Часть 12

Глава 12.

— На самом деле, я ваш поклонник. Суна удивлённо приподняла бровь. По нему и не скажешь, ведь он всегда вёл себя так естественно… хотя нет, на уроках он был очень активен. — Для меня это большая честь. Лицо Теодора залилось румянцем. — Мне очень нравятся ваши книги, каждую я перечитывал по четыре-пять раз. Я чувствую вашу любовь к профессии барда-волшебника. Она сквозит в каждой строчке. Можете сказать, почему вы решили стать бардом-волшебником? …Ради системного задания… Но Суна, конечно, не могла так сказать. Поразмыслив о своих тогдашних мыслях, она ответила: — Когда я только окончила обучение, я не знала, чем заняться. Честно говоря, мне не нравилась идея целыми днями сидеть на одном месте и заниматься бумажной работой. Я также не хотела открывать магазин и быть привязанной к одному месту. Поэтому я отправилась путешествовать, посещать места, которые хотела увидеть. Мир такой большой и удивительный. — То есть, вы писали книги, чтобы запечатлеть эти чувства? — спросил Теодор. Суна покачала головой, а затем кивнула. — Не только. Путешествия требуют денег, причём немалых. Мне тоже нужно было на что-то жить. После слов Суны Теодор рассмеялся. Знаменитая волшебница Суна тоже беспокоилась о деньгах. Когда Теодор смеялся, он выглядел очень привлекательно. Его мрачность рассеивалась, и он становился больше похож на обычного мальчика своего возраста. — На самом деле… на самом деле я тоже хочу стать бардом-волшебником. Меня очень привлекают пейзажи, которые вы описываете, но мой статус этого не позволяет. Это очень печально. Когда Теодор говорил о бардах-волшебниках, в его глазах вспыхивал огонёк, но он тут же гас. Статус, который другие считали величайшим благом, для него был оковами. Не дожидаясь ответа Суны, он продолжил: — Моё будущее предопределено с самого рождения. Но я не виню своего отца. Хотя он и не самый лучший родитель, часто игнорирует мои чувства и состояние, и находит нелепые предлоги, чтобы избегать долгого общения со мной, он всё же любит меня. Он готовит мне подарки на день рождения и, несмотря на свою нелюбовь к вам, заказывает для меня ваши книги. Это так противоречиво. В глазах Теодора промелькнуло замешательство. Его мать умерла, когда он был маленьким, и старый Нотт совершенно не справлялся с ролью отца и матери одновременно. Из-за чувства вины и любви он мог компенсировать это лишь материально, но при каждом контакте с Теодором чувствовал себя неловко. Из-за этого Теодор и сам не любил сближаться с другими. Неудача в отношениях с отцом заставила его сомневаться в себе, и он нашёл лучший для себя баланс в том, чтобы держаться на расстоянии. Конечно, отчасти это было связано и с тем, что он считал Драко инфантильным, постоянно унижающимся в попытках достать Гарри Поттера. Суна понимающе кивнула. Причина крылась в детской травме. Поскольку он не мог получить эмоционального отклика от самого близкого человека, он инстинктивно отвергал любые другие близкие отношения. К тому же, если она правильно помнила, старшего Нотта в будущем посадят в Азкабан, и шестнадцатилетнему Теодору придётся взвалить на себя бремя главы семьи. Давление на него было не меньше, чем в своё время на Драко. Но никому до этого не было дела, потому что Теодор был почти невидимкой, настолько, что в оригинальных книгах ему было посвящено всего несколько строк. — Хм… это не совсем безнадёжно. Каждому человеку нужен отпуск. Я уверена, что можно позволить себе пару коротких путешествий в год в качестве награды. К тому же, у тебя точно не будет проблем с деньгами. Оба рассмеялись, и атмосфера стала значительно легче. — У каждого в жизни есть свои несчастья, — сказала Суна, — но нельзя постоянно зацикливаться на них и думать, что это и есть вся твоя жизнь. Теодор, жизнь полна безграничных возможностей. — Правда? — Конечно! Подбодрённый Суной, Теодор вдруг почувствовал, что будущее уже не кажется таким уж безрадостным. Он даже начал с нетерпением предвкушать свои будущие путешествия. — Но… я ещё не решил, куда поехать. Суна потёрла