Часть 143

Глава 143.

Тук-тук-тук! Снейп стремительно подошёл и распахнул дверь. Хм? Никого? Он опустил взгляд. Ну конечно, это они. Выражение лица Снейпа было не из приятных. Хоть он и был одет как обычно, его взгляд свысока был страшнее любого маскарадного костюма. Том и Джерри тут же сжались от страха. Их уши прижались к головам, они дрожащими лапками протянули свои тыквенные корзинки, полные разноцветных конфет, а их зубы отбивали испуганную дробь. Снейп нетерпеливо нахмурился, его глаза были спокойны, как глубокий омут. В тот самый момент, когда малышам показалось, что они вот-вот утонут в этом взгляде, Снейп холодно хмыкнул и бросил в их корзинки две вещи. Малыши подняли их и увидели, что это были баночки с каким-то клейким ингредиентом для зелий. Они на мгновение возмутились, но перед уходом всё же оставили у двери подземелья ряд мышеловок. К кабинету Суны подходили всё новые и новые волшебники, и к началу ужина огромный аквариум почти опустел. Суна собрала оставшиеся конфеты, взяла свою маленькую корзинку и направилась прямиком в Большой зал. — Сладость или гадость! Суна, подняв корзинку, по очереди подходила к сидящим за профессорским столом, выпрашивая угощения. Очевидно, профессора были к этому готовы и заранее припасли для неё сладости. Суна, в свою очередь, тоже делилась с ними своими конфетами. Дамблдор, наряженный Мерлином, с удовольствием попробовал конфету в виде Тома, а затем отдал конфету-Джерри Фоуксу, который сидел у него на плече, изображая зловещего ворона. Грин-де-Вальд же нарядился королём Артуром, даже не пытаясь скрыть свои тайные умыслы. Профессор МакГонагалл была в костюме клетчатого пугала: из-под шляпы, с плеч и подола платья торчала солома, украшенная крошечными тыковками и летучими мышами. Хагрид подошёл к делу ещё проще: он нарядился Зубастиком. Вырезав из тыквы голову этого растения, он надел её на себя, а на поясе закрепил два больших листа. Даже его сладости были в форме Зубастика — настолько он его любил. Но больше всех привлекала внимание профессор Трелони. Она была облачена в мантию с узором из хрустальных шаров, а над её головой парило украшение в виде миниатюрной кометы. Беседуя с профессором Флитвиком, она заявила, что «предвидела, что этот наряд станет причиной великих событий в будущем». Сладости, которые приготовила Трелони, были леденцами в форме хрустальных шаров, что выглядело довольно обычно по сравнению с угощениями других профессоров. Снейп никогда не приходил в Большой зал раньше последней секунды перед началом, потому что не желал лицезреть этот «шабаш». Юные волшебники делились друг с другом конфетами и обсуждали костюмы. Некоторые втайне соревновались, а влюблённые парочки щеголяли в парных нарядах, заметно выделяясь в толпе нечисти. Когда прозвучал первый удар колокола, возвещающий о начале пира, шумная толпа утихла. Снейп, как всегда вовремя, занял своё место за профессорским столом, и так уж вышло, что сел он рядом с Суной. Снейп искоса взглянул на её наряд, и его лицо исказила гримаса отвращения. — Какая жалкая пародия. Советую вам сразу отправиться к Филчу и получить почётную медаль «За пожизненную уборку подземелий» — по крайней мере, его швабра внушает больше трепета, чем эти украшения на ваших зубах. Суна убрала свои накладные клыки. — Да-да, вы правы. Не то что вы, вам и наряжаться не нужно, чтобы быть в образе. Мне стоит у вас поучиться. Снейп бесшумным заклинанием Редукто превратил её накладные зубы в пыль, а затем направил на неё волшебную палочку, вызывающе приподняв бровь. — Хмф, хорошая девочка с мальчиками не дерётся! Суна отвернулась к профессору МакГонагалл. Она вовсе не струсила. Прозвучало пять ударов колокола, знаменуя начало хэллоуинского пира. Первыми на сцену ворвался Призрачный рыцарский отряд. Они пролетели сквозь окна, и парящие свечи превратились в блуждающие огоньки, усиливая таинственную атмосферу зала. Рыцари с криками проносились по воздуху. Том, глядя на них, не удержался: его лапы зачесались. Через мгновение он сам стал призраком, догнал их, отобрал призрачного коня и продемонстрировал всем великолепное искусство верховой езды. Это привело призрачных рыцарей в ярость. Они выхватили свои мечи и с криками бросились на Тома. Тому стало не до позёрства, и он, пришпорив призрачного коня, помчался прочь. Сидящие внизу волшебники разразились хохотом, а некоторые даже засвистели. Хорошо начавшееся представление закончилось скомканно. Суна, как хозяйка Тома, прикрыла лицо высоким воротником, не желая признавать в нём своего питомца. В конце