Часть 141

Глава 141.

Канун Дня Всех Святых в Хогвартсе отмечали довольно просто: совместный ужин в Большом зале и представление от привидений. Так было из года в год. Однако в этом году всё изменилось благодаря двум малышам — Тому и Джерри. Чтобы не портить им праздник и быть хорошим родителем, Суна поспешила к Дамблдору. В результате все юные волшебники узнали, что в этом году их ждёт особенный Хэллоуин, и с воодушевлением принялись готовиться. Чтобы сделать всё ещё интереснее, объектами для традиционного «сладость или гадость» стали профессора. Каждому из них предстояло заранее приготовить свои фирменные угощения. Суна решила, что её сладости будут в виде Тома и Джерри. А ещё костюмы! Какой же Хэллоуин без переодеваний в нечисть? После серьёзного обсуждения с малышами они решили нарядиться вампирами, чтобы все видели — это одна семья. Хагрид тоже заранее начал вырезать из тыкв фонари и даже договорился с профессором Спраут о том, чтобы выставить напоказ некоторые волшебные растения, особенно Зубастика. Другие профессора также принялись готовить костюмы и сладости. Разумеется, это не касалось Снейпа, для которого подобные праздники были верхом скуки и глупости. Да и вряд ли нашёлся бы хоть один юный волшебник, осмелившийся потребовать у него угощение. Пока Хогвартс шумно готовился к празднику, во внешнем мире произошло грандиозное событие — рухнула репутация знаменитого писателя Гилдероя Локхарта! В тот день выпуск «Ежедневного пророка» с этой новостью был раскуплен мгновенно, а продажи достигли исторического максимума. Суна получила экземпляр, который заказывала для Джерри, и бегло его просмотрела. На газетном фото Локхарт был одет в тюремную робу, а на его лице застыла фирменная, но натянутая и неестественная улыбка, лишённая былого блеска. В «Ежедневном пророке» сообщалось лишь о том, что он использовал заклинание Обливиэйт, чтобы присваивать себе чужие подвиги, но о том, как именно его поймали, говорилось весьма туманно. Суна почувствовала, что в этом деле что-то нечисто, и отправилась к Дамблдору, который и поведал ей всю историю. Оказалось, что виной всему стала книга Локхарта «Прогулка с богами». Суна читала её: в ней подробно описывались подземный город, таинственный лабиринт и храм Гильгамеша. В книге даже рассказывалось о том, что произошло после входа в храм. В отличие от Суны, которая переместилась в прошлое, другие исследователи попали в некое пустое пространство, где стояла лишь одна пирамида. На её вершине находилось лекарство бессмертия, и чтобы добраться до него, нужно было пробиться через несметные полчища чудовищ. Только теперь Суна поняла, почему Тара выглядела такой измождённой. К сожалению, трава, которая так их манила, была фальшивкой. Но другие об этом не знали. В книге Локхарт утверждал, что уничтожил всех монстров, взобрался на пирамиду и был выброшен оттуда в тот самый момент, когда его рука уже почти коснулась травы бессмертия. Неизвестно, действительно ли человек, рассказавший ему эту историю, дошёл до этого этапа, или же это был плод воображения самого Локхарта. Как бы то ни было, некоторые влиятельные круги поверили, что Локхарт заполучил траву, и причиной тому послужил тот самый стебель, что вынесла Тара. Неважно, был ли он действенным на самом деле. Важно то, что кто-то сумел вынести его из гробницы. А раз получилось у одного, получится и у другого. Поэтому различные фракции начали выходить на связь со всеми, кто в тот день входил в храм, и, конечно же, с тем, кто был в одном шаге от заветной цели. Фадж с подчинёнными застал Локхарта врасплох у него дома. Последовали многочисленные переговоры, в ходе которых на Локхарта прямо и косвенно давили, требуя отдать траву. Вечная жизнь — кто же от неё откажется? Локхарт отвечал, что если бы она у него была, он бы с радостью отдал, но у него её не было. Более того, в самом древнем городе