Часть 4

Солнце уже давно закатилось за крыши многоэтажек. Всю местность укрыла тьма, но звёзды никак не хотели проглядываться. Точнее, их просто почти не было видно из-за плотного покрова туч. Лёгкий сентябрьский ветер своевольно разгуливал среди листьев кипарисов, которые росли вдоль трассы. Громкая музыка осталась где-то позади за спиной. Но она всё ещё была слышна и не давала Еве полностью окунуться в блаженное наблюдение за тихой ночью. Девушка покинула клуб около двадцати минут назад. В клубе, по всей видимости, сломалась вентиляция, потому что духота стояла фантастическая. Еве стало дурно, и она немедленно решила покинуть помещение. На улице она быстро пришла в себя. Перейдя парковку, девушка села на древнюю лавочку. Та слегка скрипнула, но сделала одолжение и решила постоять на ногах ещё ночку. Сзади послышались шаги. Ева обернулась. К ней неспешным шагом шёл Кирилл. Он сел рядом на лавку, на что та недовольно взвизгнула и пошатнулась. Бедная держалась из последних сил. — Выглядишь хреново. — Сказала Ева, и это была правда. Лицо парня отдавало зелёным, по крайней мере так казалось в свете одинокого уличного фонаря. И в целом вид был замученный и уставший. Его перекосила ломанная ухмылка. — Ничего особенного. Просто перебрал и меня вырвало. Так часто случается. К двадцати пяти годам я до сих пор не знаю, когда надо остановиться. — Он грустно вздохнул и облокотился локтями на колени, подперев руками голову. — Ну ты даёшь конечно… — в пол голоса пробормотала Ева. Она отвернулась в сторону дроги и больше ничего не стала говорить. Кирилл тоже молчал. В иной обстановке между ними бы, вероятно, образовалась неловкая и неуютная пауза, но они сидели и думали каждый о своём, наслаждаясь какой-никакой тишиной. Кирилл думал о том, как бы избавиться от противного привкуса желчи во рту. Ева — о завтрашних парах. Она догадывалась, что будет на них просто непробудно спать, если сейчас же не отправиться домой. — Не хочешь прокатиться? — подал голос парень. Девушка с вопросом во взгляде на него повернулась. — Ну, знаешь, на байке … — У тебя есть байк? — брови поползли наверх, а рот слегка приоткрылся. — Так удивляешься, хотя сама с подругой на подобном и приехала. — Ну ты сравнил, конечно! У Ли папаша при деньгах. Хоть он и паршивый человек, но дочь свою любит и балует. Поэтому байк ей достался в качестве подарка. — А по мне не скажешь, что родители богатые? — Честно? Как-то не особо. — Да… к сожалению, это правда. Моего скакуна мне никто на блюдечке не преподносил. Сам батрачил на подработках. Так что, прокатимся? — Ты ж сам сказал, что ты в хлам. Мне, знаешь ли, ещё пожить немного хочется! — Я думаю, что весь алкоголь десять минут назад из меня вышел, как по маслу, ну, почти. Девушка ненадолго задумалась. — Ай, чёрт с тобой! Но если вдруг что, сам мне больничные счета оплатишь! Этого Кириллу было достаточно, чтобы вскочить с лавки, ухватить Еву за кисть и поспешить с ней на стоянку. Взревел мотор. Двое людей сорвались с места и понеслись по бесконечному шоссе. Ярко-жёлтые лучи от фар разрывали перед ними мглу. Дорога, петляя, постепенно стала уходить от стеклянных холодных многоэтажек. Дома становились всё меньше и меньше и вскоре совсем перестали появляться в поле зрения. Их заменили холмы, сплошь покрытые ещё зелёной растительностью. Стоило обогнуть один из них, как совсем близко задребезжала чёрная водная гладь. Она казалась ещё темнее на контрасте со светом от фонарей на автостраде. Залив приковал взгляд девушки. Кирилл сейчас думал о том, как бы не уехать в кювет и о чужих руках на своём торсе. Своими собственными он сжимал руль монстра под ним и чувствовал заметную ночную прохладу. Кирилл свернул влево на обочину и ловко обогнул стоящие близко друг к другу кустарники. Оказавшись на грунтовой дороге, ему пришлось сбавить скорость. Камни с треском вылетали испод колёс и норовили повредить корпус байка. Вскоре они преодолели стену из кустарников и высокой травы и оказались на пустынном пляже. Молодые люди слезли на песок и огляделись. Никаких признаков жизни. Лишь негромкий шелест волн. — Люблю это место…тут людей даже днём не бывает, — как будто самому себе проговорил Кирилл и подошёл к воде. По левую сторону залива виднелись городские огни — оттуда они приехали. Справа всё так же тянулись тёмно-зелёные холмы с редкими каменистыми проплешинами. Их нельзя было разглядеть в темноте ночи, но Кирилл наизусть знал природу здесь. Ева взглянула на часы. Почти три часа ночи. Вот-вот должен наступить рассвет. Она перевела взгляд на парня, который стоял уже по щиколотки в воде. Серая футболка, кроссовки и шорты валялись в сторонке. -Эй! Ты что делаешь? — слегка взволновано повысила голос она. — Хочу искупаться. — Он не повернулся, а продолжил заходить глубже. — У тебя даже полотенца с собой нет. Как ты поедешь обратно? Холодно будет. — Почему же нет? Есть. — И парень нырнул под воду. — Странный