Глава Первая. Часть 2. Другая сторона

«Мягко..» — Была моя первая мысль, сразу же обозначенная головной болью. Значит, головой я все же ударилась. Перед глазами все плыло, поэтому я начала их тереть в попытке разглядеть хоть что-то. *** Вика же опустилась на отнюдь не мягкую поверхность. Но все же она встала, потерев ушибленный бок и огляделась. Вокруг было темно как. в подземелье? — Ну хоть цветов нет. — В голове сразу же представилась картина из «Undertale», но отсутствие цветов уже облегчало тот факт, что вокруг ничего не было видно. Вика неуверенно сделала шаг вперёд. Вдруг она заметила, что на ней не та одежда. Она вытянула руки вперёд. Они ожидаемо были светло-синего цвета, одежда была похожа на обычную. Брюки чёрного цвета, свитер стал скорее мягкого коричневого цвета, а рубашка приобрела оттенок, похожий на серый. Даже очки с цепочкой сохранили свой прежний вид, разве что их форма стала более круглой, чем обычно. Но всё же Вика заметила, что её худощавые плечи теперь укрывала темно-синяя накидка, во внутреннем кармане которой лежал планшет и что-то вроде стилуса. Возможно, конкретно это «оружие», указывало на возможность действия… Но самое главное, что сейчас требовалось Вике — найти свою подругу. Вокруг было темно, лишь экран планшета светился в темноте. А это значит, что пора проявить свои навыки рисования. Вика быстро набросала на дисплее карманный фонарик. Он тут же упал ей в руку. Вика включила фонарик и осветила местность вокруг мягким жёлтым светом. — Ну слава Богу, не все настолько плохо, она убрала планшет во внутренний карман и уверенно пошла вперёд, освещая жёлтым светом себе дорогу. Вокруг было все затуманено, как будто в пыли, нечто, было похоже на огромные скалы, дорога была жёсткой и в мелких камушках, а неба не было видно. Но Вика поправила очки и снова двинулась вперёд, движемая желанием найти подругу. Она шла, шла, шла, невысокий каблук её ботинок стучал по дороге, но эха не было, как будто идёшь по тропинке в лесу. Хотя вообще-то, вокруг была совершенно пустая местность, ни одного признака жизни. *** Все же найдя в себе силы, я смогла выбраться из этой кучи, в которую я упала. Я вылезла и по привычке отряхнула одежду. Я осмотрела себя с ног до головы. — Ничего себе! — искренне удивившись подобному преображению, я осмотрела всю себя. Пиджак был моего любимого зелёного цвета, рубашка голубого, а широкие сине-фиолетовые ботфорты прекрасно сочетались с чёрными широкими брюками. На пиджаке блестели аккуратные пуговицы. Они были сделаны из золота, в форме маленьких сердечек. Но больше всего меня зацепил ремень с бляхой в виде большого сердца. Бляха была отделана золотом и чем-то темно-синем, но тоже будто светящимся, а сам ремень был из блестящей, очень приятной на ощупь, кожи. Последним, что я заметила это была шпага. Хотя, это было странно, ведь шпага была пристегнута к ремню, сложно было её не заметить. Я вынула её из ножен и оглядела с детским восторгом. Настоящая шпага! Вообще, я сразу же вспомнила Жанну д’Арк, и для меня ассоциации с ней были самыми, что ни на есть печальными. Поэтому я осторожно убрала её обратно в ножны и осмотрелась. Внутренне, я уже провела ассоциацию с глубокой пещерой. Ради эксперимента я набрала воздух в лёгкие и крикнула в темноту: «А-а!», но эха не последовало. Но я услышала шаги. У них не было определённого направления, я не могла определить, откуда звук. Я отступила назад, а шпага звонко зазвенела на моём ремне. Вика направила фонарик на источник звука, а я повернулась на свет и тут уже вскрикнула от испуга. Передо мной стояло «нечто» с голубой кожей. Я, уже явно вжившись в роль, вынула шпагу из ножен. — Ульян, это я! — Вика опустила фонарик и приподняла очки, тогда я увидела глаза и немного успокоилась. — Ты выглядишь, как труп. У тебя кожа голубая, — пробормотала я. И всё же, я обрадовалась тому, что Вика нашлась, но все же подметила это странное изменение в ней. — У тебя тоже кожа изменила свой цвет. Похоже на цвет тусклой розы, — Вика лишь пожала плечами, словно это не удивляло её. — А где мы находимся? И откуда у тебя фонарик? — Я его. нарисовала. — Вика достала планшет и стилус. Но на первый вопрос она не ответила, а лишь пожала плечами. — Нарисовала? — мои глаза округлились, как чайные блюдца. — Это же мечта! Рисовать все, что захочешь, чтобы это потом появилось в реальности! — У всего есть предел. Я могу не все нарисовать. К тому же, для некоторых вещей моего навыка рисования не достаточно, ты это тоже должна понимать. — Эх. ладно. Пошли вперёд, — Я встала чуть позади подруги, словно ждала, что она пойдёт вперёд. Вика пошла, освещая путь жёлтым светом, а я шла, постоянно прислушиваясь. Но кроме звука шагов и тихого позвякивания шпаги, висевшей на моем ремне, я ничего не слышала. — Эй! — откуда-то сверху послышался голос. Он был громкий, звонкий, даже немного детский. — Каждый сам за себя, светлые! — резко, без предупреждения, в нашу сторону сверху полетели. — Пики?! Вика, что все это. — но договорить я не успела, потому что Вика крепко схватила меня за руку и потащила подальше от «пиковых атак». Я заметила, что у неё в груди, как у меня засветилось нечто красное. У неё это было похоже на сердце, а у меня нет. Но когда одна из пик больно стукнула меня в спину, это красное пятно запульсировало, я почувствовала, как боль расползается по всему телу. — Ау! — я сморщилась и чуть не споткнулась. Мы подбежали к обрыву (как мне казалось). — Тут обрыв… — я потерла спину, она все ещё болела и ныла. — Ничего не обрыв. — Раз не обрыв, тогда я прыгну! — я была на нервах, поэтому сиганула вниз, но в итоге спустилась по земле, как по ледяной горке. И все утихло, пики больше не летели над головой, а Вика спустилась вниз. Её сердце погасло. — А что это у тебя в груди горело? Сердце? — Я не знаю, правда. — Вика чуть отвернулась от меня. Я, немного помолчав, всё же возобновила диалог: — Нам нужно найти выход. я напоследок крикнула в пустоту, словно тот «толстенький хомяк», силуэт которого я запомнила, мог меня услышать: — Если тут кто-то и живёт, то учтите, что вы очень негостеприимные!.. В ответ я получила безмолвие и тишину. В таком же безмолвии мы добрались до маленького городка, который напомнил пустошь, окутаную мглой.