его оглушила Суна, а историю о том, как он «почти достал» траву, он выдумал, основываясь на рассказе другого человека, и не ожидал, что это приведёт к таким огромным неприятностям. Поскольку в книге Локхарт расписал себя как невероятно могущественного волшебника, Фадж приставил к нему пятерых или шестерых сильных авроров, которые следили за ним 24 часа в сутки, чтобы он не сбежал. Локхарт: «Умереть со смеху, да я и так никуда не денусь!» В конце концов, доведённый до отчаяния Локхарт не выдержал и рассказал всю правду о происхождении книги. Поначалу Фадж не поверил, но после проверки предоставленной Локхартом информации… что ж, теперь настала очередь Фаджа впадать в отчаяние. Оказалось, что Локхарт — всего лишь воришка, в совершенстве овладевший заклинанием Обливиэйт! В ярости Фадж бросил Локхарта в темницу, приказал изъять из продажи все его книги и лишил всех почётных званий. Суна, слушая это, лишь качала головой. И как это называется? Не ходи, не умрёшь! Локхарт пал жертвой своей политической недальновидности и чрезмерного тщеславия. Но даже на этом Фадж не собирался останавливаться. Он конфисковал всё имущество Локхарта и разделил его между бывшими жертвами писателя, чем заработал себе неплохую репутацию. «Ежедневный пророк» посвятил этому событию пять или шесть статей. Люди, презирая Локхарта, нет-нет да и хвалили Фаджа. Надо признать, на пост Министра магии дураки не попадают. Казалось бы, на этом история должна была закончиться, но тут вмешался злопамятный Грин-де-Вальд. Он прекрасно помнил, как Фадж строил козни Дамблдору, и решил подлить масла в огонь. Используя своих давних агентов в немецком Министерстве магии, он начал распускать слухи, превращая уже установленный факт в историю о том, как Фадж скрыл полученную траву бессмертия. Постепенно половина министерств магии Европы присоединилась к давлению на Фаджа, и тот на своей шкуре ощутил то же, что и Локхарт — горькую правду, которую не высказать словами. Фадж хотел было выдать Локхарта, чтобы покончить с этим, но, к его ужасу, Локхарт, запертый в подземельях Министерства, впал в безумие и забыл всё своё прошлое. Что ещё хуже, Фадж начал заметно молодеть. Теперь уже не только посторонние, но и его ближайшие соратники стали подозревать, что это он тайно завладел травой и расправился с Локхартом. Теперь они смотрели на Фаджа совершенно другими глазами. Жестоко, слишком жестоко. Фадж был на грани слёз. Он и сам не понимал, что происходит: каждое утро, просыпаясь, он становился чуточку моложе. Но это было лишь внешнее изменение — ни его тело, ни магическая сила никак не менялись. Из-за перемен во внешности Фаджа и безумия Локхарта все ещё больше уверились в том, что министр скрывает правду и присвоил траву себе. Министерство магии Великобритании оказалось под беспрецедентным давлением. А тот, кто заварил всю эту кашу, весело помогал Дамблдору готовить сладости к Хэллоуину. В конце концов, не выдержав давления, Фадж перед самым праздником обратился за помощью к Дамблдору. Тот сразу же определил подозреваемого. Подозреваемый Грин-де-Вальд невинно улыбался. Он всего лишь слегка подтолкнул события, и не его вина, что всё обернулось именно так. Во всём виновата человеческая жадность. Дамблдор позвал Снейпа. Тот, проведя беглый осмотр, подтвердил, что Фадж принял омолаживающее зелье. — Омолаживающее зелье? Но я же проверял раньше, ничего… Снейп одарил его презрительным взглядом. Ещё бы, это омолаживающее зелье было его особого приготовления, кто бы ещё смог его обнаружить. — Полагаю, министр Фадж в последние два дня не проходил обследований, иначе даже такой простой профессор зельеварения, как я, не смог бы этого обнаружить. Другими словами, теперь наличие омолаживающего зелья мог определить кто угодно. Фадж понял, что его подставили. Но кто? В комнате было четверо, и только один из них ничего не знал. Кто же это был?