какой-то, — пробубнила она в пол голоса и села на песок, подогнув колени к груди и положив на нах подбородок. Девушка не без интереса наблюдала за тем, как парень плавает и плескается в воде. Пару раз даже пронеслась мысль о том, что было бы неплохо ей и самой освежиться, но Ева быстро эту мысль отмела и продолжила наслаждаться красивым видом. Когда Кирилл вылез на берег, солнце уже вставало из-за горизонта, и всё небо и облака окрашивались в розовый, красный и жёлтый цвет. Он не стал одеваться, лишь головой показал Еве идти за ним. Через какое-то время девушка заметила кусок бежевой ткани среди кустов шиповника. Подойдя поближе, стало ясно, что это не просто полотно, а целый шалаш. Девушка вкинула брови и поражённо хмыкнула. Кирилл на такую реакцию растянул уголки губ и зашёл внутрь, отодвигая ткань с прохода. Ева последовала за ним. Внутри оказалось довольно много всякой утвари: деревянный небольшой столик по середине, матрас на песке с подушками и пледом, рядом коробки и рюкзаки с разным хламом и утварью. Под сводом болталась одинокая керосиновая лампа. Но сейчас она не была зажжена, поэтому в шалаше стоял полумрак. Лампа привлекла к себе внимание девушки. Еве показалось странным, что Кирилл смог где-то отрыть такой раритет. — Она на батарейках, — словно прочитав её мысли пояснил Кирилл. Он снял с бельевой верёвки, натянутой здесь же, полотенце и обтёр всё тело. Ева смущённо бросила на него взгляд и отвернулась в сторону. — А у тебя случайно не завалялась здесь какая-нибудь еда? Иначе мой желудок сейчас затянет серенаду. — Я бы и сам не отказался от перекуса. Та-а-ак-с… где-то тут должно было остаться с прошлого раза. Хотя я тут так давно не был, что уже и не помню, оставлял ли что-то. — Кирилл завертелся на месте и стал рыться в своих залежах. — Опа! Кажись нашёл. — он вытащил новенькую пачку спагетти и кинул на стол. — А вот хлеб больше не жилец, — он грустно вздохнул и указал Еве на плесень, — Осталось найти котёл… Через двадцать минут они мирно сидели возле самодельного кострища и наслаждались идиллией. Ева помешивала макароны, а Кирилл время от времени подкидывал мелкие сучки в костёр. Пламя позволило парню окончательно согреться и обсохнуть. — Я правда не представляю, как буду оправдываться перед преподом, — с досадой пробубнила девушка, накладывая себе еду в жестяную тарелку. — Отчитываться за что? За то, что ты опоздала на пары? Или за то, что спать будешь на них? Брось, в чём проблема просто не приходить сегодня в универ? — Родители узнают — закопают. Заживо. И даже не раскаются. — Не родители — звери. И ты соврать им не можешь даже? Что-нибудь в духе «у меня заболел живот, наверное что-то не то съела» или «допоздна делала доклад, поэтому проспала»? — Кирилл нарочито писклявым голосом попытался сымитировать речь девушки. — Меня совесть потом съест. Да и вообще я не хочу подрывать доверие. А вдруг правда всплывёт? Кирилл сидел в полном недоумении. И лёгком шоке. Большинство девушек из его окружения даже не подозревали о том, что сочинить про себя или приукрасить какую-нибудь историю — это зазорно. Образовавшуюся пятиминутную паузу разорвала вибрация телефона. Ева посмотрела на дисплей. На нём загорелся абсолютно незнакомый номер. Девушка решила подождать, может вызов скинется сам, но некто на другом конце был больно настырный. Ева кинула быстрый взгляд на своего нового приятеля и всё же ответила. Послышались помехи и шум на заднем плане. Затем раздался громкий голос Ли. — Милая моя! Где, вашу мать, тебя носит? — было слышно, что она с трудом могла связать буквы воедино. Волнение Евы резко сменилось стыдом. Она совсем забыла предупредить подругу о своей внеплановой прогулке. Судорожно пытаясь понять, как правильно донести Ли эту новость и не взбесить её, Ева, с мольбой о помощи в глазах, уставилась на Кирилла. Но тот лишь развёл руками. — Я гуляю. Не волнуйся, я скоро к тебе подойду, и мы поедем домой. И почему ты мне с чужого номера звонишь? — Нет! Не хочу домой, мне тут весело! — заданный вопрос был нагло проигнорирован, раздалось лишь громкое «ик» и болезненный выдох. — Бля-я-я…а пацанчики миленькие оказались, жаль, что ты ушла! — искренне сожалела подруга. Да Ева и сама успела пожалеть о своём уходе. — Ты пила что ли? -даже малейших сомнений не было в этом. Она всегда под градусом браниться начинала. А ведь обещала же, что не будет пить… — Не, не, не переживай. — Врёшь же. — Да подумаешь, всего пару глотков! — Так, Ли, дай трубку Дже Хва. Быстро. На том конце послышалась вошкотня, и низкий голос буркнул «слушаю». — Дже Хва, ты видел, пила Ли сегодня? Я что-то ей не верю. — А, это ты. Да, её, кажись, какой-то паренёк угощал у барной стойки. Но Ли быстро оттуда ушла. Может, пару шотов и выпила. Ева выругалась себе под нос и после короткого «скоро будем» скинула вызов. — Собирайся. Чует моё сердце, Ли что-то в алкашку подмешали. И надень футболку наконец! Смущаешь ведь.