Гарри останется у Уизли до 25 августа, и вернется домой утром 26. За ними ушли Билл и Флер с помощью камина, у них был доступ к каминам Гринготтса.  И когда Гарри проснулся утром, переночевав в комнате Рона (в гостевой ему было не по себе, и он перебрался к Рону), в доме было очень тихо. Только огонек играл лучами в стенах дома, а с первого этажа доносилось пение Миссис Уизли — она готовила завтрак для оставшихся четвертых студентов.  Джинни с утра побежала во внутренний двор, чтобы попрактиковаться на своей новой Молнии — она быстро привыкла к ней, но перед новым учебным годом, она хотела владеть метлой мастерски, чтобы не оплошать. Молния была быстрее и чувствительнее прошлых ее метел.  Гермиона проверяла свой список домашних заданий на лето, выставляя галочки, и с удовлетворением убрала список в свой рюкзак. Она великодушно дала списать Гарри и Рону, первому из-за недавнего выздоровления, а последнему осталась домашка по Истории магии.  Они сидели на первом этаже в главном зале с камином, из окна было видно как Джинни превращаясь в маленькую точку гоняет на своей метле.  — Ты продолжишь ходить на Прорицания? — спросила у Рона Гермиона, просматривая законченное домашнее задание по Прорицаниям. — У Трелони? — еще больше удивилась Гермиона, когда заметила ее имя на блокноте Рона.  Рон закрыл свой блокнот и потянул на себя.  — Да. Я чувствую, что так нужно, — ответил Рон.  Гермиона была настроена скептически.  — Но, Рон, она совершенно некомпетентная. Почему ты не выбрал Профессора Ангирас?  — Он не преподает старшим курсам, — ответил Рон, не поднимая головы. И тогда Гермиона вспомнила, что преподаватели одной дисциплины разделили нагрузку — одни обучают младшие и средние курсы, а другие средние и старшие курсы. Профессор Ангирас возьмет на себя третий, четвертый и пятый курс. А шестой и седьмой был отдан Профессору Трелони. Тоже и с зельями, Профессор Снейп будет преподавать третьим, четвертым, пятым и седьмым курсам, а профессор Слизнорт первым, вторым, шестым и седьмым курсам. Нагрузка на седьмой курс выше всех, поэтому студенты будут разделены на две группы по внутренним экзаменам двух зельеваров.  — Нагрузка на многих профессоров уменьшиться, — сказала Гермиона.  — А профессорский стол удлинится, — улыбнулся Гарри.  — Так о чем ты говорил с Адрианом? — полюбопытствовала Гермиона, Рон сразу выпрямился, готовый слушать.  Гарри убрал свиток и закрыл чернила, повернувшись к друзьям.  — Весной будут выборы нового Министра магии. А 28 августа, я как последний Поттер смогу пойти на ежегодное заседание Визенгамота с Сириусом и Биллом.  — Круто! — воскликнул Рон. — Фаджа заменят, а вместе с ним и жабу, — радостно улыбнулся Рон.  — Я читала отчеты прошлогодних заседаний. И судя по тенденции последних трех лет, у оборотней все меньше и меньше прав, — нахмурилась Гермиона.  — Где ты читала? — спросил Гарри, и Рон вторил ему своими расширившимися глазами. Гермиона посмотрела на друзей и закатила глаза.  — Правительственная газета которую издает Канцелярский офис магической Британии — “Газета Визенгамота”. Вы не читали?  — А, это та махина которую любит перечитывать Перси? — удивился Рон. — Так ее выпускают всего дважды или трижды в год.  — Эта газета правительственная, Рон. Она освещает все, что касается работы Визенгамота, его правовой стороны. Ее еще называют — Парламент Визенгамота.  Гарри кивнул головой, примерно понимая — Визенгамот в магической Британии выполняет две функции: Парламента и Верховного суда, как у маглов. Но в отличии от маглов, члены Визенгамота решают и правовые, и юридические дела магической Британии. Главные законопроекты проходят через Парламент Визенгамота.  — Я слышал, что Дамблдор третий год дает согласие на рассмотрение закона о правах оборотней, — сказал Рон, вспоминая разговоры братьев и отца. — В Визенгамоте, как и в Министерстве две или три партии, и они частенько мешают друг другу. Сторона Фаджа всегда была против принятия оборотней, а сторона Дамблдора была “за”.  — Партия Фаджа и Дамблдора? — переспросил Гарри, и почувствовал в этих словах что-то странное. — Но… откуда у Фаджа столько власти? Разве у директора власти и полномочий в этом деле не больше?  — Гарри, не говори мне, что ты не знаешь, как проходят выборы Министра, — воскликнула Гермиона.  — Знаю… В общих чертах, — неуверенно закончил Гарри.  — Друг, у Фаджа своя политическая партия, и она официальная, — объяснил Рон. — У Дамблдора партия неофициальная. Как Верховный чародей, он не имеет права официально состоять в какой-либо из политических партий. А в Визенгамоте принимают участие в большинстве своем не работники Министерства, а выдающиеся личности, которые получили место и голос за свои достижения или из-за наследуемого права. Как Поттеры и Уизли например.  Гермиона согласно закивала головой.  — Партия Фаджа выиграла несколько лет назад, и он стал Министром. Но в Визенгамоте, как сказал Рон, больше нейтральных участников, а также аристократов. Хоть они и руководят правительством, Визенгамот высший законодательный и юридический орган магической Британии. Его власть выше. Фаджу нужно сохранить свое место. Да и любой захотел бы себе это место.  — Зачем? — искренне спросил Гарри. — При чем тут пост Министра и Визенгамот?  — В состав Визенгамота позволено войти пяти членам партии Министра, и самому Министру, — ответила Гермиона, и Гарри наконец-то понял. — Попасть в состав Визенгамота не так легко, как кажется. Самый простой способ — стать Министром магии, и позволить доверенным пяти сопартийцам получить места и голоса в Визенгамоте. Когда десятилетний срок истекает, инициируются новые выборы. Фаджа вероятно отстранят.  — Как предыдущих двух Министров, — засмеялся Рон, и объяснил друзьям: — Юджина Дженкинс и Гарольд Минчум.  Гермиона просияла, а Гарри недоуменно уставился на Рона.  — Ты не знаешь? Ты целый месяц тусовался с Сам-Знаешь-Кем, и не знаешь этих двух Министров? — Рон уставился на друга.  — Откуда мне их знать?  — Они потеряли свои должности именно из-за него, Юджину Дженкинс отстранили при первом подъеме твоего "кузена". А Гарольд Минчум был слишком жестким.  — Он разместил еще больше дементоров в Азкабане, — неодобрительно подметила Гермиона, и Рон согласно закивал. — Из-за этого Волан-де-Морту было легче прийти к власти. Дементоры же его слушались.  Гарри поднял голову к потолку — снова Волан-де-Морт.  — Интересно, а он выставит кого-то своего на выборах? — с любопытством спросил Рон.  — Естественно, — быстро ответила Гермиона. — Все наверное уже готовятся к выборам. Это заседание последний шанс Фаджа и его людям повлиять на Визенгамот и СМИ. Когда о выборах станет известно, Фадж и все пять его людей не смогут больше принимать участие в работе Визенгамота.  — Какое счастье! — обрадовался Рон. — Амбридж по словам папы уже вернулась на свое место старшего секретаря Министра.  Гермиона нахмурилась, и Гарри быстро понял ее.  — Ты думаешь, они что-то попытаются сделать на этом заседании? — спросил Гарри у подруги, и Гермиона хмуро кивнула.  — Обязательно. Это их последняя возможность. После двери Визенгамота будут для них закрыты, если только их партия снова не выиграет следующей весной. Только что? — спросила девушка в пустоту и задумалась.  Рон не посчитал это большой проблемой, чего бы там не добивался Фадж со своими людьми, он не придет к успеху.  — И почему ты так думаешь? — спросила Гермиона.  — Я чувствую, — уверенно заявил Рон, и Гермиона не нашлась что сказать.  *** На обед в гости пришли Сириус и Римус, первый просто так, а второй с отличными новостями. Люпин долгое время работал над артефактом, который позволил бы оборотням проводить полнолуние без вреда для других и самих себя. И недавно, когда он увидел браслет-ограничитель Джинни, ему пришла хорошая идея. Используемая этот браслет, он создал новый — его браслет ограничивал внутреннего волка больных ликантропией. И его артефакт уже прошел испытания на настоящих оборотнях, и уже продается в специализированных магазинах для оборотней.  — Это потрясающая новость! — воскликнула Молли, накрывая на стол.  — И вы тоже его использовали? — спросила Джинни.  — Да, — улыбнулся Люпин.  Гарри приметил, что Люпин выглядел намного лучше, чем раньше. С каждым днем бывший профессор ЗОТИ становился живее и ярче — он больше не был таким бледным и болезненным, как при первых встречах на третьем курсе. Римус носил подходящие по фигуре мантии. Волосы были аккуратно зачесаны, на лице сиял живой румянец, и он чаще улыбался. Гарри был безумно рад этим изменениям в нем.  — Это еще один шаг для принятия закона о правах оборотней, — добавил Сириус. — Браслеты уже раскупили. И если дать небольшой толчок, то газеты начнут говорить об этом изобретении везде.  Сириус и Люпин остались еще на ужин, чтобы поговорить с Артуром и Биллом. Те прибыли вовремя, сразу после шести вечера. Флер помогала Молли — точнее раздражала, по словам Рона, Миссис Уизли любит заниматься кухней самостоятельно. А Флер так и тянет чем-нибудь помочь ей, и добавить два салата или какой-нибудь классический французский десерт, вместо любимых десертов мамы.  Ужин еще не начался, когда Гарри услышал звон колокольчика из коридора. Молли посмотрела на звенящий колокольчик, и посмотрела в окно — на границе защитного круга маячила маленькая фигурка с яркими оранжевыми волосами.  — О, это Нимфадора! — воскликнула Молли, и выбежала из дома, взмахом палочки пропуская гостью в дом.  Гарри из окна увидел Нимфадору Тонкс, на ней была яркая алая мантия, ее волосы игриво меняли расцветку с желтого на оранжевый, с оранжевого на красный, пока она весело болтала с Молли. Когда девушка вошла в дом, и прошла в гостиную вместе с Молли, она посмотрела на собравшихся, и широко раскрыв глаза — Гарри заметил как вспыхнуло ее лицо — поскользнулась и она начала падать вперед.  Гарри и остальные встали со своих мест, Молли протянула руку, когда Нимфадору на месте поймал Люпин и помог ей встать.  — Все хорошо? — спросил тихо Люпин, опустив голову, чтобы посмотреть на покрасневшую Нимфадору. Та глупо рассмеялась, и ее волосы медленно окрасились в розовый.  — Все…все…все отлично! — крикнула девушка, и отошла от Люпина на шаг, махнув рукой Сириусу. — Йо, Сириус!  Сириус снисходительно глянул на эту племянницу, и потянул ее сесть рядом с ним, следя, чтобы та снова не упала.  Этот небольшой инцидент никак не повлиял на настроение остальных, и все быстро забыли об этом, отправившись в столовую на ужин.  Гарри сидел рядом с Сириусом, по левую руку от крестного, справа от Сириуса сидела Нимфадора, рядом с ней сидел Люпин и общался с Биллом. Знакомая Гарри по яркому и забавному характеру, сегодня Нимфадора была довольно молчаливой.  — Тебе рассказали о заседании? — шепотом спросил Сириус, Гарри моргнул глазами и крестный тихо засмеялся. — Ты знаешь, что заседание продлится целый день?  Гарри недоверчиво уставился на крестного.  — Целый день?  — Да.  Гарри возвел глаза к небу (к потолку) и тяжело вздохнул.  — Ты уже готов к школе? Слизнорт будет вашим преподавателем по зельеварению. Не завидую я вам, — усмехнулся Блэк.  Нимфадора услышала знакомое имя и повернулась к ним.  — Слизнорт? Профессор Слизнорт?  — Да, он вернулся в школу, — ответил Сириус, девушка поморщилась.  — А что? — спросил Гарри у аврора, она скривила кислую гримасу.  — Мы называли его коллекционером. Я слышала, что он хотел позвать меня, когда узнал, что моя мама Блэк, но отказался, узнав что маму выгнали из семьи. Учит он прилично, но… его любовь к общению. Я пуффендуйка, и мы очень общительные. Я знаю стольких людей, не сосчитать. Но в отличии от Слизнорта, моих знакомых не так много, как его “почитателей”.  — Вы учились на Пуффендуе? — шестеренки в мозге Гарри заработали, и его глаза вспыхнули интересом, он уставился на Тонкс, и та напыщенно кивнула, вздернув носик. — А вы знакомы с теми, кто учится в школе сейчас?  Сириус посмотрел на Гарри и прищурился, расплывшись в улыбке. Он откинулся на спинку стула, чтобы Гарри было легче общаться с Дорой.  Девушка быстро засияла, когда нашла знакомую ей тему, и рассказала Гарри все, что знает о пуффендуйцах.  — …племянница Амелии Боунс Сьюзен очень хорошая девочка, тихая, но умная. Ханна Аббот, ее мама магла, и работает врачом, наверное ей достались мозги от матери, — засмеялась Нимфадора, и Сириус понимающе усмехнулся.  На вопросительный взгляд Гарри, Сириус ответил: — Аббот простоватый мужчина, не особо умный, но хороший. Он хорошо играл в квиддич, и был огромным как гора.  — Про таких говорят “Сила делает правым”, — добродушно рассмеялась Нимфадора. — Я работаю с ним, он один из старших авроров. О, еще я знаю Эрни Макмиллана, я знакома с его кузеном, по его словам Эрни иногда жутко раздражает, но он хороший парень. А еще… Гарри внимательно слушал ее, запоминая студентов которых Нимфадора отметила в положительном ключе.  — И зачем ты это спрашиваешь? — прошептал Сириус, когда внимание Нимфадоры привлекла Молли.  — “Магнус” хотел, чтобы в Орден Солнца приняли слизеринца. И я подумал, что Орден может принять людей и из других факультетов. А Тонкс хорошо знает своих.  Сириус понятливо кивнул головой, и когда Люпин с интересом посмотрел на него, наклонился к нему и рассказал о том, что сказал Гарри. На что Люпин показал Гарри большой палец, и наклонился, попросив у Нимфадоры прощения, девушка снова покраснела, выпрямилась и застыла. Люпин не заметил ее реакции, обращаясь к Гарри:  — Среди когтевранцев есть один парень по имени Терри Бут, я был знаком с его матерью, она отличная ведьма и человек. И отец тоже добропорядочный человек. Обращайся к нему по вопросам орлов. — Спасибо, — искренне поблагодарил Гарри, он беспокоился, что Луна с ее особой социальной личностью не подходит для таких разговоров. Терри Бут подходил лучше, если ему нужно было найти с кем поговорить. Гарри глянул на Перси, который о чем-то болтал с близнецами, и давал советы по СОВ Джинни, чем жутко ее раздражал; и вспомнил про его бывшую девушку Пенелопу Кристалл. Она была старостой Когтеврана… Гарри быстро отбросил эту идею, о таком у Перси лучше не спрашивать. Судя по несчастному лицу Джинни, Перси не тот, кто бы смог ему помочь.