Часть 169

Глава 169

Суна, которая в одностороннем порядке объявила бойкот Дамблдору, всё же снова подняла вопрос об использовании пещеры в качестве тренировочного полигона для юных волшебников. Дамблдор выразил своё мнение предельно ясно: это не самая лучшая идея. — Почему? — спросила она. — Потому что это слишком опасно, Суна. — Ты слишком много беспокоишься, Альбус, — вмешался Грин-де-Вальд. Очевидно, он был на стороне Суны и не разделял точку зрения Дамблдора. «Ого, никакой семейной идиллии, какая редкость», — подумала Суна. Она достала из своего маленького рюкзачка горсть семечек, устроилась поудобнее и приготовилась наблюдать за представлением. — А ты как думаешь? — спросил Дамблдор, хотя его пронзительные голубые глаза, казалось, уже видели собеседника насквозь. Грин-де-Вальд терпеть не мог этот его взгляд. — Альбус, ты слишком добр и слишком избаловал этих людей. Цветы, выращенные в теплице, обречены погибнуть под первым же натиском бури из внешнего мира. Ты должен отпустить их, убрать защитный купол, который ты над ними возвёл, и позволить им узнать, какова реальность на самом деле. Дамблдор с нежностью посмотрел на Грин-де-Вальда, слегка сплетя пальцы рук. — Геллерт, ты прав, но не во всём, — голос Дамблдора тёк медленно, словно густой мёд, но в нём звучала неоспоримая весомость. — Да, тепличным цветам нужно пережить бурю, чтобы пустить корни глубже. Но наша обязанность не в том, чтобы грубо сорвать крышу, а в том, чтобы в нужный момент приоткрыть окно, позволяя ветру постепенно научить их гибкости. Дамблдор перевёл взгляд на облака за окном, закрывающие луну; за стеклами его очков-половинок мерцали голубые искорки. — Когда придёт настоящая буря, этим детям понадобятся не сломанные стебли, а способность черпать из почвы силы, понимая, «ради чего они сражаются». Им нужна уверенность, рождённая из принятой кем-то их хрупкости, из мужества, которое ценили, и даже из права на ошибку. К тому же... самые выносливые растения часто растут на границе между оранжереей и дикой пустошью. Тот «защитный купол», о котором ты говоришь, возможно, станет именно тем знаком, по которому они в будущем смогут опознать «своих». Очевидно, Грин-де-Вальд всё ещё не был согласен с выбором Дамблдора. Образование в Дурмстранге изначально отличалось от Хогвартса, да и характер самого Грин-де-Вальда диктовал иной подход: выживание сильнейшего было в его стиле. — Альбус, Волдеморт не будет действовать постепенно. Ты хочешь лишь приоткрыть окно, но Тёмный волшебник просто разнесёт всю стену вдребезги. У них не будет времени даже на страх, не говоря уже о сопротивлении. Ты позволяешь им учиться «любви» в безопасности, в то время как другие проливают кровь во тьме. Если защита означает, что кто-то всегда должен нести их ношу вместо них, то такая доброта, по сути, является лишь другой формой жестокости! Грин-де-Вальд не уточнил, кто эти «другие», но все присутствующие понимали, о ком речь: например, Снейп, члены Ордена Феникса или те информаторы, чьи имена даже не упоминались. Даже Суна оказалась втянута в этот водоворот и не могла выбраться. Действительно ли это доброта? Дамблдор посмотрел на беззаботную Суну, и в его глазах появилось редкое замешательство. — Возможно... я боюсь, что они слишком рано станут мной. — Ты боишься, что появится ещё один я, Альбус, — лицо Грин-де-Вальда стало серьёзным. Это была тема, которую они старательно избегали после своего «примирения». Когда-то они встретились юными, полными талантов и амбиций. Более того, у них была общая цель — «Ради общего блага». Но талант и признание Альбуса невольно подпитывали амбиции Грин-де-Вальда. Постепенно эти амбиции вышли из-под контроля, пока не появилась первая жертва — Ариана, сестра Дамблдора, та, ради кого он и задумал отменить Статут о секретности и «освободить» волшебников. Дамблдор начал переосмысливать всё, начал прозревать, пока не встал по другую сторону баррикад от Грин-де-Вальда, сопротивляясь тому самому «общему благу», о котором они когда-то договорились. Хотя он и победил Грин-де-Вальда с помощью «любви», события тех лет оставались прошлым, с которым он не хотел сталкиваться. Он боялся, что своими руками создаст нового Грин-де-Вальда. Грин-де-Вальд был прав: Дамблдор всегда боялся повторения истории, боялся, что ученики будут развращены амбициями, как Геллерт, или станут жертвами, как Ариана. Туман, давивший на сердце Дамблдора, постепенно рассеялся. Впервые после «примирения» он посмотрел на Грин-де-Вальда без тяжёлых раздумий. — Не я ли стал причиной появления Волдеморта? — Нет, он не такой, как я. На лице Дамблдора отразилось изумление, которое быстро сменилось облегчением. — Несмотря на это, я всё же не могу согласиться с предложением Суны. Оба волшебника одновременно посмотрели на Суну. Та застыла с только что раскушенной семечкой: и есть неловко, и не есть обидно. «Нет, ну почему стрелки вдруг перевелись на меня?» — подумала она, моргая и лихорадочно соображая, что сказать и какую эмоцию изобразить. — Эм... А почему? Дамблдор взмахнул рукой, приглашая Суну в беседу: — Там место, где Волдеморт спрятал крестраж. Не исключено, что ему взбредёт в голову проверить тайник. Если это случится... тебе будет очень трудно безопасно эвакуировать маленьких волшебников. Суна потёрла подбородок. Похоже, он прав. Внутри нельзя трансгрессировать, и если что-то случится, даже ковра-самолёта не хватит, чтобы всех вывезти. Но Суна не хотела отказываться от такой шикарной учебной площадки. — А если я возьму с собой Тома? Тут уж Дамблдор не нашёлся, что ответить. Всё, что касалось Тома, не поддавалось ни магии, ни науке. — Я думаю... это не лучшая идея. — И это нельзя... — Суна почесала затылок. В голове проносились одна за другой плохие идеи... тьфу, гениальные идеи. «Если гора не идёт к Магомеду, то Магомед пойдёт к горе». — Тогда, мой дорогой директор, могу ли я притащить Инфери сюда и использовать их как учебные пособия? — ...И куда ты их поместишь? — В Чёрное озеро! Там столько места, грех не использовать. Дамблдор чуть не поперхнулся от её слов. Она действительно ничего не боялась. — Оставь Чёрное озеро в покое. За прошлый год русалки трижды подавали мне жалобы, оставь им хоть немного спокойной жизни! — Дамблдор искренне сочувствовал русалочьему народу. К тому же, если запустить туда Инфери, Гигантский кальмар, чего доброго, начнёт ими в мяч играть. — О, тогда как насчёт того, чтобы переделать заброшенный класс в подземелье? И подвести туда воду из Чёрного озера. В конце концов, гостиная Слизерина тоже находится под озером, так что создание затопленного класса не должно быть проблемой. Дамблдор дважды указал на Суну пальцем — она действительно не успокоится, пока не добьётся своего. Но идея показалась ему разумной. Неужели его снова переиграли? Он обратился за помощью к Грин-де-Вальду. — Что ты думаешь? Грин-де-Вальд, вернувшийся на своё место и дразнивший двух маленьких питомцев, даже не поднял головы: — Я думаю, можно. Так план был единогласно принят. Теперь Суне предстояло подготовить класс и организовать переезд для Инфери.