концов, рыцари поймали Тома, подвесили в воздухе и, кружа вокруг, по очереди шлёпали его по заду. Представление закончилось. Том, хныча, вернулся в своё тело, и его зад мгновенно покраснел, что вызвало у Джерри приступ гомерического хохота. Вторым номером программы была «Призрачная симфония». Все привидения выплыли из стен и «завывающим» хором исполнили гимн Хогвартса. Почти Безголовый Ник дирижировал, Пивз стучал по доспехам, изображая барабанную дробь, Серая Дама подпевала рыданиями, а остальные призраки издавали разнообразные леденящие душу вопли, и никто из них не попадал в ноты. Когда привидения удалились, просочившись сквозь стены, в зале остались лишь озадаченные зрители. Затем двери Большого зала распахнулись, и вошёл Кровавый Барон, с ног до головы покрытый кровью. Он медленно прошёл сквозь толпу и остановился перед профессорским столом. Не говоря ни слова, он стоял там и обводил юных волшебников мрачным взглядом. Студенты были в недоумении, а некоторые, самые робкие, не осмеливались встретиться с ним взглядом. В наступившей тишине из какого-то угла выскочил Пивз и забросал Кровавого Барона помидорами, целясь в грудь, живот и ноги. Взбешённый Барон выхватил меч и с яростью погнался за полтергейстом, что вызвало всеобщий взрыв смеха и развеяло странную атмосферу. Толстый монах поправил одежду, элегантной походкой вышел на то место, где только что стоял Кровавый Барон, и объявил: — Я продемонстрирую, как украсть пирог из-под носа у Филча. Стоявший неподалёку Филч, одетый в костюм смерти, холодно хмыкнул и одарил испепеляющим взглядом нескольких любопытных. Толстый монах с помощью магии создал иллюзию, но не успел он начать, как Пивз снова вмешался и запустил ему в лицо пирогом. Устроив очередную проделку, Пивз умчался прочь, а за ним всё ещё гнался разъярённый Кровавый Барон. Толстый монах привёл себя в порядок и с улыбкой простил Пивза. — Что ж, похоже, мой номер не пользуется особой популярностью. Тогда давайте перейдём к следующему. Толстый монах посмотрел на Дамблдора. Тот кивнул и взмахнул волшебной палочкой. За спиной монаха появилась огромная бочка высотой в метр и шириной в два, наполненная водой. В воде медленно вращались и плавали дюжина красных, очень красивых яблок. Толстый монах жестом призвал изумлённых волшебников к тишине и объявил: — Это игра для вас — вылавливание яблок. Тот, кто сможет вытащить яблоко без помощи рук и магии, станет победителем и самым удачливым волшебником этого Хэллоуина! После этих слов не только юные волшебники, но и сама Суна загорелась энтузиазмом, но сидевшая рядом МакГонагалл остановила её и сунула ей в руку яблоко. — Не стоит тебе спускаться и обижать детей. Суна недовольно промычала «хорошо» и с силой впилась зубами в яблоко. Громкий хруст прозвучал как протест в адрес профессора МакГонагалл. В игре не могли участвовать все, поэтому Дамблдор устроил конфетный дождь: те, кто поймал конфету в виде феникса, допускались к соревнованию. Благодаря контролю Дамблдора, от каждого факультета было выбрано по два участника. Когда они вышли на сцену, Суна едва сдержалась, чтобы не засвистеть от восторга. От Слизерина — Драко и Астория, от Гриффиндора — Гермиона и Рон, от Хаффлпаффа — Седрик и Рольф, а от Равенкло — Чжоу Чанг и Луна. Ого! А конфеты-то оказались весьма меткими. Это состязание можно было смело назвать битвой влюблённых пар. Суна хихикала, чем вызывала непрекращающееся закатывание глаз у сидевшего рядом Снейпа. Суна достала горсть семечек и поделилась с профессором МакГонагалл. Склонив головы друг к другу, они принялись вполголоса обсуждать, какая из парочек — то есть, какая из команд юных волшебников — одержит победу. Яблоки были специально обработаны и отобраны: все круглые, гладкие, без черешков. Так что всё зависело от зубов участников. Участники на сцене тоже готовились к соревнованию. Рон, используя свой многолетний опыт поедания яблок, объяснял Гермионе, как укусить с наименьшими усилиями. Седрик и Рольф обсуждали, какое яблоко выглядит самым аппетитным, время от времени бросая взгляды на своих подруг, отчего Чжоу, тихонько советовавшаяся с Луной, покраснела. Поскольку их пара была общеизвестна, все за профессорским столом смотрели на них с умилением, за исключением одного человека. А вот у слизеринской парочки всё было иначе. Драко стоял, скрестив руки на груди, о чём-то размышляя и время от времени бросая на остальных взгляды, полные презрения. Астория тихо стояла рядом с Драко, аккуратно сложив руки на животе. Выражение её лица было не слишком радостным. Заметив