подбородок, достала карту мира и начала анализировать для Теодора преимущества и недостатки разных стран. — Я бы посоветовала тебе начать с соседних стран. Чуть дальше можно отправиться сюда. В некоторых местах нет сети Летучего пороха, так что тебе придётся научиться летать на магловских самолётах. Выражение лица Теодора стало немного искажённым. Хотя он и был дружелюбен к Суне, врождённая теория о чистоте крови мешала ему принять это. Увидев это, Суна ободряюще похлопала его по голове. Хм, волосы пушистые, приятнее, чем у Тома. — В Азии можешь начать со стран, где живётся неплохо… там хорошо развита сеть Летучего пороха. К тому же, школа магии Махоутокоро — единственная, где посторонним разрешено присутствовать на церемонии начала учебного года. Можешь подгадать время и съездить посмотреть. Затем можно посетить вот эти места. Я настоятельно рекомендую тебе съездить в Китай, там много интересного и вкусного. Если будет возможность, я обязательно туда отправлюсь. А вот сюда — не стоит. Суна указала на некую великую карри-державу. Теодор тоже был наслышан о странностях этой страны. — Я понял. Затем Суна перечеркнула ещё одну державу «мошенников». Даже сам дьявол, попав туда, был бы обманут, не говоря уже о волшебниках, которые без палочки становятся беспомощными. — А что не так с этим местом, профессор? — Это место… тебе не по зубам, юноша. Заботясь о жизни Теодора, Суна ещё раз настойчиво ему это повторила. Из-за визита Теодора Суна так и не смогла отдохнуть. Проводив его, она взяла книгу и отправилась на урок. Глубоко зевнув, Суна вытерла слёзы с уголков глаз и задумалась о том, чтобы предложить Дамблдору нанять психолога. Но потом, вспомнив об уровне зарплат в Хогвартсе, она отбросила эту мысль. Не стоит доводить старину Дамблдора до облысения. Послеполуденный урок с четвёртым курсом также прошёл легко. «Какие же они все хорошие дети!» — вздохнула Суна. А после урока её окружила толпа юных волшебников, жаждущих автографов. И это был не один автограф на человека — у каждого в руках было по семь-восемь книг, а то и больше. На несколько секунд Суна замолчала, размышляя, не отвалится ли у неё рука. Но отказать было бы бессердечно, так что… — Дорогие мои, я подпишу каждому по одной книге. Остальные автографы станут наградой на моих уроках. Тем, кто будет хорошо себя вести, я буду давать автографы, а самый лучший ученик по итогам семестра получит рукопись. Суна мысленно похвалила себя за находчивость. Пусть соревнуются, юные волшебники! … Тем временем, встретившись с Пивзом, Том окончательно сорвался с цепи, напрочь забыв о наставлениях Суны. — Ю-ху! Быстрее, ещё быстрее! Том, это просто великолепно! В этот момент Том перешёл в своё призрачное состояние и, управляя маленькой машинкой, вместе с Пивзом носился по замку, сломя голову. Из-за его не поддающейся законам физики манеры езды, машина вращалась на 360 градусов, заставляя портреты гневно кричать. — Эй! Смотри куда едешь, не сломай мой дом! — Ты наехал мне на ногу! — Как шумно! — … В ответ на их жалобы Том и Пивз вместе сняли шляпы и демонстративно поклонились, выглядя при этом максимально вызывающе. К тому же, будучи в призрачном состоянии, они не могли ни в кого врезаться и намеренно ехали прямо в толпу, заставляя юных волшебников в панике разбегаться. Гарри, Гермиона и Рон о чём-то разговаривали, когда их напугали внезапные крики. Они с удивлением посмотрели на суматоху вдалеке. — Что это с ними? — спросил Рон. — Там что, чудовище появилось? — Вряд ли, — ответил Гарри. — После испуга они не разбежались, а наоборот… кажется, разозлились. — Это наверняка опять Пивз, — сказала Гермиона. — Каждый раз после начала учебного года он устраивает какой-нибудь беспорядок. Гермиона к такому уже привыкла. Она закончила все остальные домашние задания и теперь усердно размышляла над задачей, которую им дала Суна. — Им нужен Кровавый Барон, — сказал Рон. — К сожалению, теперь я больше не могу его напугать. Голова Кровавого Барона внезапно высунулась из стены рядом, заставив троицу вздрогнуть от неожиданности.