это, Драко подошёл ближе и спросил: — Почему у тебя такое лицо? Не уверена в себе? Астория вздрогнула от его внезапного приближения. Она привычно изобразила нежную, стандартную улыбку и ответила: — Вовсе нет. — Тогда что… Драко вдруг вспомнил, что Дафна говорила им о слабом здоровье своей сестры. Он посмотрел на Асторию. Её кожа была неестественно бледной. Несколько прядей золотистых волос, собранных сзади, выбились и, прилегая к щеке и шее, придавали ей хрупкий вид. В отличие от гордой и высокомерной Дафны, Астория была похожа на выдержанное вино — сдержанная и мягкая. Почувствовав на себе взгляд Драко, Астория не смутилась и не рассердилась, а спокойно посмотрела на него, словно спрашивая, в чём дело. Драко немного растерянно отвёл взгляд, невольно отметив про себя, что Астория довольно красива. Но это было лишь мимолётное впечатление, без каких-либо дальнейших мыслей. — Не волнуйся, я точно первым выловлю яблоко, — Драко вскинул подбородок и презрительно окинул взглядом стоявшего напротив Рона. Рон, заметив это, закатил глаза, обнял Гермиону и отвернулся, продолжая что-то шептать ей на ухо. От его слов лицо Астории побледнело ещё больше, а в глазах мелькнуло отторжение, но она не позволила никому этого заметить. Динь-динь! Дамблдор постучал по своему бокалу, объявляя начало игры. Восемь участников заложили руки за спину, наклонились и попытались укусить яблоки. Но яблоки были очень гладкими и, плавая в воде, не имели опоры, так что участники лишь касались их, словно стрекозы, садящиеся на воду. Зрелище было довольно комичным. Например, Рольф выбрал одно яблоко и гонялся за ним по кругу. Драко несколько раз пытался укусить, но безуспешно, что привело его в ярость. Тем временем Астория явно отлынивала. Заметив это, Драко недовольным тоном сказал: — Ты можешь не тянуть нас назад! Астория покраснела и извинилась: — Прошу прощения, мистер Малфой, но… — Что «но»? Мы представляем Слизерин. Астория опустила глаза. Эти слова никак на неё не повлияли. Она лишь тихо пробормотала: — Там будут слюни других… Драко застыл. Раньше он об этом не думал, но после слов Астории его тоже охватило отвращение, особенно когда он заметил, что Рон не упускает ни одного проплывающего мимо яблока. Отвращение достигло своего пика. — Ты права. Драко присоединился к Астории и тоже начал сачковать. Он не собирался есть чужие слюни. Снейп заметил их манёвры, но ничего не сказал. В такой детской игре победа или поражение не имели значения. Тем временем Луна придумала хитрость. Она зажала яблоко подбородком, чтобы Чжоу могла его укусить. Но поскольку яблоко нельзя было вынимать из воды, Чжоу пришлось опустить пол-лица в воду, и она, не рассчитав, нахлебалась. Другие последовали их примеру. Первым победителем стал Седрик, который благодаря своей выдающейся способности задерживать дыхание выиграл соревнование. Рон отстал от него всего на несколько секунд. Упустив победу из-за этих нескольких секунд, Рон был немного раздосадован. — Ещё чуть-чуть! Я же почти укусил! — он отряхнул мокрые волосы, зачесав их назад. — Ладно, Седрик и правда молодец, но ему просто повезло чуточку больше, чем мне! Гермиона не стала ему возражать, а взяла полотенце и принялась вытирать ему лицо. Рон, опустив голову, встретился с ней взглядом, и лицо Гермионы медленно покраснело. Рон с удивлением дотронулся до её щеки: — Гермиона, почему у тебя такое красное лицо? Ты нахлебалась воды? Гермиона: «...Ненавижу тебя, чурбан!» Она швырнула полотенце ему в лицо и сердито ушла. Ничего не понимающий Рон поплёлся за ней, как промокший щенок, без умолку твердя, что в следующий раз он обязательно победит. Увидев, что победил Седрик, Драко ничего не сказал, лишь холодно хмыкнул и увёл Асторию за стол Слизерина. В качестве приза Дамблдор приготовил золотое яблоко, вокруг которого были изображены животные-символы четырёх факультетов. Поскольку победил Седрик, маленький барсучонок взобрался на яблоко и улёгся спать. Седрик и Рольф радостно приняли золотое яблоко и помчались к столу Хаффлпаффа, где их встретили восторженными аплодисментами и восхищёнными взглядами. Седрик решил поместить золотое яблоко в гостиной Хаффлпаффа, ведь это была слава всего факультета. Передав яблоко другим, Седрик обернулся и встретился взглядом с Чжоу, слегка виновато кивнув ей. Чжоу с улыбкой покачала головой и, наоборот, подняла бокал с тыквенным соком, празднуя победу Седрика. Тот с улыбкой ответил на её жест. Их переглядывания привлекли внимание окружающих, которые начали тихонько подшучивать, заставляя обоих смущаться.